Приговор № 1-130/2019 от 14 ноября 2019 г. по делу № 1-111/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г.Железногорск-Илимский 15 ноября 2019 года

Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Петровой Т.А., при секретаре Агафоновой А.В., с участием государственного обвинителя: прокурора Н-Илимского района Михайловой О.Г., подсудимого ФИО1, его защитника в лице адвоката Черноусовой Л.М., потерпевшей ***, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-130/2019 в отношении

ФИО1, *** не судимого,

содержащегося под стражей по делу № 1-130/2019, начиная с *** по настоящее время,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

В период времени с 00 часов 00 минут до 08 часов 00 минут 27.03.2019 г. ФИО1, находясь в квартире ***, расположенной по адресу: ***, совершил убийство Ш. при следующих обстоятельствах:

В период времени с 00 часов 00 минут до 08 часов 00 минут 27.03.2019 г. ФИО1, находясь в квартире ***, расположенной по адресу: ***, совместно со своей сожительницей Б., Ш. и иными лицами распивал спиртные напитки. После распития спиртного ФИО1 покинул вышеуказанную квартиру и проследовал в квартиру № *** по адресу: ***, где у него на почве ранее возникших личных неприязненных отношений к Ш., вызванных ревностью к Б., возник преступный умысел, направленный на убийство Ш., реализуя который, ФИО1 вооружился имевшимся в квартире ножом, после чего проследовал в квартиру № *** по адресу: ***.

Находясь в вышеуказанный период времени в квартире № *** по адресу: ***, ФИО1, продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на убийство Ш., используя нож, действуя умышленно на почве личных неприязненных отношений, вызванных ревностью, с целью причинения смерти Ш., осознавая, что избранный им способ причинения телесных повреждений является опасным для жизни и здоровья потерпевшего, и желая причинить ему смерть указанным способом, нанес Ш. множественные удары ножом в жизненно-важные области тела человека – грудную клетку и лобную область головы, а также в область кисти левой руки Ш.

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил Ш. телесные повреждения в виде:

а) колото-резанных ранений передней поверхности груди слева (7), проникающих в левую плевральную полость (6), проникающего в левую плевральную и брюшную полости (1) с повреждением межреберных сосудов мягких тканей, ребер слева, сердечной сорочки, сердца, левого легкого, диафрагмы, левой околопочечной клетчатки и левой почки; гемоперикарда, левостороннего гемоторакса 1200 мл, гемоперитонеума 800 мл., причинивших тяжкий вред здоровью по признаку вреда опасного для жизни человека.

б) резанных ран левой кисти (1), 3-го (1) и 4-го (1) пальцев левой кисти, лобной области справа (1) – не повлекших вреда здоровью.

Смерть Ш. наступила от колото-резаных ранений передней поверхности груди слева (7), проникающих в левую плевральную полость (6), в левую плевральную и брюшную полости (1) с повреждением межреберных сосудов мягких тканей, ребер слева, сердечной сорочки, сердца, левого легкого, диафрагмы, левой околопочечной клетчатки и левой почки с излитием крови в сердечную сорочку, в левую плевральную полость (1200 мл), брюшную полость (800 мл) и развитием массивной острой кровопотери, и состоит в прямой причинно-следственной связи с умышленными преступными действиями ФИО1

Подсудимый после изложения в судебном заседании стороной обвинения предъявленного обвинения вину признал полностью.

Однако, при допросе свидетеля Б. им было заявлено, что убийство Ш. совершила Б., а он взял её вину на себя.

Б. свою причастность к смерти Ш. отрицала.

После исследования в судебном заседании всех доказательств подсудимый воспользовался своим правом не давать показания, в связи с чем были оглашены его показания, данные в ходе предварительного расследования, согласно которым, свою причастность к нанесению 27.03.2019 г. в квартире Б. телесных повреждений Ш. с использованием ножа он не отрицал, пояснил, что принес нож из квартиры своего брата А., чтобы починить по просьбе Б. телевизионную антенну. В момент, когда они с Ш. находились в зале квартиры, а Б. в комнате, Ш. нанес ему удар ногой под колено, отчего он (ФИО1) упал на пол. В этот момент Ш. стал наносить ему удары ногами по лицу, от чего у него была разбита губа, и остался синяк под глазом. Вскочив на ноги, он нанес Ш. ножом брата 6-7 ударов в область груди слева. Удары наносил быстро. Из ран у Ш. пошла кровь, после этого он признаков жизни уже не подавал. Он понял, что убил его (л.д.79-83, 108-120, 166-168 т.1, л.д.19-21 т.2).

