Приговор № 1-349/2025 от 13 ноября 2025 г. по делу № 1-349/2025

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г. Кострома 14 ноября 2025 года

Свердловский районный суд г. Костромы в составе:

председательствующего – судьи Балаева Д.Е.,

при секретаре ФИО10 и помощнике ФИО11,

государственного обвинителя ФИО12,

представителя потерпевшей ФИО50.,

подсудимого ФИО4,

его защитника – адвоката ФИО19,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО5 ФИО16, родившегося <дата> в <адрес>, гражданина России, со средним профессиональным образованием, работающего столяром у ИП ...., разведённого, не имеющего лиц на иждивении, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст. 156, ч. 1 ст. 109 УК РФ,

установил :

ФИО5 ФИО16 является отцом малолетней ФИО2, <дата> года рождения, и как родитель в соответствии с ч. 2 ст. 38 Конституции РФ и ч. 1 ст. 63 Семейного кодекса РФ обязан заботиться о ребёнке, о её здоровье, физическом и психическом развитии, однако в нарушении вышеуказанных требований закона ФИО5 эти обязанности в отношении своей дочери не исполнил, совершил неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем, если это деяние соединено с жестоким обращением с несовершеннолетним, и причинение смерти по неосторожности.

Преступления совершены в городе Костроме при следующих обстоятельствах.

В один из дней <дата>, но не позднее <дата> ФИО5, находясь по адресу: <адрес>, имея умысел на ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию своей малолетней дочери ФИО2, в нарушение вышеприведенных положений закона, достоверно зная, что она в силу своего малолетнего возраста, физического и психического развития не имеет навыков к самообслуживанию, а также имеет проблемы с желудочно-кишечным трактом, то есть находится в полной (материальной, психологической) зависимости от него и нуждается в постоянном уходе и контроле, покинул территорию Костромской области, оставив свою малолетнюю дочь на попечение лицу, в отношении которого дело выделено в отдельное производство в связи с розыском (далее – Лицо 1), не являющегося матерью малолетней или иным лицом, на которое возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетней.

В период с <дата> по <дата> ФИО5 не проживал совместно со своей дочерью ФИО2, не контролировал её местонахождение и выполнение рекомендаций врачей в связи с имеющимися у ребенка заболеваниями желудочно-кишечного тракта, соблюдение для неё санитарно-гигиенических норм, обеспечение малолетней достаточным питанием, не осуществлял лично и не контролировал осуществление со стороны Лица 1 должного ухода за физическим здоровьем ФИО2, в т.ч. путем обеспечения своевременного оказания последней квалифицированной медицинской помощи, т.е. ненадлежащим образом исполнял свои родительские обязанности, проявил жестокое обращение с ребёнком, что привело к общему ухудшению в указанный период времени состояния здоровья ФИО2, ввиду наличия у неё заболеваний (патологических состояний), сопровождающихся нарастающей по интенсивности болью в животе, отсутствием стула и отхождения газов, нарастающим вздутием живота, тошнотой, рвотой застойным кишечным содержимым, высокой температурой тела (лихорадкой), вялостью, апатией, стонами, минимальной физической активностью, допустил развитие у неё интоксикации, ионных водно-электролитных нарушений, гнойного воспаления стенки кишечника и генерализацию инфекционного процесса (сепсис), метаболический ацидоз, гемодинамические расстройства, которые, развиваясь одновременно, взаимно усиливая общее негативное влияние на работу всех органов и систем, что привело к смерти малолетней ФИО2 <дата>, по адресу: <адрес>, при этом в случае оказания всего комплекса лечебных мероприятий в условиях стационара, предотвращение неблагоприятного исхода в виде смерти девочки было возможным практически до момента смерти.

В период с <дата> по <дата> ФИО16, находясь за пределами Костромской области, в т.ч. в <адрес>, не позднее <дата>, будучи осведомленным от Лица 1 о явном последовательном ухудшении состояния здоровья малолетней ФИО2, сопровождающимся угнетением общего состояния и повышенной температурой, заведомо зная и осознавая, что последняя в силу своего малолетнего возраста, физического и психического развития не имеет навыков к самообслуживанию и самостоятельному обращению за медицинской помощью, не предвидя наступления общественно-опасных последствий своего бездействия в виде наступления смерти ФИО2, несмотря на то что, исходя из своего возраста и жизненного опыта при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, не осуществлял лично и не контролировал осуществление со стороны Лица 1 должного ухода за физическим здоровьем ФИО2, в том числе путем обеспечения своевременного оказания последней квалифицированной медицинской помощи, не принял мер по обращению в лечебные учреждения для оказания малолетней ФИО2 квалифицированной медицинской помощи, в том числе проведения интенсивной терапии с целью ее выздоровления, допустил развитие у малолетней ФИО2 интоксикации, ионных водно-электролитных нарушений, гнойного воспаления стенки кишечника и генерализацию инфекционного процесса (сепсис), метаболического ацидоза, гемодинамических расстройств, которые, развиваясь одновременно, взаимно усиливая общее негативное влияние на работу всех органов и систем, привели к смерти малолетней ФИО2, при этом в случае оказании всего комплекса лечебных мероприятий в условиях стационара, предотвращение неблагоприятного исхода в виде смерти ФИО2 было возможным практически до момента смерти.

