Решение № 2-209/2026 2-209/2026(2-5809/2025;)~М-1640/2025 2-5809/2025 М-1640/2025 от 19 апреля 2026 г. по делу № 2-209/2026

78RS0008-01-2025-002862-50

Дело № 2-209/2026 16 марта 2026 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при секретаре Дыхалкиной К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 о взыскании денежных средств, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, судебных расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ИП ФИО2 о взыскании денежных средств в размере 281 000 рублей, неустойки в размере 281 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, штрафа в размере 50% от присужденной суммы, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что 18.05.2024 между сторонами был заключен договор купли-продажи, по условиям которого ответчик обязался передать истцу в течение 45 рабочих дней товар (изделие из камня Габбродиабаз), а истец обязался принять товар и оплатить его стоимость. В счет оплаты товара истец передала ответчику 18.05.2024 аванс в размере 181 000 рублей и остаток стоимости товара 26.08.2024 в размере 100 000 рублей, всего 281 000 рублей. Однако, ответчик, получив предварительную оплату за товар, до настоящего времени обязательства по договору не исполнил, товар не передал. Неустойка за просрочку передачи предварительно оплаченного товара истцом рассчитана за период с 16.08.2024 по 25.02.2025 и ограничена ценой товара.

ФИО2 обратился в Правобережный районный суд г. Липецка с иском к ФИО1 о взыскании денежных средств в размере 81 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.08.2024 по 10.01.2025 в размере 4 879,92 рублей, а также с 11.01.2025 по день фактической уплаты денежных средств, компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 30 000 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 14 000 рублей, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что истец занимается изготовлением памятников, надгробий, ограждений на могилах. 18.05.2024 между сторонами был заключен договор подряда на изготовление памятника на общую сумму 362 000 рублей, срок выполнения работ до 18.08.2024. В установленный срок работы истцом были выполнены в полном объеме, однако оплата выполненных работ ответчик в полном объеме не произведена, имеется задолженность в размере 81 000 рублей. 26.11.2024 истец направил в адрес ответчика претензию с требованием погашения задолженности, которая ответчиком оставлена без ответа. Кроме того, ответчик обнародовала и распространила факты об истце, не соответствующие действительности, порочащие его имя и деловую репутацию, а также в сети Интернет обнародовала персональные данные истца, допустила в адрес истца оскорбительные выражения, что причинило истцу нравственные страдания, компенсацию причиненного морального вреда истец оценивал в размере 1 000 000 рублей.

Определением Правобережного районного суда г. Липецка от 19.03.2025 гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 передан для рассмотрения по подсудности в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Определением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 25.06.2025 гражданские дела по вышеуказанным искам ФИО1 и ФИО2 объединены в одно производство.

ФИО1 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в иске, против удовлетворения исковых требований ФИО2 возражала, поддержала позицию, изложенную в письменных возражениях.

ИП ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствии неявившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

На основании ч.ч. 1,2,3 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 ("Сделки") настоящего Кодекса, если иное не установлено настоящим Кодексом.

К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы ("Понятие и условия договора") и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

В соответствии с п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В силу абз. 2 п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными п.п. 2 и 3 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. п. 2, 3 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании п. 3 ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В подтверждение обстоятельства возникновения между сторонами правоотношений по договору купли-продажи товара ФИО1 в материалы дела представлена копия договора купли-продажи № ОД-241/1 от 18.05.2024, согласно которой Мастерская компания Камнетес в лице ИП ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) был заключен договор, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателя изделие из камня Габбродиабаз (далее – товар), внешний вид которого должен соответствовать п. 2.2 договора. Стоимость товара согласована в пункте 2.1 договора в размере 281 000 рублей. Предварительный срок передачи товара согласно п. 5.2 договора составляет 45 рабочих дней, но не более 90 рабочих дней /л.д. 15-16 том 1/.

