Апелляционное определение № 33-1458/2026 от 11 февраля 2026 г.

Судья: Почекутова Ю.Н.

Докладчик: Макарова Е.В.

Дело № 33-1458/2026 (2-97/2025)

УИД 42RS0040-01-2024-002336-40


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 февраля 2026 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда

в составе:

председательствующего Дуровой И.Н.,

судей Макаровой Е.В., Логвиненко О.А.,

при секретаре Черновой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Макаровой Е.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 – ФИО2

на решение Кемеровского районного суда Кемеровской области от 24 ноября 2025 года

по иску ФИО3, а также третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 к ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ, в 14 часов 35 минут, на участке дороги по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием четырёх автомобилей: 1) ФИО1, который управлял автомобилем Chevrolet Tahoe, <данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности ФИО1; 2) ФИО4, который управлял автомобилем LexusPX450h, <данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности ФИО4; 3) ФИО5, который управлял автомобилем Lada Granta, <данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности ФИО5; 4) ФИО3, который управлял автомобилем Honda Civic, <данные изъяты>, принадлежащим на праве собственности ФИО3

Данное дорожно-транспортное происшествие было зафиксировано сотрудниками ГИБДД. Согласно административному материалу установлено, что виновным лицом в дорожно-транспортном происшествии является водитель «Chevrolet Tahoe» ФИО1 Также у всех участников дорожно-транспортного происшествия имелось наличие обязательного полиса страхования ОСАГО.

Истцом было подано заявление о наступлении страхового случая в САО «РЕСО-Гарантия», которым была произведена максимальная выплата денежных средств в размере 400000 руб.

Так как данная сумма является существенно ниже стоимости полученного ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия, истец предъявляет требования материального характера к виновному лицу ФИО1

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленному экспертом-техником ООО «Прайс-Сервис» С., сумма восстановительного ремонта транспортного средства составляет 1831700 руб., рыночная стоимость автомобиля истца – 1188000 руб., рыночная стоимость годных остатков – 216200 руб.

Таким образом, ущерб, подлежащий взысканию с ответчика ФИО1 в пользу истца, составляет 571800 руб. (1188000 руб. (рыночная стоимость автомобиля) - 216200 руб. (сумма годных остатков) - 400000 руб. (страховое возмещение) = 571800 руб.).

Истец ФИО3 просил взыскать с ответчика ФИО1 в счёт возмещения ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, 571800 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 8918 руб., убытки, понесённые в связи с составлением экспертного заключения, в размере 10000 руб., услуги транспортировки повреждённого имущества в размере 4000 руб.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ФИО5, ФИО4, Страховое общество «РЕСО-Гарантия», ООО «АльфаСтрахование», АО «Тинькофф-Страхование».

Третье лицо ФИО4 обратился с самостоятельным иском к ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ, в 14 часов 35 минут, по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное с участием водителей ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО3

В результате столкновения транспортных средств повреждения получил <данные изъяты> согласно СМЭ полученные повреждения не расцениваются как вред здоровью. По данному факту сотрудником ГИБДД по г. Кемерово проведено административное расследование, по результатам которого вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении, вина кого-либо из участников дорожно-транспортного происшествия не установлена.

В рамках административного расследования сотрудником ГИБДД назначена автотехническая экспертиза с целью определения лица, виновного в дорожно-транспортном происшествии, согласно выводам эксперта именно действия водителя ФИО1 состоят в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, в связи с чем ФИО1 является лицом, ответственным за причинение вреда в порядке статей 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием ФИО4 обратился в АО «АльфаСтрахование» с целью получения страхового возмещения. Страховщиком ему была произведена выплата страхового возмещения в пределах лимита ответственности страховщика – 400000 руб.

Поскольку данной суммы недостаточно для восстановления нарушенного права, с целью определения стоимости восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства ФИО4 обратился к эксперту ИП Х. для определения стоимости восстановительного ремонта принадлежащего ему транспортного средства «LexusPX450h», <данные изъяты>

Согласно заключению эксперта стоимость восстановительного ремонта транспортного средства превышает 80 % от рыночной стоимости повреждённого автомобиля, в связи с чем восстановление автомобиля является экономически нецелесообразным. Так, рыночная стоимость без учёта износа деталей составила 2235999 руб., рыночная стоимость автомобиля – 2475700 руб., стоимость годных остатков – 391441 руб. За производство экспертизы им было оплачено 15000 руб.

Сумма, подлежащая взысканию с ответчика, составляет 1684260 руб. (2475700 руб. (рыночная стоимость автомобиля) - 400000 руб. (выплаченное страховое возмещение) - 391441 руб. (стоимость годных остатков) = 1684260 руб.).

ФИО4 просил взыскать с ФИО1 в счёт возмещения ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, 1684260 руб., расходы на производство экспертизы в размере 15000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 31843 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 50000 руб.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 был привлечён к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, судом приняты к производству суда исковые требования ФИО4 к ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия. К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечён <данные изъяты>

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено САО «ВСК».

Решением Кемеровского районного суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО3 к ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворены.

С ФИО1 в пользу ФИО3 взыскано: 571800 руб. – в счёт возмещения ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, 10000 руб. – расходы по оплате услуг эксперта ООО «Прайс-Сервис», 4000 руб. – расходы по транспортировке транспортного средства, 8918 руб. – расходы по уплате государственной пошлины.

Требования ФИО4 к ФИО6 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворены.

С ФИО1 в пользу ФИО4 взыскано: 1684260 руб. – в счёт возмещения ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, 15000 руб. – расходы по оплате услуг эксперта ИП Х., 31843 руб. – расходы по оплате государственной пошлины, 50000 руб. – расходы по оплате судебной автотехнической экспертизы ООО «Губернский долговой центр».

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 – ФИО2 просит данное решение суда отменить, рассмотреть дело по правилам суда первой инстанции, назначить по делу повторную судебную автотехническую экспертизу.

Указывает на несогласие с выводом суда о вине ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии, считает, что его вина не доказана. Ссылается на недостоверность и недопустимость заключения судебной автотехнической экспертизы. Полагает, что суд необоснованно отказал в назначении по делу повторной экспертизы. Считает, что судом и экспертом обстоятельства дорожно-транспортного происшествия были исследованы не в полном объёме, не дано оценки действиям водителя ФИО4, нарушившего пункт 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому при повороте налево по зелёному сигналу светофора водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся во встречном направлении прямо или направо.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 – ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

ФИО3 и представитель ФИО4 – ФИО7 просили оставить решение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, в материалах дела имеются доказательства их надлежащего извещения о времени и месте рассмотрения жалобы судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, участвующих в деле. проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй пункта 1 статьи 1064).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причинённый в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064) (пункт 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причинённый вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов гражданского дела, ФИО3 является собственником транспортного средства «Honda Civic», <данные изъяты> ФИО4 является собственником транспортного средства LexusPX450h, <данные изъяты>

ФИО1 на дату дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ являлся собственником транспортного средства Chevrolet Tahoe GМТ 900, <данные изъяты>

Согласно материалам дела об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ, около 14 часов 35 минут, в <адрес> произошло столкновение автомобиля LexusPX450h, <данные изъяты> под управлением водителя ФИО4, автомобиля Chevrolet Tahoe GМТ 900, <данные изъяты> под управлением ФИО1, после столкновения автомобиль Chevrolet Tahoe GМТ 900, <данные изъяты> изменил траекторию своего движения и совершил столкновение с автомобилем Lada Granta, <данные изъяты> под управлением ФИО5 и автомобилем Honda Civic, <данные изъяты> под управлением водителя ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ инспектором по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД Управления МВД России по г.Кемерово вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования.

В результате дорожно-транспортного происшествия <данные изъяты> был травмирован, <данные изъяты>

<данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьёй 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях было прекращено на основании пункта 2 статьи 24.5 и статьи 28.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

ДД.ММ.ГГГГ инспектором ДПС Отдельного батальона дорожно-патрульной службы ГИБДД Управления МВД по г. Кемерово производство по делу об административном правонарушении было прекращено по пункту 2 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за отсутствием состава административного правонарушения.

Из данного постановления следует, что по указанному дорожно-транспортному происшествию была назначена автотехническая экспертиза в ГУ МВД ЭКЦ, согласно выводам которой водитель ФИО1, управлявший транспортным средством Chevrolet Tahoe GМТ 900, <данные изъяты>, должен был руководствоваться пунктами 6.2, 6.13, 6.14 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации; водитель ФИО4, управлявший транспортным средством LexusPX450h, <данные изъяты>, должен был руководствоваться требованием пункта 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации. Однозначный вывод по виновности в данном дорожно-транспортном происшествии эксперт не установил.

