Приговор № 1-42/2019 от 19 мая 2019 г. по делу № 1-42/2019

Дело №


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

20 мая 2019 года Пермский край, г. Оса

Осинский районный суд Пермского края в составе

председательствующего Кривоносова Д.В.,

при секретаре судебного заседания Богомягковой Е.В.,

с участием государственных обвинителей Сабанцева О.Г., Аптукова Н.А.,

потерпевших Б., Э., представителя ФИО1, защитника Белик В.И., подсудимого ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, проживающего по месту регистрации по адресу: <адрес>, работающего диспетчером в <адрес><адрес>», учащегося <адрес> имени А.», имеющего среднее профессиональное образование, военнообязанного, неженатого, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ около 22-40 час. в темное время суток, на автодороге «Кукуштан-Чайковский» Осинского района Пермского края, на расстоянии 60,1м в сторону <адрес> от километрового знака «89 км», управляя технически исправным автомобилем «ВАЗ-21101» государственный регистрационный знак <адрес> рег., двигаясь со стороны <адрес> в направлении <адрес> со скоростью 90 км/час, в нарушении пунктов 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – ПДД РФ), предписывающих соблюдать ПДД РФ, действовать таким образом, что бы не причинять опасности для движения и не причинять вред, вести автомобиль со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, ФИО2, проявляя преступную небрежность, не контролируя происходящее на автодороге, не выбрав необходимую, безопасную для движения скорость транспортного средства, допустил наезда на движущийся впереди в попутном направлении мотоцикл под управлением С., перевозящего пассажира О., совершив дорожно-транспортное происшествие, в результате которого пассажиру мотоцикла О., помимо множественных ссадин и ушибленных ран лица, тела и конечностей были причинены телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы с кровоизлияниями в мягких покровах головы в лобной области, в височной, теменной и затылочных областях справа, вдавленным оскольчатым переломом височной кости справа с переходом на основание черепа, разрывом атланто-окципитального сочленения, массивными субарахноидальными кровоизлияниями в доли головного мозга, в области межполушарной борозды, под мягкой оболочкой обеих гемисфер мозжечка с прорывом крови во все желудочки мозга, повлекшие по неосторожности смерть. Допущенные ФИО2 нарушения пунктов 1.3, 1.5, 10.1 ПДД РФ находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением в результате дорожно-транспортного происшествия смерти О.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину не признал, показал, что подъезжая на своем автомобиле «ВАЗ-21101» с пассажиром Ар. к отвороту на д. Козлово со скоростью около 80 км/час был ослеплен встречными автомобилями, не успел переключиться с ближнего на дальний свет, за 3-5 метров перед капотом увидел мотоцикл, столкновение с которым избежать не смог, в момент столкновения что-то прилетело в лобовое стекло, позже понял, что О., сразу начал тормозить, мотоцикл зацепился за автомобиль, он (ФИО2) отпустил тормоз, после чего мотоцикл откатился и упал, когда остановились и вышли, увидели С., который сказал, что у мотоцикла горел только передний габарит, на обочине нашли лежащего О., вызвали скорую помощь.

В стадии предварительного следствия, будучи предупрежденным о процессуальных правах по ст. 46 УПК РФ (т. 2 л.д. 2-4), ФИО2 пояснял, что видимостью в момент аварии была практически «нулевая», при подъезде к отвороту в сторону д. Козлово, ослепил дальний свет фар встречной фуры, выезд мотоцикла на автотрассу не видел, после проезда перекрестка впереди идущий мотоцикл не видел, двигаясь дальше, внезапно заметил перед собой движущийся впереди со скоростью около 40 км/ч мотоцикл с двумя молодыми людьми, на педаль тормоза, чтобы предотвратить столкновение, нажать не успел, после столкновения О., вылетел с мотоцикла, ударился головой о лобовое стекло, оказался на капоте, С. держался за руль мотоцикла, когда он (ФИО2) отпустил педаль тормоза, мотоцикл откинуло на левую обочину, О. слетел на правую обочину, куда упал С. не видел.

Вина подсудимого ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления помимо его показаний, данных в суде и в статусе подозреваемого, подтверждается показаниями допрошенных потерпевших, свидетелей, специалистов, протоколами следственных действий, заключениями экспертов, иными документами, находящимися в материалах уголовного дела.

Из показаний потерпевшей Э. следует, что погибший О. приходится сыном. ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов, когда на улице было темно и видимость составляла около 2 метров, О. и С. на мотоцикле, под управлением последнего, поехали в <адрес>, в первом часу ночи сообщили об аварии, пешком дошла до места, обнаружила на обочине тело погибшего сына, видела, как сотрудники полиции опрашивали ФИО2, вдалеке лежал мотоцикл, подсудимый частично возместил ущерб в размере 150000 рублей, просит взыскать в счет компенсации морального вреда 1000 000 рублей, расходы на представителя 20000 рублей.

Из показаний потерпевшего Б. следует, что погибший О. приходится сыном, от водителя мотоцикла С. узнал, что их сбила идущая сзади машина, у мотоцикла не горела задняя лампочка. Тяжело переживает смерть сына, испытывает нравственные страдания, в связи с чем, просит взыскать моральный вред в размере 1 000 000 рублей.

Из показаний свидетеля С. следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов управляя мотоциклом «Патрон», ехал с О., у мотоцикла не работал спидометр и не горел задний фонарь, видимость в свете передней фары составляла около 5-8 метров, на скорости около 20-30 км/час выехал на трассу, разогнался до 50 км/час, переключившись на пятую передачу, примерно через две минуты движения по трассе их сбила идущая сзади машина ФИО2, при столкновении почувствовал сильный удар, О. в результате столкновения оказался на обочине, был без сознания.

Свои действия по событиям случившегося свидетель С. произвел ДД.ММ.ГГГГ на следственном эксперименте, с использованием аналогичного мотоцикла разогнался на данном участке автодороги до скорости 50 км/час (т. 1 л.д.96-100).

Из показаний свидетеля Ар. следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов на автомашине ВАЗ, под управлением ФИО2, со скоростью около 80-90 км/час, ехал в сторону <адрес> на переднем пассажирском месте, подъезжая к отвороту на д. Козлово, ослепили встречные машины – фура и две легковые, после чего ФИО2 тормозить не стал, ехал с ближним светом фар, после разъезда со встречными машинами произошло столкновение с едущим впереди со скоростью 30-40 км/час мотоциклом, который заметил перед самым капотом автомашины, ФИО2 после столкновения сразу стал тормозить.

Из показаний свидетеля Г. следует, что в хирургическом отделении ФИО4 ЦРБ оказывал медицинскую помощь С., который рассказал, что при движении на мотоцикле в темное время суток сбила сзади автомашина десятой модели, у мотоцикла не работал задний фонарь.

Кроме приведенных выше показаний, вина подсудимого ФИО2 в совершении преступления подтверждается совокупностью иных исследованных доказательств:

- заключением судебно-медицинского эксперта (т. 1 л.д. 45- 53) согласно которым смерть О. наступила в результате тупой сочетанной травмы с кровоизлияниями в мягких покровах головы в лобной области, в височной, теменной и затылочных областях справа, вдавленным оскольчатым переломом височной кости справа с переходом на основание черепа, разрывом атланто-окципитального сочленения, массивными субарахноидальными кровоизлияниями в лобной, теменной, височной и затылочных долях головного мозга справа, в лобной, теменной и височной долях головного мозга слева, в области межполушарной борозды, под мягкой оболочкой обеих гемисфер мозжечка с прорывом крови во все желудочки мозга; тупой травмы грудной клетки с надрывом интимы нисходящей части грудной аорты, разрывом и ушибом обоих легких; тупой травмы поясничной области и таза, верхних и нижних конечностей. Данная травма могла образоваться в условиях дорожно-транспортного происшествия, находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по критерию опасности для жизни.

