Решение № 2-29/2020 2-29/2020(2-961/2019;)~М-842/2019 2-961/2019 М-842/2019 от 15 ноября 2020 г. по делу № 2-29/2020

Дело №


Р Е Ш Е Н И Е

ИФИО1

16 ноября 2020 года г. Шилка

Шилкинский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Терновой Ю.В.

при секретаре Батоболотовой А.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 <данные изъяты> к ФИО2 <данные изъяты>, ФИО2 <данные изъяты> о признании договора купли-продажи автомобиля недействительным, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с указанным выше иском, ссылаясь на следующее. 23.04.2005 года он приобрел в собственность автомобиль марки MITSUBISHI CANTER, грузовой бортовой, 1988 года выпуска, госномер В557ЕН 75 рус. 15.12.2005 года он зарегистрирован автомобиль в РЭП г.Шилка. Данным автомобилем до доверенности пользовался его сын ФИО3. 15.02.2019 года ФИО3 умер. В то время автомобиль стоял у истца в гараже. В июле 2019 года к нему подошел внук ФИО4 и попросил у него спорный автомобиль, чтобы вывести мусор со своего двора. Он разрешил ему это сделать, для чего передал ключи от автомобиля и ПТС на него. Далее внук автомобиль ему не вернул. Через 10 дней он затребовал от внука возврат автомобиля, однако, получил отказ, который ФИО4 мотивировал тем, что автомобиль принадлежал его отцу – ФИО3 на основании договора купли-продажи. Однако, истец автомобиль своему сыну не продавал, договор купли-продажи не подписывал, денежные средства в счет продажи автомобиля от сына не получал. В этот момент он узнал, что собственником автомобиля зарегистрирован его сын. Пригрозив внуку обращением в полицию, он смог забрать спорный автомобиль и ПТС на него. Из ПТС он узнал, что ФИО3 является собственником указанного автомобиля. В то же время он обнаружил, что в ПТС в разделе прежний владелец стоит не его подпись, а подпись, имитирующая его подпись.

19.10.2020 года истец уточнил основание иска, сославшись на следующее. Несмотря на то, что согласно заключению эксперта подпись в договоре купли-продажи и ПТС выполнена рукой ФИО5, он утверждает, что сделку по продаже автомобиля он не заключал и в собственность ФИО3 он свой автомобиль не передавал. Объяснением того, что подпись выполнена рукой ФИО5 может послужить то, что договор купли-продажи был им подписан путем введения его в заблуждение и представлен ему на подпись как иной документ, так как у него в силу преклонного возраста, а на тот момент ему было 90 лет, плохой слух и слабое зрение, также у него имеется заболевание сосудов головного мозга атеросклероз, что вызывает сложности с восприятием информации. Подтверждением того, что он продолжал считать автомобиль своим является факт оплаты им транспортного налога.

Просит признать недействительным договор купли-продажи от 05.10.2018 года спорного автомобиля, заключенный между ФИО3 и ФИО5. Обязать ответчиков вернуть спорный автомобиль в собственность истца. Прекратить право собственности ФИО3 на спорный автомобиль, аннулировать в ПТС запись о прежнем собственнике транспортного средства ФИО3.

В судебное заседание истец ФИО5 не явился, о месте и времени слушания дела уведомлен надлежащим образом. Ранее в судебных заседаниях истец исковые требования поддержал в полном объеме, суду пояснил, что ФИО2 <данные изъяты> приходился ему родным сыном. Сын периодически брал у него автомобиль MITSUBISHI CANTER, на нем привозил дрова из леса. Автомобиль всегда возвращал отцу. Документы на автомобиль, в том числе и ПТС, всегда хранились в автомобиле. Как-то сын попросил его подписать документы для оформления дома, он их подписал, не читая, поскольку доверял сыну. В феврале 2019 года ФИО3 умер. После смерти ФИО3 автомобиль у него часто просил внук ФИО4, который вывозил на нем мусор, затем возвращал автомобиль. Как-то раз внук попросил разрешения оставить грузовик у себя, он разрешил ему. Затем он решил приобрести квартиру, для покупки ему не хватало 200 000 рублей. Он попросил у невестки ФИО6 данную сумму взамен на грузовик, однако та отказала ему. Тогда в июле 2019 года он сказал внуку вернуть ему грузовик, поскольку решил продать его. Тогда он и узнал, что грузовик ему не принадлежит. Однако, данный грузовик он сыну не продавал, денежных средств за него от покупателя не получал.

