Апелляционное определение № 33-146/2026 33-9515/2025 от 13 января 2026 г.

Судья Скачкова Е.В. Дело № 33-146/2026 (33-9515/2025)

УИД 34RS0001-01-2025-000547-27


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Волгоград 14 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Лымарева В.И.,

судей Пашковой Т.В., Троицковой Ю.В.,

при помощнике ФИО1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-843/2025 по иску департамента муниципального имущества администрации Волгограда к ФИО2 о возложении обязанности освободить земельный участок, прекращении права собственности,

по апелляционной жалобе представителя ФИО2 ёжаевны по доверенности ФИО3

на решение Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 24 апреля 2025 г., которым исковые требования департамента муниципального имущества администрации Волгограда к ФИО2 о возложении обязанности освободить земельный участок удовлетворены. На ФИО2 возложена обязанность освободить земельный участок по адресу: <адрес>, путем сноса (демонтажа) объекта «подпорная стенка». Решение является основанием для внесения записи в ЕГРН о прекращении права собственности ФИО2 на объект «подпорная стенка» с кадастровым номером № <...>. С ФИО2 взыскана государственная пошлина в бюджет муниципального образования - городской округ город-герой Волгоград в размере 3 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Лымарева В.И., выслушав объяснения представителя ФИО2 – ФИО3, поддержавшей доводы жалобы, представителя администрации Волгограда и ДМИ администрации Волгограда – Бескровной И.А., возражавшей по доводам жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда,

УСТАНОВИЛА:

Департамент муниципального имущества администрации Волгограда обратился в суд с иском к ФИО2 о возложении обязанности освободить земельный участок, прекращении права собственности.

В обоснование требований указано, что на основании распоряжения департамента муниципального имущества администрации Волгограда от 21 декабря 2022 г. № 5704р ФИО2 сроком на три года выдано разрешение на размещение подпорной стенки овражной зоны на земельном участке (учетный № 5-6-135) площадью 170 кв.м без предоставления земельного участка и установления сервитута, публичного сервитута, из земель населенных пунктов, расположенном по адресу: <адрес> (кадастровый квартал № <...>).

Размещение объекта, согласно распорядительному акту департамента, предполагается временным, то есть на три года, после чего земельным участок подлежит освобождению.

Согласно выписке из ЕГРН в отношении объекта «подпорная стенка» с кадастровым номером № <...> зарегистрировано право собственности ФИО2

Вместе с тем, указанный объект, право на которое зарегистрировано за ФИО2, не может являться объектом недвижимости, поскольку подпорная стена является элементом благоустройства, не имеет самостоятельного хозяйственного назначения, не является отдельным объектом гражданского оборота, предназначена для обслуживания иных объектов недвижимости, выполняя лишь обслуживающую функцию по отношению к соответствующему земельному участку и находящимся на нем зданиям (сооружениям), она не может быть квалифицирована в качестве самостоятельного объекта недвижимости по смыслу ст. 130 ГК РФ.

Кроме того, земельный участок для целей возведения объекта недвижимости ФИО2 уполномоченным органом не предоставлялся, разрешение на строительство объекта «подпорная стенка» не выдавалось, в связи с чем, спорный объект, возведенный в отсутствие разрешения на строительство и прав на земельный участок, обладает признаками самовольной постройки.

Письмом от 8 июня 2023 г. № 13441-отсзо департамент уведомил ФИО2 о прекращении действия разрешения на размещение спорного объекта.

Согласно разрешению на размещение от 21 декабря 2022 г. № 433/22, после прекращения действия разрешения на размещение объекта, ФИО2 необходимо в течение четырнадцати дней освободить земельный участок с учетным номером 5-6-135 от размещенного объекта и привести земельный участок в состояние, пригодное для дальнейшего использования.