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца ФИО3 и автомобиль третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, – ФИО4, получили механические повреждения, что также следует из приложения к процессуальному документу, вынесенному по результатам рассмотрения материалов дорожно-транспортного происшествия, и не оспаривалось ответчиком ФИО1 в ходе судебного разбирательства.

По обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО4 в письменных объяснениях указал, что ДД.ММ.ГГГГ он управлял транспортным средством LexusPX450h, <данные изъяты>, двигался по <адрес>, ехал в крайнем левом ряду, на перекрёстке (регулируемом) повернул налево на мигающий зелёный сигнал светофора. Встречный автомобиль Chevrolet Tahoe GМТ 900, <данные изъяты> выехал на красный сигнал своего светофора. Встречная машина врезалась ему в заднюю правую часть автомобиля (заднее правое крыло) (т. 1, л.д. 39).

В своих письменных объяснениях водитель ФИО1 указал, что ДД.ММ.ГГГГ, в 14часов 35 минут, он управлял автомобилем Chevrolet Tahoe GМТ 900, <данные изъяты>, пристёгнутый ремнём безопасности. Двигаясь от <данные изъяты> выезжая на перекрёсток <данные изъяты> на жёлтый сигнал светофора, совершил столкновение с автомобилем LexusPX450h, <данные изъяты>, далее его отбросило на автомобиль Lada Granta, затем на автомобиль Honda Civic, <данные изъяты>. В дорожно-транспортном происшествии свою вину ФИО1 признал, раскаялся. Указал, что впредь такого не повторится. Схему места совершения административного правонарушения водитель ФИО1 не оспаривал, о чём свидетельствует его подпись.

Аналогичные пояснения дала сотрудникам ГИБДД М. – пассажир транспортного средства Chevrolet Tahoe GМТ 900, <данные изъяты>

Согласно заключению эксперта № Экспертно-криминалистического центра ГУ МВД России по Кемеровской области-Кузбассу Б. от ДД.ММ.ГГГГ, проведённому в рамках административного расследования, в данной дорожной ситуации водитель автомобиля Chevrolet Tahoe, <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями пунктов 6.2, 6.13, 6.14 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля LexusPX450h, <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями пункта 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации.

При заданных исходных данных в условиях данного происшествия величина скорости движения автомобиля Chevrolet Tahoe, <данные изъяты> перед началом торможения, соответствующая величине максимального следа торможения длиной 23,3 м, определяется равной 66,7 км/ч.

Данная расчётная скорость движения автомобиля Chevrolet Tahoe, <данные изъяты> является минимальной, так как при расчёте не учтены затраты кинетической энергии на деформацию деталей транспортных средств при столкновении и на продвижение автомобиля Chevrolet Tahoe, <данные изъяты> до полной остановки после столкновений.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Chevrolet Tahoe, <данные изъяты> имел возможность остановиться до места столкновения с автомобилем LexusPX450h, <данные изъяты>, если в момент начала образования следов торможения на проезжей части автомобиль Chevrolet Tahoe, <данные изъяты> двигался со скоростью 60 км/ч.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ Кемеровской ЛСЭ Минюста России. Расходы по оплате судебной автотехнической экспертизы были возложены на ответчика ФИО1

Ввиду неоплаты судебной автотехнической экспертизы, материалы дела экспертным учреждением были возвращены в суд без исполнения.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено ООО «Губернский долговой центр».

Согласно заключению эксперта ООО «Губернский долговой центр» Ч. № от ДД.ММ.ГГГГ по первому вопросу: в данной дорожной ситуации водитель автомобиль Lexus RX450h должен был руководствоваться требованиями пункта 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиль Chevrolet Tahoe должен был руководствоваться требованиями пунктов 6.2, 6.13, 6.14, 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации.