- заключением судебно-медицинского эксперта (т. 1 л.д. 188-189), согласно которому у С. имелись рана затылочной области, множественные осадненные раны туловища, верхних и нижних конечностей, отек правой стопы, повлекшие причинение легкого вреда здоровью по критерию длительности расстройства здоровья на срок менее трех недель;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, схемой ДТП и фототаблицей к протоколу (т. 1 л.д. 15-43), подписанными понятыми и ФИО2, из которых следует, что столкновение между автомобилем марки ВАЗ и мотоциклом, произошло в ночное время на неосвещенном участке автодороги «Кукуштан-Чайковский», на правой полосе в сторону <адрес> на расстоянии 60,1 м. от километрового знака «89 км», дорога горизонтальная, асфальтированная, для двух направлений с обеих сторон с примыканием обочин, состояние покрытия – сухое, без дефектов, проезжей часть, шириной 7,9 м., имеет разделительную полосу разметки – 1.2.2 ПДД РФ, каких-либо дорожных знаков, кроме километрового знака «89 км» на месте происшествия не имеется, на расстоянии 60,1 м. от знака «89 км» зафиксирован след торможения автомобиля ВАЗ, длинной 49 м. в сторону <адрес>, в ту же сторону параллельно следу торможения слева от него идет след разлива жидкости, длинной 64 м., начинающийся на расстоянии 68,5 м. от знака «89 км»; кроме того, от знака «89 км» в сторону <адрес>: на правой обочине на расстоянии 95,8 м. лежит кусок бампера, на расстоянии 120,15 м. лежит труп О., на расстоянии 136,5 м. находится автомобиль ФИО2, напротив которого на левой обочине лежит мотоцикл на расстоянии 134,9 м от знака «89 км», кроме мотоцикла на левой обочине в 120 м. от знака «89 км» лежат кусок бампера и блок-фара мотоцикла;в патроне задней блок-фары мотоцикла отсутствует лампа, у мотоцикла оторвана «сидушка», отсутствуют передняя и задняя блок-фары, крыло спереди и заднее крыло; у автомобиля «ВАЗ-21101» деформированы передний капот, передняя защита, решетка и передняя рамка радиатора, сломана правая блок-фара, разбито переднее ветровое стекло, сломано правое боковое зеркало заднего вида;

- протоколом осмотра места происшествия, проведенного ДД.ММ.ГГГГ с 22-54 час до 23-14 час, оформленного с участием водителя ФИО2, его адвоката К., понятых Ч., и Р., иных участвующих лиц (т. 1 л.д. 85-88), из которого следует, что используя автомобиль марки «ВАЗ-2112» и мотоцикл, аналогичные по модификации автомобилю марки «ВАЗ-21101» и мотоциклу С., в условиях, схожих с условиями, в которых произошло ДТП, общая видимость на участке ДТП, в ближнем свете фар автомобиля марки «ВАЗ-2112» составила 32,15 м., а конкретная видимость очертаний мотоцикла с ближним светом и отключенной лампой задней блок-фары, в ближнем свете фар автомобиля составила 19,47 м.;

- протоколом следственного эксперимента, проведенного ДД.ММ.ГГГГ в период с 20-30 час до 20-55 час на месте ДТП, с участием водителей ФИО2 и С., понятых и гражданина т., предоставившего мотоцикл «Кобра», объемом двигателя 125 куб.см., аналогичный мотоциклу С. (т.1 л.д. 96-100) из которого следует, что С., выезжая на мотоцикле «Кобра» с пассажиром т. на автодорогу «Кукуштан-Чайковский», 89 км в сторону <адрес>, развил скорость движения мотоцикла равную 50 км/час;

