Решение № 2-900/2017 2-900/2017~М-803/2017 М-803/2017 от 16 мая 2017 г. по делу № 2-900/2017

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 мая 2017 года город Тула

Советский районный суд г. Тулы в составе

председательствующего Свиридовой О.С.,

при секретаре Курганове Д.Г.,

с участием истца ФИО4, его представителя в порядке части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекс Российской Федерации ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-900/2017 по иску ФИО4 к ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании договоров недействительными, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании договоров недействительными, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований истец сослался на то, что 22 сентября 2016 г. по договору купли-продажи он приобрел транспортное средство КIА Sportage SLS, VIN №, государственный регистрационный знак № регион, для чего в тот же день заключил с банком ВТБ 24 (ПАО) кредитный договор, а также договор залога автомобиля. Стоимость автомобиля составила <данные изъяты> рублей, из которых <данные изъяты> рублей - сумма кредита, <данные изъяты> рублей - сумма первоначального взноса.

В выборе и оформлении транспортного средства ему помогал ФИО6

Поскольку он (ФИО4) не смог забрать приобретенный автомобиль сразу, то решил оставить его на территории автосалона до момента регистрации, передав ключи ФИО6, так как считал его сотрудником автосалона.

Они созванивались с ФИО6, ФИО4 просил продлить нахождение автомобиля на стоянке, поскольку не мог явиться для регистрации в связи с занятостью на работе, в результате чего ФИО6 предложил ему зарегистрировать транспортное средство без его участия, на что ФИО4 согласился, передав свой паспорт ФИО9

30 сентября 2016 г. автомобиль был поставлен на учет в органах ГИБДД, выдан паспорт транспортного средства, присвоен государственный регистрационный знак № регион.

23 ноября 2016 г. ему стало известно о том, что 30 октября 2016 г. принадлежавший ему автомобиль продан ФИО7 по договору купли-продажи, заключенному последним с индивидуальным предпринимателем ФИО8, который выступал агентом на основании агентского договора от 30 октября 2016 г., заключенного с ним (ФИО4). Однако договор агента он не заключал и не подписывал.

25 ноября 2016 г. он (истец) обратился в отдел полиции «Привокзальный» с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО6, который похитил принадлежащий ему автомобиль.

В ходе следствия ему стало известно, что с 05 ноября 2016 г. собственником автомобиля КIА Sportage SLS, VIN №, государственный регистрационный знак № регион, является ФИО7, из объяснений которого следует, что 30 октября 2016 г. он приобрел спорный автомобиль в «<данные изъяты>» ИП ФИО8, находящийся в г. Москве, за <данные изъяты> рублей, по объявлению в сети Интернет. В офисе «<данные изъяты>» ему был выдан договор купли-продажи автомобиля от 30 октября 2016 г. и договор агента № от 30 октября 2016г.

Указанный агентский договор он (ФИО4) не подписывал, так же как и договор купли-продажи. Подпись в договорах ему не принадлежит. Его воли на отчуждение автомобиля не было, агентский договор и договор купли-продажи являются недействительными, имущество выбыло из владения помимо его воли.

В паспорте транспортного средства на автомобиль в графе «подпись настоящего собственника», в том месте, где собственником автомобиля указан он (истец), нет подписи вообще, только стоит печать общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», а в дубликате паспорта транспортного средства в графе «подпись прежнего собственника», где собственником автомобиля уже указан ФИО7, стоит подпись от имени истца, которую он (истец) не ставил, подпись ему не принадлежит.

Считал, что ФИО6 мошенническим способом похитил у него автомобиль, который впоследствии без его разрешения и согласия продал через ИП ФИО8 «<данные изъяты>» в г. Москве, подделав его подписи в договоре агента, а так же написав от его имени расписку о получении денежных средств за автомобиль.

