Решение № 2-165/2017 2-2794/2016 от 1 марта 2017 г. по делу № 2-165/2017

Дело №


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 марта 2017 г. г. Иваново

Октябрьский районный суд г. Иваново в составе:

председательствующего судьи Пророковой М.Б.,

при секретаре Кирилловой Т.Н.,

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по заработной плате и компенсации вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда. Исковые требования были мотивированы тем, что с 01.08.2013 по 01.05.2015 истец работал у ответчика, с 01.02.2014 был официально ею трудоустроен с заключением трудового договора. За все время работы ответчик ни разу не выплатила истцу заработную плату, незаконно уволив его в мае 2015 года. В общей сложности истец работал у ответчика 21 месяц, заработная плата согласно трудовому договору № 19 была установлена в размере 8000 руб. в месяц. Следовательно, задолженность ответчика по заработной плате составит 168000 руб. (8000 х 21). Также истцу был причинен моральный вред в связи с невыплатой заработной платы, компенсацию которого ФИО1 оценил в сумму 5000000 руб. На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика 5 168000 руб.

Пользуясь правом, предоставленным истцу ч. 1 ст. 39 ГПК РФ, ФИО1 в процессе рассмотрения дела исковые требования увеличил, просил взыскать с ФИО2 денежную сумму в размере 14038000 руб., которая состоит из 5 168000 руб., требование о взыскании которых было заявлено истцом ранее, а также из 8 870000 руб., которые состоят из задолженности по заработной плате в общей сумме 270000 руб. за период с 01.02.2014 по 30.04.2015 включительно (15 месяцев) из расчета 18 000 руб. в месяц по трудовому договору № 19 от 01.02.2014; задолженности по заработной плате в общей сумме 3 240000 руб. за период выполнения истцом с 01.02.2014 по 30.04.2015 трудовых обязанностей по 24 дополнительным должностям, исходя из 0,5% оклада (24х0,5%х15х18 000); задолженности по заработной плате за период с 01.05.2015 по 31.12.2016 в общей сумме 360000 руб. (20 х 18000); а также компенсации морального вреда в размере 5 000000 руб., причиненного невыплатой заработной платы ответчиком (л.д. 177).

В судебном заседании ФИО1 свои исковые требования поддержал, пояснив, что он просит взыскать с ответчика задолженность по заработной плате по двум трудовым договорам: от 01.07.2013 и от 01.02.2014. Указанные договоры были заключены между ним и ответчиком после его освобождения из мест лишения свободы в мае 2013 года после замены неотбытой части наказания в виде лишения свободы ограничением свободы. Трудовые договоры были заключены по согласованию с сотрудниками уголовно-исполнительной инспекции, осуществлявшими контроль за отбыванием ФИО1 наказания и представлены в инспекцию самой ФИО2 ФИО1 настаивал на том, что он надлежащим образом исполнял не только трудовые обязанности по указанным в договорах должностям, но и выполнял огромную работу по строительству фермы в <адрес>, где находилось фермерское хозяйство ответчика, по уходу за животными, которые на ней содержались, и по реализации продукции фермерского хозяйства. За все время работы ФИО2 не заплатила истцу ни копейки, а кроме того, не возвратила его личные денежные средства и средства членов его семьи, вложенные в развитие данного хозяйства. Свои требования о компенсации морального вреда истец обосновал не только невыплатой ответчиком компенсации морального вреда, но и физическими и нравственными страданиями, причиненными ему в результате повреждения здоровья, которое явилось следствием непосильного труда в фермерском хозяйстве ответчика. Поскольку трудовые договоры до настоящего времени не расторгнуты, ФИО1 полагал, что заработная плата должна выплачиваться ему ответчиком и после заключения его под стражу в июле 2015 года. При этом истец просил восстановить ему срок на обращение в суд с настоящим иском, поскольку причина пропуска указанного срока является уважительной, а именно - наличие у истца наркозависимости не позволило ему своевременно обратиться в суд до заключения под стражу. После его ареста в июле 2015 года и помещения в СИЗО возможности истца для обращения в суд были ограничены в силу объективных обстоятельств, а кроме того, в начале 2016 года истец неоднократно обращался во Фрунзенский районный суд г. Иваново с исками к ФИО2, но ему было отказано в принятии заявлений по причине недостатков, имеющихся в документах. Указанные причины препятствовали истцу своевременно обратиться в суд за защитой своего нарушенного права, поэтому он просил восстановить срок для обращения в суд с настоящим иском.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие (л.д. 209). Ранее в судебных заседаниях ФИО2 против иска возражала, утверждая, что трудовые договоры между ней и истцом были заключены формально, для того, чтобы создать видимость трудоустройства ФИО1, которому было установлено ограничение свободы. К выполнению трудовых обязанностей по указанным трудовым договорам ФИО1 фактически не приступал, поэтому заработная плата ему не начислялась и не выплачивалась. В течение 2014 года в крестьянском фермерском хозяйстве (далее по тексту решения - КФХ), зарегистрированном на её имя, ФИО1 исполнял отдельные поручения ответчика, поскольку являлся её супругом и оказывал ей помощь, как и другие члены семьи. С сентября 2014 года супруги совместно не проживают не ведут общего хозяйства, поскольку ФИО2 стало известно о <данные изъяты> зависимости истца. К тому же официальное трудоустройство ФИО1 как работника КФХ, находящегося в <адрес>, было невозможно, поскольку постановлением суда истцу были установлены ограничения по выезду за пределы г. Иваново. Также ответчиком ФИО2 было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском (л.д. 138-141). На основании изложенного ФИО2 просила отказать ФИО1 в удовлетворении его исковых требований.