- протоколами осмотров предметов: от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 70-73), из которого следует, что на разбитом участке в верхней центральной части лобового стекла автомобиля ФИО2 обнаружены и изъяты волосы; протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 103-105), в ходе которого осмотрена найденная на месте ДТП передняя блок-фара мотоцикла с установленной в ней лампой маркировки «55/60 Вт»; протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 138-141), в ходе которого осмотрены автомобиль марки «ВАЗ-21101», принадлежащий ФИО2, и мотоцикл С.;

- протоколами выемки и осмотров документов на имя ФИО2 (т. 1 л.д. 144-153), из которых следует, что ФИО2 с мая 2013 г. имеет стаж вождения транспорта категории «В», водительские права с отметкой «годен в очках или контактных линзах», на принадлежащий ФИО2 автомобиль «ВАЗ-21101» ДД.ММ.ГГГГ составлена диагностическая карта о возможности эксплуатации автомобиля до ДД.ММ.ГГГГ;

- заключением экспертов ЭКЦ ГУ МВД РФ по <адрес> (т. 1 л.д. 172-175) из выводов которых следует, что скорость автомобиля ВАЗ, соответствующая зафиксированным на месте следам торможения, составляет не менее 97, 3 км/ч. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, для обеспечения безопасности, водитель автомобиля ВАЗ ФИО2 должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1 и 10.3 ПДД РФ, а водитель мотоцикла С. – требованиями пункта 2.3.1 ПДД РФ, пункта 3.3 Перечня неисправностей и пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения Правил дорожного движения РФ. В данной дорожно-транспортной ситуации избранная водителем автомобиля ВАЗ установленная скорость движения – 97,3 км/ч не соответствовала условиям видимости на данном участке дороги, водитель автомобиля ВАЗ ФИО2 при указанных исходных данных располагал технической возможностью предотвратить столкновение. С технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля ВАЗ ФИО2 усматривается несоответствие требованиям пунктов 10.1. и 10.3 ПДД РФ;

- показаниями допрошенного в судебном заседании специалиста П. о том, что максимально допустимая скорость движения автомобиля ВАЗ в условиях общей видимости 32,15 м. составляет не более 62,5 км/час; исходя из данных специальной литературы, используемой при проведении автотехнических экспертиз, ситуационное время реакции водителя в темное время суток соответствует 1,2 с.; образование следов экстренного торможения только одной стороны автомобиля ВАЗ, обосновывается тем, что длина следа юза от разных колес автомобиля при экстренном торможении часто бывает неодинаковой и может быть результатом перераспределения веса между колесами автомобиля, различной регулировкой тормозов, разного значения коэффициента трения между колодками и барабанами колес; в случае исправности тормозов, с учетом отъезда автомобиля ВАЗ от заканчивающихся следов торможения экспертом для определения скорости по длине тормозного пути учитывается наибольшая длина следа юза, поскольку на участке, где хотя бы одно колесо перемещалось в заблокированном состоянии и оставило след юза, остальные колеса обеспечивают эффективное торможение автомобиля, образование одного следа при рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации было возможным; влияние на торможение автомобиля разлившейся при столкновении технической жидкости не могло повлиять на эффективность торможения, поскольку жидкость выливалась непосредственно в момент экстренного торможения и не могла создать скользящий слой на дорожном покрытии.

Вина подсудимого также подтверждается иными письменными документами, находящимися в материалах уголовного дела:

- рапортом оперативного дежурного М. (т. 1 л.д. 4), из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 22-45 час. от Ар. поступило сообщение о двух пострадавших в результате столкновения на автодороге «Кукукштан-Чайковский» автомобиля ВАЗ-2110 и мотоцикла;

- справкой Пермского Центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды (т. 1 л.д. 58), о том что ДД.ММ.ГГГГ в 23-00 час. температура воздуха составляла 19 градусов по Цельсию, скорость ветра 4 м/с, без осадков;

- картой вызова бригады скорой медицинской помощи (т. 1 л.д. 69), из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 23-00 час. бригадой медиков на месте ДТП осмотрен труп О., имеющий черепно-мозговую травму и многочисленные телесные повреждения;

