Апелляционное постановление № 22К-1376/2025 от 8 сентября 2025 г. по делу № 3/1-224/2025

Судья: Примак М.В. № 22к-1376/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 9 сентября 2025 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего Станкевич Т.Э.,

при секретаре Молчановой Г.В.,

с участием прокурора Ядыкиной А.А.,

обвиняемого М.,

его защитников – адвокатов Лихачева Б.В., Данилова Г.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитника-адвоката Кельбаса В.В. поданной в интересах обвиняемого М. на постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 21 июля 2025 года, по которому в отношении

М., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ

продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 5 месяцев 30 суток, то есть до 25 сентября 2025 года; в удовлетворении ходатайства обвиняемого и его защитников об изменении меры пресечения на более мягкую отказано;

доложив материалы дела и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого М. путем видео-конференц-связи и его защитников – адвокатов Лихачева Б.В. и Данилова Г.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Ядыкиной А.А., возражавшей против отмены и изменения постановления суда,

У С Т А Н О В И Л :

В апелляционной жалобе адвокат Кельбас В.В. считает, что правовых оснований, предусмотренных ст.ст. 97,99,100 УПК РФ, по которым обвиняемому могла быть избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в отношении М. не имеется. Выводы суда об обратном, являются надуманными и не подтверждены фактическими данными.

Цитируя Постановления Конституционного Суда РФ от 24 июня 2009г. года №11-П, от 20 июля 2011 года №20-П, от 22 марта 2005 года № 4-П, Определение Конституционного Суда РФ от 14 июля 1998 г. №86-О указывает, что вопрос об ограничении права гражданина на свободу и личную неприкосновенность, в связи с необходимостью изоляции лица от общества в виде заключения под стражу в уголовном процессе не может решаться произвольно или исходя только из формальных условий. Вместе с тем, полагает, что при вынесении оспариваемого постановления, судом были учтены лишь формальные основания, связанные со степенью тяжести, предъявленного М. обвинения. В то время, как выводы суда о возможности М. скрыться, опровергаются материалами дела, свидетельствующими о том, что М. добровольно передал свой заграничный паспорт следственному органу.

Считает, что судом без должной оценки оставлены сведения о личности М.. который ранее не судим, женат, трудоустроен, имеет на иждивении несовершеннолетних детей, положительно характеризуется, активно помогает участникам СВО, имеет постоянное место жительства и устойчивые социальные связи.

Полагает выводы суда о том, что М. может продолжить заниматься преступной деятельностью, голословными, равно как и ссылку в оспариваемом постановлении на то, что М. обладает широкими связями среди предпринимателей, представителей правоохранительных органов и криминальной среды региона, в связи с чем может предпринять попытки оказания давления на участников уголовного судопроизводства. Считает, что представленная суду из УФСБ России по Калининградской области оперативная информация, не могла быть принята судом, поскольку не проверялась в установленном УПК РФ порядке.

Приводит доводы о формальном подходе суда к рассмотрению ходатайства, в связи с наличием в постановлении выводов, с указанием на иного фигуранта по данному уголовному делу.

Полагает, что убедительных мотивов, по которым длительность пребывания М. под стражей обусловлена необходимостью проведения по делу процессуальных действий, равно как и сведений о том, что М., находясь на свободе, сможет скрыться от органов следствия и суда, воспрепятствовать производству по делу, в постановление суда не отражено. Полагает, что интересы правосудия могут быть обеспечены путем избрания в отношении М. меры пресечения, не связанной с заключением под сражу. Только тяжесть предъявленного обвинения не может служить основанием для длительного содержания обвиняемого под стражей. Просит постановление суда отменить, изменить М. меру пресечения с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении, либо на домашний арест.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного постановления.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч.3 ст.108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев.

Эти требования закона соблюдены судом при решении вопроса о продлении срока содержания М. под стражей.

Ходатайство подано следователем в рамках расследуемого уголовного дела, с согласия уполномоченного руководителя следственного органа.

Срок содержания М. под стражей продлен в соответствии с требованиями ст. 109 УПК РФ, в пределах срока предварительного следствия, который был установлен руководителем следственного органа до 25 сентября 2025 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую, или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы, данных о том, что необходимость избранной в отношении М. меры пресечения в виде заключения под стражу отпала, либо изменились основания, влекущие изменение избранной меры пресечения, в судебном заседании не установлено.

Как следует из представленных материалов, М. обоснованно задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ 26 марта 2025 года по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст. 91 УПК РФ, порядок его задержания не нарушен, протокол задержания подписан подозреваемым и его защитником после личного прочтения, без замечаний.

Согласно представленным суду материалам, М. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренногоч.2 ст. 213 УК РФ, которое отнесено к категории тяжких, санкция которого предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до семи лет.

Представленные суду материалы содержат достаточные данные об имевшем место событии преступления и фактические данные, свидетельствующие о наличии у органа предварительного расследования разумных оснований для осуществления уголовного преследования обвиняемого, чему суд первой инстанции, не входя в обсуждение вопроса о виновности М., дал должную оценку в обжалуемом постановлении и которые также установлены и проверены вступившим в законную силу постановлением суда об избрании М. меры пресечения. Вопреки доводам жалобы, сведений о том, что на данном этапе производства по делу они изменились или утратили свою значимость, в представленных материалах не имеется и в апелляционной жалобе не приведено.

Вопреки доводам стороны защиты, оценивая не только тяжесть предъявленного М. обвинения, которое характеризуется высокой степенью общественной опасности, направлено против общественного порядка, но и сведения об осведомленности М. о личностях лиц, как подлежащих привлечению с ним к уголовной ответственности, так и лиц, являющихся свидетелями по делу, все из которых проживают в пгт. Янтарный, а также об иных фигурантах уголовного дела, равно как и то, что являясь депутатом окружного совета муниципального образования «Янтарный городской округ» Калининградской области, М. обладает обширными связями в среде предпринимателей и сотрудников правоохранительных органов, судом сделан обоснованный и мотивированный вывод о том, что с мерой пресечения, не связанной с заключением под стражу, М., под тяжестью наказания, которое может быть ему назначено, может предпринять попытку скрыться от следствия и суда, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, воспрепятствовав, таким образом, производству по уголовному делу.

То обстоятельство, что М. добровольно передал свой заграничный паспорт органу предварительного расследования, а также указание защитников на то, что предварительное расследование по делу завершено, приведенных выше выводов суда не опровергает, поскольку само по себе не исключает совершения М. действий, могущих стать препятствием надлежащему окончанию предварительного расследования и последующему рассмотрению дела судом.

Вопреки доводам жалобы, при решении вопроса о продлении М. меры пресечения, суд в полной мере учел сведения о положительной характеристике личности М., наличии у него на иждивении двоих несовершеннолетних детей, постоянного места жительства и работы, оказание помощи военнослужащим в зоне проведения Специальной военной операции и отсутствие у него судимости. Однако, с учетом приведенных выше сведений о характере и степени общественной опасности инкриминированного ему преступления и сведений, позволивших придти к выводу о возможности М. воспрепятствовать производству по уголовному делу, суд обоснованно счел невозможным избрание ему иной более мягкой меры пресечения, о чем ходатайствовала сторона защиты, мотивированно указав на то, что более мягкие меры пресечения не могут служить гарантией соблюдения баланса прав участников уголовного судопроизводства и исключить совершение М. действий, могущих стать препятствием как предварительному расследованию на его завершающем этапе, так и рассмотрению дела судом.

Ссылка суда на информацию, полученную в результате ОРМ, вопреки доводам жалобы, основанием к отмене постановления суда не является, поскольку не свидетельствует о незаконности выводов суда о необходимости продления М. меры пресечения, с учетом приведенных в постановлении ссылок суда на иные фактические данные, свидетельствующие в совокупности о невозможности избрания М. меры пресечения, не связанной с заключением под сражу.

Суд принимает во внимание, что после возбуждения уголовного дела в отношении М., последний покинул место постоянного жительства, перестал передвигаться на принадлежащем ему транспортном средстве, в связи с чем 26 марта 2025 г. был объявлен в розыск.

Содержащиеся в постановлении выводы суда о необходимости продления обвиняемому меры пресечения и невозможности изменения ему меры пресечения на более мягкую, основаны на исследованных в судебном заседании с участием сторон материалах дела, данных о личности обвиняемого, с приведением конкретных фактических обстоятельств, на основании которых суд принял обжалуемое решение, и отверг доводы стороны защиты.

Неэффективной организации предварительного расследования и фактов волокиты в действиях лиц, производящих предварительное расследование, вопреки доводам защитника, приведенным в суде апелляционной инстанции, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Принятое судом первой инстанции решение соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену постановления, судом не допущено.

Вопреки доводам жалобы, указание на листе 5 в абзаце 4 Постановления суда фамилии второго фигуранта Р. вместо М., является явной технической опиской, основанием для освобождения обвиняемого из-под стражи являться не может и подлежит исправлению в порядке исполнения судебного решения

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 21 июля 2025 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого М. оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Кельбаса В.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Судья: подпись. Копия верна

Судья: Т.Э. Станкевич