В данной дорожной ситуации действия водителя автомобиля Honda Civic, который в момент столкновения находился в неподвижном состоянии на своей полосе движения, требованиями пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации не регламентируется.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиль Lada Granta должен был руководствоваться требованием абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

В условиях указанного происшествия действия водителя автомобиля Chevrolet Tahoe, не соответствовавшие требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно: водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения и скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил; при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, являются необходимым и достаточным условием для возникновения данного происшествия и, следовательно, находятся в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием.

По второму вопросу: на основе анализа видеозаписи с места дорожно-транспортного происшествия время, прошедшее с момента начала выезда автомобиля Lexus RX450h на полосу движения автомобиля Chevrolet Tahoe, до момента столкновения данных транспортных средств определяется равным 2,56 с.

По третьему вопросу: в условиях данного происшествия и принятых в расчёте данных расстояние, на котором автомобиль Chevrolet Tahoe находился от места столкновения в момент возникновения опасности для дальнейшего движения, при движении со скоростью 66,7 км/ч, определяется равным около 47,4 м.

По четвёртому вопросу: в данной дорожной ситуации и принятых исходных данных водитель автомобиля Chevrolet Tahoe располагал возможностью остановиться до места столкновения при удалении на расстоянии 47,4 м.

По пятому вопросу: в заданной дорожной ситуации и принятых исходных данных водитель автомобиля Chevrolet Tahoe располагал возможностью остановиться до места столкновения при движении со скоростью 60 км/ч и при длине следа торможения, равной 19,17 м.

По шестому вопросу: изменение направления движения автомобиля Chevrolet Tahoe могло быть вызвано результатом контактирования с автомобилем Lexus RX450h.

При этом, на основании проведённого просмотра видеозаписи (видеокамера, которая производила запись дорожно-транспортного происшествия, располагается стационарно над перекрёстком, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие), при помощи программы «KMRPlayr», эксперт в исследовательской части заключения пришёл к выводу, что обстоятельства столкновения выглядели следующим образом: автомобили Lexus RX450h и Chevrolet Tahoe двигались во встречном направлении по проезжей части дороги в сторону регулируемого перекрёстка; перед столкновением автомобиль Lexus RX450h на перекрёстке совершал поворот налево на зелёный мигающий сигнал светофора; сигнал светофора, на который автомобиль Chevrolet Tahoe совершал выезд на перекрёсток, на видеозаписи не виден; столкновение автомобилей Lexus RX450h и Chevrolet Tahoe произошло на жёлтый сигнал светофора; после столкновения автомобиль Chevrolet Tahoe совершил выезд на полосу встречного движения, где произошло второе столкновение с автомобилем Lada Granta, который располагался на своей полосе движения; после второго столкновения автомобиль Chevrolet Tahoe совершил третье столкновение с автомобилем Honda Civic, который располагался на своей полосе движения в неподвижном состоянии.

Согласно проведённым исследованиям эксперт пришёл к выводу о наличии технической возможности у водителя автомобиля Chevrolet Tahoe путём торможения (экстренного) предотвратить столкновение с автомобилем Lexus RX450h, то есть первое столкновение, тем самым избежав в последующем столкновения.

В судебном заседании суда первой инстанции эксперт ООО «Губернский долговой центр» Ч. выводы экспертного заключения поддержал в полном объёме, пояснил, что исследование представленной ему видеозаписи было достаточно для дачи заключения, видео-технических исследований им не проводилось. Исследование видеозаписи им проводилось в режимах непрерывного и покадрового просмотра. Необходимости в привлечении к проведению исследования эксперта-видеотехника не было.

Из материалов дела также следует, что гражданская ответственность ФИО3 на дату дорожно-транспортного происшествия была застрахована в САО «РЕСО-Гарантия» (страховой полис серии №, период действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). Гражданская ответственность ФИО1 была застрахована в САО «ВСК» (страховой полис серии №). Гражданская ответственность третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, – ФИО4 на дату дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «АльфаСтрахование».

При обращении ФИО3 в САО «РЕСО-Гарантия» указанное дорожно-транспортное происшествие было признано страховым случаем, и ему была произведена выплата страхового возмещения в размере лимита ответственности страховщика – 400000 руб.

Согласно экспертному заключению ООО «Прайс-Сервис» № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Honda Civic составляет 1831700 руб., с учётом округления рыночная стоимость автотранспортного средства Honda Civic составляет 1188000 руб., рыночная стоимость годных остатков автотранспортного средства Honda Civic на ДД.ММ.ГГГГ составляет 216200 руб.

