Решение № 2-2098/2019 2-2098/2019~М-1436/2019 М-1436/2019 от 27 мая 2019 г. по делу № 2-2098/2019

Дело №2-2098/19


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 мая 2019г.

Шахтинский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Черепановой Л.Н.

при секретаре Каурине С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на следующее. Он 08.07.2008г. был принят на работу <данные изъяты> днем в ОАО по добыче, переработке угля и строительству шахт – Угольная кампания «Донской уголь» (ОАО «Донуголь»).

19.05.2017г. ГУЗ «Лечебно-реабилитационный центр №» (протокол №) истцу впервые установлен заключительный диагноз профессионального заболевания – <данные изъяты>

По результатам расследования обстоятельств и причин возникновения у него профессионального заболевания составлен акт о случае профессионального заболевания от 13.07.2017г., согласно которому установлена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по его месту работы. Данный акт был утвержден Главным государственным санитарным врачом по г. Шахты, Усть-Донецкому и Октябрьскому (с) районам.

Акт № от 13.07.2017г. о случае профессионального заболевания был составлен после рассмотрения его комиссией по расследованию случая профессионального заболевания, созданной в соответствии с действующим законодательством самим работодателем, т.е. ОАО «Донуголь».

Согласно положениям вышеуказанного акта о случае профессионального заболевания вины работника в обнаруженном у него профессиональном заболевании не установлено, как и не установлена вина иных лиц, т.е. презюмируется 100% вина работодателя ОАО «Донуголь».

Причинами профессионального заболевания согласно п.18 акта № от 13.07.2017г. о случае профессионального заболевания, послужило длительное воздействие на органы дыхания работника углепородной пыли.

Согласно данным санитарно-гигиенической характеристики условий труда при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 26.09.2016г. № в ОАО «Донуголь» подземный проходчик подвергается воздействию углепородной пыли выше допустимых показателей – 100% рабочего времени (вредные условия труда). Отсутствие заболевания и медицинских противопоказаний при приеме на работу в ОАО «Донуголь», начало заболевания и повторяющиеся обострения в период работы в ОАО «Донуголь» (при этом профессиональное заболевание у истца впервые установлено только в мае 2017г., т.е. во время работы в ОАО «Донуголь»), однозначно свидетельствует о причинно-следственной связи между установленным профессиональным заболеванием и условиями производственной деятельности на предприятии ответчика.

Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда (абз. 2 п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний).

Согласно приказу Государственного учреждения – РРО Фонда социального страхования РФ в лице филиала № застрахованный ФИО1 повредил здоровье вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в ОАО «Донуголь».

ДД.ММ.ГГГГг. истцу впервые была установлена 30%-ая утрата профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, что подтверждается справками ФКУ «ГБ МСЭ по РО» Бюро медико-социальной экспертизы №.

Истец полагает, что в связи с тем, что работодателем ОАО «Донуголь» не были созданы безопасные условия труда, это привело к негативным последствиям – установлению ему утраты профессиональной трудоспособности, невозможности по состоянию здоровья работать с тяжелой физической нагрузкой и соответственно к потере работы, нарушены его личные неимущественные права.

На момент причинения вреда в организациях угольной промышленности РФ действовало «Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ на период с 01.04.2013г. по 31.03.2016г.», продленное до 31.12.2018г.

Положения данного тарифного соглашения распространяют свое действие и на истца, как работника организации угольной промышленности.

Пункт 5.4 указанного Федерального отраслевого соглашения предусматривает возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством РФ) работникам в связи с их трудовым увечьями или профессиональными заболеваниями. Единовременная выплата в счет компенсации морального вреда при получении работником профессионального заболевания выплачивается из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ).

Просил взыскать с ответчика в свою пользу 281 999,22 руб. из расчета: (51700,77 руб. (среднемесячный заработок) х 20% х30) – 28 205,40 (единовременная страховая выплата).

В судебное заседание явились истец и его представитель ФИО2, заявленные требования уточнили, в связи с частичной выплатой ответчиком компенсации морального вреда в размере 33480 руб. просили взыскать с ответчика 248 519,22 руб.

Представитель ООО «Донуголь» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, прокурора ФИО5, полагавшую заявленные требования подлежащими удовлетворению, изучив письменные доказательства, суд считает, что исковые требования обоснованны и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно положениям ст.151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст.22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

В силу ст.220 Трудового кодекса РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно абз. 2 п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причинённый ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от материального ущерба.

Согласно требованиям ст.237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Судом установлено, что в период с 08.07.2008г. по 07.08.2017г. ФИО1 работал <данные изъяты> днем на шахте «Шерловская-Наклонная» ОАО «Донской уголь». 19.05.2017г. ГУЗ «Лечебно-реабилитационный центр №» (протокол №) истцу впервые установлен заключительный диагноз <данные изъяты>

По результатам расследования обстоятельств и причин возникновения у него профессионального заболевания составлен акт о случае профессионального заболевания от 13.07.2017г., согласно которому установлена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по его месту работы. Данный акт был утвержден Главным государственным санитарным врачом по г. Шахты, Усть-Донецкому и Октябрьскому (с) районам.

Акт № от 13.07.2017г. о случае профессионального заболевания был составлен после рассмотрения его комиссией по расследованию случая профессионального заболевания, созданной в соответствии с действующим законодательством самим работодателем, т.е. ОАО «Донуголь».

Согласно положениям вышеуказанного акта о случае профессионального заболевания вины работника в обнаруженном у него профессиональном заболевании не установлено, как и не установлена вина иных лиц, т.е. презюмируется 100% вина работодателя ОАО «Донуголь».

Причинами профессионального заболевания согласно п.18 акта № от 13.07.2017г. о случае профессионального заболевания, послужило длительное воздействие на органы дыхания работника углепородной пыли.

Заключением бюро № филиал ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» от 20.11.2018г. ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием 30%.

В связи с заболеваниями истец неоднократно находился на амбулаторном и стационарном, что подтверждается представленными истцом медицинскими документами.

Согласно п.19 санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 26.09.2016г. № истец 15.09.2015г. в период работы на предприятии ответчика проходил периодический медицинский осмотр. По результатам медицинского осмотра профпатологии не выявлено. Таким образом, профессиональное заболевание у истца впервые установлено только в 2017 году во время работы в ОАО «Донуголь». 20.07.2017г. истцу впервые установлена 30%-ая утрата профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания.

Таким образом, установленные судом обстоятельства дела свидетельствуют о том, что ФИО1 в период работы в ОАО «Донуголь» приобрел профессиональное заболевание, что не позволило ему продолжить свою трудовую деятельность на данном предприятии.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит размер компенсации морального вреда.

Частью 2 статьи 5 ТК РФ предусмотрено, что в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случае их предоставления.

На момент причинения вреда в организациях угольной промышленности РФ действовало «Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ на период с 01.04.2013г. по 31.03.2016г.», продленное до 31.12.2018г.

Положения данного тарифного соглашения распространяют свое действие и на истца, как работника организации угольной промышленности.

Пункт 5.4 указанного Федерального отраслевого соглашения предусматривает возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством РФ) работникам в связи с их трудовым увечьями или профессиональными заболеваниями. Единовременная выплата в счет компенсации морального вреда при получении работником профессионального заболевания выплачивается из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ).

Согласно приказу ГУ РРО ФСС РФ (в лице филиала №) застрахованный ФИО6 повредил здоровье вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в ОАО «Донуголь». Фондом социального страхования ФИО1 была назначена и выплачена единовременная страховая выплата в размере 28 205,40 руб.

Кроме того, ответчик добровольно выплатил истцу компенсацию морального вреда на основании приказа от 23.08.2017г. в размере 33 480 руб.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 248 519,22 руб., из расчета: (51700,77 руб. (среднемесячный заработок) х 20% х30) – 28 205,40 (единовременная страховая выплата) - 33 480 руб.

В обоснование своей позиции о нераспространении положений Отраслевого соглашения по угольной промышленности на ОАО «Донуголь» представитель ответчика ссылается на направление в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения о присоединении к соглашению мотивированного отказа от присоединения к указанному соглашению на период с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг., а также с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГ в соответствии со ст. 48 ТК РФ.

Согласно представленным истцом и его представителем материалам, в федеральном выпуске «Российской газеты» № от ДД.ММ.ГГГГ было опубликовано обращение Министра труда и социальной защиты населения РФ к работодателям организаций угольной промышленности РФ, не участвовавшим в заключении Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, присоединиться к нему на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Мотивированный отказ ОАО «Донуголь» от присоединения к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности РФ на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ поступил в Министерство труда и социальной защиты РФ ДД.ММ.ГГГГг., то есть по истечении установленного ст. 48 ТК РФ 30-дневного срока.

Как следует из ответа начальника Каменоломнинского почтамта УФПС РО – Филиала ФГУП «Почта России» от ДД.ММ.ГГГГ заказная бандероль принята ДД.ММ.ГГГГ в отделении почтовой связи Шахты, время приема по техническим причинам установить не предоставляется возможным. Указанная бандероль отправлена ДД.ММ.ГГГГ, Ростовским-на-Дону МСЦ вышеуказанная бандероль отправлена с первым обменом ДД.ММ.ГГГГ Согласно отчета об отслеживании отправлений, заказная бандероль покинула сортировочный цех Каменоломнинского почтамта ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с отчетом официального сайта Почта России об отслеживании отправления ДД.ММ.ГГГГ бандероль получена адресатом в г. Москва.

Таким образом, суд усматривает из материалов дела, что мотивированный отказ ОАО «Донуголь» от присоединения к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности РФ на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, продленный на период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не только поступил в Минтруд РФ по истечении установленного срока, но и направлен был также по истечении указанного срока, в связи с чем суд приходит к выводу, что ОАО «Донуголь» не отказалось от присоединения к указанному соглашению и его положения подлежат применению в отношении данного работодателя.

В связи с изложенным истец имеет право на возмещение морального вреда, причиненного ему повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве, в размере, предусмотренном Отраслевым соглашением по угольной промышленности, то есть 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из средств Фонда социального страхования Российской Федерации), то есть по более выгодному для него варианту.

В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

В соответствии с п.п.11,13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Как следует из приходного кассового ордера № от 05.04.2019г. ФИО1 оплатил в РОКА им.Д.П.Баранова филиал «Северный Кавказ» в соответствии с соглашением об оказании юридических услуг денежную сумму в размере 20 000 руб.

На основании изложенного, исходя из характера и объема рассматриваемого дела, с учетом принципа разумности и справедливости, принимая во внимание продолжительность рассмотрения и сложность дела, ценность защищаемого права, объем произведенной представителем работы по представлению интересов ФИО1, учитывая, что от представителя ответчика поступили возражения, суд приходит к выводу о взыскании с ОАО «Донуголь» суммы судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб.

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований.

В связи с тем, что истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

взыскать с ОАО «Донуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 248 519,22 руб. и судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб.

Взыскать с ОАО «Донуголь» в местный бюджет госпошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Шахтинский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 03 июня 2019г.

Судья Л.Н. Черепанова