Апелляционное определение № 33-4465/2026 от 22 марта 2026 г.

Судья Мишанина Н.Ю. УИД 16RS0004-01-2025-000281-49

дело № 2-326/2025

№ 33-4465/2026

учет № 185


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе: председательствующего судьи Валишина Л.А., судей Камаловой Ю.Ф., Галимова Р.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ткач П.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Галимова Р.Ф. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Алексеевского районного суда Республики Татарстан от 31 октября 2025 года, которым постановлено: исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительной запись о регистрации права собственности на жилой дом с кадастровым ...., расположенный по адресу: <адрес>, произведенную <дата> за регистрационным номером .... за ФИО1

Признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону от <дата>, выданное нотариусом ФИО3 по наследственному делу ...., зарегистрированное в реестре ...., на жилой дом с кадастровым ...., расположенный по адресу: <адрес>, дата регистрации 5 августа 2011 года за регистрационным .....

Признать недействительной запись о регистрации права на жилой дом с кадастровым ...., расположенный по адресу: <адрес>, произведенную 8 июля 2024 года за регистрационным .... за ФИО1

Взыскать с ФИО1, в пользу ФИО2: расходы за получение Выписки из ЕГРН в сумме 935 руб. 64 коп.; почтовые расходы в сумме 520 руб.; судебные расходы за оплату государственной пошлины в сумме 3 000 руб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, заслушав объяснения ответчика ФИО1, ее представителя ФИО4, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 об оспаривании права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>.

В обоснование иска указал, что на основании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от 16 декабря 1993 года Билярским лесхозом от имени Алексеевского районного Совета народных депутатов передано в совместную собственность ФИО1, ФИО5, ФИО6 жилое помещение, состоящее из двух комнат площадью 47,7 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>. Выписка из реестра АО «БТИ РТ» от 6 июня 2024 года .... подтверждает право собственности указанных граждан по договору на передачу жилого помещения в собственность граждан. После смерти <дата> ФИО7 (до брака – ФИО8) заведено наследственное дело .... к имуществу умершей. Единственным наследником является супруг умершей – истец ФИО2, однако, на тот момент информации о регистрации права собственности за ФИО6 на спорный жилой дом не имелось, в связи с чем, в наследственную массу дом не вошел и свидетельство права на наследство на него истцу не выдавалось. В июне 2024 года ФИО9 (мать умершей) получила дубликат договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от 16 декабря 1993 года, после чего истец обратился к нотариусу за получением свидетельства о праве на наследство на дом, однако был получен ответ, из которого выяснилось, что спорный жилой дом зарегистрирован 5 августа 2011 года за ФИО1 (запись регистрации права ....). При наличии договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от 16 декабря 1993 года и нескольких собственников необходимо установить основания для регистрации права собственности на одного гражданина в целом на объект. Истец просил признать: недействительной запись о регистрации права собственности на жилой дом с кадастровым ...., расположенный по адресу: <адрес>, от 5 августа 2011 года за регистрационным .... за ФИО1; недействительным свидетельства о праве на наследство по закону по закону от 5 июля 2024 года, выданного нотариусом ФИО3 по наследственному делу ...., зарегистрированном в реестре .... на жилой дом с кадастровым ...., расположенный по адресу: <адрес>; недействительной запись о регистрации права собственности на жилой дом с кадастровым ...., расположенный по адресу: <адрес>, произведенную 8 июля 2024 года за регистрационным .... за ФИО1 Также истец просил взыскать с ответчика расходы за получение Выписки из ЕГРН в сумме 935 руб. 64 коп., почтовые расходы в сумме 520 руб., судебные расходы за оплату государственной пошлины в сумме 3 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, суду представил заявление, в котором исковые требования в уточненном виде поддержал, просил рассмотреть дело без его участия.