- извещением из ГБУЗ ПК «ФИО4 ЦРБ» (т. 1 л.д. 6), о поступлении ДД.ММ.ГГГГ в 23-10 час пострадавшего С. с множественными осаднениями тела и конечностей;

- актами освидетельствования и результатами анализов ФИО2 и С. на состояние алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 8-9, 12-14), из которых следует, что состояние алкогольного опьянения у водителей не установлено;

- справкой РЭО ОГИБДД МО МВД России «Осинский», картой учета транспортного средства, страховым полисом ОСАГО от ДД.ММ.ГГГГг. (т. 1 л.д. 205, 206, т. 2 л.д 108), согласно которым автомобиль «ВАЗ-21101» государственный регистрационный знак <***> регион зарегистрирован за ФИО2

Из показаний допрошенных по ходатайству стороны защиты родителей подсудимого – З. и В. следует, что сын имеет аккуратный стиль вождения, узнав от сына о дорожно-транспортном происшествии сразу же приехали на место, выезжали на проведение следственных действий на месте аварии.

Оценив все вышеуказанные доказательства в их совокупности, суд пришел к убеждению, что вина подсудимого в совершении инкриминируемого деяния установлена полностью. Показания подсудимого ФИО2, данные на стадии предварительного расследования, полностью согласуются с показаниями свидетелей С. и Ар., потерпевших Э. и Б., специалиста П., исследованными письменными документами, в частности, протоколами осмотров места происшествия, приложенными к ним схемой и фототаблицами, протоколами следственных экспериментов, заключениями судебно-медицинского эксперта о причинах смерти О. и по телесным повреждениям С., заключением автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ Достоверность и допустимость данных доказательств у суда сомнений не вызывает, поскольку все вышеуказанные доказательства не противоречат друг другу, являются относимыми, допустимыми и в своей совокупности достаточными.

Доводы допрошенного в судебном заседании по ходатайству стороны защиты специалиста С. о том, что из следа тормозного пути, длиной 49 м. необходимо вычитать длину колесной базы; о том, что след торможения одной стороны автомобиля при исправной тормозной системе свидетельствует о попадании колес второй стороны на пятно жидкости, в связи с чем необходимо было применять иные коэффициенты при расчете скорости движения автомобиля ФИО2; о неправильном определении времени реакции водителя в темное время суток в 1,2 с., тогда как данное время, согласно методической литературы, должно составлять 1,8 с., опровергаются вышеуказанными доводами специалиста П., данными составленной ДД.ММ.ГГГГ в 23-20 час схемы ДТП и фототаблицы (т. 1 л.д. 23, 25-26, 36-37), из которых следует, что след разлитой жидкости начинается через 8,5 м. после начала тормозного следа, след торможения по сухому асфальту второй стороны автомобиля ВАЗ на участке длиной 8,5 м. до места начала разлива жидкости отсутствует.

Из предоставленных стороной защиты и специалистом С. данных учебного пособия под редакцией Д. «Экспертиза дорожно-транспортных происшествий» (Омск, 2005г.) следует, что время реакции водителя при ослеплении светом встречного транспортного средства составляет 0,8 с., в ночное время из-за плохой различимости препятствия к указанным значениям времени можно добавить 0,6 <адрес> образом, время реакции водителя может составлять в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации 1,4 с., что незначительно отличается от времени реакции водителя, принятой исходя из иной методической литературы, указанной в экспертизе на л.д. 175 – «Применение дифференцированных значений времени реакции водителя в экспертной практике. Москва ВНИИСЭ, 1987».

У суда отсутствуют какие-либо сомнения в компетенции эксперта ЭКЦ ГУ МВД РФ по <адрес> П., сделанное данным экспертом заключение совместно с экспертом Д. достаточно мотивировано и обосновано, произведено с использованием необходимой научно-криминалистической и технической литературы, оснований не доверять заключению экспертов, судом не установлено.

Кроме того, суд не может признать состоятельными и удовлетворить доводы стороны защиты об исключении из перечня доказательств, как недопустимых, протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 86-88), который, по мнению защитника, является следственным экспериментом, протокола следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 172-175), в ходе которого на мотоцикле иной марки и модификации, лишь по ощущениям С., аналогичным тем, что были ДД.ММ.ГГГГ, была установлена скорость движения мотоцикла до момента столкновения и, соответственно, заключения экспертов от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 172-175), в основу которого были положены данные, полученные при вышеуказанных следственных действиях.

В силу положений ст. 176 УПК РФ осмотр места происшествия может производится как в целях обнаружения следов преступления, так и в целях выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, осмотр места происшествия, документов и предметов может быть произведен до возбуждения уголовного дела.

Установление данных общей и конкретной видимости при осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ имело непосредственное значение для правильного разрешения дела. Каких-либо замечаний участвующие лица, в числе которых были ФИО2 и приглашенная им защитник К., относительно условий и общей обстановки, одежды и комплекции статистов, воспроизводящих лиц, движущихся на мотоцикле, задействованных транспортных средств, приглашенных понятых, в ходе проведения следственного действия не высказывали, данные о несогласии ФИО2 и его защитника с действиями следователя протокол не содержит.

Также ФИО2 не заявлялись каких-либо замечания при составлении протокола следственного эксперимента ДД.ММ.ГГГГ о зафиксированной скорости 50 км/ч при движении мотоцикла под управлением С. со статистом т.

Из показаний допрошенных в суде понятых Ш., Р., статистов Ч. и т., следует, что все установленные при следственных действиях данные были точно отражены в подписанных ими протоколах. Доводы о недопустимости участия понятого Р., который якобы был в состоянии средней степени алкогольного опьянения, суд расценивает, как заявленные с целью опорочить доказательство и признать его недопустимым. О реальном восприятия следственных действий понятым Р., его поведении, адекватном происходящему, заявили как сам Р., так и иные лица. О невозможности участия данного понятого ФИО3, участвующие в осмотре ФИО2 и адвокат К. при составлении протокола не заявили.

Таким образом, суд принимает как установленные с достаточной полнотой, достоверностью и обоснованностью, показатели скорости движения транспортных средств до момента их столкновения, поскольку на это указывают показания С. о характере движения на мотоцикле до момента столкновения на пятой передаче;

показания ФИО2, данные им в статусе подозреваемого, о том, что после столкновения и падения О. на капот, С. какое-то время держался за руль мотоцикла, который задней частью зацепился за автомобиль и продолжал движение, пока он (ФИО2) не отпустил тормоз, то есть на всем расстоянии следа тормозного пути, составляющего 49 м.

На достаточно высокую скорость движения автомобиля ВАЗ, помимо зафиксированного следа тормозного пути, а также скорость движения мотоцикла в 50 км/час, указывают такие объективные данные, как:

- существенные деформации и повреждения передней части автомобиля ВАЗ, возникшие при столкновении;

- повреждение в результате падения и удара О. лобового стекла;

- практически одинаковое расстояние от места столкновения до места расположения столкнувшихся транспортных средств после их остановки на разных обочинах, с разницей 1,6 м от места столкновения: 76,4 м.- автомобиль ВАЗ, 74,8 м. – мотоцикл, что следует из замеренных от километрового знака расстояний до места столкновения - 60,1 м. и до места нахождения транспортных средств, соответственно, 134,9 м. и 136,5 м.;

Суд считает, что в случае движения мотоцикла до момента столкновения с существенно меньшей скоростью, чем было заявлено С., последний получил бы более значительные телесные повреждения, наличие у С. в результате дорожно-транспортного происшествия легкого вреда здоровью, по мнению суда, было обусловлено сцеплением транспортных средств в момент столкновения, и экстренным торможением автомобиля ФИО2, в ходе которого С. удалось не упасть и удержаться за руль мотоцикла.

Доводы стороны защиты о невозможности Зв. предотвратить столкновение с мотоциклом под управлением С., который выехал на главную дорогу со второстепенной с неработающим задним светом блок-фары и, якобы, не предоставил преимущество движения автомобилю ФИО2, суд находит несостоятельными, поскольку столкновение произошло на расстоянии более 60 м. от перекрестка. Суд приходит к выводу, что водителем мотоцикла С. не допущено нарушение требований требования пунктов 8.1 и 13.9 ПДД РФ.

Вместе с тем, в действиях водителя С., двигающегося на мотоцикле в темное время суток с неисправными задним габаритным огнем, в отсутствие каких-либо прав на управление транспортным средством, без касок, усматриваются нарушения требований пункта 2.3.1 ПДД РФ, пункта 3.3 Перечня неисправностей и пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации ПДД РФ, которые способствовали созданию аварийной обстановки, однако, данные нарушения ПДД РФ и эксплуатации транспортных средств, допущенные С., не находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением смерти пассажиру мотоцикла О.

Решая вопрос о виновности водителя ФИО2 в совершении дорожно-транспортного происшествия вследствие превышения скорости движения транспортного средства, суд исходит из требований пункта 10.1 ПДД РФ, в соответствии с которыми водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Исходя из этого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В случае избрания подсудимым ФИО2 скорости движения, обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства в условиях темного времени суток, то есть соответствующей видимости в направлении движения, подсудимый имел бы объективную возможность своевременно обнаружить опасность и предотвратить дорожно-транспортное происшествие

Действия подсудимого ФИО2 суд квалифицирует ч. 3 ст. 264 УК Российской Федерации, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Данное деяние совершено ФИО2 по небрежности, подсудимый не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Доводы стороны защиты о нарушение процессуальных прав подсудимого и его права на защиту, выразившиеся в выполнении нескольких процессуальных действий с участием подсудимого и приглашенного им защитника К. в один день, нельзя признать состоятельными, поскольку все процессуальные документы, составленные ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 2-17, 23, 26-27) подписаны ФИО2 и его защитником К., какие-либо замечания при составлении протоколов ими не заявлены и в протоколах выполненных процессуальных действий не отражены.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи. ФИО2 не судим, занят общественно полезным трудом, обучается в высшем учебном заведении, характеризуется положительно, как по месту жительства, так и по месту работы в ООО «Пермское СТУ» и учебы в образовательных учреждениях <адрес> (т. 1 л.д. 220-228), проживает в фактических брачных отношениях с О., от которой ожидает рождение ребенка (т. 1 л.д. 219, 226, т. 2 л.д. 107), на врачебном учете врача нарколога и врача-психиатра не состоит (т. 1 л.д. 200, 202), исполнил гражданский долг – в 2015 году прошел срочную военную службу по призыву в Вооруженных Силах РФ, добровольно компенсировал потерпевшим причиненный преступлением моральный вред в размере 150 000 (т.2 л.д.19, 63).

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Обстоятельством, смягчающим наказание, в силу пункта «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления. В силу ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание обстоятельств, суд учитывает допущенные водителем мотоцикла С. в конкретной дорожно-транспортной ситуации нарушения требований пункта 2.3.1 ПДД РФ, пункта 3.3 Перечня неисправностей и пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации ПДД РФ и движение по автодороге в темное время суток с неработающей задней блок-фарой, при негорящих задних габаритных огнях.

При определении вида и размера уголовного наказания судом учитывается вся совокупность данных относительно характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств совершения преступления, данных о личности виновного, необходимость влияния назначаемого наказания на исправление подсудимого, и на условия жизни его семьи. Хотя по делу установлены смягчающие наказание обстоятельства, с учетом конкретных обстоятельств содеянного ФИО2, наступивших в результате проявленной ФИО2 преступной небрежности последствий в виде смерти <адрес>., суд считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде реального лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на три года, поскольку данные виды наказаний будут наибольшим образом способствовать достижению предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ – целей восстановления социальной справедливости, способствовать исправлению подсудимого и предупреждению совершения новых преступлений.