ИП ФИО2 заявлено о фальсификации представленного в материалы дела доказательства – вышеуказанного договора купли-продажи, указано, что указанный договор между сторонами не заключался, подпись и оттиск печати в договоре ИП ФИО2 не принадлежат /л.д. 47-50 том 2/, в связи с чем заявлено ходатайство о назначении судебной почерковедческой и технической экспертизы /л.д. 83-84 том 2/.

С целью проверки указанного заявления о фальсификации доказательства, судом у ФИО1 был истребован оригинал договора.

Вместе с тем, ФИО1 указала на отсутствие оригинала договора /л.д. 133-134 том 2/, суду оригинал представленной в материалы дела копии договора не представлен.

Кроме того, ФИО1 указала, что данный договор со стороны продавца был подписан не ФИО2 и не его супругой ФИО4, которая была допрошена судом в качестве свидетеля и также отрицала обстоятельство подписания договора /л.д. 57 том 1/, а некой женщиной, данные которой ФИО1 не известны.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о нецелесообразности проведения судебной экспертизы по ходатайству ИП ФИО2, поскольку вторая сторона процесса ФИО1 подтвердила обстоятельство, для подтверждения которого было заявлено ходатайство о назначении экспертизы, оригинал договора не представила.

При этом, суд учитывает, что в соответствии с частью 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Согласно п. 7 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

С учетом заявленного ФИО2 ходатайства о фальсификации доказательства и невозможности проведения судебной экспертизы с целью подтверждения данного ходатайства по причине непредоставления подлинника документа, суд не может считать доказанными обстоятельства заключения между сторонами договора купли-продажи товара на условиях, содержащихся в копии представленного документа.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела ФИО1 не пояснила, кто подписывал от имени продавца данный договор, не представила документов о наличии у данного представителя полномочий на заключение от имени продавца сделок.

Согласно ч. 1 ст. 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

Согласно п. 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 ст. 183 ГК РФ).

Доказательств одобрения ФИО2 сделки по купли-продаже товара в материалы дела не представлено, напротив, ФИО2 указано на возникновение между сторонами правоотношений по договору подряда на иных условиях, нежели указывает ФИО1

В подтверждение данных объяснений ФИО2 в материалы дела представлены заявки от имени ФИО1 на изготовление памятников от 18.05.2024 /л.д. 67-68 том 1, 11-12 том 2/, согласно которым между сторонами были заключены два договора подряда на изготовление памятника и благоустройство территории на общую стоимость 362 000 рублей, из которых 226 000 рублей за изготовление памятника с фотографиями умерших и датами жизни и 136 000 рублей за благоустройство на могилах в виде заливки бетонного основания размером 3600х2400х100мм, установки оградки и облицовки плиткой. Заявки содержат подпись заказчика, чертеж подлежащего изготовлению памятника с расположением на нем соответствующих сведений, размеры памятника и территории благоустройства, срок выполнения работ – до 18.08.2024. указание на использование материала (плитки) заказчика.

Подлинность указанных заявок ФИО1 в ходе рассмотрения дела не опровергнуто, ходатайств о назначении судебной почерковедческой экспертизы не заявлено, несмотря на разъяснение указанного права судом /л.д. 136 том 2/.

Обстоятельство возникновения между сторонами правоотношений на условиях договора подряда также подтверждается представленной в материалы дела электронной перепиской сторон /л.д. 41-47, 139-178 том 1/, приобретением ФИО1 требуемого материала (плитки) /л.д. 179-180 том 1/, фотографиями выполненной работы /л.д. 66 том 1/. Подлинность представленной в материалы дела электронной переписки, фотографий надлежащими доказательствами не опровергнута.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается то обстоятельство, что получив заявки ФИО1 на изготовление памятников от 18.05.2024, ФИО2 приступил к выполнению работ, что свидетельствует о заключении между сторонами в офертно-акцептной форме договора подряда, существенные условия которого содержатся в представленных в материалах дела заявках на изготовление памятника.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии между сторонами правоотношений по договору подряда, а не по договору купли-продажи, на что ссылается ФИО1

Заключение между сторонами договора подряда на условиях, указанных в представленных в материалы дела заявок от 18.05.2024, подтверждается также тем обстоятельством, что при заключении договора в соответствии с его условиями ФИО1 был оплачен авансовый платеж в размере 181 000 рублей (113 000 рублей – за изготовление памятника, 68 000 рублей – за благоустройство), что подтверждается представленным в материалы дела платежным документом – чеком по операции от 18.05.2024 о переводе ФИО1 денежных средств на счет супруги ФИО2 – ФИО4 /л.д. 9, 184-185,215 том 1/.

