Решение № 2А-950/2025 2А-950/2025~М-696/2025 М-696/2025 от 13 ноября 2025 г. по делу № 2А-950/2025

Дело № 2а-950/2025

УИД: 29RS0021-01-2025-001674-76


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Плесецк 7 ноября 2025 года

Плесецкий районный суд Архангельской области в составе:

председательствующего судьи Алиева Н.М.,

при секретаре судебного заседания Родионовой Г.В.,

с участием административного истца ФИО1 посредством видеоконференц-связи, представителя административных ответчиков ИК-21, ФСИН России по доверенности ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 о присуждении денежной компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № с особыми условиями хозяйственной деятельности Управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>» (далее – ИК-21) о присуждении денежной компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении.

Требования мотивирует тем, что отбывал наказание в виде лишения свободы в ИК-21, где неоднократно привлекался к дисциплинарной ответственности, в связи с чем подвергался водворению в штрафной изолятор (далее – ШИЗО). Указывает, что в камерах ШИЗО испытывал нравственные и физические страдания, поскольку содержался в ненадлежащих условиях, что выражалось в отсутствии горячего водоснабжения, приватности в туалетных кабинках, кнопки экстренного вызова сотрудника исправительного учреждения, а также в наличии плесени в камере №. Считая свои права нарушенными, просит взыскать в его пользу денежную компенсацию в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении в размере 30 000 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации (далее – ФСИН).

Административный истец ФИО1, участвовавший в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, настаивал на удовлетворении требований по основаниям, изложенным в иске.

Представитель административных ответчиков ИК-21, ФСИН по доверенности ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований в полном объеме. Полагал, что неудобства, которые претерпел административный истец, связаны с тем, что ФИО1 по приговору суда назначено наказание в виде лишения свободы, что ведет к ограничению привычного образа жизни, к бытовым неудобствам, пребыванию в состоянии стресса, ограничению свободы передвижения и другим последствиям, которые являются следствием противоправного поведения самого истца, а не действиями должностных лиц. Кроме того, полагал, что административным истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд. Более подробно позиция отражена в возражениях на административное исковое заявление, которые приобщены к материалам дела.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд находит административное исковое заявление не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации (часть 2 статьи 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В силу положений части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Судом установлено, что осужденный ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание в виде лишения свободы в ИК-21, исправительным учреждением характеризуется отрицательно. ДД.ММ.ГГГГ убыл в федеральное казенное учреждение «Исправительная колония № Управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>» (далее – ИК-1).

Как следует из справки старшего инспектора отдела режима и надзора ИК-21, осужденный ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> раз отбывал меру дисциплинарного взыскания в виде водворения в ШИЗО, 1 раз был водворен в помещение камерного типа (далее – ПКТ).

Обращаясь с административным иском, ФИО1 указывает об отсутствии горячего водоснабжения в камерах ШИЗО.

В соответствии с частью 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Материалами дела подтверждается, не оспаривалось в судебном заседании представителем административных ответчиков отсутствие горячего водоснабжения в камерах ШИЗО и ПКТ до ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с пунктами 19.2.1 и 19.2.5 «Свода Правил 308.1325800.2017 Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1454/пр, согласно которым здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующих нормативных документов. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп, признанной утратившей силу приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп.

Наличие горячего водоснабжения в помещениях ШИЗО и ПКТ исправительного учреждения непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях административного ответчика.

Суд отмечает, что отсутствие в помещениях ШИЗО и ПКТ централизованного горячего водоснабжения не исключало возможность обеспечения административного истца горячей водой иным альтернативным способом.

Здания данного исправительного учреждения построены и введены в эксплуатацию в 1975-1980 годах, горячее водоснабжение от городских сетей предусматривалось только в банно-прачечных комбинатах, душевых ШИЗО, ПКТ, СУОН и столовых учреждениях.

При разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свободы лиц.

Согласно статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, и разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Суд отмечает, что именно за нарушение порядка отбывания наказания к осужденным к лишению свободы могут применяться меры взыскания, установленные частью 1 статьи 115 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, в том числе: водворение осужденных, содержащихся в исправительных колониях или тюрьмах, в штрафной изолятор на срок до 15 суток (подпункт «в»); перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, содержащихся в исправительных колониях общего и строгого режимов, в помещения камерного типа, а в исправительных колониях особого режима и тюрьмах - в одиночные камеры на срок до шести месяцев (подпункт «г»); перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, в единые помещения камерного типа на срок до одного года (подпункт «д»).

Установленные статьей 118 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации условия содержания, осужденных к лишению свободы в штрафных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа и одиночных камерах предусматривают ограничения отдельных прав осужденных к лишению свободы, регламентированных в главе 13 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Выделение особенностей содержания осужденных к лишению свободы в дисциплинарном изоляторе, штрафном изоляторе, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа и одиночных камерах в главу XXXIV Правил обусловлено размещением таких осужденных (в отношении которых применяются соответствующие меры взыскания) в условиях камерного содержания.

Тем самым достигается дифференциация условий отбывания наказания в зависимости от применяемой меры взыскания за нарушение установленного порядка отбывания наказания.

Осужденные, водворенные в ШИЗО и ПКТ за нарушение установленного порядка отбывания наказания, имеют ограничения, отвечающие обозначенным в статье 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации целям и характеру применяемых мер воздействия, не носит дискриминационный характер и не является произвольным, так как применяется в отношении категории осужденных, допускающих нарушения установленного порядка отбывания наказания, и вытекает из условий ограниченности пространства в камере в отличие от общежитий, в которых размещаются осужденные к лишению свободы. Водворение осужденных к лишению свободы в штрафной изолятор, перевод осужденных в помещения камерного типа являются мерами взыскания, которые предусмотрены Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации.

Поскольку условия содержания осужденных к лишению свободы в ДИЗО, ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ и одиночных камерах в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством имеют особенности и отличия от условий содержания других осужденных в исправительных учреждениях, распорядок дня для указанной категории лиц устанавливается отдельно.

Начальником исправительного учреждения в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства утверждается отдельный распорядок дня осужденных, содержащихся в ШИЗО и ПКТ. Согласно представленным графикам осужденным, содержащимся в ШИЗО и ПКТ, во время завтрака, обеда и ужина производится подача пищи и выдача средств индивидуальной гигиены, кипяченой воды.

Комната младшего инспектора в спорный период была оснащена двумя электрическими чайниками (альтернатива электрокипятильников) и осужденным по их требованию предоставлялась горячая кипяченая вода до полного удовлетворения потребностей.

Кроме того, на территории исправительного учреждения в бесперебойном режиме функционировал банно-прачечный комбинат, в котором осуществлялась помывка осужденных, с еженедельной сменой нательного и постельного белья, а также осуществлялась стирка и обработка вещей осужденных, согласно правил внутреннего распорядка исправительного учреждения и распорядка дня. Банно-прачечное обслуживание в спорный период проводилось в строгом соответствии с санитарно-гигиеническими требованиями к организации банно-прачечного обслуживания, осуществлялась помывка спецконтингента, содержащегося в ШИЗО и ПКТ до 2016 года – 1 раза в неделю (приказ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №), а в соответствии с принятием нового приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № – помывка спецконтенгента не реже 2 раз в неделю, что подтверждается представленными в материалы дела графиками, утвержденными начальником исправительного учреждения.

Несмотря на отсутствие централизованной подачи горячей воды в зданиях ШИЗО, где содержался административный истец в связи с применением к нему дисциплинарного взыскания в виде водворения в ШИЗО, в случае недопущения нарушений установленного порядка отбывания наказания в общежитии (отряде) осужденным разрешалось иметь при себе электрокипятильник или электрочайник, которые использовались, в том числе с целью подогрева воды как для бытовых нужд, так и для поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

Указанное согласуется с требованиями Приложения № к Правилам внутреннего распорядка в исправительных учреждениям, утвержденных приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», действующих в период отбывания наказания в исправительном учреждении административного истца, утвержден перечень вещей и предметов, которые осужденным запрещается иметь при себе, а именно электробытовые приборы, за исключением бытовых электрокипятильников (пункт 25).