Кроме того полагал, что ФИО7 не является добросовестным приобретателем, поскольку не предпринял должной осмотрительности, а именно не проверил наличие зарегистрированных залогов в реестре залогов, об отсутствии сведений о залоге по автомобилю, принял расписку в получении денежных средств без подписи собственника, умышленно указал в договоре купли-продажи заниженную сумму, что так же является искажением реальных фактов.

Просит суд признать недействительными договор агента № от 30 октября 2016 г., заключенный между ИП ФИО8 и ним (ФИО4), и договор купли-продажи № от 30 октября 2016 г., заключенный между ИП ФИО8 и ФИО7 и применить последствия их недействительности.

В судебном заседании истец ФИО4, его представитель в порядке части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекс Российской Федерации ФИО5 доводы искового заявления поддержали по основаниям, изложенным в нем, просили его удовлетворить. Добавили, что приговором <данные изъяты> районного суда г.Тулы от 27 апреля 2017 г. ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на <данные изъяты> года с отбыванием в исправительной колонии <данные изъяты> режима. Вещественные доказательства: автомобиль КIА Sportage SLS, VIN № государственный регистрационный знак № регион, два комплекта ключей оставлены на сохранении у ФИО4 до разрешения данного гражданского дела.

Ответчики ФИО6, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещались в установленном порядке в соответствии с положениями статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой судебное извещение, адресованное лицу, участвующему в деле, направляется по адресу, указанному лицом, участвующим в деле. В ходе судебного разбирательства ответчики неоднократно извещались судом судебными повестками, однако конверты возвращались в адрес суда с отметкой почтовой службы «истек срок хранения».

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, сведений о причинах неявки суду не представил, рассматривать дело в его отсутствие не просил. Ранее в адрес суда поступили письменные возражения, в которых он указал, что в 2016 году увидел на сайте Авто.ру объявление о продаже спорного транспортного средства и решил его приобрести. 30 октября 2016 г. он заключил договор купли-продажи транспортного средства с ИП ФИО8, действующим на основании агентского договора, заключенного с ФИО4 Стоимость автомобиля составила <данные изъяты> рублей, однако в договоре купли-продажи стоимость указана как <данные изъяты> рублей. 23 января 2017 г. спорный автомобиль был у него изъят в ходе производства выемки в рамках уголовного дела. Считает себя добросовестным приобретателем транспортного средства, о чем им был подан иск в <данные изъяты> районный суд г. Тулы. Однако от данного иска он отказался, поскольку обратился с заявлением о совершении преступления ФИО8 по факту мошеннических действий, в отношении которого ведется проверка.

Поскольку ответчики о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, заявлений, ходатайств, возражений в суд не представили, рассматривать иск в их отсутствие не просили, а истец и его представитель, которым были разъяснены положения части 4 статьи 233 и статьи 237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, настаивали на рассмотрении дела в порядке заочного судопроизводства, суд определил возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков в порядке заочного судопроизводства.

Выслушав объяснения истца ФИО4, его представителя в порядке части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекс Российской Федерации ФИО5, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В силу статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из частей 1, 2 статьи 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться, распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с частью 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Исходя из положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно статье 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу указанных норм права договор считается заключенным в том случае, если каждая из сторон изъявила намерение (волю) приобрести для себя какие-либо гражданские права и обязанности, и сторонами в требуемой форме определены все существенные условия соответствующей сделки.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 22 сентября 2016 г. между обществом с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» (исполнитель) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи № транспортного средства КIА Sportage SLS, VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, государственный регистрационный знак № регион.

Согласно пункту 3.1 договора стоимость транспортного средства составила <данные изъяты> рублей.

Для приобретения автомобиля 22 сентября 2016 г. между публичным акционерным обществом Банк ВТБ 24 и ФИО4 заключен кредитный договор № о предоставлении денежных средств в размере <данные изъяты> рублей под <данные изъяты> процентов годовых на срок 60 месяцев.