В результате преступного бездействия ФИО4 <дата> в период с ... до ... наступила смерть малолетней ФИО2 по адресу: <адрес> в результате обтурационной толстокишечной непроходимости, заключавшейся в полной обтурации (перекрытии просвета) прямой кишки плотными каловыми массами и прекращении пассажа содержимого по кишечнику. Длительное (в течение нескольких дней) нарушение перемещения кишечного содержимого сопровождалось последовательным, закономерным развитием комплекса патологических процессов: накоплением кишечного содержимого в приводящем отделе кишечника (перед зоной обтурации), значительным расширением просвета и перерастяжением стенки данных отделов кишки, нарушением кровоснабжения кишечной стенки (интрамуральной ишемией), первично дистрофическими, впоследствии некротическими изменениями всех слоев стенки кишечника и резким ухудшением её барьерной функции. Данные патологические изменения сопровождались развитием интоксикации, ионных водно-электролитных нарушений, гнойным воспалением стенки кишечника и генерализацией инфекционного процесса (сепсисом), метаболическим ацидозом, гемодинамическими расстройствами, которые развиваясь одновременно, взаимно усиливая общее негативное влияние на работу всех органов и систем, привели к полиорганной недостаточности и смерти. Указанное преступное бездействие ФИО1 находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшей ФИО2

В судебном заседании подсудимый ФИО5 виновным себя не признал, по обстоятельствам предъявленного обвинения показал, что с рождения у его малолетней дочери ФИО2 имелись проблемы с кишечником, что проявлялось в запорах, недержании кала, в течение всего периода времени с ФИО2 наблюдались у специалистов в <адрес>, проходили назначаемое лечение, соблюдали диету, не менее двух раз в неделю делали клизму, дочь была обеспечена всеми лекарствами на случай ухудшения состояния, в <дата> он уехал на вахту, ФИО2 осталась с его сожительницей ФИО3 и её дочерью ФИО45, которые сначала жили по адресу: <адрес>, а потом уехали жить к родителям ФИО3 на <адрес>, при этом ФИО3 ему говорила, что делает клизмы ФИО2, даёт необходимые лекарства, соблюдает диету, не дверять чему у него оснований не было, в <дата> он вернулся с вахты, и жил в квартире по <адрес>, с дочерью не встречался, т.к. со слов ФИО3, это было рекомендацией психолога, так было лучше для дочери, и поэтому он с дочерью разговаривал только по телефону, последняя никаких жалоб ему не высказывала, при этом к нему на <адрес> периодически приезжала ФИО3 со своей дочерью ФИО45, а ФИО2, со слов ФИО3, оставалась с её родителями на это время, в <дата> он вновь уехал на вахту в <адрес>, <дата> ФИО3 сообщила ему о высокой температуре у дочери, с <дата> ФИО3 не отвечала на его звонки, в связи с чем о состоянии дочери узнавал от своей тёти Свидетель №10, которая поддерживала общение со ФИО3, и, со слов последней, говорила ему, что приезжала скорая помощь, делали ребёнку укол, и что состояние девочки улучшилось, возможности приехать в г. Кострому он, ФИО5, не имел, т.к. работал и заменить его было некому, вечером <дата> от сотрудников полиции узнал о смерти дочери.

Несмотря на позицию ФИО5, его виновность в совершении каждого из указанных преступлений при обстоятельствах, указанных в приговоре, подтверждается следующими доказательствами.

<дата> родилась ФИО2, её отцом является ФИО5 ФИО16, <дата> г.р., матерью – ФИО51., <дата> г.р. (т. 3 л.д. 66, т. 5 л.д. 137-138), родители состояли в браке в период с <дата> по <дата> (т. 3 л.д. 63, т. 5 л.д. 137-138, 140-142); <дата> ФИО51 скончалась (т. 3 л.д. 65); малолетняя с <дата> зарегистрирована по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 213, т. 3 л.д. 67), с 2022 года проживала там с отцом (т. 5 л.д. 131), с <дата> по <дата> имела временную регистрацию по месту пребывания по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 242), с <дата> посещала группу № МБДОУ «Детский сад №», а с <дата> на основании заключения ПМПК г. Костромы № от <дата> переведена в группу компенсирующей направленности ЗПР № указанного дошкольного учреждения, с <дата> не посещает детский сад (т. 1 л.д. 195), с <дата> по <дата> находилась на лечении в отделении патологии новорождённых детей в ОГБУЗ «Костромская областная детская больница» (т. 1 л.д. 215); в <дата> проходила амбулаторные лечение в ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница им. ФИО14»: с диагнозом «фистула и киста шеи» (т. 3 л.д. 69-70), <дата> клиникой ООО «Гинеколог и Я» даны рекомендации по диете (т. 2 л.д. 212); в <дата> наблюдалась профилактически в ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», дважды в <дата> была на приёме у стоматолога и педиатра, в <адрес> – на приёмах у врачей невролога и педиатра, последний раз – <дата> (т. 1 л.д. 216-217), имелись обращения в ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы Детская поликлиника №»: <дата> – ОРВИ, <дата> – ОРВИ, иных жалоб нет; <дата> жалобы на недержание кала, даны направления на дополнительные исследования; <дата> жалобы на недержание мочи и кала, диагноз: энурез, энкопрез, назначено лечение и консультации; <дата> – осмотр после ОРВИ, дана справка в детский сад; <дата> осмотр педиатра, дано направление на обследования для диспансеризации (т. 1 л.д. 219), <дата> была на приёме детского хирурга в клинике «Мир здоровья» в связи с недержанием кала, поставлен предварительный диагноз: функциональное нарушение кишечника, запор, рекомендовано дальнейшее наблюдение, сдачу анализов, УЗИ брюшной полости, консультацию гастроэнтеролога и детского хирурга, а также повторная явка через неделю (т. 3 л.д. 72) – заказчиком услуги является Свидетель №21 (т. 3 л.д. 73), <дата> проведено УЗИ органов брюшной полости и почек, патологий не выявлено (т. 3 л.д. 71), <дата> сданы анализы крови (т. 3 л.д. 74), иных обращений в эти и иные медицинские учреждения либо медикам-специалистам, либо вызовов скорой медицинской помощи в 2024 году не было (т. 1 л.д. 218, 249), на <дата> была записана на приём к врачу-гастроэнтерологу в Медицинский центр «Добрый доктор» (ООО «СТ-Групп»), но не явилась (т. 1 л.д. 247).

Допрошенные в качестве свидетелей сотрудники детского сада №: воспитатели – Свидетель №6 и Свидетель №7, заведующая – Свидетель №8, медсестра Свидетель №5, давая аналогичные друг другу показания и дополняя их, показали, что малолетняя ФИО16 длительное время имела проблемы с кишечником, проявляющиеся в систематическом непроизвольном его опорожнении (до 5-7 раз вдень), о чём неоднократно доводилась информация до её отца – ФИО4, давались рекомендации о необходимости обращения к врачам специалистам, на что тот обещал обратиться, но никаких медицинских документов не предоставлял, улучшений у ребёнка не было, с <дата> ребёнок не посещал детский сад, ФИО4 на связь не выходил, о чём было сообщено в отдел полиции, его сожительница – ФИО3 по телефону сообщила, что ребёнка водить в детский сад не будет.