В настоящее время земельный участок по <адрес> (кадастровый квартал № <...>) ФИО2 не освобожден, несмотря на то, что действие разрешения, выданное распоряжением департамента № 5704р от 21 декабря 2022 г., прекращено.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, с учетом уточнений исковых требований, департамент муниципального имущества администрации Волгограда просит суд обязать ФИО2 освободить земельный участок по адресу: <адрес> (кадастровый квартал № <...>, уч.№ 5-6-135) путем сноса (демонтажа) объекта «подпорная стенка», установить, что решение суда является основанием для внесения записи ЕГРН о прекращении права собственности ФИО2 на объект «подпорная стенка» с кадастровым номером № <...>.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2 по доверенности ФИО3 просит решение отменить, в обоснование доводов жалобы ссылаясь на ошибочность выводов суда о том, что спорная подпорная стенка не является объектом капитального строительства, также указывая на то, что спорный объект не обладает признаками самовольной постройки.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте апелляционного разбирательства.

В соответствии со ст. 330 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям.

В силу ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям оспариваемое решение суда не отвечает.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2023 г. № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке», в силу п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной признается постройка при наличии хотя бы одного из следующих признаков:

- возведение (создание) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке;

- возведение (создание) на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта на дату начала его возведения и на дату выявления постройки;

- возведение (создание) без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений, если требование о получении соответствующих согласований, разрешений установлено на дату начала возведения и является действующим на дату выявления постройки;

- возведение (создание) с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если такие нормы и правила установлены на дату начала возведения постройки и являются действующими на дату ее выявления.

Абзацем 4 п. 2 ст. 222 этого же кодекса установлено, что самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (далее - установленные требования), осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 3 этой статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан (п. 3 ст. 222 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО2 является собственником земельного участка площадью 900 кв.м, с кадастровым номером № <...> по <адрес>, а также собственником расположенного на данном земельном участке жилого дома с кадастровым номером № <...>.

Поскольку земельный участок ответчика непосредственно граничит с овражной зоной, с целью нормальной эксплуатации принадлежащего ей участка, обеспечения устойчивости откосов насыпей и выемок, удержания грунта от обрушения и осыпания, ФИО2 обратилась в ДМИ администрации Волгограда с заявлением о получении разрешения на размещение объекта «подпорная стенка» на земельном участке из земель населенных пунктов, примыкающем к принадлежащему ей участку.

Предварительно ФИО2 подготовлена схема границ предполагаемого к использованию под опорную стенку участка, получено градостроительное заключение департамента по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда от 18 ноября 2022 г. № АГ 05-22-204.

18 ноября 2022 г. департаментом по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда выдано положительное градостроительное заключение от № АГ 05-22-204 о возможности размещения опорной стенки овражной зоны.

21 декабря 2022 г. руководителем ДМИ администрации Волгограда издано распоряжение № 5704р, согласно которому, с учетом постановления Правительства Российской Федерации от 3 декабря 2014 г. № 1300 «Об утверждении перечня видов объектов, размещение которых может осуществляться на землях или земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, без предоставления земельных участков и установления сервитутов», ФИО2 сроком на три года выдано разрешение на размещение подпорной стенки овражной зоны на земельном участке площадью 170 кв.м (согласно приложенным координатам) без его предоставления и установления сервитута, из земель населенных пунктов.

В тот же день, 21 декабря 2022 г., на основании указанного выше распоряжения, ДМИ администрации Волгограда выдано разрешение № 433/22 на размещение объекта на землях или земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, без предоставления земельных участков и установления сервитутов, публичных сервитутов.

Согласно указанного документа ФИО2 разрешено размещение подпорной стенки овражной зоны на земельном участке площадью 170 кв.м без его предоставления и установления сервитута, сроком на три года, в соответствии со схемой границ участка.

Несмотря на то, что согласно п. 12.02.002.002 «Классификатора объектов капитального строительства по их назначению и функционально-технологическим особенностям», утвержденного приказом Минстроя России от 2 ноября 2022 г. № 928/пр, подпорные стены, возведенные как сооружения для защиты населения и территорий от природных воздействий, являются объектами капитального строительства, в шестом абзаце указанного выше разрешения указано, что оно не является основанием для строительства, реконструкции объектов капитального строительства.

В 2022 году в пределах границ согласованного ДМИ администрации Волгограда земельного участка ФИО2 возведена опорная стенка протяженностью 69 м.