26.08.2024 ФИО1 произведена доплата по договору в размере 100000 рублей, что подтверждается представленным в материалы дела платежным документом – чеком по операции от 26.08.2024 о переводе ФИО1 денежных средств на счет ФИО2 /л.д. 7 том 1/.

Возражения ФИО1 о том, что ФИО2 вместо расчетного счета были предоставлены реквизиты личного счета супруги, а также о нарушениях ИП ФИО2 ведения первичной документации с расчетно-кассовым аппаратом, не свидетельствуют о невозникновении между сторонами соответствующих правоотношений по договору и не исключают представленные платежные документа из доказательств оплаты работ по договору. Кроме того, нарушение финансовой дисциплины при оформлении платежных документов, при наличии в деле доказательств, подтверждающих факт правоотношений, не лишает подрядчика права на получение оплаты по договору и не освобождает заказчика от этой обязанности, а влечет иные правовые последствия для лиц, допустивших подобные нарушения, предусмотренные административным и налоговым законодательством и к существу спора не относится.

Суд также учитывает, что сама ФИО1 при подаче иска в суд представила чеки по операциям от 18.05.2024, от 26.08.2024 в качестве доказательства произведенной ею оплаты по договору, ИП ФИО2 учтены платежи по данным документам в качестве оплаты по договору.

Таким образом, суд считает установленным то обстоятельство, что в счет оплаты работ по договору подряда ФИО1 ИП ФИО2 были оплачены денежные средства в общем размере 281 000 рублей (181 000 рублей -18.05.2024, 100 000 рублей - 26.08.2024).

26.11.2024 ФИО2 направил в адрес ФИО1 претензию с требованием погашения задолженности по договору в размере 81 000 рублей /л.д. 63-65, 69-71 том 1/.

03.02.2025 ФИО1 в адрес ИП ФИО2 была направлена претензия с требованием возврата уплаченных по договору денежных средств /л.д. 48-51 том 1/.

Согласно части 1 статьи 730 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (пункт 3 статьи 730 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 27 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1"О защите прав потребителей" исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг). В договоре о выполнении работ (оказании услуг) может предусматриваться срок выполнения работы (оказания услуги), если указанными правилами он не предусмотрен, а также срок меньшей продолжительности, чем срок, установленный указанными правилами.

На основании абз. 5 п. 1 ст. 28 указанного Закона, если исполнитель нарушил сроки выполнения работы, сроки начала и окончания выполнения работы и промежуточные сроки выполнения работы или во время выполнения работы стало очевидным, что она не будет выполнена в срок, потребитель по своему выбору вправе, в том числе отказаться от исполнения договора о выполнении работы.

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 29 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Как было указано выше, условиями заключенного между сторонами договора был установлен срок выполнения работ – до 18.08.2024.

В ходе рассмотрения дела установлено, что с учетом проживания заказчика в Санкт-Петербурге, а выполнения работ в г. Липецке, обсуждение хода выполнения работ и согласования результатов выполненных работ производилось сторонами путем электронной переписки, которая представлена в материалы дела /л.д. 41-47, 139-178 том 1/, подлинность которой не оспорена.