Согласно протоколу беседы от <дата>, проведённой сотрудниками детского сада №: воспитателями Свидетель №6 и Свидетель №7, заведующей Свидетель №8, медсестрой Свидетель №5 с ФИО4 (отцом воспитанницы детского сада ФИО2), до последнего доведена информация о наличии у дочери проблем с желудочно-кишечным трактом, необходимостью обращения к врачам-специалистам и обследований для уточнения диагноза и получения актуальной информации о диете (последняя справка из ООО «Гинеколог и Я» датирована <дата>), необходимостью прохождения физиолечения, назначенного неврапотологом, ФИО5 никаких медицинских документов не предоставлял (т. 2 л.д. 211).

Письмом от <дата> заведующая МБДОУ «Детский сад №» Свидетель №8 сообщает в отдел полиции № УМВД России по г. Костроме о том, что ФИО4 не исполняет свои родительские обязанности, т.к. его дочь – ФИО2 не посещает детский сад с <дата>, а его сожительница – ФИО3 требует выдать документы на ребёнка для перевода в другой сад, указывает, что ребёнок проживает с ней, а не с отцом (т. 1 л.д. 195).

<дата> в .... в УМВД по г. Костроме по телефону обратился Свидетель №9, сообщивший об обнаружении в квартире по адресу: <адрес>, трупа малолетней ФИО2 (т. 1 л.д. 180), в .... поступил вызов на станцию скорой медицинской помощи от «знакомого», сообщившего о смерти ФИО2, в .... при прибытии бригады СМП по указанному адресу констатирована смерть (т. 1 л.д. 221-222), допрошенная в качестве свидетеля фельдшер СМП Свидетель №16 подтвердила указанные обстоятельства, отметила, что в квартире была антисанитария, при осмотре места происшествия, согласно соответствующему протоколу (т. 1 л.д. 151-177), установлено, что это коммунальная квартира, расположена на 8-ом этаже, комната примерными размерами 3?5 м, напротив входа – окно, подоконник завален различными предметами, вдоль стены слева от входа стоит шкаф-купе, разложенный диван, застеленный бельём, вдоль правой стены стоит шкаф, тумба, обогреватель и в ближнем к двери правом углу – пеленальный столик, заваленный одеждой, рядом с ним на полу, на одеяле в положении лёжа на спине обнаружен труп ФИО2, какая-либо одежда на трупе отсутствует, на голове, лице, теле и конечностях имеются ссадины и кровоподтёки, в районе бедра – открытая рана, через которую виден кишечник.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, смерть ФИО16 наступила <дата> в период времени с .... по .... от заболевания – обтурационной толстокишечной непроходимости, осложнившейся эндогенной интоксикацией, вследствие застоя кала в кишечнике, некроза стенки толстой кишки, всасывания продуктов гниения и распада в кровеносное русло (т. 5 л.д. 9-17).

Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы, на момент смерти у ФИО16 имелись следующие заболевания и патологические состояния: миотонический синдром (неуточненный); рахит не менее 2-й степени (период остаточных явлений); обтурационная толстокишечная непроходимость с развитием гнойного воспаления и некротических изменений стенки толстого кишечника; сепсис; острый бронхит (по данным гистологического исследования – бактериальной этиологии); эмфизематозные изменения легких; её смерть наступила в результате обтурационной толстокишечной непроходимости, заключавшейся в полной обтурации (перекрытии просвета) прямой кишки плотными каловыми массами и прекращении пассажа содержимого по кишечнику. Длительное (в течение нескольких дней) нарушение перемещения кишечного содержимого сопровождалось последовательным закономерным развитием комплекса патологических процессов: накоплением кишечного содержимого в приводящем отделе кишечника (перед зоной обтурации), значительным расширением просвета и перерастяжением стенки данных отделов кишки, нарушением кровоснабжения кишечной стенки (интрамуральной ишемией), первично дистрофическими впоследствии некротическими изменениями всех слоев стенки кишечникаи резким ухудшениемеё барьерной функции. Данные патологические изменения сопровождались развитием интоксикации, ионных водно-электролитных нарушений, гнойным воспалением стенки кишечника и генерализацией инфекционного процесса (сепсисом), метаболическим ацидозом, гемодинамическими расстройствами и т.д., развиваясь одновременно, взаимно усиливая общее негативное влияние на работу всех органов и систем, привели к полиорганной недостаточности и смерти.

Течение развившейся у ФИО2 острой обтурационной толстокишечной непроходимости имело следующую хронологию:

1) формирование в просвете прямой кишки плотных каловых масс (копролитов), накопление каловых масс в объеме достаточном для полной обтурации просвета кишки и прекращения пассажа кишечного содержимого через данный (перекрытый) участок, расширение приводящего участка кишки скопившимися каловыми массами, потеря жидкости (накопление в просвете кишки), развитие антиперистальтики и проксимальной транслокации, интрамуральная ишемия стенки кишки за счет расширения просвета и перерастяжения стенки, развитие интоксикации за счет нарушения проницаемости клеточных мембран – с учетом возрастных особенностей данная цепь последовательных патологических процессов могла происходить в течение периода от 7-14 дней (начало развития) до 3-4 дней (конец данного периода) до момента смерти.

2) развитие и нарастание воспалительных, а в последующем некротических изменений стенки кишки на уровне обтурации и в приводящем отделе, критический уровень снижения барьерной функции кишечника, выход токсического содержимого и микрофлоры толстого отдела кишечника в кровеносное русло, нарастание интоксикации до критического уровня, развитие системной воспалительной реакции, гематогенное распространение инфекции (в совокупности - развитие сепсиса), развитие метаболического ацидоза, критического уровня ионных нарушений, микроциркуляции и т.д., нарастание и декомпенсация полиорганной недостаточности – с учетом характера и степени выраженности воспалительных и некротических изменений в различных участках кишечника при отсутствии перфорации стенки, данная цепь одновременно развивающихся взаимосвязанных патологических процессов могла происходить в течение 3-4 дней до момента смерти.