Представитель истца ФИО7, действующий на основании доверенности, уточненные исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель истца ФИО8, действующая на основании доверенности, требования поддержала в полном объеме.

Ответчик ФИО6 исковые требования не признала, поддержала доводы письменного отзыва, согласно которому договор купли-продажи был заключен между ФИО5 и ФИО3 11.01.2008 года, в ПТС стоит отметка о том, что автомобиль находится в собственности сына с 11.01.2008 года. Полагает, что истец пропустил срок исковой давности, который начал течь с 11.01.2008 года. С уточненными требованиями не согласна, поскольку почерковедческие экспертизы установили наличие его подписи в договоре купли-продажи и ПТС. До получения заключений экспертов истец не ссылался на наличие у него каких-либо заболеваний. При жизни ФИО3 грузовик постоянно находился у него, он его ремонтировал, приобретал запчасти. Просила в иске отказать.

Представитель ответчика ФИО9, действующий на основании устного заявления, исковые требования не признал, указав, что представленные истцом доказательства не подтверждают его доводы о подписании договора под влиянием заблуждения.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, представил письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие в связи с нахождением на военной службе по призыву, исковые требования не признал. В судебном заседании от 07.11.2019 года суду пояснил, что ФИО3 приходился ему отцом, ФИО5 его дед. При жизни отца грузовик постоянно находился у деда, отец брал грузовик по мере необходимости. После смерти отца он брал у деда грузовик, вывозил дрова себе и деду. Затем оставил автомобиль у себя. Далее дед сказал, что ему нужно 200 000 рублей для покупки квартиры, иначе заберет грузовик.

Третье лицо ФИО10 суду пояснил, что спорный автомобиль он приобрел у ФИО5, и в настоящее время он находится у него. Однако, на регистрационный учет он автомобиль поставить не может, поскольку его собственником согласно базе ГИБДД является ФИО3. На полученные денежные средства от продажи автомобиля ФИО5 приобрел квартиру.

Свидетель ФИО11 суду пояснила, что приходится родной сестрой ФИО6. При жизни ФИО3 у него в пользовании был грузовик, на котором он возил отцу сено, дрова. Кому принадлежал данный автомобиль, ей неизвестно.

Свидетель ФИО12 суду пояснила, что ФИО6 приходится ей сестрой. При жизни ФИО3 пользовался автомобилем MITSUBISHI CANTER. Со слов сестры, это был его автомобиль.

Свидетель ФИО8, ФИО13 суду пояснили, что приходятся дочерью ФИО5. У отца был в собственности автомобиль MITSUBISHI CANTER, продавать он его, в том числе ФИО3, не намеревался.

Свидетель ФИО14 суду пояснила, что приходится дочерью ФИО5. У отца в собственности находился грузовой автомобиль MITSUBISHI CANTER. Данным автомобилем при жизни пользовался брат Николай, пригонял обратно отцу. При жизни <данные изъяты> отец не имел намерения продавать данный автомобиль. Ее отец является ветераном тыла, у него слабое сердце, плохой слух и зрение. Как-то раз она, приехав к нему, застала его лежачим без сознания в ограде дома, она вызвала врача. В 2018 году отец проживал один. Отношения между отцом и Николаем были нормальные, он приезжал к нему помогать.

Суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО2 <данные изъяты> принадлежал автомобиль MITSUBISHI CANTER 1988 года выпуска, госномер В557ЕН 75 на основании договора купли-продажи от 23.04.2005 года, что следует из ПТС.

Из договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 <данные изъяты> и ФИО2 <данные изъяты> следует, что ФИО5 продал ФИО3 автомобиль MITSUBISHI CANTER ПТС 150970 за 50 000 рублей.

Согласно карточке учета транспортного средства от 05.12.2019 года владельцем автомобиля MITSUBISHI CANTER 1988 года выпуска, госномер В557ЕН 75 является ФИО2 <данные изъяты> на основании договора от 05.10.2018 года.

15 февраля 2019 года ФИО3 умер.

11 апреля 2019 года супруга ФИО3 – ФИО2 <данные изъяты> обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства супруга, состоящего, в том числе, из ? доли в праве собственности на спорный автомобиль.

ФИО4 подал 11.04.2019 года нотариусу заявление об отказе от наследства отца ФИО3 в пользу ФИО6.

ФИО5 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства ФИО3 19.08.2019 года, то есть с пропуском установленного срока.