Согласно представленной переписке сторон 16.06.2024 подрядчиком направлено фото изделия (памятника), одобренного заказчиком последующим сообщением /л.д. 142 том 1/, 15.07.2024 подрядчиком направлено видео благоустройства территории, одобренной заказчиком последующим сообщением /л.д. 146 том 1/, 07.08.2024 подрядчиком направлены фотографии выполненной работы /л.д. 147 том 1/, в ответе заказчик попросил отложить срок окончательного расчета до 26.08.2024, с чем согласился подрядчик /л.д. 148 том 1/, также 17.08.2024 подрядчиком направлены видеозаписи с места выполнения работ, одобренные заказчиком последующим сообщением /л.д. 149 том 1/. 26.08.2024 заказчиком произведена доплата стоимости работ в размере 100 000 рублей, уточнен размер оставшейся оплаты в размере 80 000 рублей, что подтверждено подрядчиком /л.д. 150 том 1/. В последующем, с 07.09.2024 стороны обсуждали вопросы доплаты стоимости работ и наличия недостатков выполненной работы /л.д. 150 том 1/.

Оценив содержание представленной переписки сторон с учетом иных доказательств по делу, суд приходит к выводу о том, что согласованные сторонами работы подрядчиком были выполнены в установленный договором срок (до 18.08.2024), после чего 26.08.2024 заказчиком произведена доплата по договору.

Обстоятельство выполнения подрядчиком работ также подтвердил в ходе допроса свидетель ФИО5, который является братом ФИО1, свидетель также указал на отсутствие с его стороны каких-либо претензий по качеству выполненных подрядчиком работ по изготовлению памятника и благоустройству места захоронения его родителей /л.д. 58 том 1/.

Доводы ФИО1 о ненаправлении акта выполненных работ не свидетельствуют о нарушении подрядчиком сроков выполнения работ и возникновении у заказчика права на отказ от договора, поскольку в соответствии с достигнутыми сторонами договоренностями о готовности к сдаче результата выполненных работ заказчик был уведомлен по телефону, намерений осмотреть фактически выполненные работы с подписанием акта-приема выполненных работ не выражал, претензий с требованием о безвозмездном устранении недостатков выполненных работ не направлял, что свидетельствует о фактическом принятии выполненной работы.

При этом, впервые претензия заказчика об отказе от договора последовала после предъявления подрядчиком требования о доплате стоимости работ.

Обстоятельств наличия недостатков выполненных работ, с которыми пункт 7 части 1 статьи 29 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" связывает возникновение у потребителя права на отказ от договора, в ходе рассмотрения дела не установлено.

При этом, на наличие конкретных недостатков выполненной работы истец ФИО1 в обоснование заявленных требований не ссылалась, доказательств обращения к подрядчику с требованием в определенный срок устранить выявленные недостатки не представлено.

Ссылки ФИО1 на то обстоятельство, что изготовленный подрядчиком памятник не соответствует эскизу, утвержденному в договоре купли-продажи /л.д. 15 том 1/, являются несостоятельными, поскольку, как было указано выше, обстоятельство заключения сторонами договора на указанных в данном документе условиях своего подтверждения не нашли. При этом, заявка заказчика от 18.05.2024 содержит иной эскиз памятника /л.д. 67 том 1/, визуализация которого и фактически вид готового изделия были согласованы сторонами в переписке и утверждены заказчиком /л.д. 142 том 1/.

Суд учитывает, что в соответствии с п.п. 3, 4 ст. 29 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель вправе предъявлять требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), если они обнаружены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги) или пяти лет в отношении недостатков в строении и ином недвижимом имуществе. Исполнитель отвечает за недостатки работы (услуги), на которую не установлен гарантийный срок, если потребитель докажет, что они возникли до ее принятия им или по причинам, возникшим до этого момента.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере). Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (п. 6 ст. 18, пп. 5 и 6 ст. 19, пп. 4, 5 и 6 ст. 29 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, непредъявление потребителем требований, связанных с недостатками работы, при принятии или в ходе ее оказания не исключает ответственности исполнителя работ за выявленные недостатки, если потребитель докажет, что они возникли до принятия им результатов работ или по причинам, возникшим до этого момента (п. 4 ст. 29 Закона о защите прав потребителей).

Согласно условиям заключенного сторонами договора гарантийный срок на выполненные работы не установлен, в связи с чем бремя доказывания обстоятельства наличия недостатков выполненных работ, возникших в результате действий подрядчика, лежало на заказчике, однако, надлежащих доказательств данного обстоятельства в материалы дела не представлено, ходатайств о назначении судебной экспертизы не заявлено, несмотря на разъяснение данного права судом.

Несоответствие результата выполненных работ ожиданиям заказчика является оценочными суждением потребителя, само по себе не свидетельствует о невыполнении работ по договору или о низком качестве работ, и не является основанием для взыскания денежных средств, уплаченных за фактически выполненные работы. Отсутствие актов приема-передачи выполненных работ, как указывалось ранее, не свидетельствует о нарушении исполнителем сроков выполнения работ, поскольку факт их выполнения надлежащим образом и передачи заказчику подтверждается и иными доказательствами, представленными по делу. Отказ от договора после принятия результата работ, выполненных надлежащим качеством, противоречит положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представленное ФИО1 в материалы дела заключение специалиста ООО «ЦНИИСЭ» № 03/26 от 26.01.2026 об ином уровне цен по аналогичным работам /л.д. 27 том 3/ не свидетельствует о наличии существенных недостатков выполненных работ и не является основанием для одностороннего отказа потребителя от договора, в силу принципа свободы договора, закрепленного в ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, заказчик, являясь полностью право- и дееспособным гражданином, заключил договор на определенных условиях, которые посчитал для себя более подходящими.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании уплаченных по договору денежных средств в размере 281 000 рублей, а также производных требований о взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, поскольку каких-либо нарушений прав истца как потребителя в ходе рассмотрения дела не установлено.

При этом, учитывая установленный факт выполнения подрядчиком работ и их передачу заказчику, суд приходит к выводу о наличии у подрядчика права требования оплаты по договору в полном объеме, в связи с чем исковые требования ФИО2 о взыскании с ФИО1 задолженности по договору в размере 81 000 рублей подлежат удовлетворению.

Ссылки ФИО1 на передачу подрядчику в счет оплаты договора более 500 000 рублей в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежащими доказательствами не подтверждены, тогда как ФИО2 данное обстоятельство отрицает.

ФИО2 также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.08.2024 по 10.01.2025 в размере 4 879,92 рублей, а также с 11.01.2025 по день фактической уплаты денежных средств.

Согласно ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

С учетом указанной нормы права, поскольку оплата по договору заказчиком в полном объеме не произведена, несмотря на требование подрядчика, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в части требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Вместе с тем, суд учитывает, что условиями договора сторон сроки окончательного расчета по договору не установлены, в претензии подрядчик просил произвести доплату по договору в срок 10 дней с момента получения претензии, которая была получена заказчиком 26.11.2024 /л.д. 69 том 1/, в связи с чем суд приходит к выводу о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2 процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 07.12.2024 (по истечению 10 дней с момента получения претензии) по 16.03.2026 (дата вынесения решения), а также с 17.03.2026 до фактического погашения задолженности.

За период с 07.12.2024 по 16.03.2026 сумма процентов за пользование чужими денежными средствами составляет 19 325 рублей исходя из следующего расчета «сумма долга» х «количество дней с учетом действия ключевой ставкой Банка России» х «ключевую ставку Банка России»/«количество дней в году»:

долг

Период просрочки

Ставкав %

Дней в году

Проценты

с
по

дней

81 000

07.12.2024

31.12.2024

25

21

366

1161,89

01.01.2025

08.06.2025

159

21

365

7409,84

09.06.2025

27.07.2025

49

20

365

2174,79

28.07.2025

14.09.2025

49

18

365

1957,32

15.09.2025

26.10.2025

42

17

365

1584,49

27.10.2025

21.12.2025

56

16,5

365

2050,52

22.12.2025

15.02.2026

56

16

365

1988,38

16.02.2026

16.03.2026

29

15,5

365

997,52

Итого: 19 325

Разрешая требования ФИО2 о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей в связи обнародованием ответчиком и распространением фактов об истце, не соответствующих действительности, порочащих его имя и деловую репутацию, обнародованием персональных данных истца /л.д. 5-9 том 2/, суд исходит из следующего.