При определении размера основного наказания подсудимому ФИО2 учитываются и применяются положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, в связи с наличием указанных выше обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствием обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому. Оснований для применения при назначении основного наказания положений ст. 73 УК РФ суд не усматривает.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, судом определен исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности, конкретных обстоятельств уголовного дела, наступивших последствий.

Наличие смягчающих обстоятельств не снижает степень общественной опасности преступления, данные обстоятельства в совокупности, а также иные обстоятельства дела, не могут быть признаны судом исключительными для назначения подсудимому наказания, в соответствии со ст. 64 УК РФ, ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи либо назначении более мягкого наказания. С учетом изложенных выше фактических обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности, совершенного преступления, оснований для изменения категории преступления, суд не усматривает.

Местом отбывания уголовного наказания ФИО2 в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, следует определить колонию-поселение.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснений, приведенных в пункте 32 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам семьи потерпевшего, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

По доводам потерпевших Э. и Б. смерть сына явилась для них сильным душевным потрясением, в результате чего они испытывают существенные нравственные страдания, связанные с потерей близкого человека. Сумма компенсации морального вреда судом определяется с учетом характера и степени причиненных Э. и Б., нравственных страданий, понесенных в связи с потерей сына, суд принимает во внимание степень вины ФИО2, его имущественное положение, добровольную передачу подсудимым <адрес> рублей, требования разумности и справедливости.

Принимая во внимание изложенное, гражданский иск потерпевших Э. и Б. о взыскании морального вреда, подлежит удовлетворения частично, в сумме <адрес> рублей в пользу Э. и <адрес> рублей в пользу Б.

Заявление потерпевшей Э. о взыскании со ФИО2 процессуальных издержек в размере 20000 рублей, связанных с участием представителя потерпевшего, следует удовлетворить.

Вещественные доказательства (т. 1 л.д. 103-106, 138-153) диагностическую карту на автомобиль ВАЗ-21101, копию водительского удостоверения ФИО2, справки и чеки хранить при уголовном деле, мотоцикл и переднюю блок-фару передать С., автомобиль «ВАЗ-21101», государственный регистрационный знак <***> регион, передать ФИО2

Руководствуясь статьями 296-299, 303-304, 307-309, УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО2, признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок два года три месяца, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами всех категорий сроком на три года, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Меру пресечения, избранную ФИО2, до вступления приговора суда в законную силу, оставить подписку о невыезде и надлежащем поведении.

В соответствии со ст. 75.1 УИК РФ осужденный ФИО2 следует в колонию поселения за счет государства самостоятельно, для чего он обязан в течение 10 суток со дня вступления приговора в законную силу явиться в территориальный орган уголовно-исполнительной системы для получения предписания о направлении к месту отбываниянаказания.

Срок отбытия наказания ФИО2 исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, зачесть в срок лишения свободы время следования осужденного к месту отбывания наказания из расчета 1 день следования за 1 день лишения свободы.

Взыскать со ФИО2 в пользу Э. в счет компенсации морального вреда <адрес> рублей, в счет возмещения процессуальных издержек 20000 рублей, в пользу Б. в счет компенсации морального вреда <адрес> рублей.

Вещественные доказательства диагностическую карту на автомобиль «ВАЗ-21101», копию водительского удостоверения ФИО2, справки и чеки хранить при уголовном деле, мотоцикл и переднюю блок-фару передать С., автомобиль «ВАЗ-21101», государственный регистрационный знак <***> регион, передать ФИО2

Приговор в течение 10 суток может быть обжалован в <адрес>вой суд через ФИО4 районный суд <адрес>.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

При поступлении представления прокурора или апелляционной жалобы от иных участников процесса, осужденный вправе заявить ходатайство о рассмотрении представления или апелляционной жалобы с его участием в течение 10 суток с момента получения копии представления или жалобы.

Судья: Кривоносов Д.В.