Из страхового полиса серии ХХХ №0052369955 на период с 14.08.2018 года по 13.11.2018 года следует, что собственником и страхователем автогражданской ответственности на автомобиль MITSUBISHI CANTER госномер В557ЕН 75 являлся ФИО5. ФИО3 являлся лицом, допущенным к управлению транспортным средством.

Из страхового полиса ХХХ №0058828929, заключенного на период с 08.10.2018 года по 07.10.2019 года следует, что собственником автомобиля MITSUBISHI CANTER госномер В557ЕН 75 является ФИО3, страхователем является ФИО3. ФИО3 и ФИО5 являются лицами, допущенными к управлению данным транспортным средством.

Согласно заключению почерковедческой экспертизы №2-48/20 от 17.03.2020 года подпись от имени ФИО5 в договоре купли-продажи автомобиля MITSUBISHI CANTER от 05.10.2018 года исполнена ФИО2 <данные изъяты>. Подпись от имени ФИО2 <данные изъяты> в графе «подпись прежнего собственника» в разделе, где собственником указан ФИО2 <данные изъяты> в паспорте транспортного средства 25 ТС №150970 исполнена ФИО2 <данные изъяты>.

Из заключения эксперта № ФБУ Читинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ следует, что подписи от имени ФИО2 <данные изъяты> в: договоре купли-продажи автомобиля MITSUBISHI CANTER, 1988 года выпуска, заключенном межу ФИО2 <данные изъяты> и ФИО2 <данные изъяты> от 05.10.2018 года, расположенная в графе «Подпись продавца»; паспорте транспортного средства на автомобиль MITSUBISHI CANTER, 1988 года выпуска 25 ТС №150970 в разделе, где собственником указан ФИО3, расположенная в графе «Подпись прежнего собственника», выполнены самим ФИО2 <данные изъяты> под действием «сбивающих» факторов (возрастные изменения организма и возможно болезненное состояние).

Изменив основание иска, истец ссылался на то, что намерений продавать спорный автомобиль сыну он не имел. Документы, которые ему предоставлял сын, подписывал, полагая, что оформляет техническую документацию на дом, не читал их, поскольку доверял сыну. В связи с преклонным возрастом и наличием ряда заболеваний не мог ознакомиться с данными документами.

В подтверждение своих доводов суду представлены: справка Казановской сельской врачебной амбулатории от 23.10.2020 года о том, что ФИО5 обращался за медицинской помощью в виде вызова на дом 23.08.2017 года; справки о наличии у него диагнозов: артериальная гипертензия, гипертоническая болезнь III ст, возрастная катаракта, церебральный атеросклероз. В подтверждение доводов о том, что он малограмотный истец представил Протокол опроса свидетелей №83 от 07.02.1992 года, решение Совета социального обеспечения колхозников, из которых следует, что он трудился в колхозе с 1940 года, то есть с 12 лет.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу ч.1 ст.167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с ч.2 ст.167 Гражданского кодекса РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (ч.2 ст.166 ГК РФ).

В силу ч.1 ст.178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки.

В соответствии с ч.2 ст.179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В силу ст.56 ГК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Проанализировав доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания договора купли-продажи недействительным, поскольку у истца в момент совершения оспариваемой сделки отсутствовало волеизъявление на подписание данного договора.

Из установленных в судебном заседании обстоятельств, не оспоренных ответчиками, следует, что принадлежащим истцу грузовым автомобилем MITSUBISHI CANTER пользовался ФИО2 <данные изъяты>, а после его смерти ФИО2 <данные изъяты>. При этом, автомобиль из владения истца не выбывал, сын и внук после использования автомашину возвращали истцу. Истец был в установленном порядке допущен к управлению транспортным средством. Денежных средств по договору купли-продажи от сына истец не получал.

Таким образом, при заключении сделки ее правовые последствия не наступили, истец продолжал считать своей собственностью спорный автомобиль вплоть до июля 2019 года.

В силу преклонного возраста и состояния здоровья, ввиду малограмотности, а также ввиду доверительных отношений с сыном, истец не знакомился с теми документами, которые давал ему на подпись сын. На протяжении всего слушания дела истец утверждал, что подписывал документы, предоставляемые ему ФИО3, только касающиеся оформления документации на дом. В 2018 году истец проживал один и лиц, которые бы разъяснили ему содержание подписываемых им документов, рядом не находилось.

С учетом анализа указанных обстоятельств, суд приходит к выводу, что ФИО5 заблуждался относительно природы сделки и ее последствий, полагая, что фактически оформляет документы на дом.

Подпись в договоре и ПТС, с учетом установленных обстоятельств, не свидетельствует об ознакомлении ФИО2 с ними со всей очевидностью и достоверностью.

Заключения почерковедческих экспертиз по мнению суда не опровергают, а наоборот подтверждают доводы ФИО5 об отсутствии воли на продажу автомобиля, поскольку истец настолько был уверен в том, что не подписывал договор купли-продажи, что усомнился в заключении первой почерковедческой экспертизы и настаивал на проведении повторной экспертизы.

После смерти ФИО3 истец нуждался в денежных средствах для приобретения квартиры и обратился к ФИО6 с просьбой оформить кредит взамен на спорный автомобиль, однако, получив отказ, забрал его у ответчика. Данный факт подтверждает то, что денежных средств от сына за автомобиль истец не получал и свидетельствует о том, что после смерти сына истец продолжал считать автомобиль своим имуществом.

Кроме того, документы на автомобиль хранились непосредственно в автомобиле, то есть находились в свободном доступе ФИО3, что позволяло ему оформить переход права собственности на данное имущество на себя.

Сторона ответчика не опровергла доводы истца, не представила суду каких-либо доказательств несения ФИО3 бремени содержания спорного имущества после совершения оспариваемой сделки, осуществления ФИО3 полномочий собственника. Как следует из материалов дела, ФИО3 лишь периодически использовал грузовик в личных целях, не оставляя его в своем владении, возвращая отцу.

Полис страхования автогражданской ответственности ФИО3 оформил после заключения спорного договора. Однако, ФИО5 был указан в нем в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, что предоставляло ему допуск к автомобилю и не давало с учетом его возраста и юридической безграмотности усомниться в своих правах на данный автомобиль.

Довод ответчика о том, что за 2018 год истец уплатил транспортный налог не в полном объеме, не влияет на выводы суда, поскольку оплата произошла в октябре 2019 года, то есть после того, как возник данный спор.

Оснований сомневаться в том, что возрастные заболевания истца являлись сопутствующим фактором, в силу которых истец пребывал в заблуждении, не имеется.

Как следует из материалов дела, на момент подписания договора истцу исполнилось 90 лет. Из пояснений истца ФИО5, свидетелей ФИО8, ФИО13, ФИО14 следует, что у ФИО5 имеются заболевания, в силу которых он плохо видит, его мучают головные боли, снижен слух. Указанные доводы подтверждаются медицинскими справками о наличии у истца ряда заболеваний.

Данные доказательства суд относит к допустимым и относимым доказательствам по делу и принимает их в основу своих выводов. Оснований сомневаться в том, что справки от терапевта и офтальмолога, датированные 21.03.2018 года выданы не в отношении ФИО5, у суда не имеется, поскольку данные справки в судебном заседании были извлечены из амбулаторной карты истца.

При решении вопроса о существенности заблуждения суд учитывает, что истец в силу старческого возраста, состояния здоровья, малограмотности, доверительных отношений с сыном, продолжения владения спорным имуществом, не осознавал, что в результате сделки лишается права собственности на автомобиль и в дальнейшем не сможет его продать и приобрести для себя благоустроенное жилье.

В ходе рассмотрения дела ответчиком ФИО6 было заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности для оспаривания сделки.

В силу ч.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

О нарушении своего права истец узнал в июле 2019 года, когда ему стало известно о том, что автомобиль ему не принадлежит и он забрал его у внука. С настоящим иском в суд истец обратился 23.09.2019 года, то есть с соблюдением срока исковой давности.

В судебном заседании было установлено, что в настоящее время спорное имущество во владении ответчиков не находится, в связи с чем, требование об обязании их вернуть автомобиль в собственность истца удовлетворению не подлежит.

С учетом изложенного, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 <данные изъяты> удовлетворить частично.

Признать договор купли-продажи от 05 октября 2018 года автомобиля марки MITSUBISHI CANTER, грузовой бортовой, 1988 года выпуска, госномер В557ЕН 75 рус, заключенный между ФИО2 <данные изъяты> и ФИО2 <данные изъяты> недействительным.

Прекратить право собственности ФИО2 <данные изъяты> на автомобиль марки MITSUBISHI CANTER, грузовой бортовой, 1988 года выпуска, госномер В557ЕН 75 рус.

Аннулировать в Паспорте транспортного средства серии 25 ТС №150970 запись о ФИО2 <данные изъяты> как о собственнике транспортного средства.

В удовлетворении требований об обязании ответчиков возвратить спорный автомобиль в собственность истца отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Шилкинский районный суд.

Председательствующий Терновая Ю.В.

Решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий Терновая Ю.В.