На протяжении большей части первого периода заболевания (в течение нескольких дней до начала некротических изменений в стенке кишки) патологические изменения носят обратимый функциональный характер, устранение обтурации (извлечение плотных каловых масс из просвета прямой кишки механическим путем и (либо) выполнением клизмы) обеспечило бы восстановление нормального пассажа кишечного содержимого и гарантировано предотвратило бы развитие неблагоприятного исхода. В поздней стадии первого периода заболевания (через несколько дней от начала, при развитии интоксикации, но до развития некроза кишечника) помимо мероприятий по восстановлению проходимости кишечника потребовалась бы инфузионная дезинтоксикационная терапия в условиях стационара. При оказании необходимой медицинской помощи на данном этапе, развития необратимых изменений кишечника и неблагоприятного исхода заболевания не происходит.

Во второй период заболевания (после развития некротических изменений стенки кишки - в течение 3-4 дней до смерти) для предотвращения смерти ФИО16 потребовалась бы госпитализация в стационар и проведение интенсивной инфузионнойдетоксикационной, анитибактериальной и противошоковой терапии в условиях реанимационного отделения, а также хирургическое вмешательство в объеме зависящем от конкретной клинической ситуации в конкретный момент. С учетом отсутствия перфорации стенки толстого кишечника, при оказании всего комплекса лечебных мероприятий в условиях стационара, предотвращение неблагоприятного исхода (смерти ФИО2) было вероятным на протяжении большей части всего второго периода заболевания практически до момента смерти (т. 5 л.д. 86-97).

По месту обнаружения трупа ФИО2 в качестве свидетелей были допрошены соседи - ФИО49 (<адрес>), Свидетель №14 (<адрес>), Свидетель №11 (<адрес>), Свидетель №12 (<адрес>), Свидетель №19 (<адрес>), которые давая аналогичные друг другу показания и дополняя их, показали, что по соседству с ними проживает семья ФИО3 – ФИО3, её муж Свидетель №9 (работает в такси) и дочь ФИО45, примерно с начала <дата> года с ними жила девочка ФИО2, о которой ФИО3 говорила, что это её родственница; семья неблагополучная, скандальная, дети содержатся в антисанитарии, т.к. с ними проживают ещё не менее 4-х собак, ФИО3 с ФИО2 не занималась, гулять её либо в детский сад не водила, на улицу та выходила, если только они шли до магазина, девочка всё время была дома, врачей им на дом либо скорую помощь в период с апреля по <дата> не вызывали; последние дни (перед смертью) Свидетель №14 не видела, чтобы девочка ФИО2 кушала в кухне, являющейся общей для нескольких квартир.

Свидетель Свидетель №1, состоящая в должности инспектора ОДН УМВД России по г. Костроме, показала, что по адресу: <адрес>, проживала семья ФИО3: ФИО3, Свидетель №9 и их дочь ФИО45, с ними также некоторое время жила малолетняя ФИО2, отец которой <дата> уехал в командировку, ранее семья ФИО3 на учёте не состояла (т. 3 л.д. 10-13)

Допрошенные в качестве свидетелей Свидетель №4 – начальник ОДН ОП № УМВД России по г. Костроме и инспектор ОДН ОП № УМВД России по г. Костроме Свидетель №2 (т. 3 л.д. 14-17), давая аналогичные друг другу показания, показали, что семья Б-вых на учёте в отделах не состояла, в <дата> года от заведующей детского сада № стало известно, что с <дата> детский сад не посещает ФИО2, её отец не выходит на связь, его сожительница собирается забрать документы на ребёнка, данная информация также в письменном виде поступила в отдел полиции, по данной информации проводилась проверка, было установлено, что отец девочки – ФИО4 уехал в командировку, а дочь оставил со своей сожительницей ФИО3, последняя приходила в отдел полиции для опроса, давала объяснения, при этом была со своей дочерью и ФИО2, дети выглядели опрятно, весёлые, а семья в целом – благополучной, ФИО3 говорила, что они живут на <адрес>, обязалась сообщить ФИО5 о необходимости явки в отдел по делам несовершеннолетних.

Свидетель Свидетель №9 в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 3 л.д. 43-46, 98-101) показал, что по адресу: <адрес> он проживал со своей супругой ФИО3 и их дочерью ФИО45, примерно с <дата> с ними стала проживать девочка ФИО2, за которой, со слов супруги, она на возмездной основе осуществляла уход, поясняя, что отец девочки – ФИО5 ФИО16 не может за ней смотреть, т.к. находится в командировке; ФИО2 была обеспечена одеждой по сезону, у неё был нормальный аппетит, ела всё, что и они: молочные продукты (творог, йогурты, молоко и т.д.), хлеб, мясо, рыбу, овощи и фрукты, определённой диеты не придерживалась, однако после приёма пищи ходила в туалет, в связи с чем супруга давала ей лекарства, часто у девочки было недержание кала, но супруга за ней смотрела, мыла её, в детский сад ребёнка не водила, врачей на дом не вызывала, скорую помощь также не вызывала, ребёнок чувствовала себя нормально; <дата> с утра он видел ФИО2, давал ей попить сок, она была вялой, около 14-15 часов он вместе со своей семьёй уехал в Ярославль, ФИО2 в это время оставалась дома, со слов ФИО3, та не захотела ехать, смотрела мультфильмы, вернувшись около 19 часов он обнаружил ФИО2 мёртвой на полу в комнате, в связи с чем вызвал полицию.

При осмотре места происшествия – по адресу: <адрес>, где была зарегистрирована малолетняя ФИО2, согласно соответствующему протоколу (т. 2 л.д. 33-46), установлено, что это одноэтажный частный 4-хквартиный дом с огороженной придомовой территорией, квартира меблирована, имеется отдельный санузел, кухня, детская комната, в ней стоит шкаф с одеждой, кровать, стол, игрушки, на стене висит фотография ФИО2, рядом – диплом на её имя об окончании детского центра «Discovery Kids», в помещении кухни на тумбе имеются лекарства, среди них отсутствуют лекарственные препараты для лечения заболеваний желудочно-кишечного тракта, общий порядок в квартире не нарушен.