Согласно объяснениям ФИО2 в публикации в группе «ВКонтакте» ФИО1 опубликовала фотографию истца, под которой опубликовала текст следующего содержания: «друзья, на моей странице завелся хейтер. Поскольку он в моей жизни первый и единственный опубликую его фото, чтобы еще раз подтвердить, что умные, образованные, красивые, успешные, состоятельные и счастливые люди никогда не будут писать про кого-то гадости в интернете, а вот такие опоссумы как этот будут, потому что их жизнь полный кал, раз он не смог себе заработать даже на штаны (ну не просто же так он на аватарке ВК в затертых семейниках) про внешний вид я вообще молчу, гном-гномыч, если ты меня слышишь, не занимайся глупостями, бери живот в руки и иди в спорт зал, а то еще одно твое фото в семейниках на аватарке ВК нас просто убьет. Понятно, что таким умным и красивым человеком как я тебе никогда не стать, но хотя при виде тебя у людей перестанет проявляться рвотный рефлекс, а в твоем случае это уже успех. Всем спорта, любви, душевного равновесия и отличных выходных». Также в отзыве на «Яндекс-Картах» ФИО1 оставила текст следующего содержания «не рекомендую обращаться в данную «контору». Заплатила за изготовление памятника 500 000 тысяч рублей, памятник не сделали, оплату принимают только на карту физ. лица и жены «руководителя» то есть никакой чек и подтверждение оплаты вы не получите. Одним словом не профессионалы и цены у них самые высокие по Липецку. Планирую обратиться в суд чтобы вернули деньги».

Обстоятельство размещения в группе «ВКонтакте» фотографии ФИО2 с вышеуказанным текстом подтверждается представленными в материалы дела фотографиями и видеозаписью /л.д. 3,6 том 2/ и самой ФИО1 подтверждено в судебном заседании 15.01.2026 /л.д. 135 том 2/.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация являются нематериальными благами. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу ч. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Исходя из определения признаков сведений, которые могут рассматриваться в качестве порочащих, данного Верховным Судом Российской Федерации в абз. 5 п. 7 Постановления Пленума от 24 февраля 2005 года N 3, под такими сведениями следует понимать не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждение о нарушении лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица, т.е. сведения, свидетельствующие о совершении лицом действий предосудительного характера.

Согласно п. 9 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, в силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Разграничивая такие категории как "утверждения о фактах" и "оценочные суждения", необходимо учитывать, что условиями гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой репутации являются: распространение (как противоправное действие) не соответствующих действительности сведений, порочащий характер сведений.

Юридическое содержание понятий "порочащие сведения" и "не соответствующие действительности" определено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3.

Так, не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В основу оценки сведений как порочащих и не соответствующих действительности положен не субъективный, а объективный критерий.

По смыслу ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведение - утверждение о факте, которое можно проверить на предмет соответствия его действительности.

В противоположность этому во мнении выражается соответствие оцениваемого факта не действительности, не объективным фактам, а субъективным понятиям (критериям) и представлениям отдельного человека, выражающего мнение. Оценка не констатирует факт, а выражает отношение лица к тому или иному явлению или отдельной личности. Поэтому к оценкам неприменимы характеристики истинности - ложности.

По общему правилу, предположительные высказывания не опровергаются по суду, поскольку не констатируют факты. Суждение (мнение, высказывание) представляет собой умственный акт, носящий оценочный характер, выражающий отношение лица к содержанию высказанной мысли, отдельной личности и сопряженный с психологическими состояниями сомнения, убежденности или веры.

Согласно абз. 6 п. 9 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство и деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ).