Истцом ФИО3 также заявлены требования о взыскании с ответчика ФИО1 в его пользу суммы, затраченной на проведение экспертизы ООО «Прайс-Сервис», в размере 10000 руб. и расходов по транспортировке транспортного средства в размере 4000 руб.

В подтверждение понесённых расходов на проведение экспертизы ООО «Прайс-Сервис» и расходов по транспортировке транспортного средства истцом ФИО3 представлены: квитанция № на сумму 4000 руб., кассовый чек; квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Прайс-Сервис» на сумму 10000 руб.

При обращении ФИО4 в АО «АльфаСтрахование» дорожно-транспортное происшествие было признано страховым случаем, и ему была произведена выплата страхового возмещения в размере 400000 руб.

Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнению к экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленным экспертом Х., рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Lexus RX450h, получившего повреждения в результате дорожно-транспортного происшествия, на день происшествия ДД.ММ.ГГГГ, без учёта заменяемых деталей составляет 2235999 руб., с учётом износа заменяемых деталей – 615264 руб., рыночная стоимость автомобиля Lexus RX450h на дату оценки ДД.ММ.ГГГГ составляет 2475700 руб., стоимость годных остатков транспортного средства Lexus RX450h может составить 391441 руб. Стоимость экспертизы составила 15000 руб.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, исходил из того, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО1, действия которого не соответствовали требованиям пунктов 6.2, 6.13, 6.14, 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, в связи с чем пришёл к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 и в пользу ФИО4 в счёт возмещения ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, с учётом полной гибели принадлежащих им транспортных средств за минусом выплаченного страхового возмещения: в пользу ФИО8 – 571800 руб. (1188000 руб. (рыночная стоимость транспортного средства на дату дорожно-транспортного происшествия) - 216200 руб. (стоимость годных остатков) - 400000 руб. (выплаченное страховое возмещение) = 571800 руб.); в пользу ФИО4 – 1684260 руб. (2475700 руб. (рыночная стоимость транспортного средства на дату дорожно-транспортного происшествия) - 391441 руб. (стоимость годных остатков) - 400000 руб. (выплаченное страховое возмещение) = 1684260 руб.). Кроме того, судом с ответчика в пользу ФИО3 и ФИО4 взысканы судебные расходы.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, полагая их основанными на фактических обстоятельствах дела, правильно установленных судом, и нормах материального права.

Решение в части установленного судом размера ущерба и судебных расходов апеллянтом не оспаривается и предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции не является.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с определённой судом виной ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии и не могут повлечь отмену решения суда.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации круглые сигналы светофора имеют следующие значения:

Зелёный сигнал разрешает движение;

Зелёный мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включён запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло);

Жёлтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов;

Жёлтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрёстка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности;

Красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение.

Сочетание красного и жёлтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зелёного сигнала.

Согласно пункту 6.13 Правил дорожного движения Российской Федерации при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при её отсутствии: на перекрёстке – перед пересекаемой проезжей частью (с учётом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам; перед железнодорожным переездом – в соответствии с пунктом 15.4 Правил; в других местах – перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено.

Согласно пункту 6.14 Правил дорожного движения Российской Федерации водителям, которые при включении жёлтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

Пешеходы и лица, использующие для передвижения средства индивидуальной мобильности, которые при подаче сигнала находились на проезжей части, должны освободить её, а если это невозможно – остановиться на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений.

В соответствии с пунктом 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно пункту 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации в населённых пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что именно действия ответчика состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, поскольку водитель автомобиля Chevrolet Tahoe ФИО1 в нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации при приближении к регулируемому перекрёстку на зелёный мигающий сигнал светофора не принял мер к снижению скорости движения транспортного средства и его остановке, выехал на перекрёсток на запрещающий сигнал светофора, что следует из имеющейся в материалах дела видеозаписи, где совершил столкновение поочерёдно с тремя транспортными средствами. При этом согласно заключению эксперта ООО «Губернский долговой центр» в данной дорожной ситуации водитель автомобиля Chevrolet Tahoe располагал возможностью остановиться до места столкновения с автомобилем Lexus RX450h при движении со скоростью 60 км/ч.