В п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу ст. 131 ГК РФ закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

На основании подготовленного кадастровым инженером технического плана сооружения, ФИО2 в декларативном порядке обратилась в Управление Росреестра по Волгоградской области с заявлением о государственной регистрации права собственности на вновь возведенный объект недвижимого имущества – подпорную стенку протяженностью 69 м.

28 марта 2023 г. в ЕГРН внесена запись о государственной регистрации права собственности ФИО2 на сооружение – подпорная стенка протяженностью 69 м, с кадастровым номером № <...>.

Разрешая заявленные требования и удовлетворяя иск, суд пришел к выводу о том, что спорное сооружение не является самостоятельным объектом, имеет вспомогательное назначение, следовательно, не может быть признано объектом недвижимого имущества. В отсутствии у ФИО2 прав на земельный участок, на котором расположена подпорная стенка, с учетом представленного ДМИ администрации Волгограда письма от 8 июня 2023 г. о прекращении действия разрешения от 21 декабря 2022 г. № 433/22, суд пришел к выводу о возложении на ответчика обязанности освободить земельный участок путем сноса объекта «подпорная стенка», указав, что решение является основанием для внесения в ЕГРН записи о прекращении права собственности ФИО2 на спорный объект.

С указанными выводами судебная коллегия не соглашается, поскольку они не соответствуют обстоятельствам дела и применяемым к возникшим между сторонами правоотношениям нормам права.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных данным кодексом.

В нарушение этих положений закона по настоящему делу судом не принято во внимание вступившее в законную силу апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 30 января 2025 г. по делу № 2-2386/2023 по иску ДМИ администрации Волгограда к ФИО2 о признании отсутствующим права собственности.

Между тем, указанным судебным актом установлено, что возведенное ФИО2 сооружение – подпорная стенка с кадастровым номером № <...> имеет самостоятельное функциональное назначение, обладает самостоятельными полезными свойствами, имеет признаки самостоятельного объекта недвижимости, государственная регистрация произведена в установленном законом порядке.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу судебным актом по спору между теми же сторонами, следовательно, в силу положений ч. 2 ст. 61 ГПК РФ не подлежат повторному доказыванию.

В этой связи вывод суда о том, что спорное сооружение не является самостоятельным объектом недвижимого имущества является неверным, удовлетворение иска по данному основанию нарушает нормы права.

На основании п. 2 ч. 1 ст. 40 ЗК РФ собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно - бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Исходя из п. 5 ч. 1 ст. 8 ГрК РФ к полномочиям органов местного самоуправления относится, в том числе, выдача разрешений на строительство, разрешений на ввод объектов в эксплуатацию при осуществлении строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства, расположенных на территориях поселений.

Строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство, выдаваемого в порядке ст. 51 ГрК РФ, за исключением случаев, предусмотренных названной статьей.

Согласно ч. 1 ст. 51 ГрК РФ разрешение на строительство представляет собой документ, который подтверждает соответствие проектной документации требованиям, установленным градостроительным регламентом, проектом планировки территории и проектом межевания территории, а также допустимость размещения объекта капитального строительства на земельном участке в соответствии с разрешенным использованием такого участка и ограничениями, установленными в соответствии с земельным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу ст. 14 ГК РФ допускается самозащита гражданских прав. Способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения.

Как разъяснено в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», лицо, право которого нарушено, может прибегнуть к его самозащите, соответствующей способу и характеру нарушения (ст. 14 ГК РФ). Возможность самозащиты не исключает права такого лица воспользоваться иными способами защиты, предусмотренными ст. 12 ГК РФ, в том числе в судебном порядке.

По смыслу ст. ст. 1 и 14 ГК РФ самозащита гражданских прав может выражаться, в том числе, в воздействии лица на свое собственное или находящееся в его законном владении имущество. Самозащита может заключаться также в воздействии на имущество правонарушителя, в том случае если она обладает признаками необходимой обороны (ст. 1066 ГК РФ) или совершена в состоянии крайней необходимости (ст. 1067 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1067 ГК РФ признаком крайней необходимости является устранение опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами.

