Решение № 2-1488/2017 2-1488/2017~М-1334/2017 М-1334/2017 от 12 декабря 2017 г. по делу № 2-1488/2017

Гр. дело № 2–1488/2017 Мотивированное
решение

составлено 13 декабря 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 декабря 2017 года город Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Воробьевой Н.С.,

при секретаре Кутрюмовой Н.В.,

с участием

прокурора ФИО1,

истца ФИО2,

представителя истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к акционерному обществу "Апатит" о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к акционерному обществу "Апатит" (далее – АО "Апатит") о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Требования мотивирует тем, что он с 2000 года по июль 2017 года осуществлял трудовую деятельность в АО "Апатит" на Центральном, Расвумчоррском и Восточном рудниках в должности водителя автомобиля, машиниста самоходной машины. В 2016 году у него было выявлено профессиональное заболевание – <.....>. По результатам медико-социальной экспертизы ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <.....>% <.....> и <.....>% <.....>. Наличие профессионального заболевания существенным образом снижает качество его жизни и сказывается на повседневной деятельности, в результате чего он испытывает постоянные моральные и нравственные страдания, поскольку вынужден принимать лекарства, проходить различные восстановительные курсы, выполнять реабилитационные мероприятия. Кроме того, имеющееся у него профессиональное заболевание затрудняет совершение им обычных движений и элементарных действий: ему сложно осуществлять уход за собой, поднимать руки с отягощением, наклоняться.

Просит взыскать с АО "Апатит" компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 1000 000 рублей и судебные расходы по оплате услуг адвоката за составление искового заявления в размере 5000 рублей.

В судебном заседании истец настаивал на удовлетворении требований, кроме того просил взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей. Уточнил, что по результатам медико-социальной экспертизы ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <.....>% (утрата профессиональной трудоспособности в связи с вибрационной болезнью) и <.....>% (утрата профессиональной трудоспособности в связи с рефлекторным мышечно-тоническим синдромом шейного уровня). Пояснил, что полученное профзаболевание снижает качество его жизни, доставляя постоянные дискомфорт в виде затруднения обычных движений. В связи с наличием профессионального заболевания он ограничен в подъеме тяжестей, испытывает постоянные боли в области рук и ног, шейного отдела. Руки и ноги немеют, пальцы кистей сводит судорогой. От постоянных болей он часто просыпается по ночам. Вынужден ежедневно принимать лекарственные средства и делать уколы для поддержания состояния здоровья, трижды в год проходить медицинские обследования. Также в результате профессионального заболевания он лишился работы, а у него на иждивении находится несовершеннолетняя 11 летняя дочь.

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования, настаивал на определении минимального размера компенсации морального вреда, причиненного истцу профессиональными заболеваниями, на основании пункта 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы. Полагал заявленную сумму компенсации морального вреда соразмерной перенесенным истцом физическим и нравственным страданиям.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, извещен. В ранее представленном письменном отзыве просил в удовлетворении исковых требований отказать в связи с отсутствием неправомерных действий или бездействий ответчика. Истец был осведомлен о характере условий труда, добровольно на протяжении длительного времени выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. Со своей стороны работодатель в соответствии с нормами трудового права, иными нормативно-правовыми актами, коллективным договором АО «Апатит» производил соответствующую дополнительную оплату труда за работу в особых условиях труда, обеспечивал работника необходимыми средствами индивидуальной защиты, ежедневным бесплатным лечебно-профилактическим питанием, проведением периодических медицинских осмотров, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск, льготные путевки в санаторий. Полагает, что в рассматриваемом случае сами действия работника повлекли причинение ему вреда. Полагает, что степень вины АО «Апатит» в причинении морального вреда истцу не может быть высокой, поскольку АО «Апатит» предпринимало все возможные меры по стимулированию труда лиц, работающих в особо вредных условиях. Кроме того считает завышенным заявленный истцом размер морального вреда.

Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел дело в отсутствие представителя ответчика.

Выслушав истца и его представителя, исследовав письменные материалы дела, обозрев медицинскую карту амбулаторного больного <№> НИЛ ФБУН "СЗНЦ гигиены и общественного здоровья", дело медико-социальной экспертизы, заслушав заключение помощника прокурора, полагавшего требования истца законными и обоснованными, однако сумму компенсации морального вреда подлежащей снижению с учетом обстоятельств дела, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, не угрожающих жизни и здоровью (статьи 7, 37).

Содержание этого права работника раскрывается в ряде нормативных правовых актов, основным из которых является Трудовой кодекс Российской Федерации, согласно статье 5 которого трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии с частью 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее – Федеральный закон N 125-ФЗ).

