Апелляционное определение № 33-11596/2026 от 15 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-11596/2026

78RS0023-01-2024-005102-85

Судья: Мончак Т.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 апреля 2026 г.

Санкт-Петербург

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Игнатьевой О.С.,

судей

ФИО1,

ФИО2

при помощнике судьи

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-652/2025 по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 28 августа 2025 г. по иску ФИО4 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитных договоров недействительными.

Заслушав доклад судьи Игнатьевой О.С., выслушав объяснения представителя истца ФИО4 – адвоката Тихоновой М.А., действующей на основании ордера и по доверенности, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика Банка ВТБ (ПАО) – ФИО5, действующей на основании доверенности, возражавшей по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО4 обратилась во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании недействительными кредитного договора № <...> от 4 декабря 2023 г., заключенного между ФИО4 и Банком ВТБ (ПАО), на сумму 1 004 627 рублей, сроком на 60 месяцев, с процентной ставкой 7,10% годовых, а также кредитного договора № <...> от 5 декабря 2023 г., заключенного между теми же сторонами, на сумму 627 131 рублей, сроком на 60 месяцев, с процентной ставкой 9,60% годовых.

В обоснование исковых требований, уточненных в ходе рассмотрения дела (л.д.184-185), истец ссылалась на то, что указанные сделки были совершены ею под влиянием существенного заблуждения относительно природы сделок, характера своих действий и их последствий, а также под влиянием обмана со стороны третьих лиц - неустановленных мошенников, с которыми она контактировала по телефону и в мессенджере Telegram. Истец поясняла, что 2 декабря 2023 г. ей поступило сообщение от имени ее руководителя о необходимости сотрудничества с советником по безопасности ввиду утечки персональных данных, затем ей сообщили, что на её имя поданы заявки на кредиты, средства от которых будут направлены на спонсирование ВСУ, и для избежания уголовной ответственности ей необходимо подать встречные заявки на получение кредитов и перевести денежные средства на счета Центрального банка Российской Федерации для аннулирования ранее поданных заявок. Истец полагала, что действует по инструкции для определенных целей, содействует следствию и избежит уголовной ответственности и финансовых потерь. Истец указывала, что она не имела самостоятельного желания на заключение кредитных договоров, действовала под влиянием третьих лиц, в момент заключения кредитных договоров не руководила своими действиями, следовала строго по инструкции, которую получала посредством мобильного телефона, полагала, что исполняет распоряжения своего руководителя по работе, в действительности не желала заключать кредитные договоры. Истец также указывала, что сотрудники банка не предложили ей оформить кредит в бумажном виде, не проверили ее кредитную историю, платежеспособность, наличие ипотечного кредита, не разъяснили условия договоров, а весь процесс оформления занял не более 5-7 минут, что, по ее мнению, свидетельствует о неосмотрительности банка и аффилированности сотрудников банка с мошенниками.

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 28 августа 2025 г. в удовлетворении иска ФИО4 отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО4 просит отменить решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 28 августа 2025 г. и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Податель жалобы указывает, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, суд неправильно применил нормы материального права ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации. Истец настаивает на том, что она находилась в состоянии существенного заблуждения относительно природы сделки и ее последствий, поскольку была введена в заблуждение мошенниками, полагала, что совершает действия в целях содействия следствию, а не заключает реальные кредитные договоры, влекущие для нее обязанность по возврату денежных средств. Истец ссылается на то, что суд первой инстанции проигнорировал выводы судебной психолого-психиатрической экспертизы, согласно которым она находилась в состоянии заблуждения, ее решения сформировались под влиянием не соответствующих действительности представлений о происходящем, ошибочного смыслового восприятия и оценки ситуации в целом, обусловленного психологическим манипулятивным воздействием со стороны неустановленных лиц.

Истец также ссылается на то, что суд первой инстанции необоснованно отклонил доводы о неосмотрительности банка, который не проверил ее платежеспособность, не предложил оформить кредит в бумажном виде, не представил видеозапись процесса оформления кредитов, не пояснил причин ее отсутствия, на записи было бы видно, что она разговаривает по телефону с мошенниками. Изложенное, по мнению истца, свидетельствует о недобросовестности банка и его осведомленности о мошенническом характере действий истца.