С учетом положений приведенных норм права и их толкования судом при рассмотрении настоящего спора надлежало дать оценку тому, было ли строительство подпорного сооружения необходимо, в том числе, в том виде, в котором оно существует, имелась ли реальная угроза причинения вреда земельному участку ответчика и жилому дому на момент возведения сооружения, было ли возведение сооружения обусловлено бездействием органа местного самоуправления и направлено на сохранение принадлежащего ответчику имущества или имело целью самовольное занятие муниципального земельного участка, выходя за установленные законом пределы самозащиты и добросовестного осуществления гражданских прав.

Подобная правовая позиция, определяющая перечень подлежащих установлению юридически значимых обстоятельств по аналогичной категории споров сформулирована в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 марта 2025 г. № 18-КГ25-6-К4.

Из пояснений представителя ответчика следует, что для безопасной эксплуатации принадлежащего ФИО2 жилого дома <адрес> требовалось установление подпорной стенки овражной зоны, с целью обеспечения устойчивости откосов насыпей и выемок, удержания грунта от обрушения и осыпания.

ДМИ администрации Волгограда своим разрешением от 21 декабря 2022г. согласовал размещение ФИО2 подпорной стенки овражной зоны, указав временный срок размещения объекта 3 года. Указанный срок на дату обращения в суд с иском не истек.

В материалы дела истцом представлено уведомление от 8 июня 2023 г., которым ДМИ администрации Волгограда в одностороннем порядке сообщил ответчику о досрочном прекращении действия разрешения от 21 декабря 2022г., сославшись на пп. «б» п. 16 постановления администрации Волгоградской области от 23 октября 2015 г. № 630-п «Об утверждении Правил размещения объектов на землях или земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, без предоставления земельных участков и установления сервитутов, публичного сервитута на территории Волгоградской области», согласно которому основанием для досрочного прекращения действия разрешения на размещение объекта либо для одностороннего расторжения договора о размещении объекта является несоответствие размещенного объекта виду объекта, указанного в разрешении на размещение объекта либо в договоре о размещении объекта.

Указанное уведомление, по мнению судебной коллегии, не отвечает принципу добросовестности, установленному в ст. 10 ГК РФ, поскольку фактически размещенное ФИО2 сооружение «подпорная стенка овражной зоны» соответствует виду объекта, указанному в разрешении от 21 декабря 2022 г. Кроме того, в материалы дела истцом не представлены доказательства направления ответчику указанного уведомления, тогда как в апелляционной жалобе представитель заявителя ссылается на неполучение его доверителем данного документа.

С целью установления юридически значимых обстоятельств по делу, определением суда была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «НК Эксперт Групп Поволжье».

Из заключения проведенной по делу судебной экспертизы следует, что обследуемая подпорная стенка с кадастровым номером № <...> выполнена из армированного монолитного бетона. Бетонная стенка имеет в основании железобетонные буронабивные сваи диаметром 0,325 м, длиной 6 м. Шаг свай составляет 0,9 м. По верху свай расположена стена из армированного монолитного бетона. Толщина стены составляет 0,3 м, длина стены – 69 м.

Подпорная стенка выполнена в пойменной части р. Царица между 4-х этажным офисным зданием и коттеджной застройкой вдоль вновь проложенного дорожного полотна. На момент проведения исследования подпорная стенка находится в нагруженном состоянии. Подпорная стенка нужна для удержания грунта от осыпания и сползания на склонах или неровных участках земли. Это инженерная конструкция, которая принимает на себя боковое давление грунта и передает его в более устойчивые слои основания.

Исследуемое сооружение подпорной стены выполняет следующие функции:

предохраняет от вероятного сползания грунтовых масс верхней части склона вышерасположенный земельный участок с кадастровым номером № <...> по <адрес> (земельный участок ответчика);

предохраняет жилой дом по <адрес> от сползания, разрушения и деформации (жилой дом ответчика).

Подпорная стенка работает за счет передачи нагрузки от грунта на прочное основание. При том давление грунта не является постоянным, оно зависит от влажности, типа почвы, угла наклона, наличия внешних нагрузок – построек рядом. При отсутствии подпорной стенки возникает перемещение грунтовых масс, создается оползневая угроза, соответственно – угроза для жилых строений, в том числе угроза разрушения как земельного участка, так и жилого дома по <адрес>. Подпорная стенка обеспечивает сохранность и безопасность эксплуатации сооружений окружающей застройки.

Согласно выводам эксперта, строительство спорной подпорной стенки было необходимым, в том числе для устойчивости откосов насыпей и выемок земельного участка с кадастровым номером № <...> по <адрес>, для удержания грунта от осыпания и сползания, предохранения от вероятного оползневого схода земельных масс верхней части склона, для недопущения разрушения инженерных и дорожных сооружений, линий электропередач, трубопроводов. Без строительства подпорной стенки имелась реальная угроза причинения вреда как земельному участку по <адрес>, так и расположенному на нем жилому дому. Возведение подпорной стенки было направлено на сохранение имущества ФИО2

Как следует из заключения эксперта, демонтаж подпорной стенки несет вероятную угрозу разрушения принадлежащего ФИО2 жилого дома и земельного участка. Такой демонтаж может повлечь за собой обрушение грунта и перемещение грунтовых масс в сторону дороги. При подобном обрушении и перемещении возникает вероятность деформации жилого дома по <адрес> (вплоть до разрушения дома). Особую опасность представляет внезапное перемещение грунтовых масс из-за чрезмерного увлажнения грунта. В такой ситуации жилой дом может разрушиться в течение короткого промежутка времени.

Оснований сомневаться в правильности и обоснованности выводов эксперта, а также данных, ставящих под сомнение заключение эксперта, не установлено. Само заключение является полным, обоснованным и мотивированным. В нем указано, кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, даны обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны выводы. Эксперт имеет соответствующее образование и квалификацию, был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы эксперта последовательны, не противоречат материалам дела и согласуются с другими доказательствами по делу. Формирование выводов экспертом производилось на основании материалов дела, с учетом нормативных актов, регламентирующих производство экспертиз, с непосредственным осмотром объекта исследования. Каких-либо доказательств, опровергающих данное заключение либо ставящих под сомнение сделанные экспертом выводы, лицами, участвующими в деле, не представлено. Судебная коллегия принимает данное заключение судебной экспертизы в качестве достоверного доказательства.

Давая оценку представленным в материалы дела доказательствам, судебная коллегия приходит к выводу о том, что спорная подпорная стенка была возведена ФИО2 в целях устранения реальной угрозы причинения вреда земельному участку и жилому дому ответчика. Стенка возведена с разрешения ДМИ администрации Волгограда. Демонтаж подпорной стенки, как того требует истец, может спровоцировать подвижки грунта земельного участка ответчика и, как следствие, негативно повлиять на несущую способность жилого дома на этом участке, приведет к разрушению инженерных и дорожных сооружений. В случае демонтажа спорного объекта потребуется устройство нового подпорного сооружения во избежание недопустимых деформаций. Без сохранения существующего подпорного сооружения возможно причинение ущерба земельному участку и жилому дому ответчика.

В соответствии с ч. 1 ст. 13 ЗК РФ охрана земель представляет собой деятельность органов государственной власти, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, направленную на сохранение земли как важнейшего компонента окружающей среды и природного ресурса.

Пунктом 2 ч. 2 ст. 13 ЗК РФ предусмотрено, что в целях охраны земель собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы и арендаторы земельных участков обязаны проводить мероприятия по защите земель от водной и ветровой эрозии, селей, подтопления, заболачивания, вторичного засоления, иссушения, уплотнения, загрязнения химическими веществами, в том числе радиоактивными, иными веществами и микроорганизмами, загрязнения отходами производства и потребления и другого негативного воздействия.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Принцип эстоппель вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, установленного пунктами 3 и 4 ст. 1 ГК РФ.

В общем виде эстоппель (estoppel) можно определить как правовой механизм, направленный на обеспечение последовательного поведения участников правоотношений.

При этом при применении эстоппеля важно учитывать, что само по себе противоречивое поведение стороны не является упречным (противоправным или недобросовестным). Недобросовестным признается только такое противоречивое поведение стороны, которое подрывает разумное доверие другой стороны и влечет явную несправедливость.

Главная задача принципа эстоппель заключается в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Поскольку эстоппель является частным проявлением принципа добросовестности, то для целей его применения требуется оценка добросовестности каждой из сторон.

Недобросовестным является поведение одной из сторон, противоречащее ее предшествующим действиям и заявлениям, на которые разумно положилась другая сторона и вследствие противоречивого поведения понесла ущерб. В частности, недобросовестным является непоследовательное поведение лица в ситуации, когда оно, обладая каким-либо субъективным правом, своими предшествующими действиями создает для другой стороны разумное ожидание, что оно этим субъективным правом воспользоваться не планирует, а впоследствии совершает действия по осуществлению этого права, вопреки предшествующему поведению.

Однако при применении эстоппеля подлежит оценке и добросовестность стороны, положившейся на действия другой стороны. Эстоппель должен защищать только добросовестное лицо, то есть лицо, доверие которого к поведению другой стороны было разумным и обоснованным, и призван содействовать обеспечению юридической безопасности субъектов права, направлен на защиту добросовестной стороны. Сторона, заявляющая о применении эстоппеля, должна разумно и добросовестно полагаться на поведение другой стороны.

Для применения эстоппеля в процессе необходимо установить не только факт противоречивого поведения одной из сторон спора, но также оценить, в какой степени поведение этой стороны могло создать доверие для другой, на которое она обоснованно положилась и вследствие этого действовала (могла действовать) в ущерб себе.

Эстоппель защищает добросовестную сторону, поэтому он находит свое применение тогда, когда доверие лица, вызванное поведением другой стороны, хотя и противоречит формальной правовой или фактической действительности, но может быть признано разумным, оправданным. Установление обоснованности возникновения доверия прежде всего предполагает выяснение того, знала ли доверившаяся сторона о том, что ее ожидания не соответствуют правовой или фактической действительности.

В абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Защита доверия как таковая является ключевым аспектом при оценке противоречивого поведения лица при применении принципа эстоппель. Поэтому вопрос о наличии доверия у лица, связанного с поведением противоположной стороны, при применении принципа эстоппель подлежит исследованию судом.

Непосредственной целью санкции ст. 10 ГК РФ является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 8 октября 2024 г. № 300-ЭС24-6956 по делу № СИП-295/2023).

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика.

Таким образом, для применения эстоппеля надлежит исследовать и оценить не только поведение ответчика, но и поведение другой стороны. При этом суд вправе не принять доводы стороны, действия которой недобросовестны, и решить вопрос относительно того, какая из сторон в конечном итоге повела себя недобросовестно.

Правило о недопустимости противоречивого поведения как проявления принципа недобросовестности находит отражение и в разъяснениях, содержащихся в абз. 5 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Противоречивое поведение является лишь одним из условий установления недобросовестности. Вывод о недобросовестности действующей противоречиво стороны может быть обоснован в тех случаях, когда такая противоречивость с учетом (в контексте) конкретных обстоятельств дела подрывает доверие (ожидание) другой стороны и причиняет вред (ущерб). Данное правило должна учитывать сторона, вызвавшая своим поведением доверие другой стороны.

Из материалов дела усматривается, что градостроительным заключением департамента по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда от 18 ноября 2022 г. № АГ 05-22-204 структурное подразделение органа местного самоуправление подтвердило, необходимость установления подпорной стенки овражной зоны, примыкающей к участку ответчика с кадастровым номером № <...> по <адрес>.

В рассматриваемом случае именно на администрации Волгограда в силу требований п. 2 ч. 2 ст. 13 ЗК РФ лежала обязанность по охране участка, на котором в настоящее время расположена спорная подпорная стенка, от разрушения и дальнейшего осыпания, тогда как данную обязанность фактически выполнила ФИО2, которая, с целью устранения реальной опасности разрушения принадлежащего ей земельного участка и жилого дома (ст. 1067 ГК РФ), за свой счет, подготовив схему границ предполагаемого к использованию под опорную стенку участка, получив положительное градостроительное заключение департамента по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда, а также соответствующее разрешение ДМИ администрации Волгограда, возвела спорную подпорную стенку, демонтаж которой, как установлено судебной коллегией, может повлечь за собой не только обрушение грунта принадлежащего ФИО2 земельного участка, но и обрушение жилого дома ответчика.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО2, возводя спорное сооружение подпорной стенки, действовала разумно и оправданно, полагалась на предшествующие действия ДМИ администрации Волгограда, разрешившего возведение спорного сооружения. Само по себе поведение администрации Волгограда в лице ее структурных подразделений предполагало наличие у ФИО2 соответствующих правовой и фактической действительности ожиданий благоприятных последствий от строительства спорного сооружения, которые заключались прежде всего в сохранении принадлежащего ей имущества от разрушения.