Допрошенные в качестве свидетелей соседи по указанному дому Свидетель №15 (из <адрес>), Свидетель №17 и Свидетель №18 (т. 3 л.д. 158-162) (из <адрес>), давая аналогичные друг другу показания и дополняя их, показали, что в <адрес> примерно с <дата> года проживал ФИО5 ФИО16 со своей малолетней дочерью ФИО2, с <дата> с ними стала жить ФИО3 со своей дочерью ФИО45, в <дата> она их видела редко, в мае она видела ФИО3 с дочерью, та сказала, что ФИО2 болеет, у неё высокая температура, живёт с её родителями на <адрес>.

Свидетели Свидетель №21 (сестра подсудимого), Свидетель №20 (её супруг), а также Свидетель №10 (тётя подсудимого), давая аналогичные друг другу показания и дополняя их, показали, что ФИО5 ФИО16 и его дочь ФИО2 с <дата> проживали в квартире частного дома по <адрес>, где для девочки были созданы все условия, периодически она оставалась у них (на выходных либо когда ФИО5 работал), с <дата> ФИО5 стал сожительствовать со ФИО3 и её дочерью, у ФИО2 с ними сложились хорошие отношения, в течение всего периода у ФИО2 имелись проблемы с кишечником, что проявлялось в запорах либо «каломазаньи» (непроизвольное опорожнение кишечника небольшим количеством кала), с этой проблемой они обращались к различным специалистам, по рекомендации которых они принимали лекарства, делали клизмы, в связи с чем ребёнку становилось лучше, в <дата> года ФИО5 уехал на вахту, с тех пор с ФИО2 они не виделись, к врачам её не водили, всем этим занималась ФИО3, с весны Свидетель №21 с ней отношений не поддерживали, с ней по телефону общалась Свидетель №10, та говорила, что с ФИО2 всё в порядке, с <дата>, со слов ФИО3, у ФИО2 была высокая температура, но ФИО3 её заверила, что всю необходимую медицинскую помощь та получает, <дата> они узнал, что ФИО2 умерла

При осмотре мобильного телефона ФИО3 марки «Redmi» (т. 2 л.д. 64-89) установлено, что после ввода графического пароля открывается «рабочий стол», в нём имеется мессенджер «WhatsApp», в котором есть переписка с различными пользователями:

- под именем «...» (использующей Свидетель №10), где <дата> ФИО3 пишет, что ФИО5 хочет детей, на что она ему сказала, что пока он так себя ведёт и гуляет, то никаких детей, на что Свидетель №10 отвечает: «Конечно, как с таким папашей? ненадёжный он»; <дата> Свидетель №10 пишет: «Вика, доброе утро! ФИО16 проси передать, что он едет домой. Как сегодня наша королевишна?», на что ФИО3 отвечает: «Здравствуйте! Хорошо. ФИО2 спать легла опять грязная, спать легли в 2», сообщает, что психолог не ответила, и что сегодня она отвела ФИО2 в садик; <дата> ФИО16 сообщает о необходимости сделать ФИО2 УЗИ, на что последняя просит 500 руб. на эту процедуру; <дата> ФИО3 пишет, что у ФИО2 насморк начался, в садике гулять её не поведут; <дата> пересылает Свидетель №10 сообщения их переписки с ФИО4, в которой ФИО3 писала ему, что нашла в его квартире несколько шприцов, на что Свидетель №10 пишет: «Ну, все как всегда. Работаем на дурь, конечно ему ФИО2 мешает, лучше её сдать и забыть, что она есть», на что ФИО3 отвечает: «Да, да», вечером этого же дня ФИО3 пишет, что когда она вернулась домой, обнаружила, что ФИО2 написала на кровать, ФИО16 полагает, что ФИО2 совсем плохо, предлагает вызвать врача, либо вызвать скорую помощь, на что ФИО3 пересылает ей сообщения от ФИО4, где он сообщает ей о своём плохом самочувствии, и далее ФИО3 пишет, что у него дозы нет, на что Свидетель №10 соглашается, затем пересылает сообщение от ФИО4 о том, что он собирается вернуться в июне; <дата> в 14 ч. 33 мин. пишет Свидетель №10, что ФИО2 ночью встала три раза пить, температура 39, сейчас спит, а ФИО16 не писал и не звонил; <дата> в 11 ч. 18 мин. ФИО3 сообщает, что у ФИО2 температура 39, ждут врача;

- под именем «ФИО16» (использующий ФИО4), <дата> ФИО5 спрашивает: «Как дела, как ФИО2», на что ФИО3 отвечает: «Плохо всё», интересуется, долго ли ему ехать; <дата> ФИО5 спрашивает, как себя ФИО2 вела, что сказал психолог, на что ФИО3 отвечает: «Не очень»; <дата> в .... ФИО3 сообщает, что кормит ФИО2, добавляет: «Капец, ночью встала разбудила меня есть», на что ФИО5 отвечает, что той не хватает нормальной еды, на что ФИО3 пишет, что пока нельзя, пока не разрешат; <дата> ФИО3 сообщает ФИО5, что ФИО2 заболела, спрашивает, почему он оставил два шприца, на что ФИО5 отвечает, что это было, когда он жил один, далее пишет, что ему плохо, ФИО3 вновь пишет: «Она заболела», на что ФИО5 отвечает: «И я заболел»; <дата> в ... мин. ФИО3 сообщает, что у ФИО2 третий день температура 39, просит его переводить деньги на ребёнка, укоряет его, что он работает на себя, а не на ребёнка, и тратить деньги только на себя, на что ФИО16 отвечает: «Вы сами так решили, вам виднее», на что ФИО3 пишет, что они уедут на юг, и ФИО5 отвечает: «Езжайте куда хотите. Вы и так меня бросили. Мне хватило. Я так понимаю вы избавились от меня», далее ФИО3 вновь укоряет его, что он не переводит деньги на дочь, тратит их на себя, на что ФИО5 отвечает, что отдал долг и перешлёт деньги на следующей неделе, далее ФИО3 вновь пишет, что ФИО2 болеет, что ей все кроме ФИО5 помогают, и что если бы не она «…ФИО2 бы никто не стал лечить и всё бы дальше шло у неё. Вот тогда бы ребёнок лежал и мучился с туалетом и животом. Вы её дерите как игрушку и все…», на что ФИО5 отвечает: «Вот как ты. Всё кончено», и ФИО3 далее пишет: «ФИО2 отвезу .... Делайте что хотите. Пусть ФИО2 дальше мучается. А я буду жить как жила, удачи вам всем!!!».