Судебная коллегия считает, что экспертное заключение ООО «Губернский долговой центр» является допустимым доказательством, поскольку судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84-86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов, имеющим необходимую квалификацию и стаж экспертной деятельности, предупреждённым об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации; указанное экспертное заключение содержит подробное описание проведённого исследования, его результаты, конкретные ответы на поставленные судом вопросы. В заключении приведены выводы эксперта обо всех обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Принимая во внимание правовую позицию, изложенную в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» и пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2008 № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания, и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нём выводов.

Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы ООО «Губернский долговой центр», судебная коллегия приходит к выводу о том, что оно в полном объёме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведённых исследований, эксперт приводит подробный анализ методов исследования, основывается на исходных объективных данных, выводы эксперта обоснованы и мотивированы.

Доводы апелляционной жлобы о несогласии с указанным заключением и основанных на нём выводах суда, о недостоверности заключения данной судебной экспертизы не свидетельствуют.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции правомерно принял данное заключение в качестве относимого и допустимого доказательства, в полной мере отражающего фактические обстоятельства дела.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны истца о назначении повторной судебной экспертизы, подлежат отклонению.

В силу части 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Предусмотренное статьёй 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право суда назначить повторную экспертизу в связи с недостаточной ясностью или неполнотой заключения, как особый способ его проверки, вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

Оценив заключение судебной экспертизы, проведённой ООО «Губернский долговой центр», с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу, суд первой инстанции пришёл к верному выводу, что данное заключение сомнений в правильности и обоснованности не вызывает, в связи с чем отсутствуют основания, при которых в соответствии со статьёй 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд может назначить повторную экспертизу.

Судебная коллегия также таких оснований не усматривает, в связи с чем соответствующее ходатайство стороны ответчика подлежит отклонению.

Доводы апелляционной жалобы о вине в дорожно-транспортном происшествии водителя автомобиля Lexus RX450h ФИО4, нарушившего пункт 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, также подлежат отклонению.

Согласно пункту 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации при повороте налево или развороте по зелёному сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо. Таким же правилом должны руководствоваться между собой водители трамваев.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», при квалификации действий водителя по части 2 статьи 12.13 или части 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях необходимо учитывать, что преимущественным признаётся право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо манёвр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекрёсток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Установлено, что водитель транспортного средства Chevrolet Tahoe ФИО1 в нарушение требований пункта 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации совершил выезд на перекрёсток на запрещающий сигнал светофора, при этом водитель автомобиля Lexus RX450h ФИО4 заканчивал манёвр поворота налево, начатый на разрешающий сигнал светофора.

Таким образом, действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиям пунктов 6.2, 6.13, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, поскольку он въехал на перекрёсток на запрещающий (жёлтый) сигнал светофора, не имея преимущества в движении перед транспортным средством, движущимся во встречном направлении с поворотом налево. Следовательно, у него не имелось преимущества в движении, а у водителя ФИО4 не было обязанности уступить ему дорогу.

Результаты оценки доказательства и мотивы, по которым суд пришёл к такому выводу, подробно изложены в судебном постановлении, оснований не согласиться с которым у судебной коллегии не имеется.

Доводы апеллянта о несогласии с действиями суда по оценке доказательств не могут служить основанием к отмене обжалуемого решения, так как согласно положениям статей 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как неоднократно указывалось Конституционным Судом Российской Федерации, оценка доказательств и отражение её результатов в судебном решении является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.06.2012 № 13-П).

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не могут служить основанием для отмены судебного решения, поскольку не содержат каких-либо обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции или опровергали бы выводы судебного решения, не свидетельствуют о нарушении судом норм материального или процессуального права, а по существу сводятся к иному толкованию норм права и иной субъективной оценке исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств при отсутствии каких-либо фактических данных, которые бы с бесспорностью подтверждали ошибочность такой оценки, в связи с чем на законность и обоснованность состоявшегося судебного постановления не влияют.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене состоявшегося судебного решения.

Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, статьёй 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

В удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной автотехнической экспертизы отказать.

Решение Кемеровского районного суда Кемеровской области от 24 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 – ФИО2 без удовлетворения.

Председательствующий: И.Н. Дурова

Судьи: Е.В. Макарова

О.А. Логвиненко

Мотивированное апелляционное определение составлено 26 февраля 2026 года.