Последующие же действия ДМИ администрации Волгограда, выраженные в указании в разрешении на строительство запрета возведения капитального сооружения, а также в уведомлении от 8 июня 2023 г. о досрочном прекращении действия разрешения, являются противоречивыми и недобросовестными. Такие действия подрывают разумное доверие ФИО2 и влекут явную несправедливость. Такая противоречивость действий с учетом и в контексте конкретных обстоятельств дела подрывает доверие (ожидание) ответчика, который за счет собственных средств фактически исполнил обязанность администрации Волгограда, предусмотренную п. 2 ч. 2 ст. 13 ЗК РФ.

Исходя из принципа пропорциональности снос объекта самовольного строительства является крайней мерой государственного вмешательства в отношения, связанные с возведением (созданием) объектов недвижимого имущества, а устранение последствий допущенного нарушения должно быть соразмерно самому нарушению, не должно создавать дисбаланса между публичным и частным интересом, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков. В связи с этим следует иметь в виду, что необходимость сноса самовольной постройки обусловливается не только несоблюдением требований о получении разрешения на строительство, но и обстоятельствами, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки вследствие ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц.

С учетом установленных по делу юридически значимых обстоятельств, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для возложения на ФИО2 обязанность освободить земельный участок путем сноса (демонтажа) объекта «подпорная стенка», с внесением в ЕГРН записи о прекращении права собственности ответчика на спорный объект, в связи с чем оспариваемое решение подлежит отмене, с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска.

Из материалов дела следует, что стоимость проведенной по ходатайству ответчика судебной экспертизы составила 170 000 рублей.

Принимая во внимание положения ст.ст. 96, 98 ГПК РФ, внесенные ответчиком на депозит Волгоградского областного суда для проведения судебной экспертизы денежные средства в сумме 143 000 рублей подлежат перечислению на банковский счет экспертной организации, тогда как оставшаяся сумма 27 000 рублей подлежит взысканию с ДМИ администрации Волгограда в пользу ООО «НК Эксперт Групп Поволжье». Оплаченная ответчиком сумма для проведения судебной экспертизы в размере 143 000 рублей подлежит взысканию с ДМИ администрации Волгограда в пользу ФИО2

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 24 апреля 2025 г. отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска департамента муниципального имущества администрации Волгограда к ФИО2 о возложении обязанности освободить земельный участок, прекращении права собственности – отказать.

Взыскать с департамента муниципального имущества администрации Волгограда (ИНН <***>) в пользу ООО «НК Эксперт Групп Поволжье» (ИНН <***>) расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 27 000 рублей.

Взыскать с департамента муниципального имущества администрации Волгограда (ИНН <***>) в пользу ФИО2 ёжаевны (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии № <...>) расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 143 000 рублей.

Финансово-бухгалтерскому отделу Волгоградского областного суда перечислить денежные средства в размере 143 000 (сто сорок три тысячи) рублей с депозитного счета Волгоградского областного суда, внесенные ФИО3 за ФИО2 ёжаевну на основании чека от 24 октября 2025 г., на расчетный счет общества с ограниченной ответственностью «НК Эксперт Групп Поволжье» по следующим реквизитам:

ИНН <***>,

КПП 346101001,

Филиал «Центральный» Банка ВТБ (ПАО) г. Москва

сч. № 40702810913080000090

БИК 044525411

Кор. Счет 30101810145250000411

назначение платежа: за судебную экспертизу по делу № 33-9515/2025.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия. Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 января 2026г.

Председательствующий

Судьи