В судебном заседании ответчик ФИО1 и ее представитель ФИО4 исковые требования не признали, указав, что ФИО1 является единоличной собственницей спорного жилого дома в порядке наследования после смерти своего отца ФИО1 С 2003 года и по настоящее время спорный жилой дом находится в фактическом владении ФИО1 Владение ею домом осуществлялось добросовестно, открыто и непрерывно с 2003 года. При этом, ФИО2 и ФИО5 данным домом не интересовались, расходы по его содержанию не несли. Требование о признании недействительной записи о государственной регистрации права, заявленное истцом является ненадлежащим способом защиты. Кроме того, истек срок исковой давности для оспаривания права собственности. Первичная запись о праве собственности ФИО1 произведена 5 августа 2011 года, 10-летний срок исковой давности истек. А запись о праве собственности ответчицы ФИО1 на данный жилой дом основана на универсальном правопреемстве.

Третье лицо ФИО10 в судебное заседание не явилась, представила ходатайство о рассмотрении дела без ее участия, просила требования истца удовлетворить в полном объеме, поскольку нарушаются права истца и ее права, она также намерена оформить право собственности на спорный жилой дом.

Представитель третьего лица Межмуниципального отдела по Алексеевскому, Алькеевскому и Спасскому районам Управления Росреестра по Республике Татарстан - ФИО11 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без его участия, принять решение на усмотрение суда.

Третье лицо – нотариус Алексеевского нотариального округа Республики Татарстан ФИО3 в судебное заседание не явилась, направила материалы наследственного дела, также просила рассмотреть дело без ее участия.

Третье лицо – нотариус Алексеевского нотариального округа РТ ФИО12, в судебное заседание не явилась, направила материалы наследственного дела.

Судом постановлено решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку судом первой инстанции требования истца неправомерно квалифицированы как негаторные, вследствие неправильно применены нормы об исковой давности. Указывает, что требование, как признание записи о государственной регистрации права недействительным, является ненадлежащим способом защиты вещного права и лжет быть квалифицировано. Истец должен доказать, что фактически владеет объектом - недвижимости, право на который зарегистрировано за другим лицом.

По смыслу пункта 52 Постановления от 29 апреля 2010 № 10/22, правом на иск о признании права собственности отсутствующим обладает только владеющий собственник недвижимости, право которого зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество.

Надлежащим способом защиты прав собственника, в случаях, когда он лишен владения, является виндикационный иск. Предъявленное требование о признании права собственности отсутствующим в ситуации, когда не доказано фактическое владение истцом спорным объектом, удовлетворено судом не может (Определение ВС РФ от 20 апреля 2018 года № 310-ЭС18-4283 по делу № А83-5570/2016).

Кроме того, лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности (п. 58 совместного Постановления Пленума).

Юридически значимое обстоятельство - факт отсутствия владения спорными объектами недвижимости - судом не устанавливался. Как следствие, судом неправильно применены нормы об исковой давности, требование о признании зарегистрированного права отсутствующим является исключительным способом защиты права и может быть заявлено только в интересах владеющего собственника против лица, не являющегося собственником и не владеющего спорным имуществом, за которым неосновательно зарегистрировано право на это недвижимое имущество (определение судебной коллеги по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 6 декабря 2024 года № 18-КГ24-331-К4).

Государственная регистрация является единственным доказательством -Существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке (пункт 1 статьи 2 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее - Закон о регистрации)) посредством оспаривания оснований возникновения (регистрации) права (сделки, ненормативного акта и т.д.). Императивная формулировка названной нормы об оспаривании зарегистрированного права только в судебном порядке означает, что исковое заявление об оспаривании зарегистрированного права должно содержать требование о признании недействительными сделки или ненормативного акта (иного основания возникновения права) независимо от того, является сделка ничтожной или оспоримой, а ненормативный акт - не соответствующим закону (статья 13 Гражданского кодекса).

Основанием для возникновения оспариваемых истцом записей являлась выписка из похозяйственной книги. Согласно статье 25.2 Федерального закона от 21 июля 1997 года «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» № 122-ФЗ (в редакции Федерального закона от 30 июня 2006 года № 93 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации по вопросу оформления в упрощенном порядке прав граждан на отдельные объекты недвижимого имущества») выдаваемая органом местного самоуправления выписка из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок (в случае, если этот земельный участок предоставлен для ведения личного подсобного хозяйства) является основанием для государственной регистрации права собственности гражданина на указанный земельный участок. Требований о признании выписки из похозяйственной книги истцом не заявлено.

В части применения норм об исковой давности указывает следующее. Установленный пунктом 2 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации десятилетний срок исковой давности носит объективный характер и, в отличие от срока, установленного пунктом 1 этой же статьи, начало его течения не зависит от осведомленности истца (реальной или потенциальной) о нарушенном праве и надлежащем ответчике. Спорная запись на имя правопредшественника внесена 5 августа 2011 года и на момент предъявления иска срок объективной давности истек. Запись же универсального правопреемника, внесенная 8 июля 2024 года, юридического значения применительно к исчислению срока не имеет.

Вывод суда о том, что о нарушенном праве истец узнал лишь из ответа нотариуса, полученного в 2024 года, является неправомерным, поскольку судом не установлено, что препятствовало истцу (при имеющихся сведениях о наличии объектов недвижимого имущества, на которые, по мнению истца, он имеет вещное право) узнать о судьбе недвижимого имущества. Однако такие действия истцом совершены лишь после смерти ФИО1 Момент начала исчисления субъективной осведомленности о нарушенном, по мнению истца, праве судом не выяснен, истец в судебном заседание не являлся.

Требование о признании недействительной записи о государственной регистрации права является ненадлежащим способом защиты.

В суде апелляционной инстанции ФИО1, ее представитель ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержали, просили ее удовлетворить.

Также ФИО1 пояснила, что с рождения проживает в спорном доме с мамой. Пояснить, почему первая супруга отца и сводная сестра (наследодатель) не снялись с регистрационного учета, не смогла.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в суд не явились, представителей не направили.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 8 пункта 1 подпункта 3 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из способов защиты гражданских прав является восстановление положения, существовавшего до нарушения права.

В соответствии с частями 2, 4 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу статьи 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В соответствии со статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно части 1 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В соответствии со статьей 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось (часть 2 данной статьи).

Согласно части 1 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Согласно статье 244 Гражданского кодекса Российской Федерации, имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество.

Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона.

По соглашению участников совместной собственности, а при недостижении согласия по решению суда на общее имущество может быть установлена долевая собственность этих лиц.

Согласно части 1 статьи 245 Гражданского кодекса Российской Федерации, если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными.

Согласно статье 69 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости. Государственная регистрация таких прав в Едином государственном реестре недвижимости проводится по желанию их обладателей.

Права на объекты недвижимости, возникающие в силу закона (вследствие обстоятельств, указанных в законе, не со дня государственной регистрации прав), признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости. Государственная регистрация таких прав в Едином государственном реестре недвижимости осуществляется по заявлениям правообладателей, решению государственного регистратора прав при поступлении от органов государственной власти и нотариусов сведений, подтверждающих факт возникновения таких прав, кроме случаев, установленных федеральными законами.

Государственная регистрация прав на объекты недвижимости, указанные в частях 1 и 2 настоящей статьи, в Едином государственном реестре недвижимости обязательна при государственной регистрации перехода таких прав, их ограничения и обременения объектов недвижимости, указанных в частях 1 и 2 настоящей статьи, или совершенной после дня вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» сделки с указанным объектом недвижимости, если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации и настоящим Федеральным законом. Заявление о государственной регистрации указанных в настоящей части прав на объект недвижимости может быть представлено нотариусом, удостоверившим сделку, на основании которой осуществляется государственная регистрация перехода таких прав, их ограничение и обременение указанных объектов недвижимости. Государственная регистрация прав на объекты недвижимости, указанные в части 1 настоящей статьи, также является обязательной при внесении сведений о таких объектах недвижимости как о ранее учтенных в Единый государственный реестр недвижимости в случае, если с заявлением о внесении сведений о соответствующем объекте недвижимости как о ранее учтенном обратился правообладатель объекта недвижимости. В указанном случае заявление о государственной регистрации прав подается одновременно с заявлением о внесении сведений о ранее учтенном объекте недвижимости.

Судом установлено и следует из материалов дела, что согласно договору на передачу жилого помещения в собственность граждан от 16 декабря 1993 года (дубликат) Билярским Лесхозом от имени Алексеевского районного Совета народных депутатов, гражданам ФИО1, ФИО5, ФИО6 в совместную собственность передано жилое помещение площадью 47,7 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>. На странице 2 договора указано, что он является свидетельством о праве собственности на квартиру, зарегистрирован у Главы администрации Алексеевского района Республики Татарстан 16 декабря 1993 года за регистрационным номером ...., и в органе БТИ Алексеевского района Республики Татарстан от 1 апреля 1994 года за регистрационным номером .... (л.д. 8-10).

Согласно справке Алексеевского подразделения Нурлатского филиала АО «Бюро технической инвентаризации и кадастровых работ Республики Татарстан» настоящий дубликат договора на передачу жилого помещения в собственность граждан, выданный 6 июня 2024 года за .... Алексеевским подразделением Нурлатского филиала АО «БТИ РТ» взамен утраченного договора на передачу жилого помещения в собственность граждан, зарегистрированного Главой администрации Алексеевского района 16 декабря 1993 года за .... на основании архивных данных за 1 апреля 1994 года за .... страница ...., книга .... (л.д. 10).

Согласно выписке из реестра объектов жилищного фонда и иных объектов недвижимого имущества Алексеевского подразделения Нурлатского филиала АО «БТИ РТ» .... от 6 июня 2024 года жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, зарегистрирован на праве совместной собственности за ФИО1, ФИО5, ФИО6 на основании Договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от <дата> за ...., зарегистрированного в Алексеевском БТИ от 1 апреля 1994 года за ...., копия оригинала которого хранится в архиве организации технической инвентаризации и зарегистрирована в реестровой книге ...., страница ...., реестровый .... (л.д. 12).

Книгой .... правовой регистрации приватизированных квартир (окончательная регистрация) и книгой .... регистрации приватизированных домов, квартир подтверждается регистрация в органах БТИ права общей совместной собственности ФИО1, ФИО5, ФИО6 на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес> (л.д. 188-190, 191-194).

7 сентября 2007 года между ФИО2 и ФИО6 заключен брак, жене присвоена фамилия Порошенко.

Из материалов наследственного дела .... от 24 января 2011 года следует, что ФИО7, <дата> г.р., умерла <дата>. Наследником, обратившимся с заявлением о принятии наследства и оформившим свои наследственные права, после ее смерти является ФИО2 Наследственное имущество состоит из автомобиля Шевролет Лачетти, 2009 года выпуска, выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 15 июня 2011 года.

Согласно справке нотариуса Алексеевского нотариального округа Республики Татарстан ФИО12 от 20 августа 2024 года ...., по состоянию на 20 августа 2024 года ФИО2 является единственным наследником, обратившимся к нотариусу. Собственником жилого дома по адресу: <адрес>, ФИО9 матерью ФИО13 был предъявлен документ (дубликат договора жилого помещения в собственность граждан от 16 декабря 1993 года, зарегистрированный у Главы администрации <адрес> Республики Татарстан <дата> за регистрационным номером .... и в БТИ Алексеевского района Республики Татарстан от 1 апреля 1994 года за регистрационным номером ...., подтверждающий право общей совместной собственности на жилой дом по адресу: <адрес>. По сведениям из ЕГРН выяснилось, что жилой дом с кадастровым номером ...., находящийся по адресу: <адрес>, зарегистрирован 5 августа 2011 года за регистрационным номером .... за ФИО1. По имеющимся сведениям, ФИО1 умер <дата>. Наследственное дело заведено у нотариуса Алексеевского нотариального округа Республики Татарстан ФИО3 В связи с чем, выдать свидетельство о праве на наследство по закону на причитающуюся долю в праве общей долевой собственности на жилой дом невозможно (л.д. 13).

Согласно материалам наследственного дела .... наследником, обратившимся к нотариусу, принявшим наследство и оформившим свои наследственные права после ФИО1, умершего <дата>, является его дочь ФИО1.

В число имущества, вошедшего в наследственную массу после его смерти, также вошел жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Ранее умерший ФИО1 зарегистрировал свое единоличное право собственности на жилой дом с кадастровым .... и земельный участок с кадастровым ...., расположенные по адресу: <адрес>, на основании Выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок, выданной руководителем Исполнительного комитета Билярского сельского поселения Алексеевского МР РТ ФИО14 от 18 марта 2011 года, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от 5 августа 2011 года серии .... и ..... Указанные обстоятельства подтверждаются реестровым делом ...., представленным филиалом ППК «Роскадастр» по Республике Татарстан по запросу суда.

В настоящее время ФИО1 является собственницей жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес>, на основании свидетельств о праве на наследство по закону от 5 июля 2024 года, выданных нотариусом Алексеевского нотариального округа ФИО3 по наследственному делу ...., зарегистрированных в реестре за ...., дата государственной регистрации права <дата> за регистрационным .... (л.д. 62-63, 82-141).

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 218, 244, 245, 1111, 1112, 1142, 1152, 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьей 69 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, включая договор на передачу жилого помещения в собственность граждан от 16 декабря 1993 года, выписку из реестра АО «БТИ РТ», материалы наследственных дел, реестровое дело на объект недвижимости, установив, что на основании договора приватизации от 16 декабря 1993 года спорный жилой дом был передан в общую совместную собственность ФИО1, ФИО5 и ФИО6, при этом право общей совместной собственности было зарегистрировано в установленном на тот момент порядке в органах БТИ, что в силу статьи 69 Закона о регистрации недвижимости является юридически действительным и приравненным к записям ЕГРН, а также установив, что в 2011 году ФИО1 единолично зарегистрировал право собственности на указанный жилой дом на основании выписки из похозяйственной книги, что противоречит ранее возникшему праву общей совместной собственности трех лиц, пришел к выводу, что регистрация права собственности на жилой дом за ФИО1 является незаконной, поскольку нарушает права остальных сособственников – ФИО5 и ФИО6 (наследником которой является истец Д.А. Порошенко), в связи с чем признал недействительной запись о регистрации права собственности от 5 августа 2011 года за ФИО1 Поскольку последующая регистрация права собственности за ответчиком ФИО1 произведена на основании свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО1, которое было выдано на имущество, не принадлежавшее наследодателю на законных основаниях, суд также признал недействительными указанное свидетельство о праве на наследство и запись о регистрации права собственности за ФИО1 от 8 июля 2024 года. Отказывая в применении последствий пропуска срока исковой давности суд указал, что на заявленные требования исковая давность не распространяется в силу абзаца 5 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд, установив, что истец, являясь наследником умершей ФИО6, приняла наследство в виде иного имущества, что в силу части 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации означает принятие всего причитающегося наследства, включая долю в спорном жилом доме, а также что о нарушении своего права истец узнал только 20 августа 2024 года из письма нотариуса, пришел к выводу о необоснованности заявления ответчика о пропуске срока исковой давности, в связи с чем удовлетворил исковые требования в полном объеме, взыскав с ответчика в пользу истца понесенные судебные расходы.

Судебная коллегия не соглашается с данными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1).

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства (пункт 2).

В пункте 5 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Судебная коллегия не соглашается с выводами суда первой инстанции в части применения положений статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям по следующим основаниям.

Пункт 5 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется в случаях, когда имущество находится во владении истца, а ответчик совершает действия, препятствующие осуществлению истцом правомочий пользования и распоряжения своим имуществом (негаторный иск). В таких ситуациях срок исковой давности не применяется, поскольку нарушение права носит длящийся характер и владение у истца не изымается.

В рассматриваемом же деле истец ФИО2 никогда не владел спорным имуществом, не проживал в жилом доме, не нес бремя его содержания, не вступал во владение указанным объектом недвижимости. Наследодатель ФИО7 являлась не владеющим собственником спорного имущества. На момент обращения в суд имущество находилось в фактическом владении и пользовании ответчика ФИО1, что сторонами не оспаривалось. Следовательно, заявленные истцом требования о признании недействительными записей о регистрации права собственности и свидетельства о праве на наследство фактически направлены на истребование имущества из чужого незаконного владения (виндикация), что исключает возможность применения к данным правоотношениям положений статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации о неприменении исковой давности. В данном случае подлежат применению общие правила исковой давности, установленные статьями 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», положения, предусмотренные абзацем 5 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, не применяются к искам, не являющимся негаторными (например, к искам об истребовании имущества из чужого незаконного владения). К искам об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения применяется общий срок исковой давности, исчисляемый со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что истец ФИО2, являясь супругом ФИО6 (дочери ФИО1), имел возможность и должен был знать о составе наследственного имущества после смерти своей супруги, а также о регистрации права на жилой дом за ее отцом, которая была произведена 5 августа 2011 года. При этом истец обратился с заявлением о принятии наследства после смерти супруги 24 января 2011 года, и 15 июня 2011 года ему было выдано свидетельство о праве на наследство на автомобиль, то есть именно в период оформления наследственных прав (январь-июнь 2011 года) истец активно взаимодействовал с нотариусом, имел возможность выяснить состав наследственного имущества и получить сведения о зарегистрированных правах на жилой дом, в котором у наследодателя имелась 1/3 доля. Регистрация права собственности ФИО1 на спорный жилой дом носила открытый характер, сведения о зарегистрированном праве были внесены в Единый государственный реестр недвижимости 5 августа 2011 года, то есть спустя менее чем два месяца после выдачи истцу свидетельства о праве на наследство. При этом истец, действуя разумно и добросовестно, при должной степени заботливости и осмотрительности, мог и должен был узнать о существующей регистрации права за ФИО1 значительно раньше 2024 года. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что истец принимал какие-либо меры для выяснения судьбы жилого дома в период с 2011 по 2024 год. Более того, именно в 2011 году, в период, когда истец оформлял наследственные права после смерти супруги (наследственное дело ...., заявление подано 24 января 2011 года, свидетельство выдано 15 июня 2011 года), была произведена оспариваемая регистрация права собственности за ФИО1 (5 августа 2011 года). Ссылка истца на письмо нотариуса от 20 августа 2024 года как на момент, когда он узнал о нарушении своего права, не может быть признана обоснованной, поскольку истец, при должной осмотрительности, мог узнать о нарушении своего права еще в 2011 году, непосредственно после регистрации права за ФИО1

Частью 3 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее Федеральный закон № 100-ФЗ) предусмотрено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции этого Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. По правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

В соответствии с частью 9 статьи 3 этого же Федерального закона установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Десятилетние сроки, предусмотренные п. 1 ст. 181, п. 2 ст. 196 и п. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

Так, единоличное право собственности на спорное имущество ФИО1 было оформлено до 1 сентября 2013 года - вступления в силу Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации».

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» следует, что началом течения десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен. Названный срок применяется судом по заявлению стороны в споре. Вместе с тем истцу не может быть отказано в защите права, если до истечения десятилетнего срока имело место обращение в суд в установленном порядке или обязанным лицом совершены действия, свидетельствующие о признании долга. Десятилетний срок, установленный пунктом 2 статьи 196 ГК РФ, не подлежит применению к требованиям, на которые в соответствии с законом исковая давность не распространяется (например, статья 208 ГК РФ).

Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года и применяться не ранее 1 сентября 2023 года (п. 9 ст. 3 Федерального закона N 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28 декабря 2016 г. N 499-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу изложенного, с учетом того, что единоличное право собственности на спорное имущество ФИО1 было оформлено до 1 сентября 2013 года, десятилетний срок исчисляется с указанной даты и на момент обращения с иском в суд по данному спору истек.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, решение Алексеевского районного суда Республики Татарстан от 31 октября 2025 года об удовлетворении исковых требований подлежит отмене, с принятием нового решения о полном отказе исковых требований.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Алексеевского районного суда Республики Татарстан от 31 октября 2025 года по данному делу отменить, принять новое решение, которым в удовлетворении иска ФИО2 к ФИО1 об оспаривании права собственности на жилой дом отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 31 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи