Решение № 2А-181/2019 2А-5/2020 2А-5/2020(2А-181/2019;)~М-160/2019 М-160/2019 от 27 января 2020 г. по делу № 2А-181/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 января 2020 г. г. Рязань

Рязанский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – судьи Охременко Д.В., при секретаре Луняковой А.Г., с участием административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя административного ответчика - начальника училища по доверенности – ФИО3, административного ответчика – начальника курса специального факультета училища – ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда гарнизона административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего по контракту училища в/звание ФИО1 об оспаривании действий начальника курса специального факультета училища и начальника училища, связанных с составлением в отношении него протокола о грубом дисциплинарном проступке от 19 ноября 2019 года,

установил:

ФИО1 проходит военную службу по контракту в училища в должности командира роты курсантов батальона (среднего профессионального образования), в воинском звании «в/звание».

В своем административном исковом заявлении ФИО1 указал, что 19 ноября 2019 года административный ответчик составил в отношении него протокол о грубом дисциплинарном проступке, согласно которому он, якобы, совершил деяние, подпадающее под признаки грубого дисциплинарного проступка – в виде отсутствия военнослужащего, проходящего военную службу по контракту воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течении установленного ежедневного служебного времени, то есть совершил грубый дисциплинарный проступок, предусмотренный ст. 28.5 ФЗ «О статусе военнослужащих».

Не соглашаясь с данным протоколом о грубом дисциплинарном проступке, ФИО1 обратился с административным исковым заявлением в военный суд, и с учетом уточнений, просит:

- признать действия начальника курса специального факультета училища в/звание ФИО4 и начальника училища, связанные с составлением в отношении него протокола о грубом дисциплинарном проступке от 19 ноября 2019 года, незаконными. Отменить указанный протокол.

В судебном заседании административный истец ФИО1, его представитель ФИО2 свои требования и доводы, изложенные в заявлении, поддержали в полном объеме. В обоснование этого, привели суду следующие доводы.

Дата и время совершения грубого дисциплинарного проступка в протоколе не конкретизированы. Прямых доказательств отсутствия его на службе в ходе разбирательства не добыто, причем 17, 18, 19, 21, 22, 23, 24, 25, 26 и 28 октября 2019 г. он ежедневно прибывал на территорию военного городка № и оставлял отметку об ознакомлении в журнале ежедневных докладов групп контроля и дежурного по училищу (инв. №). Требования начальника отдела кадров о прибытии на службу к 8 ч 45 мин на территорию военного городка № ему не доводились.

Представитель административного ответчика – начальника училища – ФИО3, просил отказать в удовлетворении требований административного истца в полном объеме. И пояснил суду следующее.

Разбирательство по факту отсутствия на службе гвардии капитана ФИО1 17,18,19,21,22,23,24,25,26 и 28 октября 2019г. было начато 24 октября 2019г. и завершено 19 ноября 2019г., в установленный 30-дневный срок согласно ст. 28.8 ФЗ «О статусе военнослужащих» с составлением протокола о грубом дисциплинарном проступке (далее по тексту ГДП), совершенном ФИО1 - отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, который предусмотрен ст. 28.5 ФЗ «О статусе военнослужащих». Доказательственная база совершения в/звание ФИО1 приведена как в протоколе о ГДП, так и в заключении об итогах разбирательства по факту отсутствия на службе в/звание ФИО1. От всех должностных лиц, подтверждающих факт совершения в/звание ФИО1 ГДП получены объяснения, которые наряду с другими доказательствами подтверждают факт совершения ГДП в/звание ФИО1.

Вопреки утверждениям административного истца ФИО1, конкретные даты его отсутствия на службе, а также время (согласно регламенту служебного времени) указаны как в материалах разбирательства, так и в протоколе о ГДП, то есть на службе истец отсутствовал 17, 18, 21, 22, 23, 24, 25 и 28 октября 2019 г. Как военнослужащий по контракту он обязан был соблюдать регламент служебного времени и прибывать на службу в рабочие дни согласно регламента служебного времени, а также установленного места на территорию военного городка № училища в отдел кадров, а также присутствовать на построениях 8 ч 45 мин и 17 ч 45 мин.

По результатам разбирательства начальником училища был издан приказ от 28 ноября 2019г. № 1969 «О наказании военнослужащего училища в/звание ФИО1 за совершение грубого дисциплинарного проступка». На момент издания приказа никаких ограничений для его издания у начальника училища не имелось. Приказ издан в 10-дневный срок с момента окончания разбирательства, как того требует ст. 83 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации.

Административный ответчик – начальник курса специального факультета училища в/звание ФИО4, просил отказать в удовлетворении требований административного истца в полном объеме. И пояснил суду следующее.

Поводом к проведению им разбирательства явились рапорта заместителя начальника училища от 18, 19, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 28 и 29 октября 2019 г. о том, что в/звание ФИО1 отсутствовал на службе согласно регламента служебного времени на территории военного городка № и ежедневных построениях там же в 8 ч 45 мин и в 17 ч 45 мин 17, 18, 21, 22, 23, 24, 25 и 28 октября 2019 г., а также в 8 ч 45 мин ив 12 ч 45 мин 19 и 26 октября 2019 г. Уважительных причин неявки на службу не представлял.

29 октября 2019 г. в/звание ФИО1 прибыл в штаб училища и по требованию представил объяснение, в котором указал, что ежедневно прибывал на территорию военного городка № и оставлял отметку об ознакомлении в журнале ежедневных докладов групп контроля и дежурного по училищу (инв. №), копию которого он прилагает. Факт требований начальника отдела кадров о прибытии на службу к 8 ч 45 мин на территорию военного городка № отрицал.

Из объяснения в/звание ФИО1, которое было им отобрано 30 октября 2019 г. следует, что подтвердить факт ознакомления с журналом могут дежурные и помощники дежурного по военному городку № за указанный период. На остальные вопросы гвардии капитан ФИО1 ответов не дал, от комментариев отказался.

Из пояснений начальника отдела кадров ФИО9 ему известно, что в/звание ФИО1 обязан был прибывать ежедневно в отдел кадров и представляться для проверки.

Из опросов дежурных и помощников дежурных по военному городку № за указанный период следует, что на службе за указанный период в/звание ФИО1 не видели. А 17, 21 и 28 октября 2019 г., судя по отметкам журнала, истец только прибывал на службу, но не присутствовал. Факт ознакомления с журналом и наличия на службе в/звание ФИО1 19, 22, 23, 24, 25 и 26 октября 2019 г. в объяснениях опрошенных должностных лиц не подтверждается.

Объяснения лиц, которые указали, что не знакомы с в/звание ФИО1 или не помнят о встрече с ним, не учитывались.

По результатам его разбирательства начальником училища был издан приказ от 28 ноября 2019 г. № 1969 «О наказании военнослужащего училища в/звание ФИО1 за совершение грубого дисциплинарного проступка». На момент издания приказа никаких ограничений для его издания у начальника училища не имелось. Приказ издан в 10-дневный срок с момента окончания разбирательства, как того требует ст. 83 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации.

Выслушав административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя начальника училища ФИО3, начальника курса специального факультета училища ФИО4, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч.1 ст.28.2 ФЗ «О статусе военнослужащих», военнослужащий или гражданин, призванный на военные сборы, привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

Из части 2 данной статьи следует, что военнослужащий или гражданин, призванный на военные сборы, привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина.

В соответствии с п. 1 ст. 28.5 ФЗ «О статусе военнослужащих», при назначении дисциплинарного взыскания учитываются характер дисциплинарного проступка, обстоятельства и последствия его совершения, форма вины, личность военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, совершившего дисциплинарный проступок, обстоятельства, смягчающие дисциплинарную ответственность, и обстоятельства, отягчающие дисциплинарную ответственность.

Согласно положениям ст.81 Дисциплинарного устава ВС РФ принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство.

Разбирательство проводится в целях установления виновных лиц, выявления причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка.

Материалы разбирательства о грубом дисциплинарном проступке оформляются только в письменном виде.

В ходе разбирательства должно быть установлено:

-событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения);

-лицо, совершившее дисциплинарный проступок;

-вина военнослужащего в совершении дисциплинарного проступка, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка;

-наличие и характер вредных последствий дисциплинарного проступка;

-обстоятельства, исключающие дисциплинарную ответственность военнослужащего;

-причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка;

Разбирательство по факту совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка заканчивается составлением протокола (приложение N 8).

Так из текста протокола о грубом дисциплинарном проступке от 19 ноября 2019 года следует, что согласно рапортов заместителя начальника училища от 18, 19, 21, 22, 23, 24, 25. 26, 28 и 29 октября 2019 года в/звание ФИО1 отсутствовал на службе согласно регламента служебного времени и ежедневных построениях в 8 ч 45 мин и в 17 ч 45 мин 17, 18, 21, 22, 23, 24, 25 и 28 октября 2019 года, а также в 8 ч 45 мин и в 12 ч 45 мин 19 и 26 октября 2019 года. Уважительных причин неявки на службу не представил. То есть совершил деяние, подпадающее под признаки грубого дисциплинарного проступка – в виде отсутствия военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, то есть совершил грубый дисциплинарный проступок, предусмотренный ст. 28.5 ФЗ «О статусе военнослужащих».

Вместе с тем, из заключения об итогах разбирательства по факту отсутствия на службе в/звание ФИО1, следует, что последний отсутствовал на службе только 19, 22, 23, 25 и 26 октября 2019 года, и тем самым совершил грубый дисциплинарный проступок в виде отсутствия военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени.

Исходя из уточняющего письменного пояснения суду ФИО4 (лицом, проводившем служебное разбирательство и составившем оспариваемый протокол о грубом дисциплинарном проступке), им был сделан вывод, что ФИО1 отсутствовал на службе только 19, 22, 23, 25 и 26 октября 2019 года, согласно регламенту служебного времени, и тем самым допустил грубый дисциплинарный проступок в виде отсутствия военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, о чем им составлен прокол о грубом дисциплинарном проступке от 19 ноября 2019 г.

Указанный вывод ФИО4 озвучил и в ходе судебного разбирательства 11 декабря 2019г., пояснив, что за основу им был взят Журнал ежедневных докладов групп контроля и дежурного по училищу (инв. №) и вычтены те дни, в которых дежурные по военному городку № подтвердили факт ознакомления ФИО1 с указанным журналом в октябре 2019г., в дни несения ими службы. Причем объяснения лиц - дежурных по военному городку № которые указали, что не знакомы с в/звание ФИО1 (то есть в лицо не могут его опознать), или не помнят о встрече с ним, не учитывались.

Вместе с тем, суду ФИО4 пояснил, что каких-либо доказательств того, что ФИО1 реально отсутствовал на службе и территории военного городка № в те оставшиеся дни октября 2019г. даты которых содержат подпись ФИО1 в Журнале ежедневных докладов групп контроля и дежурного по училищу в ходе разбирательства добыто не было.

Представитель административного ответчика ФИО3 в суде сослался на приказ начальника училища от 3 сентября 2018 года №, и пояснил, что согласно данного приказа, ФИО1 обязан был выполнять общие и специальные обязанности в составе 4-го батальона курсантов (который располагается на 2-й территории военного городка училища). В связи с прекращением существования 4-го батальона, начальником училища для ФИО1 было определено устным распоряжением начальника отдела кадров, построение в составе отдела кадров, как структурного подразделения. ФИО1 обязан был прибывать ежедневно на территорию военного городка № в отдел кадров. Журнал учета рабочего времени личного состава в самом разбирательстве в отношении ФИО1 не отражен, поскольку на тот период таковой журнал невозможно было представить.

Административный ответчик ФИО4 в суде показал, что им проводилось разбирательство по факту отсутствия ФИО1 на службе. В журнале учета групп контроля имелись подписи ФИО1, однако в связи с тем, что эти подписи могли быть сделаны ФИО1 один днем, были опрошены дежурные и помощники дежурных, где были случаи, когда и дежурный и помощник дежурного подтвердили тот факт, что ФИО1 не видели и журнал ему не выдавали. Из письменных объяснений ФИО9, ФИО11 и ФИО12 следует, что ФИО1 к ним для уточнения задач не приходил. Заместитель начальника училища ФИО13 в суде пояснил, что рапорта о том, что ФИО1 отсутствовал на службе ему подготовил начальник отдела кадров ФИО9, в том, что до настоящего времени в училища так и не заведен Журнал учета рабочего времени личного состава есть упущение должностных лиц училища.

Вместе с тем, из приказа начальника училища № от 3 сентября 2018 года следует, что на ФИО1 была возложена обязанность, выполнять общие и специальные обязанности в составе 4-го батальона курсантов (который располагается на 2-й территории военного городка). Кроме того, руководителям структурных подразделений было приказано - завести журнал учета рабочего времени личного состава и представлять начальнику училищ по первому требованию.

Однако, в ходе судебного разбирательства, суду стало известно, что вышеуказанный журнал учета рабочего времени (где должен был быть ФИО1) в училище заведен не был. Каких-либо письменных приказов и иных документов, о том, что ФИО1 необходимо было ежедневно прибывать на территорию военного городка № согласно регламенту служебного времени, и на ежедневные построения, суду представлено не было. Как пояснил представитель начальника училища, в настоящее время у ФИО1 непосредственного начальника нет.

Сам же начальник отдела кадров училища ФИО9 в суд не прибыл, и ответчиком –начальником училища в суд представлен не был.

Как указано в ч.2 ст.62 КАС РФ обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие должностное лицо. Указанные должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. По таким административным делам административный истец не обязан доказывать незаконность оспариваемых решений, действий (бездействия).

Таким образом, суд находит доводы административных ответчиков о том, что в соответствии распоряжением должностного лица училища ФИО1 обязан был ежедневно прибывать на территорию военного городка № училища в отдел кадров, а также присутствовать на построениях 8 ч 45 мин и 17 ч 45 мин., не нашедшими своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Из вышеизложенного суд делает вывод, что, во-первых, сам оспариваемый протокол о грубом дисциплинарном проступке не содержит обязательного конкретизированного указания на событие совершения ФИО1 правонарушения, то есть, не указаны время и место его совершения. Поскольку протокол лишь содержит ссылку на рапорта заместителя начальника училища от 18, 19, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 28 и 29 октября 2019 года об отсутствии ФИО1 на службе согласно регламенту служебного времени и ежедневных построениях в 8 ч 45 мин и в 17 ч 45 мин 17, 18, 21, 22, 23, 24, 25 и 28 октября 2019 года, а также в 8 ч 45 мин и в 12 ч 45 мин 19 и 26 октября 2019 года, а в материалах разбирательства по факту отсутствия на службе ФИО1 делается совсем другой вывод: «в/звание ФИО1 отсутствовал на службе 19, 22, 23, 25 и 26 октября 2019 г., тем самым допустил грубый дисциплинарный проступок в виде отсутствия военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного служебного времени». Суд находит указанное нарушение существенным, виду того, что в вину ФИО1 вменяется именно отсутствие его на службе более 4х часов подряд в определенные дни.

А, во-вторых, факт того, что ФИО1 в соответствии с положением п.1 приказа начальника училища от 03.09.2018 г. № ежедневно с 17 октября 2019г. прибывал на территорию № военного городка училища в судебном заседании административными ответчиками не опровергнут. И в отсутствии каких-либо иных приказов и распоряжений, а также и установленного Журнала учета рабочего времени личного состава, доводы ответчиков об отсутствии последнего на службе, по мнению суда, не являются состоятельными.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что действия начальника курса специального факультета училища, связанные с составлением в отношении в/звание ФИО1 протокола о грубом дисциплинарном проступке от 19 ноября 2019 года, а также действия начальника училища, связанные с принятием решения о применении дисциплинарного взыскания на основании данного протокола, являются незаконными, а сам протокол подлежит отмене.

Согласно ст.111 КАС РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Поэтому суд считает необходимым взыскать с училища в пользу ФИО1 судебные расходы, связанные с оплатой госпошлины, в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст.175-177, 227 КАС РФ, военный суд

решил:

Административное исковое заявление военнослужащего по контракту училища в/звание ФИО1 об оспаривании действий начальника курса специального факультета училища и начальника училища, связанных с составлением в отношении него протокола о грубом дисциплинарном проступке от 19 ноября 2019 года, – удовлетворить.

Признать действия начальника курса специального факультета училища и начальника училища, связанные с составлением в отношении в/звание ФИО1 протокола о грубом дисциплинарном проступке от 19 ноября 2019 года, незаконными.

Обязать начальника курса специального факультета училища и начальника училища отменить протокол о грубом дисциплинарном проступке от 19 ноября 2019 года в отношении в/звание ФИО1.

Взыскать с училища в пользу административного истца в/звание ФИО1 судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины, в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Западный окружной военный суд через Рязанский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу

Судья Рязанского гарнизонного

военного суда Д.В. Охременко