В силу пункта 2 статьи 1 Федерального закона N 125-ФЗ права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. Пунктом 3 статьи 8 указанного закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно положениям статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 20 декабря 1994 года "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В пункте 2 вышеназванного Постановления Пленума разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Как указано в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности на работодателя по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

В пункте 32 Постановления Пленума ВерховногоСудаРоссийской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применениисудамигражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Таким образом, причинение вреда здоровью гражданина означает умаление его личных неимущественных благ, что само по себе дает потерпевшему право требовать компенсации морального вреда с учетом того, что любое повреждение здоровья гражданина является противоправным, и только в исключительных случаях причинение вреда здоровью считается правомерным, что прямо предусмотрено законом – пунктом 3 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО2 осуществлял трудовую деятельность у ответчика: 01 апреля 2000 года в должности водителя автомобиля 3 класса на участке специализированного транспорта Центрального рудника, карьер глубиной ниже 150 см; 01 июня 2004 года переведен на участок внутрикарьерного транспорта водителем автомобиля по вывозке горной массы 3 класса (особо вредные условия труда); 28 июля 2006 года уволен по собственному желанию в связи с переменой места жительства (п.3 ст.77 ТК РФ); 02 октября 2006 года в должности водителя по вывозке горной массы 3 класса на участке внутрикарьерного транспорта (особо вредные условия труда); 01 июля 2013 года переведен на горный участок водителем автомобиля по вывозке горной массы 3 класса (особо вредные условия труда); 01 декабря 2014 года машинистом самоходной машины в бригаде технологического транспорта – производственный участок карьера "Центральный" - Расвумчоррский рудник; 11 января 2016 года переведен на участок открытых работ – бригада технологического транспорта – Центральный карьер, машинистом самоходной машины Восточного рудника; 01 июня 2016 года переведен в Службу открытых работ, Участок Центральный, машинистом самоходной машины; 01 мая 2017 года переведен в Службу горных работ, участок "Центральный" - бригада транспортировки, машинистом самоходной машины; 01 июня 2017 года перемещен в Кировский филиал АО "Апатит" с сохранением условий трудового договора; 21 июля 2017 года трудовой договор прекращен в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением (п.8 ч.1 ст.71 ТК РФ).

Общий стаж работы истца по профессии машиниста самоходных машин (водителя автомобиля) составляет 21 год 4 месяца, в том числе в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов – 16 лет 3 месяца.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда N 09-02-03/39 от 01.09.2016 работника ФИО2 следует, что условия труда машиниста самоходных машин (водителя автомобиля) характеризуется воздействием вредных производственных факторов: шума, вибрации, физического напряжения, вредных веществ химической этиологии, запыленности. Спецодежда, специальная обувь и средства индивидуальной защиты выдавались регулярно в соответствии с установленными нормами; нарушений в применении СИЗ не установлено, истец обеспечивался молоком 0,5 литра за смену. Условия труда ФИО2 в профессии машинист самоходной машины (водитель автомобиля) по вывозке горной массы не соответствуют СН 2.2.4/2.1.8.562-96, СН 2.2.4/2.1.8.566-96, СН 2.2.4/2.1.8.583-96, ГН 2.2.5.1313-03.

ФИО4 ФБУН "СЗНЦ гигиены и общественного здоровья" <№> от 19 мая 2017 года по результатам обследования в стационарном отделении клиники ФИО2 установлен основной диагноз <.....> Профессиональные заболевания установлены впервые и обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов – общая вибрация, неудобная рабочая поза. По профзаболеваниям противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в вынужденной рабочей позе, с наклонами и поворотами головы, при пониженной температуре воздуха. Рекомендовано рациональное трудоустройство, направление на МСЭ, "Д"-наблюдение и профилактическое лечение у невролога по месту жительства, ежегодно санаторно-курортное лечение, "Д"-наблюдение и лечение у терапевта, травматолога, ЛОР-врача по месту жительства, ежегодное обследование и лечение в клинике профзаболеваний.

Выявление указанных заболеваний в период работы истца в АО "Апатит" подтверждается актами о случае профессионального заболевания <.....>2.

Согласно названным актам профессиональные заболевания возникли у истца в результате длительной работы в течение 17 лет во вредных производственных условиях АО "Апатит", когда ФИО2 по причине несовершенства с гигиенической точки зрения технологического процесса и оборудования подвергался сочетанному воздействию вредных производственных факторов, в том числе тяжести трудового процесса, общей вибрации. Наличие вины работника не усматривается. Конкретных лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов установить не представляется возможным.

В результате профессиональных заболеваний Бюро медико-социальной экспертизы N 4 (смешанного профиля) ФИО2 с <дата> определена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <.....> % сроком на один год, <.....> и с <дата> определена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <.....> % сроком на один год, <.....>

Из объяснений истца судом установлено, что в результате профессиональных заболеваний он ограничен в подъеме тяжестей, испытывает постоянные боли в области рук и ног, шейного отдела. Руки и ноги немеют, пальцы кистей сводит судорогой. От постоянных болей он часто просыпается по ночам. Вынужден ежедневно принимать лекарственные средства и делать уколы для поддержания состояния здоровья, трижды в год проходить медицинские обследования.

Указанные обстоятельства подтверждаются данными карты амбулаторного больного <№> НИЛ ФБУН "СЗНЦ гигиены и общественного здоровья" и представителем ответчика в судебном заседании не опровергнуты.