В обоснование вышеуказанных доводов стороной административного ответчика суду представлена фототаблица, указывающая на альтернативные способы обеспечения осужденных, содержащихся в камерах ШИЗО, горячей водой, в том числе, наличие бытового электрического титана объемом 20 литров для выдачи горячей воды осужденным до 2016 года, армейского термоса объемом 36 литров для доставки воды из столовой учреждения, а также электрочайников.

Суд приходит к выводу, что, несмотря на отсутствие в камерах ШИЗО, в которых содержался административный истец, централизованного горячего водоснабжения, ему в период содержания в исправительном учреждении были созданы необходимые условия для поддержания удовлетворительной степени личной гигиены. Все предпринимаемые меры позволяли административному истцу поддерживать удовлетворительную степень личной гигиены и не свидетельствовали о нарушении условий содержания административного истца, которое влечет выплату соответствующей компенсации.

Административным истцом также заявлено требование об отсутствии приватности в туалетных кабинках в камерах ШИЗО.

В силу части 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

Пунктом 55 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, предусмотрено, что унитазы в санитарных узлах общежитий и в камерах, где проживают и размещаются осужденные к лишению свободы, устанавливаются в изолированных кабинах в целях обеспечения приватности.

Законодательного определения приватности туалетов в исправительных учреждениях не установлено.

Таким образом, до введения в действие указанных Правил конкретных требований к обеспечению приватности в санитарных узлах исправительных учреждений не имелось.

Между тем введение в действующее законодательство указанной нормы (ранее действовавший приказ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» вышеуказанных положений не предусматривал) само по себе не означает одновременное признание ненадлежащими условий содержания осужденных, использующих ранее установленное туалетное оборудование, при условии обеспечения приватности отправления санитарно-гигиенических процедур иным способом.

До вступления в законную силу вышеуказанных Правил применению подлежал Приказ ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №, которым утверждена Номенклатура норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с пунктом 5 Примечаний к Нормам обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, уголовно-исполнительной системы, являющихся Приложением № к вышеуказанной Номенклатуре, камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник), окно – форточкой.

Кроме того, согласно пункту 14.53 Инструкции по Проектированию исправительных или специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России, утвержденной Приказом Минюста Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп, санитарные узлы следовало оборудовать напольными чашами (унитазами) в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь высоту перегородки 1 м от пола уборной.

Таким образом, до ДД.ММ.ГГГГ при оснащении туалетных комнат в помещениях исправительных учреждений применению подлежали требования Приказа ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №, которыми допускалась установка между туалетами перегородки высотой до 1 м от пола.

Из представленных в материалы дела информации установлено, что каждая камера ШИЗО в период содержания ФИО1 была оборудована санитарным узлом (унитаз – напольная чаша, отделенный от остального помещения экраном), высота перегородки (экрана) санузла составляла 130-150 см, при осмотре камеры через смотровой «глазок» двери и форточку для подачи пищи условия приватности в полной мере соблюдались.

Таким образом, наличие туалетного оборудования, которое отгорожено от остального помещения, обеспечивало приватность отправления санитарно-гигиенических процедур, что является обязательным элементом для признания условий содержания в исправительном учреждении надлежащими.

При этом созданные в ИК-21 указанным образом условия приватности санитарной зоны не отличаются от таких условий большинства общественных мест.

В обоснование вышеуказанных доводов стороной административного ответчика суду представлена фототаблица вида камеры ШИЗО в смотровой глазок и на мониторе.

С учетом вышеизложенного, оснований полагать нарушенными права административного истца в части нарушения приватности в туалетных кабинках в камерах ШИЗО суд не усматривает.

Административным истцом также заявлено требование об отсутствии кнопки экстренного вызова сотрудника исправительного учреждения в камерах ШИЗО.

Как следует из справки заместителя начальника отдела режима и надзора ИК-21 и письменных возражений представителя административных ответчиков, все камеры ШИЗО, ПКТ в период содержания ФИО1 были оборудованы кнопкой вызова младшего инспектора по ШИЗО, ПКТ, а также переговорными устройствами «камера – помещение младшего инспектора». Технические устройства кнопки вызова и переговорные устройства содержались в исправном состоянии.

Данный довод административных ответчиков подтверждается приобщенной к материалам дела фототаблицей архивных фотографий камеры ШИЗО, в которой имеется кнопка вызова младшего инспектора по ШИЗО, ПКТ, а также переговорное устройство «камера – помещение младшего инспектора».

Учитывая вышеизложенное, довод административного истца об отсутствии кнопки экстренного вызова сотрудника исправительного учреждения в камерах ШИЗО, в которых он содержался, являются необоснованными.

Проверяя доводы административного истца о том, что в камере № ШИЗО в спорный период имелась плесень, судом установлено следующее.

Согласно справке старшего инспектора отдела режима и надзора ИК-21 ФИО1 отбывал меру дисциплинарного взыскания в виде водворения в камеру № ШИЗО на срок 15 суток с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (1 раз).

Как следует из фототаблицы архивных фотографий камеры № ШИЗО, она была оборудована приточно-вытяжной вентиляцией с естественным побуждением, под потолком камеры установлено вентиляционное окно. Камера ШИЗО была оборудована открывающейся форточкой для проветривания помещений (вытяжная вентиляция с естественным побуждением), обеспечивающей обмен и циркуляцию воздуха. Дополнительно в общих коридорах ШИЗО, ПКТ была установлена принудительная механическая вентиляция, обеспечивающая нормированную кратность воздухообмена.

Таким образом, нарушений, о которых заявляет административный истец, судом не устаноовлено.

Обращаясь с рассматриваемым административным иском, ФИО1 лишь перечисляет доводы о ненадлежащих условиях его содержания, при этом не конкретизируя то, каким образом каждое из перечисленных им нарушений причинило вред охраняемым законом его правам, какие негативные последствия они повлекли для него.

Суд отклоняет довод представителя административных ответчиков о пропуске административным истцом ФИО1 срока для обращения с исковым заявлением в суд. Материалами дела подтверждается, что административный истец ФИО1 в учреждениях уголовно-исполнительной системы содержится с ДД.ММ.ГГГГ (конец срока ДД.ММ.ГГГГ), непрерывно отбывает назначенное судом наказание в виде лишения свободы, меняется лишь исправительное учреждение.

Из материалов дела следует, что с жалобами на администрацию учреждения в Онежскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях по требованиям рассматриваемого иска административный истец не обращался.

Разрешая требования административного истца о присуждении денежной компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении, суд приходит к следующему.

Статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) федеральных органов государственной власти, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Аналогичные основания для обращения в суд по вопросам компенсации морального вреда, содержатся и в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению следует, что обязательным условием для удовлетворения требования о компенсации морального вреда является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

В силу названного правила доказывания, истец при обращении в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении, обязан доказать наличие обстоятельств, которые являются основанием для взыскания компенсации морального вреда. Более того, истец также должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и возникновением у него морального вреда. Доказать отсутствие вины является обязанностью ответчика.

Недоказанность хотя бы одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

В ходе рассмотрения настоящего дела наличие обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав ФИО1 действиями административных ответчиков не установлено, совокупность условий, предусмотренных пунктом 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по данному делу не установлена, поэтому требования административного истца о присуждении денежной компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении не подлежат удовлетворению.

Истец при подаче иска освобожден от уплаты государственной пошлины, ответчики в силу подпункта 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины освобождены.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 о присуждении денежной компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по административным делам Архангельского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, через Плесецкий районный суд <адрес> путем подачи апелляционной жалобы.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий <данные изъяты> Н.М. Алиев

<данные изъяты>