Показания, данные в рамках допросов, а также при проведении очных ставок со свидетелями Б., М., Т., при их проверке на месте преступления, ФИО1 подтвердил.

Это обстоятельство расценивается судом, как отказ ФИО1 от своих показаний, озвученных в судебном заседании, о причастности Б. к смерти Ш. и возвращение к своим первоначальным показаниям.

Оценивая показания подсудимого, суд сопоставлял их с другими доказательствами по делу: показаниями потерпевшей, свидетелей, материалами дела.

Так, допрошенная в судебном заседании потерпевшая *** показала, что Ш. приходился ей братом. Последний раз она общалась с ним по телефону около 17 часов 26 марта 2019 г., после чего брат на связь не выходил. 29 марта 2019 г. ей сообщили об его смерти.

Как установлено судом, 27 марта 2019 г. труп Ш. был обнаружен в квартире Б. по адресу: ***.

Допрошенная в рамках предварительного расследования в качестве свидетеля участковый уполномоченный В. показала, что 27.03.2019 около 16 часов ей на сотовый телефон с неизвестного номера от незнакомой женщины поступил звонок, в ходе которого последняя пояснила, что по адресу: *** находится труп мужчины. С целью проверки полученной информации она проследовала по указанному адресу. Открывшая ей дверь Б. призналась, что в ее квартире, действительно, находится труп, после чего провела ее в комнату, где на полу лежал труп незнакомого ей мужчины, на ноги и верхнюю части туловища которого были натянуты мешки, ноги были связаны. Со слов Б., в ночь с 26 на 27 марта 2019 года данному мужчине ее сожитель ФИО1 нанес семь ножевых ранений. На порогах в комнату, в зал, на диване и ковре в зале были пятна крови. О произошедшем она доложила дежурному ОМВД России по Нижнеилимскому району. После этого начальником полиции п.Новая Игирма Нижнеилимского района в отдел полиции п.Рудногорск с адреса: *** был доставлен ФИО1

т.1 л.д. 121-123.

Телефонное сообщение от участкового уполномоченного полиции В. об обнаружении трупа Ш. с видимыми признаками насильственной смерти было передано в дежурную часть ОМВД России по Нижнеилимскому району 27.03.2019 в 16 часов 20 минут, где зарегистрировано в КУСПе за №2297.

т.1 л.д. 25.

В рамках проведенного 27.03.2019 осмотра квартиры №*** по адресу: ***, при входе в комнату *** на полу в дверном проеме обнаружено пятно вещества бурого цвета со следами затирки. В средней части ковра и ближе к дивану выявлены пятна такого же вещества со следами затирки. На диване и на полу под диваном имелись пятна и потеки вещества бурого цвета. При входе в комнату ***, в дверном проеме обнаружено пятно вещества бурого цвета со следами затирки. На голове и верхней части трупа мужчины, опознанного как Ш., *** года рождения, был надет мешок матерчатый, на его ногах до уровня средних третей бедер был полимерный мешок, фиксированный на уровне голеностопных суставов полимерным шнуром, а на уровне средних третей бедер - белым полимерным шпагатом. Ткань мешка на верхней половине тела в проекции передней боковой поверхности груди слева была пропитана буроватой жидкостью. После снятия мешков на передней поверхности груди слева было выявлено 7 веретеновидных зияющих ран с ровными подсохшими краями. В их окружности - не обильные наложения буроватых чешуек подсохшей крови. На ладонной поверхности 3-го пальца левой кисти и на ладонной поверхности левой кисти в проекции 4-го пястно-фалангового сустава имелись зияющие раны с ровными краями.

В кухне обнаружено мусорное ведро, в котором находились шорты, трусы, полотенце с пятнами вещества бурого цвета, а также футболка темно-синего цвета, передняя часть которой, помимо того, что имела сквозные повреждения, была еще разрезана пополам.

На раковине в ванной комнате обнаружены тряпка со следами вещества бурого цвета, а также пятна вещества бурого цвета. Следы аналогичного вещества обнаружены и в самой ванне. В пластиковом тазу, находившемся на стиральной машине, обнаружены две подушки со следами вещества бурого цвета.

При использовании экспресс-теста «***» установлено, что веществом, пятна и потеки которого были обнаружены в квартире, являлась кровь.

т.1 л.д. 4-22.

Согласно заключению эксперта № 68 от 21.05.2019:

При исследовании трупа Ш. выявлены повреждения:

а) колото-резанные ранения передней поверхности груди слева (7), проникающие в левую плевральную полость (6), проникающее в левую плевральную и брюшную полости (1) с повреждением межреберных сосудов мягких тканей, ребер слева, сердечной сорочки, сердца, левого легкого, диафрагмы, левой околопочечной клетчатки и левой почки; гемоперикард, левосторонний гемоторакс 1200 мл, гемоперитонеум 800 мл. Данные повреждения, причинены не менее чем от семикратных воздействий плоского колюще-режущего предмета (орудия), имеющего лезвие и незаточенный край (обух), оцениваются как в совокупности, так и в отдельности, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку вреда, опасного для жизни человека, состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. Данные повреждения причинены незадолго до наступления смерти потерпевшего (до 3 часов на момент смерти – признаки лейкоцитарной реакции (акт суд.гист.иссл. № 3527 от 23.04.2019 года), в течение относительно короткого промежутка времени, поэтому достоверно высказаться о последовательности их образования не представилось возможным. Направление раневых каналов одинаково: спереди назад, сверху вниз, несколько слева направо; длина раневых каналов около 8-10 см.;

б) резаные раны левой кисти (1), 3-го (1) и 4-го (1) пальцев левой кисти, лобной области справа (1) - причинены в результате скользящего действия предмета (орудия) имеющего острый режущий край (кромку), в срок до нескольких часов на момент смерти; обычно у живых лиц вреда здоровью не влекут; в причинной связи со смертью не состоят.

Колото-резанные раны передней поверхности груди слева, обнаруженные на трупе Ш., сопровождались наружным и внутренним кровотечением.

Смерть Ш. *** г.р. наступила от колото-резаных ранений передней поверхности груди слева (7), проникающих в левую плевральную полость (6), в левую плевральную и брюшную полости (1) с повреждением межреберных сосудов мягких тканей, ребер слева, сердечной сорочки, сердца, левого легкого, диафрагмы, левой околопочечной клетчатки и левой почки с излитием крови в сердечную сорочку, в левую плевральную полость (1200 мл), брюшную полость (800 мл) и развитием массивной острой кровопотери.

Учитывая выраженность трупных изменений, давность наступления смерти Ш. может составлять около 1-2 суток ко времени исследования трупа в морге, проведенного 28 марта 2019 г.

т.1 л.д. 61-65.

Таким образом, судом установлено, что в период с 26 по 27 марта 2019 г. Ш. были причинены не совместимы с жизнью телесные повреждения, от которых он скончался.

По обстоятельствам причинения Ш. ранений и предшествовавшим этому допрашивались свидетели М., Т., Б.

Так, свидетели М., Т., показания которых были оглашены в судебном заседании в силу ч.1 ст.281 УПК РФ, сообщили, что 21 или 22 марта 2019 года в квартире Б., проживающей одной семьей с ФИО1, они познакомились с Ш., где тот временно проживал, и с тех пор приходили к ним ежедневно, распивали спиртное. 26 марта 2019 г. они с ФИО1, Ш., Б. распивали спиртное в квартире последней. В ходе распития спиртного никто не ругался, при этом Б. и Ш. сидели в обнимку. Около 00 часов 27 марта 2019 они (М., Т.) ушли домой, а в 8 часов утра 27 марта 2019 к ним пришла Б. и рассказала, что ФИО1 убил Ш., причинив ему 7 ножевых ранений в область груди ножом, который взял у своего брата. Вместе с Б. они пошли к ней квартиру и увидели там труп Ш., который был завернут в мешки. ФИО1, которого они встретили у входной двери, сказал: «Я пойду по этапу» и повторил эти слова еще несколько раз, пока они сидели в кухне (л.д.135-138, 140-143 т.1).