В ходе рассмотрения дела судом по ходатайству ФИО2 была назначена лингвистическая экспертиза, производство которой было поручено ООО «Многопрофильный центр судебных экспертиз».

Согласно выводам заключения судебной экспертизы исследованием установлено, что в представленных на исследование высказываниях лексемы «гном-гномыч», «кал», «хейтер», «опоссумы» в представленном контексте выражены в неприличной форме (обладают признаками оскорбительной лексики), поскольку содержат приписывание адресату отрицательных характеристик и реализованы в форме, противоречащей нормам речевого. Указанные языковые средства формируют речевой акт оскорбления в лингвистическом смысле. При этом в анализируемом высказывании нецензурная (обсценная) лексика отсутствует. Использованные слова «гном-гномыч», «кал», «хейтер», «опоссумы» относятся к сниженной, бранной или инвективной лексике, однако не содержат обсценных корней и не подпадают под категорию полностью запрещённой в публичном употреблении нецензурной лексики в лингвистическом понимании.

В представленном на исследование материале содержится выраженная языковыми средствами негативная информация о ФИО2 и представлена в следующей форме:

- в форме оценочного суждения:

«друзья, на моей странице завелся хейтер. Поскольку он в моей жизни первый и единственный опубликую его фото, чтобы еще раз подтвердитьчто умные, образованные, красивые, успешные, состоятельные и счастливые люди никогда не будут писать про кого-то гадости в интернете, а вот такие опоссумы как этот будут, потому что их жизнь полный кал, раз он не смог себе заработать даже на штаны (ну не просто же так он на аватарке ВК в затертых семейниках) про внешний вид и вообще молчу, гном- гномыч, если ты меня слышишь, не занимайся глупостями, бери живот в руки и иди в спорт зал, а то еще одно твое фото в семейниках на аватарке ВК нас просто убьет. Понятно, что таким умным и красивым человеком как я тебе никогда не стать, но хотя при виде тебя у людей перестанет проявляться рвотный рефлекс, а в твоем случае это уже успех. Всем спорта, любви, душевного равновесия и отличных выходных»;

«Одним словом не профессионалы и цены у них самые высокие по Липецку»,

- в форме утверждения о фактах:

«Заплатила за изготовление памятника 500 000 тысяч рублей, памятник не сделали, оплату принимают только на карту физ. лица и жены «руководителя» то есть никакой чек и подтверждение оплаты вы не получите».

В представленном на исследование материале содержится утверждение о фактах, которое можно проверить на соответствие действительности, а именно:

«Заплатила за изготовление памятника 500 000 тысяч рублей, памятник не сделали, оплату принимают только на карту физ. лица и жены «руководителя» то есть никакой чек и подтверждение оплаты вы не получите» /л.д. 108-109 том 3/.

Суд не усматривает оснований не доверять заключению судебной экспертизы, поскольку заключение соответствует требованиям ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, обладает необходимыми познаниями, в связи с чем отсутствуют основания усомниться в его компетентности, выводы эксперта представляются ясными и понятными, а потому оно является допустимым по делу доказательством. Никаких обстоятельств, дающих основание сомневаться в правильности и обоснованности вышеуказанной экспертизы, не установлено, доказательств в опровержение выводов судебной экспертизы не представлено.

Представленное ФИО1 заключение специалиста /л.д. 6 том 3/ не опровергает выводов судебной экспертизы и не порочит их, является мнениями конкретного специалиста, составившего заключение по заданию заказчика, не предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заключения, при этом, суд учитывает, что ходатайств о назначении повторной либо дополнительной судебной экспертизы не заявлено.

С учетом выводов судебной экспертизы суд считает установленным факт размещения ФИО1 в соцсети «ВКонтакте» в открытой для подписчиков ленте текста под фотографией ФИО2, содержащего хотя и субъективное мнение ответчика, но в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство и деловую репутацию истца, выходящее за пределы добросовестной реализации ответчиком права на свободное выражение собственного мнения, что свидетельствует о праве истца на компенсацию морального вреда.

В остальной части, доказательств осуществления истцом деятельности с использованием в «Яндекс-Картах» наименования «Мастерская Камнетёс», а также размещения отзыва ответчиком в «Яндекс-Картах» в отношении именно истца, в материалы дела не представлено, в связи с чем требование истца в указанной части защите в порядке ст. 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежат. Также суд не усматривает нарушений прав истца действиями, совершенными в отношении его супруги, которая соистцом по настоящему делу не выступает, полномочий на представление её интересов истец не наделен. Высказывание ответчика в переписке с представителем истца «надеюсь прокуратура разберется с этим жуликом» /л.д. 175 том 1/ в контексте представленной переписки и в отсутствии иных доказательств не может быть расценено как утверждение о фактах, которое можно проверить на соответствие действительности, представляет собой субъективное оценочное мнение, в связи с чем не является основанием для взыскания компенсации морального вреда. Обстоятельств, указывающих на то, что изображение истца и членов его семьи использовалось ответчиком без согласия, информация о частной жизни получена с нарушением закона, судом не установлено, поскольку направленные ответчиком истцу фотографии применительно к п. 1 ст. 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации стали общедоступными и были раскрыты самим истцом и по его воли при размещении в соцсетях, доказательств обратного не представлено.

В пп. 50, 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, наличие морального вреда предполагается. В указанных случаях компенсация морального вреда взыскивается судом независимо от вины причинителя вреда (абзац четвертый статьи 1100 ГК РФ).

При определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья).

Из приведенных положений закона и разъяснений следует, что определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.

При этом сама компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, а также характеру и степени причиненных ему физических и (или) нравственных страданий.

Учитывая, что факт нарушения прав истца со стороны ответчика нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей. Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в заявленном истцом размере суд не усматривает, денежная сумма в размере 20 000 рублей с учетом обстоятельств дела отвечает требованиям разумности и справедливости.

Согласно ч. 1 ст. 98 гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно положениям ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, почтовые расходы, другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что в связи с обращением в суд с настоящим иском ФИО2 были понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 000 рублей /л.д. 62, 83 том 1/, почтовые расходы в размере 210 рублей /л.д. 62 том 1/.

Признавая указанные расходы необходимыми, связанными с рассмотрением дела, принимая во внимание также то обстоятельство, что удовлетворенное требование истца о компенсации морального вреда является неимущественным требованием и на пропорциональность распределения судебных расходов не влияет, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2 расходов по уплате государственной пошлины в размере 13 470 рублей (14000х82627/85879), почтовых расходов в размере 202 рублей (210х82627/85879).

В подтверждение несения расходов по оплате услуг представителя ФИО2 в материалы дела представлены договор от 26.11.2024 на оказание юридических услуг, чек по оплате договора на сумму 30 000 рублей /л.д. 76-77 том 1/.

Оснований полагать, что передача денежных средств по указанным документам не направлена на оплату заявителем оказанных юридических услуг, связанных с рассмотрением настоящего дела, суд не усматривает, доказательств, свидетельствующих об обратном, не представлено, исполнитель по договору участвовал при рассмотрении дела в качестве представителя, что отражено в протоколах судебных заседаниях.

С учетом пропорционального распределения судебных расходов, истец вправе требовать возмещения расходов по оплате услуг представителя в размере 28 864 рублей (30000х82627/85879).

С учетом фактической и правовой сложности дела, объема защищенного права, оказания правовой помощи по составлению процессуальных документов, участие представителя в судебных заседаниях, суд полагает возможным взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ИП ФИО2 о взыскании денежных средств, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда отказать.

Исковые требования ИП ФИО2 удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО1 в пользу ИП ФИО2 денежные средства в размере 81 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 19 325 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами исходя из ключевой ставкой Банка России за период с 17.03.2026 по дату фактической уплаты суммы долга в размере 81 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 470 рублей, почтовые расходы в размере 202 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ИП ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 20 апреля 2026 года.