Апелляционное определение № 33-1802/2026 от 21 апреля 2026 г.

Судья Ковалёнок А.В. Дело №33-1802/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 22 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе председательствующего Порохнюк Е.Н.,

судей Марисова А.М., Титова Т.Н.

при секретаре Краус Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело №2-505/2026 по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г.Томска от 09 февраля 2026 г.,

заслушав доклад судьи Порохнюк Е.Н., объяснения представителя истца ФИО1 ФИО3, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил взыскать в счет возмещения материального ущерба 76800 руб., судебные расходы на проведение независимой экспертизы 6000 руб., на оплату услуг представителя 32000 руб., за оформление нотариальной доверенности 2200 руб., по уплате государственной пошлины 4000 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что 13 мая 2025 г. по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей Mitsubishi Canter, принадлежащего ФИО1, и КАМАЗ 5511 под управлением ФИО4, принадлежащего на праве собственности ФИО2 В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинен ущерб, для определения которого он обратился к индивидуальному предпринимателю К. Согласно акту экспертного исследования стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца составила 76800 руб.

Определением от 24 ноября 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО4

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО3 исковые требований поддержала. Отметила, что договор купли-продажи транспортного средства КАМАЗ, заключенный между ФИО2 и ФИО4, является мнимым, составленным и представленным исключительно для снятия ответственности с владельца транспортного средства. Фактическая передача права собственности не производилась, транспортное средство не передавалось, продолжало эксплуатироваться и обслуживаться по усмотрению ФИО2, в том числе для извлечения прибыли. Согласно административному материалу владельцем транспортного средства КАМАЗ указан ФИО2, договор купли-продажи при оформлении дорожно-транспортного происшествия не предъявлялся.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Указал, что КАМАЗ 5511 он продал ФИО4 по договору купли-продажи от 15 января 2025 г. Указанный договор не зарегистрирован в ГИБДД, автомобиль не снят с учета в связи с тем, что у покупателя не на это денежных средств.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании полагал, что исковые требования удовлетворению не подлежат. Отметил, что в дорожно-транспортном происшествии участвовал он, вину не отрицает. Транспортным средством КАМАЗ 5511 он управлял, поскольку в тот момент работал на частное лицо по объявлению, транспортное средство находилось в его собственности. Приобрел транспортное средство для работы. Рассчитывался за автомобиль в основном наличными. У него имелся договор купли-продажи, в момент дорожно-транспортного происшествия сотрудникам ГИБДД его не предъявлял, предъявлял свидетельство.

Обжалуемым решением исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 просит решение отменить, принять по делу новое об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы указывает, что не согласен с выводом суда о том, что он являлся законным владельцем автомобиля. ФИО4, управлявший автомобилем КАМАЗ, в судебном заседании подтвердил, что приобрел данный автомобиль по договору купли-продажи, следовательно, именно он являлся законным владельцем.

Считает, что суд не привел доказательств отсутствия воли сторон на заключение договора купли-продажи. Факт несвоевременной постановки автомобиля на учет и наличие исполнительных производств у ФИО4 не являются основанием для признания сделки недействительной.

Выражает несогласие с аргументом суда (в части мнимости сделки) о том, что ФИО5 являлся индивидуальным предпринимателем и оказывает услуги перевозки на автомобиле КАМАЗ.

Отмечает, что автомобиль передан ФИО4 на законных основаниях. Отсутствие денежных средств у ФИО4 не является критерием возложения обязанности за вред, причиненный в дорожно-транспортном происшествии, на ответчика.

В письменных возражениях представитель истца ФИО1 ФИО3 просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь частью 3 статьи 167, частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствие истца ФИО1, ответчика ФИО2, третьего лица ФИО4, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая спор, оценив представленные в материалы дела доказательства и действия ответчика, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований к ФИО2, поскольку ответчиком не доказан факт перехода права собственности на автомобиль КАМАЗ 5511, государственный регистрационный знак /__/, от ФИО2 к ФИО4 На момент дорожно-транспортного происшествия ФИО2 являлся законным владельцем указанного транспортного средства, следовательно, в силу статьи 1079 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет ответственность за вред, причиненный принадлежащим ему транспортным средством.

Судебная коллегия выводы суда признает правильными.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Таким образом, потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда, наличие причинно-следственная связи между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом. Презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 13 мая 2025 г. по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей Mitsubishi Canter, государственный регистрационный знак /__/, под управлением ФИО1, и КАМАЗ 5511, государственный регистрационный знак /__/, под управлением ФИО4

Автомобиль Mitsubishi Canter принадлежит истцу на праве собственности.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 13 мая 2025 г. №18810070240013470360 ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку, управляя транспортным средством КАМАЗ 5511, при перестроении не уступил дорогу движущемуся попутно без изменения направления движения транспортному средству Mitsubishi Canter, после чего произошло дорожно-транспортное происшествие. ФИО4 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 500 руб.

Также постановлением по делу об административном правонарушении от 13 мая 2025 г. №18810070240013470351 ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку управлял транспортным средством КАМАЗ 5511 с отсутствующим полисом ОСАГО. ФИО4 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 3000 руб.

Факт совершения ФИО4 административного правонарушения, а также его вина в указанном дорожно-транспортном происшествии, подтверждены административным материалом по факту дорожно-транспортного происшествия от 13 мая 2025 г., схемой места совершения административного правонарушения от 13 мая 2025 г., сведениями о транспортных средствах, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии от 13 мая 2025 г., объяснениями сторон.

Согласно сведениям о транспортных средствах, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии 13 мая 2025 г., гражданская ответственность истца застрахована по полису ОСАГО №/__/; сведения о том, что ответчик ФИО2 застраховал свою гражданскую ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия, отсутствуют.

Как следует из акта экспертного исследования от 03 июня 2025 г. №41-05.25СН, представленного истцом, размер расходов на восстановительный ремонт автомобиля Mitsubishi Canter, государственный регистрационный знак /__/, составляет 76800 руб.

Указанный акт признан судом относимым и допустимым доказательством, стоимость восстановительного ремонта и объем повреждений автомобиля истца ни ответчиком, ни третьим лицом не оспаривалась.

Таким образом, представленными в материалы дела доказательствами с достоверностью подтверждено, что виновные действия ФИО4 состоят в причинно-следственной связи с произошедшим 13 мая 2025 г. дорожно-транспортным происшествием, в результате которого автомобилю истца причинен ущерб 76800 руб.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Таким образом, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом, по смыслу приведенных правовых норм, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке.

В силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон, как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (часть 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчик ФИО2 и третье лицо ФИО4 настаивали на том, что именно ФИО4 являлся законным владельцем автомобиля КАМАЗ 5511 и должен нести ответственность за причиненный вред.

В обоснование своих доводов ответчиком представлен договор купли-продажи автомобиля от 15 января 2025 г., согласно которому ФИО2 продал ФИО4 автомобиль КАМАЗ 5511, государственный регистрационный знак /__/, за 500000 руб. Транспортное средство и денежные средства переданы сторонами.

Между тем, как верно отмечено судом первой инстанции, в сведениях о транспортных средствах, участвующих в дорожно-транспортном происшествии от 13 мая 2025 г., в качестве собственника автомобиля КАМАЗ 5511, государственный регистрационный знак /__/, указан ФИО2

В силу положений статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1).

Собственник вправе, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, распоряжаться им иным образом (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридические последствия за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

На основании пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного владения.

Оценивая договор купли-продажи от 15 января 2025 г., суд пришел к обоснованному выводу о том, что доказательств совершения юридически значимых действий, свидетельствующих о реальном отчуждении автомобиля на основании договора купли-продажи, ответчиком не представлено.

Ответчик в ходе рассмотрения дела ссылался на то, что ФИО4 в судебном заседании подтвердил, что приобрел автомобиль по договору купли-продажи, следовательно, он являлся законным владельцем автомобиля.

Судебная коллегия соглашается с критической оценкой суда первой инстанции относительно данной позиции, поскольку, вопреки положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком в материалы дела не представлено относимых и допустимых доказательств передачи ему денежных средств в размере 500000 руб. во исполнение договора купли-продажи.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что ФИО4 не указывал на то, что он является собственником автомобиля КАМАЗ 5511 при оформлении материалов дорожно-транспортного происшествия, договор купли-продажи от 15 января 2025 г. не предъявлял. В постановлениях по делу об административном правонарушении от 13 мая 2025 г. собственником автомобиля КАМАЗ 5511 указан именно ответчик ФИО2, аналогичные сведения указаны и в сведениях о транспортных средствах, водителях, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии от 13 мая 2025 г.

Подлинник договора купли-продажи от 15 января 2025 г. при рассмотрении гражданского дела не представлялся, в материалы дела представлена копия данного договора, на что также обоснованно обратил внимание суд первой инстанции.

Более того, ФИО4 в силу положений статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» свою гражданскую ответственность не застраховал, в связи с чем признан виновным в совершении административного правонарушения (постановление от 13 мая 2025 г. №18810070240013470351), что также в совокупности с иными доказательствами и обстоятельствами свидетельствует об отсутствии перехода права собственности от ФИО2 к ФИО4 в отношении автомобиля КАМАЗ 5511.

Действительно, в силу закона право собственности на автомобиль приобретается покупателем с момента заключения договора купли-продажи и передачи движимой вещи, а не регистрации приобретенного транспортного средства в уполномоченных органах, однако у судебной коллегии нет оснований полагать, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО4 являлся законным владельцем автомобиля КАМАЗ 5511, государственный регистрационный знак /__/, поскольку факт передачи собственником автомобиля другому лицу, права управления им, подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности.

В данной связи судебная коллегия полагает несостоятельным указание апеллянта на то, что судом не приведено доказательств отсутствия воли сторон на заключение договора купли-продажи, поскольку представленные в материалы дела доказательства и установленные по делу юридически значимые обстоятельства прямо свидетельствуют об обратном.

Таким образом, судебная коллегия находит обоснованным вывод суда об определении законного владельца источника повышенной опасности – ФИО2, на которого мотивированно возложена ответственность за причинение истцу ущерба.

Иные доводы апелляционной жалобы в рассматриваемом случае правового значения не имеют, поскольку установлено отсутствие правовых последствий, порождаемых договором купли-продажи от 15 января 2025 г.

Из содержания оспариваемого судебного акта следует, что судом первой инстанции с соблюдением требований статей 12, 55, 56, 195, части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в качестве доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приняты во внимание представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, которым дана оценка согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, мотивы, по которым суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований к ответчику ФИО5, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии не имеется оснований.

При разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г.Томска от 09 февраля 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО2 – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного текста апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 апреля 2026 г.