Свои показания свидетели М., Т. подтвердили на очной ставке с ФИО1 Последний в свою очередь с показаниями данных свидетелей согласился (149-156 т.1)

Согласно показаниям свидетеля Б., данным в судебном заседании, а также в рамках предварительного расследования (л.д.45-48 т.1), которые она подтвердила как достоверные, в марте 2019 года у неё в квартире по адресу: *** временно проживал Ш., с которым её сожитель ФИО1 вместе работал. 26 марта 2019 г. в вечернее время она, ФИО1, Ш., а также их знакомые М. и Т. распивали спиртное. Около 23 часов ФИО1 ушел за спиртным, вернулся около 1 часа ночи 27 марта 2019 г. В квартире в это время находились только она и Ш.. Ш. и Костиков стали распивать принесенный последним самогон, потом ФИО1 ушел к своему брату. В пятом часу утра 27.03.2019 г. она проснулась от звонка в дверь, открыла ее. Пришел ФИО1, который был сильно пьян и зол. ФИО1 прошел к ней в спальню, сел на кровать. В этот момент она увидела у него в руках нож, похожий на охотничий, с рукояткой темно-серого цвета, широким лезвием, длиной около 15 см. На ее вопрос, зачем ему нож, ФИО1 ответил, что шел домой зарезать её и Ш.. Она не поверила в это. При этом ей были слышны из другой комнаты звук работающего телевизора и храп Ш.. Затем ФИО1 ушел в кухню и распивал там спиртное, она зашла туда выпить воды, после чего вернулась в спальню. ФИО1 после этого был на кухне около 10 минут, затем прошел в зал, где спал Ш., пробыл там 2-3 минуты, а затем зашел к ней в комнату. Храпа из зала она уже не слышала, а слышала звуки, похожие на хрип. ФИО1 держал в руке нож, который был в крови, правая рука его также была в крови. Она испугалась, прошла в зал и увидела лежащего на диване Ш.. Подняв футболку последнего, увидела в области груди слева 7 кровоточащих ран. Пульс у Ш. отсутствовал, признаков жизни он не подавал.

Свои показания свидетель Б. подтвердила на очной ставке с ФИО1(л.д.157-162 т.1).

Оснований сомневаться в показаниях свидетеля Б. относительно того, что именно ФИО1 нанес ножевые ранения Ш., не имеется, т.к. ее показания не противоречат показаниям самого ФИО1, данным в рамках предварительного расследования и подтвержденным в судебном заседании, в которых он признал свою причастность к причинению ножевых ранений Ш.

Как пояснил подсудимый, орудием причинения телесных повреждений Ш. был нож, принадлежащий свидетелю О.

Данный нож, как показал подсудимый, он забрал с 26 на 27 марта 2019 г. из квартиры брата О. по адресу: ***.

Свидетель О. дал показания в суде и подтвердил оглашенные показания (л.д.38-39, 132-133 т.1), которые он давал в ходе предварительного расследования, о том, что имел в своем пользовании нож кустарного производства с рукояткой серого цвета, широким лезвием и длиной около 15 см, который хранил в своей квартире за креслом. Его брат - ФИО1 знал, где он хранил нож. 27.03.2019 в дневное время он (О.) пришел домой - в квартиру по адресу: ***. Находившийся там брат С. сказал, что убил его ножом человека. Он не поверил брату, т.к. нож лежал на своем месте, и не стал ни о чем расспрашивать.

В рамках очной ставки свидетель О. подтвердил, что ФИО1 было известно о наличии у него в доме самодельного ножа и о том, что хранился он в ножнах за креслом в зале. Предполагает, что 26.03.2019 ФИО1 взял его нож в то время, когда он (О.) отсутствовал дома.

Подозреваемый ФИО1 показания свидетеля О. подтвердил.

т.1 л.д. 145-148.

В рамках выемки 27.03.2019 свидетель О. добровольно выдал принадлежащий ему нож.

т.1 л.д. 42-44.

По итогам исследования судебно-медицинский эксперт, исходя из конструкционных и эксплуатационных характеристик, а также соотношения ширины клинка ножа к длине наружных телесных повреждений, длине обнаруженных у Ш. раневых каналов – не исключил возможности образования телесных повреждений, повлекших смерть последнего, в результате воздействия представленным на экспертизу ножом, изъятым в ходе выемки у свидетеля О.

т.1 л.д. 237-241.

Данные выводы наряду с заключением эксперта № 76 от 29.05.2019 сомнений в том, что именно изъятый у свидетеля О. нож и являлся орудием причинения Ш. телесных повреждений, не оставляют.

Согласно данному заключению, на клинке ножа, представленного на экспертизу, (изъятого в свою очередь у свидетеля О.) обнаружена кровь Ш. Происхождение данной крови от ФИО1 исключено. На рукояти ножа обнаружены смешанные с кровью следы, которые произошли от Ш. и ФИО1

Помимо того, кровь Ш. обнаружена на футболке и штанах ФИО1 Происхождение обнаруженной на одежде ФИО1 крови от него самого исключено.

т.1 л.д. 193-199.

Заключение трасологической экспертизы позволяет констатировать, что в момент образования пятен крови Ш. на одежде ФИО1 последний находился в непосредственной близости к источнику следообразования.

Так, согласно упомянутому заключению № 94, многочисленные впитавшееся брызги вещества бурого цвета на переде футболки ФИО1 могли возникнуть как в результате стряхивания с предмета, обильно смоченного веществом бурого цвета, под углом от 45 до 90, при параллельном расположении следообразующего и следовоспринимающего объектов, так и при попадании брызг на следовоспринимающий объект (перед футболки) со следообразующего объекта, обильно смоченного веществом бурого цвета, под воздействием мускульной силы.

т.1 л.д.179-184.

Выводы эксперта в совокупности с показаниями Б. о том, что и нож, и правая рука ФИО1 в момент, когда он вошел к ней в комнату, были в крови, свидетельствуют о том, что следы крови на одежде ФИО1 образовались в момент нанесения им ударов ножом Ш., а точнее в момент извлечения окровавленного ножа из тела жертвы.

О том, что 27.03.2019 после обеда, придя к ней домой, ФИО1 признался в том, что убил мужчину, с которым застал Б. в постели, показала в рамках предварительного расследования мать подсудимого – Г. (л.д.36-37 т.1).

Совокупность приведенных доказательств позволяет констатировать, что именно в результате действий ФИО1 Ш. были причинены тяжкие телесные повреждения, от которых последний скончался.

При этом доводы ФИО1, озвученные им в рамках предварительного расследования, о том, что нож он применил в условиях самообороны в момент, когда Ш. напал на него, достоверными не являются, т.к. противоречат совокупности представленных доказательств.

Так, подсудимый заявил, что первым насилие применил Ш., который без объяснения причин ударил его под колено сзади, чем сбил его с ног – сначала он упал на колено, а потом на правый бок. В этот момент Ш. ударил его ногой по лицу, от чего у него была разбита губа, и остался синяк под левым глазом.

Между тем, показания ФИО1 опровергаются не только показаниями свидетелей, но и заключением судебно-медицинской экспертизы.

Так, согласно заключению эксперта № 89 от 28.03.2019, при медицинском освидетельствовании ФИО1 у него обнаружены повреждения в виде:

-кровоподтека в левой параорбитальной области с распространением в левую скуловую область, на переносицу и внутренние отделы правой параорбитальной области; кровоизлияние под коньюктивой левого глазного яблока; ссадина на верхней губе слева; поверхностная рвано-ушибленная рана на внутренней поверхности верхней губы слева; ссадина в области правого коленного сустава на передней поверхности.

- ссадины в проекции правого угла нижней челюсти (1) и на передней поверхности шеи слева (1).

Давность причинения кровоподтеков - от 4 до 10 суток ко времени освидетельствования, а давность ссадин - 2-3 суток ко времени освидетельствования, проведенного 28.03.2019 г.

т.1 л.д. 71-72.

Экспертиза проведена надлежащим экспертом, имеющим специальную подготовку, на основании личного освидетельствования ФИО1

Оснований говорить о недопустимости данного доказательства не имеется.

Нет причин усомниться и в достоверности данного заключения.

Так, выводы эксперта относительно срока причинения ФИО1 кровоподтеков согласуются с показаниями свидетелей М., Т., Б.

Так, согласно показаниям свидетеля Б., примерно, 22 марта 2019 г. между Ш. и ФИО1 произошел конфликт. ФИО1, ревнуя ее к Ш., оскорбил ее нецензурной бранью. Ш. вступился за нее и несколько раз кулаком ударил ФИО1 в область левого глаза.

Показания Б. согласуются с показаниями свидетелей Т. и М., согласно которым, 21-22 марта 2019 года, когда познакомились с Ш. в квартире Б., они видели у ФИО1 покраснение в области левого глаза. В последующие дни левый глаз ФИО1 заплыл, а левая сторона лица посинела. Никаких новых повреждений 27.03.2019 г. они у ФИО1 не видели.

Поскольку показания свидетелей относительно сроков причинения ФИО1 кровоподтеков, обнаруженных на лице, согласуются с заключением эксперта, нет оснований подвергать их сомнению.

О недостоверности показаний ФИО1 об обстоятельствах его драки с Ш. свидетельствуют и показания Б.

Так, ФИО1 в своих показания при допросе в качестве подозреваемого сообщил, что от удара Ш. он упал на пол.

Однако, свидетель Б. настаивает, что никакого шума, кроме храпа Ш., а затем хрипа в соседней комнате в момент, когда там находились ФИО1, она не слышала. Между тем, падение взрослого человека, потерявшего равновесие, явно сопровождающееся шумом, не могло быть ею не услышанным.

Что касается ссадин на челюсти и шее, обнаруженных при освидетельствовании, ФИО1 пояснил, что сам причинил их себе, когда брился.

т.1 л.д. 166-168.

Таким образом, суд не усматривает оснований согласиться с подсудимым в том, что ножевые ранения Ш. он причинил в ответ на посягательство со стороны последнего.

Данный вывод согласуются с показаниями самого ФИО1 от 20.06.2019 года, в которых он сообщил, что Ш. ему ничем не угрожал, и за свою жизнь и здоровье он не опасался (л.д.19-21 т.2).

Показания ФИО1 о спонтанном выборе и использовании ножа в качестве орудия преступления в ответ на агрессию Ш. также заслуживают критической оценки, поскольку опровергаются показаниями свидетеля Б., которая отрицает, что обращалась к ФИО1 с просьбой починить антенну.

Эти показания она подтвердила не только в судебном заседании, но и при проведении очной ставки с ФИО1, где также показала, что в ответ на ее вопрос о ноже, который ФИО1 принес 27.03.2019 г. в ее дом, он ответил, что хотел убить им ее и Ш. (л.д.45-48, 157-162 т.1).

Показания Б. согласуются с показаниями самого ФИО1 при предъявлении окончательного обвинения, в которых он признал, что хотел убить Ш., так как сильно ревновал к нему свою сожительницу Б. (л.д.19-21 т.2).

Сомнений в том, что именно неприязнь, вызванная ревностью Б. к Ш., явилась мотивом содеянного, нет.

То, что основания для ревности у ФИО1 имелись, подтвердила свидетель Б. Поводом к ревности был факт ее измены ФИО1 с Ш., в чем, как пояснила свидетель, ФИО1 убедился лично.

В подтверждение того, что 26.03.2019 г. в дневное время ФИО1, будучи очень расстроенным, пояснил, что застал Б. в постели с другим мужчиной, показала в рамках предварительного расследования свидетель Г. (л.д.36-37 т.1).

При этом, как пояснила Б., ФИО1, будучи по характеру очень ревнивым, предупреждал ее, что «любому оторвет за нее голову».

О том, что ФИО1 испытывал негативные эмоции, наблюдая за поведением Б. и Ш., обнимавшихся во время распития спиртного 27.03.2019 г. и открыто обсуждавших при этом дальнейшую совместную жизнь, свидетельствовала свидетель М. Описывая состояние ФИО1 в этот момент, М. говорила, что было видно, что ФИО1 злится, что ему это неприятно.

Таким образом, именно ревность явилась побудительным мотивом совершения ФИО1 преступления.

Поведение ФИО1 в ответ на оскорбительное для него поведение сожительницы и Ш. не противоречит его личностным чертам, среди которых эксперты-психиатры отметили повышенную чувствительность, обидчивость, ревнивость, раздражительность и вспыльчивость (л.д.206-212 т.1).

Преступление совершено ФИО1 с прямым умыслом, то есть он осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий, желал их наступления.

Об этом свидетельствуют:

- локализация нанесенных им ударов (грудная клетка, т.е. жизненно-важная область тела);

- характер и тяжесть причиненных им телесных повреждений (множественные, в количестве 7 штук колото-резанные ранения, проникающие в плевральную и брюшную полости);

- использование ножа в качестве орудия преступления, что обеспечивало увеличение травмирующей силы его ударов и достижение цели преступления - смерти Ш.

Действия подсудимого суд квалифицирует по части 1 ст.105 УК РФ, как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку.

В судебном заседании выяснялся вопрос о психическом здоровье подсудимого.

***

т.1 л.д. 206-212

Оценивая заключение экспертов *** суд признает его вменяемым в отношении совершенного преступления и, соответственно, подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

Определяя вид и размер наказания, суд учитывает личность подсудимого, его возраст, *** семейное положение, а также характер, тяжесть, степень, общественную опасность совершенного с прямым умыслом преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на условия жизни и исправление подсудимого, на условия жизни близких ему лиц.

***

Во время службы в армии ФИО1 был отмечен нагрудным знаком «Отличник СА».

***

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учитывает отсутствие у ФИО1 судимостей, *** наличие *** нагрудного знака, признание своей вины в причинении ножевых ранений Ш., раскаяние в содеянном, а также активное способствование расследованию преступления, выразившееся в том, что, не воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ и позволяющим не свидетельствовать против себя, ФИО1 дал изобличающие себя показания, активно участвовал в следственных действиях, результаты которых использовались в качестве доказательств его виновности в инкриминированном преступлении.

Поведение потерпевшего, вызвавшее у подсудимого обоснованное чувство ревности, суд оценивает как аморальное и учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание.

Не смотря на то, что перед совершением преступления ФИО1 употреблял спиртное и именно в этом состоянии преступил закон, суд не учитывает это в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, т.к. в судебном заседании установлено, что решающим фактором совершения преступления явилось поведение потерпевшего, а не состояние опьянения.

Не смотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих, оснований для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ суд не усматривает и исходит из того, что относится оно к категории особо тяжких.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного и позволяющих назначить наказание в соответствии со ст.64 УК РФ ниже низшего предела или мягче, чем предусмотрено санкцией статьи, суд не усматривает.

Следовательно, наказание подсудимому необходимо назначить в пределах санкции совершенного им преступления в виде лишения свободы.

При определении его размера суд учитывает положения ч.1 ст.62 УК РФ ввиду активного способствования ФИО1 расследованию преступления.

Исходя из того, что ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление, учитывая обстоятельства содеянного, характеризующие подсудимого данные, суд не усматривает оснований для назначения наказания в минимальном размере, т.к. такое наказание ввиду чрезмерной мягкости не будет соразмерно содеянному, следствием которого явилась смерть человека, жизнь которого является высшей ценностью, охраняемой законом, и личности виновного, злоупотребляющего спиртным, а, следовательно, не будет справедливо, не достигнет цели восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения новых преступлений. По тем же причинам, а также исходя из срока назначаемого наказания, оснований для применения ст.73 УК РФ нет.

Исходя из строгости и размера назначаемого наказания, наличия смягчающих наказание обстоятельств, суд полагает, что основного наказания должно быть достаточно для исправления осужденного, поэтому не назначает дополнительное.

Отбывать наказание ФИО1 должен в исправительной колонии строгого режима, как предписывает п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, он не имеет.

Оснований для применения отсрочки нет.

Обстоятельства, послужившие основанием для содержания ФИО1 под стражей, на день постановления приговора не отпали, поэтому меру пресечения следует сохранить.

В соответствии с положениями п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 до судебного заседания под стражей следует зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей как один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражей сохранить до вступления приговора в законную силу, а затем отменить.

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок отбытого ФИО1 наказания время его содержания под стражей, начиная с *** г. до даты вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей как один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения СО по Н-Илимскому району СУ СК России по Иркутской области, по вступлении приговора в законную силу уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Н-Илимский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем личном участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Петрова Т.А.