Вина потерпевшего ФИО2 судом не установлена.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь вышеприведенными нормами права, суд приходит к выводу о наличии в действиях работодателя вины в причинении истцу профессиональных заболеваний в период его работы в АО "Апатит".

С учетом представленных доказательств суд также приходит к выводу, что полученные ФИО2 профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с условиями труда, а именно длительным воздействием на его организм вредных производственных факторов, в которых истец работал по профессии водителя автомобиля и машиниста самоходной машины у ответчика, осуществляющего деятельность с использованием указанных механизмов, и которая, несмотря на принятие определенных мер, является причиняющей вред здоровью работника.

Обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, свидетельствующих об отсутствии в действиях работодателя вины и противоправности, ответчиком не представлено и судом не установлено.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что требование истца о компенсации морального вреда является правомерным и подлежит удовлетворению с ответчика, поскольку на нем как на работодателе истца лежит обязанность по компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд отклоняет доводы стороны истца о необходимости определения минимальной суммы денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, на основании Отраслевого тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы исходя из следующего.

На момент выявления у ФИО2 профессиональных заболеваний действовало Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы, действие которого распространяется на АО "Апатит" и его работников.

Пункт 6.1.2 тарифного соглашения предусматривает, что работодатели осуществляют возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством РФ) работникам в связи с их трудовым увечьями или профессиональными заболеваниями, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, связь с производственной деятельностью которых подтверждена материалами Актов специального расследования. Под возмещением вреда понимается компенсация в денежной форме потерпевшему работнику или его семье морального вреда, нравственных и физических страданий, связанных со смертью или стойкой (не менее 1 года) потерей трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве.

Пунктом 6.1.4 тарифного соглашения установлен размер гарантированных минимальных сумм выплат потерпевшему работнику при получении профессионального заболевания – 30% от заработка работника за два года.

Вместе с тем согласно материалам дела 11 сентября 2017 года ФИО2 обратился к ответчику с заявлением о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате профессионального заболевания.

На основании указанного заявлении работодателем какие-либо выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями и утратой профессиональной трудоспособности истцу не производились, что сторонами не оспаривалось.

Следовательно, соглашение между сторонами о размере компенсации морального вреда в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, достигнуто не было.

Как уже указывалось выше, в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размер его возмещения определяются судом (часть 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, учитывая, что в досудебном порядке между сторонами не достигнуто согласие о компенсации морального вреда в размере и порядке, установленных положениями Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы, оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере, предусмотренном данным соглашением, усуда не имеется.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает кроме степени вины работодателя и отсутствия вины работника другие конкретные обстоятельства дела, в том числе: индивидуальные особенности личности истца, стаж работы истца в условиях воздействия вредных производственных факторов у ответчика, степень утраты истцом профессиональной трудоспособности и исходит из характера перенесенных истцом нравственных и физических страданий, а также иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Так, суд учитывает, что истец проработал на предприятии ответчика в условиях воздействия вредных производственных факторов длительное время; степень утраты трудоспособности, установленной истцу на 1 год; в результате профессионального заболевания истец испытывает физические боли, неудобства в быту, ему требуется регулярное профилактическое лечение и прием лекарственных препаратов, а также отсутствие умысла ответчика на причинение истцу физических и нравственных страданий, выразившихся в необходимости медицинского контроля и лечения, невозможности жить полноценной жизнью.

Из объяснений ФИО2, письменных доказательств, имеющихся в деле, судом установлено, что утрата профессиональной трудоспособности к инвалидности не привела, что в будущем не исключает возможности рационального трудоустройства истца.

При таких обстоятельствах, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд полагает соразмерной компенсацию морального вреда в размере 130 000 рублей.

В соответствии с нормами статей 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым относятся, в том числе, признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд по ее письменному ходатайству присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом понесены расходы на оплату услуг адвоката по составлению искового заявления в сумме 5000 рублей, что следует из квитанции к приходному кассовому ордеру от 24 октября 2017 года и расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей, которые подтверждаются квитанцией к приходному кассовому ордеру от 29 ноября 2017 года и актом выполненных работ от 29 ноября 2017 года.

Суд считает, что заявленные к ответчику требования об оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей соотносимы с объемом защищаемого права разумностью пределов и соразмерны объекту судебной защиты. Данная позиция суда не нарушает требований ст. 17 Конституции Российской Федерации.

Принимая во внимание характер спорных правоотношений, отсутствие возражений ответчика, суд признает указанные расходы необходимыми издержками, связанными с реализацией права на судебную защиту нарушенного права, которые подлежат возмещению ответчиком.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; подпункта 8 пункта 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Принимая во внимание, что истец на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации был при подаче иска освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, исчисленная в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 к акционерному обществу "Апатит" о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества "Апатит" в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 130000 рублей, судебные расходы в сумме 15000 рублей, а всего 145000 (сто сорок пять тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с акционерного общества "Апатит" в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд Мурманской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Н.С. Воробьева