Ответчиком Банком ВТБ (ПАО) на апелляционную жалобу представлены письменные возражения, в которых ответчик просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, ссылаясь на законность и обоснованность решения суда первой инстанции. Ответчик указывает, что истец лично обратилась в банк, подписала кредитные договоры с использованием электронной подписи, получила денежные средства, то есть совершила юридически значимые действия, направленные на заключение кредитных договоров, при этом банк не знал и не мог знать о том, что истец действует под влиянием третьих лиц, поскольку истец сообщила сотрудникам банка, что денежные средства ей необходимы для приобретения автомобиля. Ответчик также ссылается на то, что истец не представила доказательств наличия существенного заблуждения относительно природы сделки, поскольку она осознавала, что заключает именно кредитный договор, получает денежные средства в кредит, а заблуждение относительно мотивов сделки не является основанием для признания сделки недействительной.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не находит оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО4 является клиентом Банка ВТБ (ПАО) на основании заявления на предоставление комплексного обслуживания от 22 декабря 2017 г., ей открыт мастер-счет, предоставлен доступ к системе дистанционного банковского обслуживания «ВТБ-Онлайн», а также к дополнительным информационным услугам Банка.

ФИО4 является участником зарплатного проекта и получает заработную плату на счет, открытый в Банке ВТБ (ПАО).

4 декабря 2023 г. ФИО4 обратилась в дополнительный офис Банка ВТБ (ПАО) № 41 «Ленсовета, 88» с целью получения кредитных денежных средств. По условиям кредитного договора № V625/0006-0262357 от 4 декабря 2023 г. Банк предоставил истцу 1 004 627 рублей сроком на 60 месяцев, дата возврата кредита - 27 ноября 2028 г. Предоставленным кредитом истец воспользовалась путем получения наличных денежных средств в кассе банка.

5 декабря 2023 г. ФИО4 вновь обратилась в тот же дополнительный офис Банка с целью получения кредитных денежных средств. По условиям кредитного договора № V625/0006-0262746 от 5 декабря 2023 г. Банк предоставил истцу 627 131 рублей сроком на 60 месяцев, дата возврата кредита - 5 декабря 2028 г. Предоставленным кредитом истец воспользовалась путем снятия денежных средств в банкомате.

Кредитные договоры были подписаны в цифровом офисе, то есть непосредственно через мобильное приложение «ВТБ-Онлайн», установленное на устройстве истца, с использованием электронной подписи. Перед подписанием документов на доверенный номер истца были направлены сообщения, в том числе ссылки для подписания кредитных договоров. Пройдя по ссылке, направленной Банком истцу, перед подписанием каждого документа истец была обязана ознакомиться с его содержанием. Для осуществления действий по подписанию кредитного договора в приложении «ВТБ-Онлайн» истец вошла в приложение, введя пароль, известный лишь ей, перешла по ссылке для подписания документов из СМС, направленной Банком, ознакомилась с документами и проставила подпись непосредственно в приложении. Таким образом, при заключении кредитных договоров истец осуществила ряд последовательных действий для получения от Банка денежных средств, при этом использовала пароли и коды, которые знала лишь она, лично посетила отделение Банка, где заключила кредитные договоры и получила на руки денежные средства.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 177, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, исходил из того, что ФИО4 лично обратилась в офис банка, подписала кредитные договоры с использованием мобильного приложения «ВТБ-Онлайн», введя пароль, известный только ей, получила денежные средства наличными через кассу банка и через банкомат, то есть совершила последовательные действия, направленные на получение кредита, в связи с чем ее волеизъявление соответствовало ее воле. Суд указал, что ФИО4 не заблуждалась относительно того, что оформляет кредитный договор именно с Банком ВТБ (ПАО), не заблуждалась относительно предмета сделки (получение денежных средств в кредит), а потому отсутствуют основания для признания сделок недействительными по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку заблуждение истца относительно мотивов сделки не может быть признано существенным.

Суд также пришел к выводу о недоказанности истцом того, что Банк ВТБ (ПАО) знал или должен был знать об обмане истца третьими лицами, а потому отсутствуют основания для признания сделок недействительными по статье 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом было учтено заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной в рамках гражданского дела, которым установлено, что ФИО4 каким-либо психическим расстройством, лишающим ее способности понимать значение своих действий и руководить ими во время подписания кредитных договоров, не страдала, по своему психическому состоянию могла понимать значение своих действий и руководить ими, однако экспертами также указано, что в юридически значимый период подэкспертная находилась в состоянии заблуждения, ее решения сформировались под влиянием психологического манипулятивного воздействия со стороны неустановленных лиц. Суд первой инстанции указал, что выводы эксперта о нахождении в состоянии заблуждения не могут служить основанием для признания сделок недействительными по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку вопросы квалификации деяний не относятся к компетенции эксперта-психолога.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, основанными на нормах материального права, подлежащих применению к спорным правоотношениям, и соответствующими установленным по делу обстоятельствам.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец находилась в состоянии существенного заблуждения относительно природы сделки и ее последствий, были предметом тщательного исследования суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Пункт 2 названной статьи устанавливает, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В пункте 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации прямо установлено, что заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