Выслушав пояснения сторон, изучив и оценив письменные доказательства, представленные сторонами, суд приходит к следующим выводам.

При рассмотрении дела установлено, что ответчик ФИО2 зарегистрирована в качестве главы КФХ 21.09.2012, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации КФХ серии № (л.д. 43). Истец и ответчик состояли в браке с 2009 года, что ими не оспаривалось.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы, что подтверждается копией справки об освобождении (л.д. 49) и сторонами по делу также не оспаривалось. На основании постановления <данные изъяты> районного суда Ивановской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был заменен неотбытый срок наказания в виде лишения свободы в виде 2 лет 5 месяцев 17 дней на более мягкий вид наказания - ограничение свободы на тот же срок (л.д. 46-48). При этом ФИО1 были установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы г. Иваново и Ивановского района Ивановской области, не менять места жительства и пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, проходить регистрацию 2 раза в месяц в этом органе в установленные дни.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Указанное право работника закреплено также абзацем пятым ст. 21 ТК РФ, в соответствии с которой работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, которой корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (абзац 14 ст. 22 ТК РФ).

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплаты труда работника) – это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

01.07.2013 между главой КФХ ФИО2 и ФИО1 был заключен трудовой договор, согласно которому работодатель нанимает работника для работы по специальности разнорабочий на срок 6 месяцев (л.д. 163-165). Заработная плата была установлена работнику в размере 15 000 руб. в месяц. При этом место исполнения работником своих трудовых обязанностей в данном договоре определено не было. Кроме того, 01.02.2014 между сторонами был заключен трудовой договор № 19, в соответствии с которым работник был принят на должность менеджера по продажам в структурном подразделении КФХ по адресу: <адрес> (л.д. 166-170). Данный договор был заключен на неопределенный срок, заработная плата по нему была установлена в размере 18 000 руб. в месяц. В случае выполнения работником наряду со своей основной работой дополнительной работы по другой должности или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от своей основной работы, работнику производится доплата в размере 0,5% оклада по совмещаемой должности (п. 5.5 договора от 01.02.2014).

Статьей 61 ТК РФ установлено, что трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором. Если в трудовом договоре не определен день начала работы, то работник должен приступить к работе на следующий рабочий день после вступления договора в силу.

Следовательно, ФИО1 должен был приступить к работе не позднее 02.07.2013 и 02.02.2014 соответственно. Доказательств того, что истец приступил к исполнению своих трудовых обязанностей по указанным трудовым договорам, суду представлено не было, как не было представлено и доказательств количества, качества и условий выполняемой ФИО1 работы. Истец не только не представил каких-либо доказательств в подтверждение своих объяснений, но и не сообщил суду конкретную информацию о периодах и сроках выполненной им работы, её объеме и сложности, ограничившись голословными утверждениями о непосильном, рабском труде в КФХ ФИО2

Согласно ч. 4 ст. 61 ТК РФ, если работник не приступил к работе в день начала работы, установленный в соответствии с частью второй или третьей настоящей статьи, то работодатель имеет право аннулировать трудовой договор. Аннулированный трудовой договор считается незаключенным.

Несмотря на то, что ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не было предоставлено доказательств об аннулировании трудовых договоров, заключенных с истцом, суд считает сомнительным довод ФИО1 о том, что он приступил к работе в КФХ ответчика, а именно - на ферме, находящейся в <адрес>, и проводил там основную часть своего времени. Поскольку ФИО1 постановлением суда от 29.04.2013 года были установлены ограничения по выезду за пределы г. Иваново и Ивановской области и вменено в обязанность дважды в месяц проходить регистрацию в специализированном государственном органе, осуществляющем надзор за отбыванием наказания, следовательно, он не мог находиться на территории <данные изъяты> на законных основаниях, тем более, пребывать там бoльшую часть времени, исполняя столь многочисленные трудовые обязанности, на которые он указывал.

Кроме того, ФИО1 в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств в подтверждение того, что выполняя отдельные работы или оказывая ответчику отдельные услуги, что ФИО2 в принципе не отрицалось, он действовал именно в рамках трудовых отношений с ответчиком, а не как её законный супруг и отец общего с ответчиком ребенка, который должен в силу положений ст. 31 Семейного Кодекса РФ строить отношения в семье на основе взаимопомощи, содействовать благополучию и укреплению семьи, заботиться о её благосостоянии.

Также суд учитывает и то обстоятельство, что с июля 2015 года ФИО1 находится под стражей и в силу вполне объективных причин с указанного времени не мог исполнять свои трудовые обязанности ни по одному из заключенных договоров. Поэтому исковые требования ФИО1 о взыскании задолженности по заработной плате за период с июля 2015 по декабрь 2016 являются не только неправомерными, но и не основаны на фактических обстоятельствах дела.

Таким образом, при отсутствии каких-либо допустимых доказательств, подтверждающих как сам факт выполнения ФИО1 именно трудовых обязанностей, так и количество и качество выполненной им работы, оснований для начисления ответчиком истцу заработной платы суд не усматривает. Поэтому требование ФИО1 о взыскании с ФИО2 задолженности по заработной плате удовлетворению не подлежит.

Кроме того, истцом пропущен срок для обращения в суд с указанным исковым требованием, который в соответствии с положениями части второй ст. 392 ТК РФ составляет один год со дня установленного срока выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику. Поскольку ФИО1 обратился в суд с настоящим иском 12.10.2016, то есть по истечении более одного года с момента заключения его под стражу, обуславливающего невозможность осуществления трудовой функции, следовательно, установленный законом срок истцом был пропущен. Уважительных причин для восстановления данного срока суд не усматривает, поскольку ни <данные изъяты> истца, ни его помещение под стражу, ни юридическая неграмотность, таковыми не являются и являться не могут. Поэтому в удовлетворении ходатайства ФИО1 о восстановлении пропущенного им срока на обращение в суд за защитой нарушенного трудового права следует отказать.

Что касается требования ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, причиненного невыплатой заработной платы, то, поскольку это требование является производным от требования о взыскании задолженности по заработной плате, в удовлетворении которого ФИО1 отказано, следовательно, требование о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению также не подлежит.

Не представлено ФИО1 и доказательств в обоснование требования о компенсации морального вреда, вызванного повреждением здоровья по вине ответчика. Копии медицинских документов, представленных истцом (л.д. 105-112) не содержат сведений о причинах диагностированного у него <данные изъяты>. Доказательств наличия причинно-следственной связи между указанным заболеванием и выполнением трудовых функций в качестве работника главы КФХ ФИО2, а тем более вины ответчика в причинении вреда здоровью истца, суду также не предоставлено. Поэтому оснований для возмещения вреда здоровью истца в виде компенсации морального вреда, суд также не усматривает.

Иные доводы истца не влияют на вышеуказанные выводы суда, поскольку правового значения для дела не имеют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по заработной плате и компенсации вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд города Иваново в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Пророкова М.Б.

В соответствии со ст. 199 ГПК РФ мотивированное решение было составлено 06 марта 2017 года.