Согласно видеозаписи с камеры видеонаблюдения, установленных на <адрес>, согласно соответствующему протоколу осмотра (т. 2 л.д. 99-103), зафиксировано, как <дата> в .... из здания выходят мужчина и женщина с ребенком (Свидетель №9, ФИО3 и малолетняя ФИО15), садятся в машину белого цвета и уезжают, в .... этого же дня вышеуказанные лица выходят из машины, заходят в здание.

Согласно детализации соединений абонентских номеров № и №, используемых ФИО4, представленных операторами сотовой связи (т. 2 л.д. 115, 117), осмотренных на предварительном следствии (т. 2 л.д. 125-134), <дата> он покинул территорию Костромской области и до <дата> находился на территории Ивановской и Владимирской областях; в период с <дата> находился на территории г. Костромы, с <дата> по <дата> - находился на территории Тверской области, с <дата> по <дата> - находился на территории г. Костромы, с <дата> по <дата> - находился на территории Владимирской области.

Согласно сведениям о движении денежных средств по счётам, открытым на ФИО4 в ПАО «Сбербанк» (т. 2 л.д. 2-7), в АО «Альфа-Банк» (т. 2 л.д. 9), Банк ВТБ (ПАО) (т. 2 л.д. 11-15), ПАО «Промсвязьбанк» (т. 2 л.д. 17-18), осмотренных на предварительном следствии (т. 2 л.д. 125-165), в период с <дата> по <дата> не зафиксировано расходов на медицинские услуги, оплату лекарств.

Проанализировав и оценив изложенные выше доказательства, суд признаёт их относимыми к предмету доказывания, допустимыми в использовании по уголовному делу, достоверными и в совокупности достаточными для признания с достоверностью доказанным виновность ФИО5 в совершении соответствующих эпизодов преступлений при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при получении доказательств не допущено, каких-либо противоречий между доказательствами не установлено, полученные сведения субъективного и объективного характера взаимно дополняют друг друга в установлении значимых обстоятельств дела – места, времени, способа совершения преступлений и их последствий.

Показания свидетелей и подсудимого по фактическим обстоятельствам не противоречат друг другу, они последовательны и логичны, соотносятся друг с другом, вместе с тем отрицание подсудимым своей виновности основано на неверном понимании уголовного закона и является способом защиты, обусловленным желанием избежать ответственности за содеянное.

Свидетель Свидетель №3 - начальник ОДН УМВД России по г. Костроме не сообщила каких-либо сведений, входящих в предмет доказывания, а потому её показания не используются в качестве доказательств по уголовному делу.

Действия ФИО4 суд квалифицирует:

- по ст. 156 УК РФ как неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем, если это деяние соединено с жестоким обращением с несовершеннолетним;

- по ч. 1 ст. 109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности.

ФИО5, являясь отцом малолетней дочери – ФИО2, в соответствии с ч. 2 ст. 38 Конституции РФ, ч. 1 ст. 63 Семейного кодекса РФ обязан заботиться о ней, о её здоровье, физическом и психическом развитии, однако в нарушении вышеуказанных требований закона данные обязанности ФИО5 не исполнил: в течение длительного периода времени, достоверно зная, что у дочери имеются проблемы с желудочно-кишечным трактом, выражающиеся в запорах, непроизвольном недержании кала, что у неё имеются проблемы в психофизическом развитии (в связи с чем с <дата> она посещала группу компенсирующей направленности ЗПР детского сада), и в силу своего возраста она не имеет навыков к самообслуживанию, находится в полной психологической и физической зависимости от него, и нуждается в связи с этими факторами в повышенном внимании, в т.ч. к здоровью, контроле и заботе, активных мер, направленных на диагностирование и лечение заболевания желудочно-кишечного тракта не принимал, необходимого ухода за здоровьем дочери не осуществлял, не обеспечил своевременное предоставление медицинской помощи, не контролировал исполнение этих обязанностей со стороны Лица 1, которому он оставил свою дочь в <дата> года, т.е. совершил невыполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетней, при этом он должен был и мог выполнять данные обязанности, временное нахождение его в командировках, в т.ч. в период с <дата> по <дата>, и с <дата> по <дата> не освобождают его от выполнения этих обязанностей. Так, несмотря на наличие длительного времени у малолетней проблем, связанных с недержанием кала обращение её с данной жалобой к врачам было только в начале <дата> года – в клинику «Мир здоровья» и в «Городская больница г. Костромы Детская поликлиника №», врачами среди прочего рекомендованы: наблюдение за ребёнком, консультация гастроэнтеролога, назначены повторные явки в клинику «Мир здоровья» через неделю (т.е. после <дата>), однако повторно ребёнок к детскому хирургу в клинику «Мир здоровья» после получения исследований (анализ крови и УЗИ) не обращался, к гастроэнтерологу (т.е. узкому специалисту) также не обращался, тем не менее, <дата> имелось обращение к детскому неврологу в «Городская больница <адрес> поликлиника №» также с жалобами на недержание мочи и кала, поставлен диагноз: энурез, энкопрез, назначено лечение и консультации, однако в дальнейшем, т.е. в период с <дата> года и по день смерти малолетней ФИО16 никаких обращений её к специалистам на консультации не имелось, только на <дата> ФИО16 была записана на приём к врачу-гастроэнтерологу в Медицинский центр «Добрый доктор», но не явилась, и это несмотря на то, что как следует из показаний воспитателей детского сада, проблема с недержанием кала у малолетней ФИО16 оставалась, и ФИО6 был информирован о ней, более того, на постоянной основе, примерно дважды в неделю он делал клизмы ФИО16, тем не менее <дата> ФИО5 оставил свою малолетнюю дочь с Лицом 1, которое не является матерью малолетней или иным лицом, на которое возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетней, и в дальнейшем вплоть до самой смерти никакого наблюдения за своей дочерью, контролем за её состоянием здоровья не осуществлял, равно как и за выполнением рекомендаций врачей, в т.ч. в виде обращений за консультациями к специалистам, приёму лекарственных препаратов, в т.ч. клизм при запорах (что ранее было рекомендовано врачами и выполнял сам ФИО5), он не контролировал её местонахождение, соблюдение для ребёнка санитарно-гигиенических норм, обеспечение её достаточным питанием, тем самым проявил жестокое обращение с ребёнком.

Неисполнение ФИО5 своих обязанностей родителя привела к тому, что в период с <дата> по <дата>, т.е. в период когда ФИО5 не находился на вахте, был в г. Костроме, и имел реальную возможность заботиться о здоровье своей малолетней дочери как сам, так и путём обращения в медицинские учреждения, вплоть до вызова скорой медицинской помощи, у малолетней ФИО16 на фоне имеющегося врождённого заболевания (миотонического синдрома) вследствие нарушения питания (характер принимаемой пищи, кратность её приёма), увеличения двигательной активности кишечника вследствие повышенной пищевой нагрузки (особенно после голодания), нерационального приёма некоторых лекарственных препаратов (как стимулирующих, так и замедляющих кишечную перистальтику), развития воспалительных процессов заболеваний кишечного тракта, которые не контролировал и не наблюдал ФИО5, привело к формированию в просвете прямой кишки плотных каловых масс, прекращению пассажа кишечного содержимого через данный (перекрытый) участок, расширению приводящего участка кишки скопившимися каловыми массами, потере жидкости (накопление в просвете кишки), развитию антиперистальтики и проксимальной транслокации, интрамуральной ишемия стенки кишки за счет расширения просвета и перерастяжения стенки, развитию интоксикации за счет нарушения проницаемости клеточных мембран, что проявлялось в нарастающей по интенсивности болью в животе (жалобы со стороны ребёнка), отсутствием стула и отхождения газов, нарастающим вздутием живота, и в дальнейшем тошнотой, рвотой, застойным поведением содержимым, что было доступно для выявления стороннему наблюдателю – ФИО5 при надлежащем контроле с его стороны за питанием дочери, её физическом и психическом состоянии, и могли быть устранены на начальном этапе путём проведения клизмы, что обеспечило бы восстановление нормального пассажа кишечного содержимого и гарантировано предотвратило бы развитие неблагоприятного исхода, в поздней стадии первого периода заболевания (симптомы и изменения которого описаны выше) – путём инфузионной дезинтаксикационной терапии в условиях стационара в медицинском учреждении, при этом при оказании необходимой медицинской помощи на данном этапе, развития необратимых изменений кишечника и неблагоприятного исхода заболевания не происходит. В дальнейшем, в период с <дата> по <дата> во второй период заболевания у малолетней ФИО16 произошло развитие и нарастание воспалительных, а в последующем некротических изменений стенки кишки на уровне обтурации и в приводящем отделе, критический уровень снижения барьерной функции кишечника, выход токсического содержимого и микрофлоры толстого отдела кишечника в кровеносное русло, нарастание интоксикации до критического уровня, развитие системной воспалительной реакции, гематогенное распространение инфекции (в совокупности - развитие сепсиса), развитие метаболического ацидоза, критического уровня ионных нарушений, микроциркуляции, нарастание и декомпенсация полиорганной недостаточности, что внешне проявлялось и было доступно стороннему наблюдателю – ФИО5 в резком ухудшении общего состояния, снижении или исчезновении болевых ощущений, до момента развития шока – высокой температуре тела, вздутием живота (напряжении), при шоке – в возможном снижении температуры тела ниже физиологических значений, вялости ребёнка, стонах, минимальной физической активности, и в этот период для предотвращения смерти ФИО16 необходима была госпитализация в стационар и проведение интенсивной инфузионной дезинтоксикационной терапии в условиях реанимационного отделения, а также хирургическом вмешательстве, однако врача на дом либо скорую медицинскую помощь, несмотря на длительное течение заболевания, которое также сопровождалось острым бронхитом бактериальной этиологии, выражающимся в частом длительном кашле, повышением температуры, затруднении дыхании, который также нуждался в диагностировании и лечении, ФИО16 не вызывал, сам с ребёнком в медицинские организации для оказания квалифицированной медицинской помощи малолетней ФИО2 не обращался, не контролировал выполнение таких действий и со стороны Лица 1, которому он оставил свою малолетнюю дочь. В результате преступного бездействия ФИО4, допустившего развитие у малолетней ФИО2 интоксикации, ионных водно-электролитных нарушений, гнойного воспаления стенки кишечника и генерализацию инфекционного процесса (сепсис), метаболического ацидоза, гемодинамических расстройств, которые, развиваясь одновременно, взаимно усиливая общее негативное влияние на работу всех органов и систем, в результате обтурационной толстокишечной непроходимости, заключавшейся в полной обтурации (перекрытии просвета) прямой кишки плотными каловыми массами и прекращении пассажа содержимого по кишечнику. Длительное (в течение нескольких дней) нарушение перемещения кишечного содержимого сопровождалось последовательным, закономерным развитием комплекса патологических процессов: накоплением кишечного содержимого в приводящем отделе кишечника (перед зоной обтурации), значительным расширением просвета и перерастяжением стенки данных отделов кишки, нарушением кровоснабжения кишечной стенки (интрамуральной ишемией), первично дистрофическими, впоследствии некротическими изменениями всех слоев стенки кишечника и резким ухудшением её барьерной функции. Данные патологические изменения сопровождались развитием интоксикации, ионных водно-электролитных нарушений, гнойным воспалением стенки кишечника и генерализацией инфекционного процесса (сепсисом), метаболическим ацидозом, гемодинамическими расстройствами, которые развиваясь одновременно, взаимно усиливая общее негативное влияние на работу всех органов и систем, привели к полиорганной недостаточности и смерти малолетней ФИО2 <дата> в период времени с .... по .... Указанное преступное бездействие ФИО4 находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшей ФИО2

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность подсудимого, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, ФИО5 в период времени, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний, каким-либо хроническим либо временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишающим его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал, как и не страдает в настоящее время, обнаруживает психической расстройство в форме органического расстройства личности в связи с другими заболеваниями (шифр по МКБ-10: F07.07), имеющееся на протяжении длительного периода времени, проявляющееся в низкой успеваемости, эмоциональной лабильности, склонности к демонстративно-шантажным формам поведения, нестабильности межличностных взаимоотношений, склонности к наркотизации, девиантному поведению, туговодвижности в мышлении, эгоцентричности, легковесности суждений, поверхностном уровне эмоционального реагирования, небогатом словарном запасе, однако, имеющиеся у ФИО5 признаки органического расстройства личности в период времени, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний и в настоящее время не являлись и не являются выраженными, не сопровождались и не сопровождаются существенными нарушениями эмоционально-волевых, интеллектуально-мнестических функций, критический способностей, он способен как сейчас, так и тогда осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, показаний для применения принудительных мер медицинского характера в отношении него нет, клинических признаков наркомании не выявлено, а потому в лечении либо мерах медицинской и (или) социальной реабилитации не нуждается (т. 5 л.д. 207-216). Оснований ставить под сомнение выводы экспертов не имеется, т.к. те научно обоснованы и достаточно мотивированы. Учитывая материалы дела, поведение подсудимого во время и после совершения преступлений, а также в судебном заседании, суд признает ФИО16 вменяемым, способной нести уголовную ответственность за содеянное.

Психолог ФИО17 по результатам психологической диагностики ФИО4, проводившейся в <дата> и в <дата>, выявила у него психастенический тип характера, для которого присущи высокий уровень тревожности и беспокойства по незначительным поводам, стремление придерживаться уже известного и проверенного, мнительность, добросовестность, высокий уровень самоконтроля, мотивация к избеганию неудач, совестливость, чувство ответственности, повышенная тревожность в отношении мелких житейских проблем, тревога за судьбу близких, низкая степень адаптации, что следует из её заключения (т. 6 л.д. 141-142) и её показаний, данных в судебном заседании.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого по каждому из эпиздов, является его состояние здоровье, включая психическое, а также психологические особенности его личности.

ФИО5, являясь отцом своей малолетней дочери ФИО2, был обязан заботиться о её здоровье, физическом и психическом развитии, он осознавал, что она в силу своего малолетнего возраста, физического и психического развития не имеет навыков к самообслуживанию, имеет проблемы с желудочно-кишечным трактом, находится в зависимости от него, нуждается в постоянном уходе и контроле, в связи с чем по эпизоду преступления, квалифицированному по ч. 1 ст. 109 УК РФ – причинение смерти по неосторожности, суд признаёт обстоятельством, отягчающие наказание – совершение преступления в отношении несовершеннолетней родителем (п. «п» ч. 1 ст. 63 УК РФ).

ФИО5 совершил два преступления, относящиеся к категории небольшой тяжести, работает и имеет легальный источник дохода (т. 6 л.д. 143, 118), состоит на учёте в наркологическом диспансере в связи с эпизодическим употреблением наркотических средств и психотропных веществ (т. 5 л.д. 133), военнообязанный (т. 5 л.д. 123) и состоит на воинском учёте в военном комиссариате г. Костромы (т. 5 л.д. 134), в целом как по месту жительства, так и работы характеризуется положительно, жалоб на его поведение в быту не поступало, работодателем отмечены такие качества как стрессоустойчивость, ответственность, энергичность, добросовестность (т. 5 л.д. 129, 130, 144).

Характер и степень общественной опасности преступлений, конкретные обстоятельства содеянного, личность подсудимого, приводят суд к убеждению, что для достижения целей наказания, указанных в ст.ст. 2 и 43 УК РФ, ФИО5 за каждое из преступлений должно быть назначено наказание в виде исправительных работ, размер которых определяется в соответствии с принципами справедливости наказания и его соразмерности содеянному.

Назначение условного наказания в соответствии со ст. 73 УК РФ с учётом фактических обстоятельств совершения преступлений и степени их общественной опасности, личности подсудимого и иных вышеперечисленных обстоятельств суд считает невозможным и нецелесообразным, это не будет отвечать назначению уголовного судопроизводства, и не убеждает суд в возможности исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений.

Каких-либо исключительных обстоятельств, предусмотренных ст. 64 УК РФ, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением ФИО5 после их совершения и других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершённых им преступлений, не установлено.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ суд разрешает вопрос о судьбе вещественных доказательств:

- мобильный телефон ФИО3 марки «Redmi», находящийся в камере хранения Центрального СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> следует хранить до рассмотрения выделенного в отношении ФИО3 уголовного дела;

- сетевой видеорегистратор марки «HiWatch», находящийся на ответственном хранении у Свидетель №11, следует хранить у последней до рассмотрения выделенного в отношении ФИО3 уголовного дела;

- сведения о соединениях абонентского номера, флеш-накопитель с видеозаписями, оптический диск с аудиосообщениями, сведения о передвижении автомобиля марки «Лада Веста», согласно п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, следует хранить при уголовном деле;

- мобильный телефон марки «Huawei», принадлежащий ФИО4, выданный ему на ответственное хранение, в соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ следует оставить их законному владельцу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил :

ФИО5 ФИО16 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 156 УК РФ, и назначить ему наказание в виде исправительных работ на срок 1 год с удержанием из заработной платы осуждённого в доход государства 15 %.

ФИО5 ФИО16 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, и назначить ему наказание в виде исправительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием из заработной платы осуждённого в доход государства 15 %.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО5 ФИО16 наказание в виде исправительных работ на срок 2 года с удержанием в доход государства 15 % из заработной платы осуждённого.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора суда в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства:

- мобильный телефон ФИО3 марки «Redmi» - хранить до рассмотрения выделенного в отношении ФИО3 уголовного дела;

- сетевой видеорегистратор марки «HiWatch», находящийся на ответственном хранении у Свидетель №11 - хранить у последней до рассмотрения выделенного в отношении ФИО3 уголовного дела;

- сведения о соединениях абонентского номера, флеш-накопитель с видеозаписями, оптический диск с аудиосообщениями, сведения о передвижении автомобиля марки «Лада Веста» - хранить при уголовном деле;

- мобильный телефон марки «Huawey» - оставить ФИО4

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Свердловский районный суд г. Костромы в течение 15 суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Д.Е. Балаев