В данном случае истец не заблуждалась относительно природы сделки: она осознавала, что заключает именно кредитные договоры с Банком ВТБ (ПАО), по условиям которых она получает от банка денежные средства в размере, определенном договорами, и принимает на себя обязательство возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Истец лично, своей волей предприняла активные и последовательные действия, направленные на получение кредитов: обратилась в офис банка, подписала с использованием своего мобильного устройства и известного ей пароля кредитные договоры, ознакомившись с их условиями, что подтверждается протоколами операции цифрового подписания, получила денежные средства.

То обстоятельство, что истинные мотивы и цели заключения кредитных договоров (передача полученных денежных средств третьим лицам во исполнение указаний неустановленных лиц) отличались от тех, которые истец сообщила сотрудникам банка (приобретение автомобиля), и что истец полагала, что заключает кредитные договоры для содействия следствию и пресечения мошеннических действий, само по себе не может служить основанием для вывода о существенном заблуждении истца относительно природы сделки или ее предмета, а свидетельствует о заблуждении истца относительно мотивов сделки, что в силу прямого указания пункта 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не принял во внимание выводы судебной психолого-психиатрической экспертизы, являются несостоятельными. Суд первой инстанции в полном объеме исследовал заключение комиссии экспертов ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № 6» № 2724.1156.1 от 10 июня 2025 г., в котором установлено, что ФИО4 каким-либо психическим расстройством, лишающим ее способности понимать значение своих действий и руководить ими во время подписания кредитных договоров, не страдала, по своему психическому состоянию могла понимать значение своих действий и руководить ими. Эксперты также указали, что в юридически значимый период подэкспертная находилась в состоянии заблуждения, ее решения сформировались под влиянием психологического манипулятивного воздействия со стороны неустановленных лиц. Суд первой инстанции правомерно принял во внимание выводы экспертов о том, что истец не страдала психическим расстройством и могла понимать значение своих действий и руководить ими, что опровергает доводы истца о неспособности понимать значение своих действий и руководить ими применительно к статье 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, на применении которой она в уточненном иске не настаивала. Выводы экспертов о нахождении истца в состоянии заблуждения учтены судом, однако, они не могут служить самостоятельным основанием для признания сделок недействительными по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку вопросы о том, является ли заблуждение существенным и влечет ли оно недействительность сделки, являются правовыми вопросами, относящимися к компетенции суда, а не эксперта. Суд первой инстанции, проанализировав фактические обстоятельства дела, пришел к правильному выводу о том, что в данном случае заблуждение истца не является существенным в смысле, придаваемом ему статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы о неосмотрительности банка и о том, что банк знал или должен был знать об обмане истца третьими лицами, также не могут быть приняты во внимание. В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Каких-либо доказательств того, что Банк ВТБ (ПАО) знал или должен был знать об обмане истца третьими лицами, истцом в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. Напротив, из материалов дела следует, что истец в разговоре с сотрудниками банка скрыла истинную цель получения кредита, сообщив, что денежные средства ей необходимы для приобретения автомобиля, а также утверждала, что ей никто не звонил и никакие службы с ней не связывались. При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно указал, что истец намеренно предоставила сотрудникам банка недостоверную информацию, в связи с чем банк не мог распознать, что истец действует под влиянием заблуждения, что в силу пункта 5 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в признании сделки недействительной. Действующее законодательство не возлагает на банки обязанности по проведению видеозаписи процесса оформления кредита или по обязательному предоставлению кредита в бумажном виде, равно как и по отказу в выдаче кредита клиентам, имеющим иные кредитные обязательства. Доводы истца о том, что банк должен был усомниться в добросовестности ее действий и отказать в выдаче кредита, основаны на субъективном толковании истцом норм действующего законодательства и не свидетельствуют о незаконности обжалуемого решения.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, и не дал оценки всем представленным доказательствам, в том процессу оформления кредитных договоова, не нашли своего подтверждения. Суд первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценил все представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, привел в решении мотивы, по которым он принял одни доказательства и отклонил другие, оснований для переоценки доказательств судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы фактически выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, направлены на иную оценку доказательств по делу и иное толкование норм материального права, однако не содержат фактов, которые не были бы проверены и не были бы учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит, что суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал надлежащую правовую оценку установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам, постановил законное и обоснованное решение, оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 28 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 мая 2026 г.