В качестве первоначального взноса (предоплаты) истец ФИО4 внес <данные изъяты> рублей (квитанция к приходному кассовому ордеру № № от 22 сентября 2016 г.), которые, исходя из его пояснений, он занял у своего знакомого ФИО1

Кроме того, 22 сентября 2016 г. между публичным акционерным обществом Банк ВТБ 24 и ФИО4 заключен договор залога транспортного средства.

Согласно уведомления о возникновении залога движимого имущества № от 03 октября 2016 г., опубликованного на официальном интернет-сайте www.reestr-zalogov.ru, транспортное средство КIА Sportage SLS, VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, передано в залог, залогодатель ФИО4, залогодержатель публичное акционерное общество Банк ВТБ 24.

30 сентября 2016 г. автомобиль был поставлен на учет в органах ГИБДД, выдан паспорт транспортного средства, присвоен государственный регистрационный знак № регион.

Из материалов дела следует, что 30 октября 2016 г. между индивидуальным предпринимателем ФИО8 (агент) и ФИО4 (продавец) был заключен договор агента №, в соответствии с которым продавец поручает, а агент обязуется совершить от своего имени за счет продавца сделку купли-продажи транспортного средства КIА Sportage SLS, VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, государственный регистрационный знак № регион, за цену <данные изъяты> рублей.

Также 30 октября 2016 г. между индивидуальным предпринимателем ФИО8, действующим на основании договора агента № 015 от 30 октября 2016 г. и ФИО7 был заключен договор купли-продажи транспортного средства КIА Sportage SLS, VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, государственный регистрационный знак № регион стоимостью <данные изъяты> рублей.

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства серии №, выданному 05 ноября 2016 г. и паспорту транспортного средства серии №, собственником транспортного средства КIА Sportage SLS, VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, государственный регистрационный знак № является ФИО7

Настаивая на удовлетворении исковых требований, истец ФИО4 указал, что он не подписывал договор агента № от 30 октября 2016 г. и договор купли-продажи № от 30 октября 2016 г., подпись в договорах ему не принадлежит, его воли на отчуждение автомобиля не было, имущество выбыло из владения помимо его воли. Кроме того, в паспорте транспортного средства на автомобиль в графе «подпись настоящего собственника», в том месте, где собственником автомобиля указан ФИО4, нет подписи вообще, только стоит печать общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», а в дубликате паспорта транспортного средства в графе «подпись прежнего собственника», где собственником автомобиля уже указан ФИО7, стоит подпись от имени ФИО4, однако данную подпись он не ставил. В связи с данными обстоятельствами в ноябре 2016 года он (истец) обратился в отдел полиции «Привокзальный» с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО6, который похитил принадлежащий ему автомобиль.

Проверяя данные доводы, суд установил, что в связи с обращением ФИО4 в отдел полиции «Привокзальный» УМВД России по г. Туле было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО6 по факту хищения мошенническим путем автомобиля.

В рамках уголовного дела была проведена почерковедческая экспертиза.

Так, согласно выводов заключения эксперта № от 10 февраля 2017 г., рукописные буквенно-цифровые записи в расписке от ФИО6 от 24 ноября 2016 г., изъятой 25 января 2017 г. в ходе выемки у потерпевшего ФИО4, и в расписке от имени ФИО4 от 30 сентября 2016 г., изъятой в ходе выемки у свидетеля ФИО7 27 января 2017 г., выполнены ФИО6.

Две подписи от имени ФИО4 в его заявлении от 30 сентября 2016 г. на регистрацию автомобиля КIА Sportage SLS, VIN №, изъятом в ходе выемки у госинспектора отделения № МРЭО ГИБДД УМВД РФ по Тульской области ФИО2 08 февраля 2017 г., вероятно выполнены не ФИО4, а другим лицом с подражанием его подписи.

Решить вопрос: кем, ФИО4 или другим лицом выполнена подпись от имени ФИО4 в договоре купли-продажи автомобиля КIА Sportage SLS, VIN № от 22 сентября 2016 г., изъятом в ходе выемки у госинспектора отделения № МРЭО ГИБДД УМВД РФ по Тульской области ФИО2 08 февраля 2017 г., не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Решить вопрос: кем, ФИО4 или другим лицом выполнены подписи в графе «подпись прежнего собственника» в паспорте транспортного средства на автомобиль КIА Sportage SLS, VIN №, серии № от 30 сентября 2016 г., изъятом в ходе выемки у свидетеля ФИО7 27 января 2017 г. и в графе «подпись продавца» в договоре агента № от 30 октября 2016 г., изъятом в ходе выемки у госинспектора отделения № МРЭО ГИБДД МВД по Республике Крым ФИО3 27 января 2017 г., не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Решить вопрос, кем, ФИО6 или другим лицом выполнены две подписи в расписке от имени ФИО6 от 24 ноября 2016 г., изъятой 25 января 2017 г. в ходе выемки у потерпевшего ФИО4, не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

При этом в ходе рассмотрения уголовного дела ФИО6 не отрицал, что ФИО4 не принимал участие в регистрации автомобиля в органах ГИБДД, что это сделал именно он, предъявив сотруднику ГИБДД паспорт на имя ФИО4, подписав от его имени заявление на регистрацию. Также признал, что именно он 24 ноября 2016 г. написал расписку ФИО4, что взял у него автомобиль и обязуется вернуть ему деньги до 26 ноября 2016 г., однако не сделал этого по независящим от него причинам.

Данные обстоятельства установлены приговором <данные изъяты> районного суда г. Тулы от 27 апреля 2017 г., вступившим в законную силу 11 мая 2017 г., согласно которому ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на <данные изъяты> года с отбыванием в исправительной колонии <данные изъяты> режима. Вещественные доказательства: автомобиль КIА Sportage SLS, VIN №, государственный регистрационный знак № регион, два комплекта ключей оставлены на сохранении у ФИО4 до разрешения данного гражданского дела.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, оценивая доводы истца и собранные в ходе рассмотрения дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что договор агента № от 30 октября 2016 г., заключенный между ИП ФИО8 и от имени ФИО4, договор купли-продажи № от 30 октября 2016 г., заключенный между ИП ФИО8 и ФИО7, нельзя считать заключенными, они являются ничтожными сделками, поскольку достоверно установлено, что подпись от имени ФИО4 в указанных договорах выполнена не им, транспортное средство КIА Sportage SLS, VIN №, государственный регистрационный знак № регион выбыло из его владения против его воли, соответственно, при отсутствии подписи самого ФИО4, подтверждающей его действительное намерение на заключение сделок, данные договоры не соответствуют требованиям закона, что свидетельствует об их недействительности.

Доказательств, свидетельствующих о добросовестном поведении и разумности своих действий, ответчиками в материалы дела не представлено.

Согласно части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой.

В силу части 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Из положения статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно статье 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель) (пункт 37 Постановления № 10/22).

Приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 Постановления № 10/22).

Абзацем первым пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Из содержания указанных норм и акта их разъяснения следует, что одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию при обращении в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, является выбытие имущества из владения собственника по воле либо помимо его воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Как усматривается из материалов дела и установлено приговором <данные изъяты> районного суда г. Тулы от 27 апреля 2017 г., вступившим в законную силу 11 мая 2017 г., ФИО4, не имел намерение продать спорное транспортное средство.

Кроме того, судом установлено, что транспортное средство КIА Sportage SLS, VIN №, государственный регистрационный знак № регион выбыло из владения ФИО4 помимо его воли, путем его хищения ФИО6

Гражданский кодекс, устанавливая принцип добросовестности участников гражданских правоотношений, указал на то, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (статья 10).

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным при установлении очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может отказать в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применить иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий. Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Проверяя доводы представителя ответчика ФИО7 о том, что он является добросовестным приобретателем, суд учитывает, что согласно положений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Между тем, из материалов дела следует, установлено судом и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, что транспортное средство выбыло из владения ФИО4 против его воли, договор агента и договор купли-продажи он не заключал, подписи не ставил, не выражал намерение на его отчуждение.

При указанных обстоятельствах ссылки ответчика ФИО7 на добросовестность приобретения автомобиля не имеют значения, поскольку имущество выбыло из владения собственника помимо его воли, в связи с чем сделки признаются недействительными, а потому имущество подлежит возврату собственнику и от добросовестного приобретателя.

Давая правовую оценку действиям ответчика ФИО7 как покупателя спорного транспортного средства, суд указывает на неразумность и неосмотрительность действий последнего при покупке автомобиля.

К тому же ответчик ФИО7 не убедился в том, что транспортное средство не обременено залогом, хотя данная информация является общедоступной в сети Интернет.

При этом ответчик ФИО7 не лишен права обращения в судебные органы за защитой нарушенного, по его мнению, права, поскольку право на судебную защиту, вне зависимости от результатов рассмотрения настоящего гражданского дела может быть реализовано в соответствии с Конституцией Российской Федерации и требованиями как Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, так и Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации путем последующей подачи соответствующих заявлений и жалоб в судебные органы и в органы полиции. Стороны по делу не лишены права при наличии новых объективных результатов расследования их заявлений о совершении в отношении них противоправных действий приводить при подаче нового иска иные доводы, соответствующие результатам уголовного расследования, а также предоставлять письменные и другие доказательства в подтверждение своей позиции.

Проанализировав вышеизложенные конкретные обстоятельства в их совокупности с учетом норм права, регулирующих спорные правоотношения и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изучив обстоятельства совершения оспариваемых сделок и оценив представленные сторонами доказательства, в том числе пояснения участвующих в деле лиц, исследованные письменные доказательства, а именно приговор <данные изъяты> районного суда г.Тулы от 27 апреля 2017 г., вступивший в законную силу 11 мая 2017 г., который согласно статье 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязателен для суда, суд, исходя из отсутствия доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности действий ответчиков при совершении сделки купли-продажи, приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО4 о признании недействительными договоров агента от 30 октября 2016 г. и договора купли-продажи от 30 октября 2016 г. (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) и применения последствий недействительности сделки в виде истребования имущества из незаконного владения ФИО7, являющегося, согласно материалов дела, собственником спорного автомобиля, поскольку установлено и собранными по делу доказательствами подтверждается, что оспариваемые сделки нарушают требования закона, посягают на права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что имеются все правовые основания для признания оспариваемых договоров агента и купли-продажи недействительными и применения соответствующих последствий недействительности сделок.

Поскольку приговором <данные изъяты> районного суд г. Тулы от 27 апреля 2017г. вещественные доказательства в виде автомобиля КIА Sportage SLS, VIN №, государственный регистрационный знак № регион, два комплекта ключей оставлены на сохранении у истца ФИО4 до разрешения настоящего гражданского дела, то основания для истребования данного автомобиля из владения ФИО7 отсутствуют, поскольку фактическим пользователем имущества является истец ФИО4

Руководствуясь статьями 233, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании договоров недействительными, применении последствий недействительности сделки, удовлетворить.

Признать недействительным договор агента № от 30 октября 2016 года, заключенный между ИП ФИО8 и ФИО4.

Признать недействительным договор купли-продажи № от 30 октября 2016 года, заключенный между ИП ФИО8 и ФИО7.

Прекратить регистрационные действия, совершенные в отношении регистрации транспортного средства КIА Sportage SLS, VIN №, государственный регистрационный знак № регион, на ФИО7.

Восстановить регистрационный учет ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: гор. <адрес>, на транспортное средство КIА Sportage SLS, VIN №, государственный регистрационный знак № регион, и выдать регистрационные документы ФИО4.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в апелляционном порядке в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий