Решение № 2-265/2017 2-265/2017~М-271/2017 М-271/2017 от 19 марта 2017 г. по делу № 2-265/2017

Дело № 2-265/17


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Шали 20 марта 2017 года

Шалинский городской суд Чеченской Республики в составе председательствующего судьи Тахтарова М.Ш., при секретаре Саламовой А.В., с участием истца ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО5 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чеченской Республике о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чеченской Республике о взыскании компенсации морального вреда указав, что ее родители были репрессированы по политическим мотивам по национальному признаку (как лица чеченской национальности), органами НКВД СССР. Она родилась ДД.ММ.ГГГГ года на спецпоселении, и согласно справке № о реабилитации от 24 ноября 2008 года была реабилитирована.

Согласно справке о сроках пребывания под надзором с ограничением прав и свобод, со дня своего рождения и по 1958 год она находилась под надзором органов внутренних дел СССР, то есть общий срок незаконного ограничения ее прав и свобод составляет 4 года.

Исходя из положений Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий», статус жертвы политических репрессий и, как следствие этого, право на меры социальной поддержки приобретаются на основании справки, выданной компетентными органами государства. В связи с чем считает, что дату ее правоотношений следует исчислять с 2008 года, со дня выдачи справки о ее реабилитации.

Указывает, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ являются составной частью ее правовой системы. Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении РФ.

Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В настоящее время вступило в законную силу постановление Европейского Суда по правам человека от 2 февраля 2010 года по делу «Клаус и Юрий Киладзе против Грузии». Европейский Суд по правам человека, рассмотрев указанное дело, установил, что в грузинском законодательстве отсутствует нормативный акт о возмещении ущерба жертвам политических репрессий, и если этот пробел не будет устранен, то государство - ответчик должно выплатить 4 000 евро в качестве возмещения за моральный вред каждому из заявителей.

Поскольку Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к нему, ее исковые требования должны быть разрешены с учетом правовой позиции Европейского Суда, выраженной в постановлении от 2 февраля 2010 года по делу «Клаус и Юрий Киладзе против Грузии», которым разрешены аналогичные правоотношения.

Являясь лицом, признанным жертвой советских политических репрессий и реабилитированным в установленном Российским законодательством порядке, считает, что в отношении нее была нарушена статья 1 Протокола № 1 к Конвенции, поскольку у него имеется собственность в виде основанного на законе «О реабилитации жертв политических репрессий» и Конституции РФ правомерного ожидания возмещения ущерба, причиненного физическими и нравственными страданиями, связанными с незаконным ограничением свободы. Исключение с 1 января 2005 года гарантированности компенсации морального ущерба из преамбулы Закона в этом контексте выглядит как отказ от правовой и моральной обязанности государства, что противоречит статье 1 Протокола № 1 к Конвенции, и не может применяться судами во избежание нарушения ч. 4 ст. 15 Конституции РФ.

На протяжении белее 4 лет она содержалась в ужасных антисанитарных условиях, находясь под жестким контролем органов внутренних дел, они постоянно подвергались унижениям, как со стороны власти, так и со стороны отдельных граждан СССР, поскольку государство причислило их к числу сочувствующих (и пособников) изменников Родины.

Просит взыскать с Министерства финансов РФ из средств казны РФ компенсацию морального вреда, причинённого незаконными действиями органов государственной власти в сумме 7 000 000 рублей.

В судебном заседании истец поддержала иск и пояснила, что со слов родителей она знает, что с ними обращались как со скотом, что они жили в ужасных условиях, что над ними издевались, и она видела, как там умирали люди.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чеченской Республике в судебное заседание не явился, о дне слушания дела своевременно и надлежащим образом извещен.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствие представителя ответчика.

Суд, выслушав истца, исследовав материалы дела, полагает, что в удовлетворении исковых требований надлежит отказать по следующим основаниям.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 12 ФЗ РФ «О введении в действие части второй ГК РФ» действие статьи 1069 ГК РФ распространяется также на случаи, когда причинение вреда жизни и здоровью гражданина имело место до 1 марта 1996 года, но не ранее 1 марта 1993 года и причиненный вред остался не возмещенным.

Кроме того, на территории Российской Федерации впервые закон, предусматривающий возможность возмещения морального вреда, причиненного неправомерными виновными действиями причинителя вреда, присуждением возмещения денежной компенсации, был принят 31 мая 1991 года. Статей 131 Основ законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 года было установлено, что моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем вреда при наличии его вины.

Основы же института компенсации морального вреда в Российской Федерации были заложены в ст. 151 ГК РФ, часть первая которого введена в действие с 1 января 1995 года. В соответствии со ст. 5 Федерального закона РФ от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», часть первая Гражданского кодекса применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие. В силу ч. 1 ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (п. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 18 января 2005 года № 7-О указал, что общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после введения его в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, т.е. придать закону обратную силу.

Как следует из представленных документов, ФИО1 родилась ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, на спецпоселении, в семье, высланной в административном порядке на основании Указа ПВС СССР от 07.03.1944г. по национальному признаку в Казахскую ССР и находился на спецпоселении с родителями с рождения по 1958 год. Истец реабилитирована на основании ч. 1 ст. 1.1 Закона Российской Федерации от 18 октября 1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий». Данные обстоятельства подтверждены справкой о реабилитации, выданной ей 24 ноября 2008 года.

Таким образом, поскольку вред истцу причинен до введения в действие Гражданского кодекса РФ, то его нормы не могут распространяться на возникшие правоотношения.

26 апреля 1991 года был принят Закон РСФСР № 1107-1 «О реабилитации репрессированных народов», согласно которому государство предусмотрело территориальную, политическую, социальную, культурную реабилитацию репрессированных народов, а также возмещение ущерба, причинённого репрессированным народам и отдельным гражданам со стороны государства в результате репрессий.Согласно ст. 2 Закона РСФСР от 26 апреля 1991 года № 1107-1 «О реабилитации репрессированных народов» репрессированными признаются народы (нации, народности или этнические группы и иные исторически сложившиеся культурно - этнические общности людей, например казачество), в отношении которых по признакам национальной или иной принадлежности проводилась на государственном уровне политика клеветы и геноцида, сопровождавшаяся их насильственным переселением, упразднением национально - государственных образований, перекраиванием национально - территориальных границ, установлением режима террора и насилия в местах спецпоселения.

В силу ст. 3.1 указанного Закона РСФСР на граждан из числа репрессированных народов, подвергшихся репрессиям на территории Российской Федерации по признакам национальной или иной принадлежности, распространяется действие Закона РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий».

18 октября 1991 года был принят Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» (далее Закон РФ), целью которого, как было указано в абзаце 3 преамбулы (в редакции до 22 августа 2004г.), является реабилитация всех жертв политических репрессий, подвергнутых таковым на территории Российской Федерации с 25 октября (7 ноября) 1917 года, восстановление их в гражданских правах, устранение иных последствий произвола и обеспечение посильной в настоящее время компенсации материального и морального ущерба.

Федеральным законом от 22 августа 2004 года № 122-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» из преамбулы Закона Российской Федерации от 18 октября 1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий» исключено положение о компенсации морального ущерба (п. 1 ст. 6).

Как пояснила истица в судебном заседании, она, как реабилитированное лицо является получателем льгот по оплате жилищно-коммунальных услуг и ежемесячной денежной выплаты по Закону Чеченской Республики от 5 июля 2010 года № 25-РЗ "О мерах социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, ветеранов труда и тружеников тыла".

Проверяя конституционность указанных нормативно-правовых положений, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 15 мая 2007 года № 383-О-П сформулировал правовую позицию, согласно которой истолкование норм закона как исключающих моральный вред из объема подлежащего возмещению ущерба не соответствовало бы ст. 52 и 53 Конституции Российской Федерации.

Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» принимался в целях компенсации материального и морального вреда, причиненного репрессированным лицам, однако используемые в нем специальные публично-правовые механизмы компенсации не предусматривают - в отличие от гражданского законодательства - разграничение форм возмещения материального и морального вреда. Такое регулирование, предполагающее возмещение, в том числе неимущественного вреда, само по себе нельзя рассматривать как нарушение прав, вытекающих из статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации. Указанный Закон РФ предусматривает комплекс мер, направленных на социальную защиту этой категории граждан.

Предоставление реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, льгот (именуемых теперь мерами социальной поддержки) было направлено на создание благоприятных условий для реализации прав и свобод названными категориями граждан и обеспечение их социальной защищенности. По своей правовой природе эти льготы носили компенсационный характер и в совокупности с иными предусмотренными Законом Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» мерами были призваны способствовать возмещению причиненного в результате репрессий вреда.

Следовательно, льготы, которые устанавливались федеральным законодателем для реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, в их материальном (финансовом) выражении входят в признанный государством объем возмещения вреда, включая моральный вред.

Таким образом, федеральным законодателем в соответствии с требованиями статей 71 (пункт «в») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации были установлены порядок и последствия реабилитации, определены формы, способы восстановления прав жертв политических репрессий, способы, формы и размеры возмещения государством вреда, реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, в целях компенсации как материального, так и морального ущерба.

В силу приведенных правовых позиций исключение с 1 января 2005г. из преамбулы Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» положения о компенсации морального ущерба не может рассматриваться как имеющее целью ущемление конституционных прав репрессированных и допускающее отказ государства от государственной поддержки данной категории граждан, поскольку само по себе это не исключает обязательств государства по защите законных интересов реабилитированных лиц.

Последствия реабилитации определены в статьях 12-18 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий», которые предусматривают компенсацию материального и морального ущерба путем предоставления льгот реабилитированным лицам и возмещения стоимости изъятого имущества на основании утвержденных Правительством РФ 3 мая 1994г. Положения о порядке предоставления льгот реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, и Положения о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъятого или вышедшего иным путем из владения в связи с политическими репрессиями имущества, возмещения его стоимости или выплаты денежной компенсации. В ином виде указанные нормативные акты возмещение ущерба не предусматривают.

Кроме того, Законом Чеченской Республики от 5 июля 2010 года № 25-РЗ "О мерах социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, ветеранов труда и тружеников тыла" предусмотрены меры социальной поддержки лицам, признанным пострадавшим от политических репрессий.

Учитывая, что истцу предоставлено право на льготы и меры социальной поддержки, установленные Законом РФ «О реабилитации жертв политических репрессий», Законом Чеченской Республики от 5 июля 2010 года № 25-РЗ "О мерах социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, ветеранов труда и тружеников тыла", указанные законы возмещение ущерба в ином виде не предусматривают.

До 1991 года какие-либо компенсации жертвам политических репрессий при обстоятельствах, изложенных в исковом заявлении, законодательством РСФСР либо СССР не предусматривались. Следовательно, заявленные требования истца ФИО1 о компенсации морального вреда в связи с применением к ней мер политических репрессий в виде ограничения ее прав и свобод, удовлетворению не подлежат.

Ссылку истца на применение по настоящему спору положений ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции также нельзя признать обоснованной.

Согласно части 1 ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права. К имуществу по смыслу ст. 1 Протокола № 1 Европейский Суд по правам человека относит как наличное (реально существующее) имущество, так и имущество, получения которого мог «законно ожидать» заявитель.

Между тем право истца ФИО1 на денежную компенсацию морального вреда не возникло, ущемление ее прав на имущество, которое она могла законно ожидать, не имело место, а потому оснований считать, что нарушены положения ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции, как об этом утверждается в исковом заявлении, не имеется. Указанные выводы соответствуют Конституции Российской Федерации, Закону РФ «О реабилитации жертв политических репрессий», а также правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека.

Ссылка истца на Постановление Европейского суда по правам человека от 02.02.2010г. по делу «Клаус и Юрий Киладзе против Грузии» (жалоба № 7975/06) преюдициального значения для настоящего дела не имеет и основанием для взыскания с Министерства финансов РФ в пользу истца компенсации морального вреда как лицу, подвергшемуся политическим репрессиям, не является, так как присужденная в пользу ФИО2 денежная сумма являлась не компенсацией морального вреда за имевшие место репрессии, а компенсацией за нарушение их права на имущество по ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции, поскольку ответчик (государство) уклонялся от осуществления мер по принятию законодательства, позволяющего использовать гражданами признанными жертвами политических репрессий, права, гарантированные государством. В законодательстве Российской Федерации предусмотрены меры возмещения материального ущерба, порядок возмещения ущерба, меры социальной поддержки жертв советских политических репрессий и каждый имеет возможность реализовать на практике свои права на компенсацию.

В Российской Федерации, как указано выше, имеется комплекс эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении жертв политических репрессий, к которым относится и истец.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО6 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Чеченской Республике о взыскании компенсации морального вреда в размере 7 000 000 рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чеченской Республики в течение месяца со дня его вынесения через Шалинский городской суд Чеченской Республики.

Судья (подпись) М.Ш. Тахтаров

Копия верна:

Судья М.Ш. Тахтаров