Апелляционное определение № 33-3277/2026 от 7 апреля 2026 г.

УИД 81RS0001-01-2025-000268-77

Дело № 33-3277/2026 (2-10/2026)

Мотивированное апелляционное

определение составлено 08.04.2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 30.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Казакова М.В.

судей Бабиновой Н.А., Букатиной Ю.П.

при секретаре судебного заседания Штейниковой Н.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО1 об отмене исполнительной надписи нотариуса

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Косинского районного суда Пермского края от 15.01.2026.

Заслушав доклад судьи Казакова М.В., пояснения представителя заявителя ФИО2, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 (далее заявитель, должник) обратился в суд с заявлением об отмене исполнительной надписи нотариуса, указав, что 14.05.2025 заявителю стало известно о совершении нотариусом Косинского нотариального округа Пермского края Е. исполнительной надписи № ** от 23.04.2025 о взыскании с него кредитной задолженности в пользу взыскателя акционерного общества «Газпромбанк» (далее взыскатель, АО «Газпромбанк», банк), с чем не согласен, ссылается на неуведомление кредитором и нотариусом о совершении исполнительной надписи.

Решением Косинского районного суда Пермского края от 15.01.2026 в удовлетворении заявления ФИО1 об отмене исполнительной надписи нотариуса Косинского нотариального округа Пермского края Е. № ** от 23.04.2025 отказано.

С данным решением не согласился заявитель ФИО1, который обратился с апелляционной жалобой с просьбой решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении его заявления. В обоснование жалобы указал, что суд первой инстанции пришел к выводу о наличии бесспорности требований взыскателя, ограничившись формальной проверкой представленных банком документов, не проверив их содержание и правомерность, не исследовал основания и размер требований. Суд неправомерно признал надлежащим уведомление ФИО1 при отсутствии факта получения требований банка, что подверждается возвратом почтовых отправлений по истечении срока хранения. Применяя статью 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции подменил специальное правовое регулирование, установленное Основами законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденными Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, общими положениями гражданского законодательства. Между тем, судебная практика исходит из того, что при разрешении споров об отмене исполнительной надписи нотариуса приоритет имеет специальный порядок, направленный на защиту прав должника. Бремя доказывания надлежащего уведомления должника лежит на нотариусе и взыскателе, а не на должнике. Суд первой инстанции указал на пропуск заявителем срока обращения в суд, предусмотренного часть 2 статьи 310 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не установив достоверно момент, когда заявителю стало известно о совершении нотариального действия, и не дав оценки его добросовестности.

От АО «Газпромбанк» поступили возражения на апелляционную жалобу с просьбой оставить решение без изменения, апелляционную жалобу заявителя без удовлетворения.

Представитель заявителя ФИО2 суде апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о слушании извещены, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, об отложении судебного заседания не просили, в связи с чем в соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судебной коллегией при указанной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 19.12.2022 между Банк ГПБ (АО) и ФИО1 заключен кредитный договор №** по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в размере 1 466 666,67 руб. на срок по 12.12.2027 (л.д. 22-24).

Стороны договорились о праве банка на взыскание задолженности по договору без обращения в суд на основании исполнительной надписи нотариуса, совершенной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (пункт 22 индивидуальных условий) (л.д. 23 оборот).

Обязательства по возврату денежных средств заемщик исполнял ненадлежащим образом, в связи с чем банк 05.03.2025 направил должнику требование о полном досрочном погашении задолженности, указав, что в случае неоплаты суммы задолженности по 04.04.2025 (включительно) банк намерен обратиться, в том числе, к нотариусу с требованием о вынесении исполнительной надписи нотариуса (л.д. 40-43).

Согласно отчетам об отслеживании отправления, требование о наличии задолженности и досрочном ее погашении 11.03.2025 прибыло в место вручения по адресу регистрации: **** и возвращено отправителю 11.04.2025 по истечении срока хранения; 10.03.2025 прибыло в место вручения по адресу места проживания: **** возвращено отправителю 10.04.2025 по истечении срока хранения (л.д. 57-59).

В связи с неисполнением обязанностей по возврату кредита 16.04.2025 банк обратился удаленно с заявлением к нотариусу о совершении исполнительной надписи с приложением всех необходимых документов: копии договора, расчета задолженности, требования о погашении задолженности (л.д. 20-50) с указанием информации о направлении уведомлений (требований) должнику, что подтверждается списком внутренних почтовых отправлений (л.д. 44-46).

Сведений о наличии спора в связи с заключением кредитного договора не имелось, на дату подачи заявления срок исполнения обязательства не истек.

23.04.2025 нотариусом Косинского нотариального округа Пермского края Е. по заявлению Банка ГПБ (АО) совершена исполнительная надпись, которой присвоен уникальный регистрационный номер нотариального действия – **, о взыскании задолженности по договору № ** от 19.12.2022, образовавшейся в период с 12.12.2024 по 16.04.2025 в размере суммы основного долга – 1 062 454,98 руб. и процентов – 78 592,69 руб., а также расходов, понесенных взыскателем в связи с совершением исполнительной надписи, в размере 9 055,24 руб., всего 1 150 102,91 руб. (л.д. 51).

23.04.2025 нотариусом в адрес должника направлены извещения (уведомление) о совершенной исполнительной надписи (л.д. 52-56), не согласившись с которой заявитель ФИО1 обратился 17.12.2025 в суд (л.д. 4-14).

Установив данные обстоятельства и руководствуясь статьями 165.1, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 89, 90, 91, 91.1, 91.2 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ФИО1

В частности суд пришел к выводу, что со стороны нотариуса и банка не допущено каких-либо нарушений действующего законодательства, действия нотариуса и исполнительная надпись произведены в соответствии с требованиями закона.

Доводы заявителя о том, что банк не уведомил его о совершении исполнительной надписи, суд признал необоснованными, поскольку 05.03.2025 банком в адреса, указанные заемщиком в кредитных документах (адрес регистрации и адрес фактического проживания), направлены требования (уведомления) о досрочном погашении задолженности и взыскании задолженности, в том числе по исполнительной надписи в случае неисполнении требования (л.д. 40-43), что также соответствует требованиям статьи 91.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Отклоняя доводы заявителя о том, что он не был уведомлен нотариусом о совершенной исполнительной надписи, суд указал, что извещение о совершении нотариального действия было направлено нотариусом ФИО1 заказным почтовым отправлением 23.04.2025, то есть в день вынесения исполнительной надписи. При этом суд отметил, что действующее законодательство не возлагает на нотариуса обязанность по уведомлению заемщика о поступившем от кредитора заявлении о совершении исполнительной надписи и не содержит требований о необходимости получения нотариусом какого-либо дополнительного согласия заемщика на взыскание задолженности по исполнительной надписи нотариуса.

Поскольку уведомления, содержащие юридически значимую корреспонденцию, банком и нотариусом были направлены по адресам, указанным самим заемщиком в кредитной документации, доказательств уведомления кредитора о смене места жительства заявителем не представлено, суд пришел к выводу, что обязательства банка об уведомлении должника о наличии задолженности не менее чем за 14 дней до обращения к нотариусу за совершением исполнительной надписи и обязанность нотариуса направить извещение о совершенной исполнительной надписи в течение трех рабочих дней после ее совершения, исполнены.

Суд также пришел к выводу, что ФИО1 пропустил установленный частью 2 статьи 310 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации срок для обжалования нотариального действия, поскольку о совершенной исполнительной надписи заявителю стало известно 14.05.2025, а заявление подано в Дзержинский районный суд г.Перми только 21.11.2025, в Косинский районный суд Пермского края – 17.12.2025.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на положениях законодательства, соответствуют установленным обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с частью 1 статьи 310 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо, считающее неправильными совершенное нотариальное действие или отказ в совершении нотариального действия, вправе подать заявление об этом в суд по месту нахождения нотариуса или по месту нахождения должностного лица, уполномоченного на совершение нотариальных действий.

Согласно части 2 статьи 310 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление подается в суд в течение 10 дней со дня, когда заявителю стало известно о совершенном нотариальном действии или об отказе в совершении нотариального действия.

Согласно статье 89 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, исполнительная надпись нотариуса совершается на копии документа, устанавливающего задолженность. При этом на документе, удостоверяющем задолженность, проставляется отметка о совершенной исполнительной надписи нотариуса.

В случае, если лицо обращается за совершением исполнительной надписи удаленно, исполнительная надпись совершается с учетом требований статьи 44.3 настоящих Основ в виде электронного документа, формат которого установлен в соответствии с законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве (часть 3 статьи 89 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1).

В соответствии со статьей 90 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, документами, по которым взыскание задолженности производится в бесспорном порядке на основании исполнительных надписей, являются, в частности, кредитные договоры, за исключением договоров, кредитором по которым выступает микрофинансовая организация, при наличии в указанных договорах или дополнительных соглашениях к ним условия о возможности взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса.

Согласно статье 91.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, нотариус совершает исполнительную надпись на основании заявления в письменной форме взыскателя, а также в случае его обращения за совершением исполнительной надписи в порядке, предусмотренном ст. 44.3 настоящих Основ, при условии представления документов, предусмотренных статьей 90 настоящих Основ, расчета задолженности по денежным обязательствам, подписанного взыскателем, с указанием платежных реквизитов счета взыскателя, копии уведомления о наличии задолженности, направленного взыскателем должнику не менее чем за 14 дней до обращения к нотариусу за совершением исполнительной надписи, документа, подтверждающего направление указанного уведомления.

В соответствии со статьей 91 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, исполнительная надпись совершается, если:

1) представленные документы подтверждают бесспорность требований взыскателя к должнику;

2) со дня, когда обязательство должно было быть исполнено, прошло не более чем 2 года.

Согласно положениям статей 89-92 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от дата **, бесспорность совершения исполнительной надписи означает наличие в кредитном договоре условия о взыскании задолженности по исполнительной надписи.

Согласно статьей 91.2 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, о совершенной исполнительной надписи нотариус направляет извещение должнику в течение трех рабочих дней после ее совершения.

Заявление ФИО1 об отмене исполнительной надписи нотариуса не подлежит удовлетворению ввиду отсутствия правовых оснований для признания совершенного нотариального действия незаконным. Вопреки утверждениям заявителя, бесспорность требований АО «Газпромбанк» подтверждается совокупностью представленных доказательств, а не ограничивается лишь формальным наличием условия о внесудебном взыскании в кредитном договоре.

Материалы дела достоверно свидетельствуют о том, что между сторонами был заключен кредитный договор № ** от 19.12.2022, заемщик получил денежные средства в размере 1 466 666,67 руб., однако обязательства по их возврату исполнял ненадлежащим образом. Расчет задолженности, представленный банком нотариусу, проверен и признан обоснованным, размер основного долга (1 062 454,98 руб.) и процентов (78 592,69 руб.) подтвержден выписками по счету и не оспорен заявителем по существу.

Доказательств погашения задолженности либо наличия между сторонами спора о праве, который исключал бы возможность совершения исполнительной надписи, ФИО1 не представлено ни нотариусу, ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции.

Таким образом, требование взыскателя носило бесспорный характер, поскольку его обоснованность и размер документально подтверждены и не вызывали сомнений у нотариуса при совершении нотариального действия.

Процедура уведомления должника, предшествующая обращению к нотариусу, была соблюдена банком в полном соответствии с требованиями статьи 91.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1.

Заявитель ссылается на то, что не получал требований банка о досрочном погашении задолженности, однако материалы дела содержат доказательства направления таких требований 05.03.2025 заказными почтовыми отправлениями по двум адресам: адресу регистрации (****) и адресу фактического проживания, указанному самим заемщиком в кредитных документах (****). Согласно отчетам об отслеживании, оба отправления прибыли в места вручения 10.03.2025-11.03.2025 и были возвращены отправителю по истечении срока хранения. Риск неполучения юридически значимой корреспонденции, направленной по надлежащим адресам, несет адресат, и заявитель не представил доказательств того, что он уведомлял банк об изменении своего места жительства или что почтовая связь не функционировала надлежащим образом.

Таким образом, банк выполнил обязанность по направлению уведомления о наличии задолженности не менее чем за 14 дней до обращения к нотариусу, что подтверждено списком внутренних почтовых отправлений и отчетами об отслеживании.

Что касается доводов заявителя о ненадлежащем уведомлении со стороны нотариуса, то суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что нотариус Косинского нотариального округа Пермского края Е. действовала в строгом соответствии с требованиями статьи 91.2 Основ законодательства о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, согласно которой извещение должнику направляется в течение трех рабочих дней после совершения исполнительной надписи, а не до ее совершения.

Материалами дела подтверждено, что 23.04.2025 – в день совершения исполнительной надписи № ** – нотариусом заказным почтовым отправлением было направлено извещение должнику по тому же адресу регистрации.

Действующее законодательство не возлагает на нотариуса обязанности по предварительному уведомлению должника о поступившем заявлении взыскателя, не требует получения согласия должника на совершение исполнительной надписи и не предоставляет должнику права на представление возражений нотариусу до совершения нотариального действия. Такой порядок прямо предусмотрен законом, и нотариус не вправе выходить за его пределы, оценивая по существу возможные возражения должника, которые могут быть заявлены только в судебном порядке после совершения исполнительной надписи.

Следовательно, у нотариуса отсутствовали правовые основания для отказа в совершении исполнительной надписи.

При таких обстоятельствах заявление ФИО1 не подлежит удовлетворению, поскольку нотариусом при совершении исполнительной надписи не было допущено нарушений требований закона, бесспорность требований взыскателя подтверждена совокупностью представленных документов, процедура уведомления должника как кредитором, так и нотариусом соблюдена, а сам заявитель, будучи надлежащим образом осведомленным о заключенном кредитном договоре и его условиях, включая право банка на внесудебное взыскание, не представил доказательств, опровергающих наличие и размер задолженности либо свидетельствующих о незаконности действий нотариуса.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции ограничился формальной проверкой представленных банком документов и не исследовал основания и размер требований по существу, отклоняется судебной коллегией. Суд первой инстанции исследовал кредитный договор, график платежей, расчет задолженности, выписки по счету, требования банка о досрочном погашении и доказательства их направления. Само по себе отсутствие возражений должника относительно расчета задолженности не свидетельствует о формальном подходе суда, а напротив, указывает на то, что заявитель не оспорил ни факт заключения договора, ни факт получения денежных средств, ни период образования задолженности, ни арифметическую правильность расчета. Более того, в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, опровергающие размер взыскиваемой суммы, равно как и доказательства частичного или полного погашения задолженности после совершения исполнительной надписи. Таким образом, суд первой инстанции, исследовав все представленные доказательства в их совокупности, пришел к верному выводу о документальной подтвержденности и бесспорности требований взыскателя, что полностью соответствует положениям статей 89, 91 Основ законодательства о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1.

Довод жалобы о том, что суд неправомерно признал надлежащим уведомление ФИО1 при отсутствии факта получения им требований банка, подтвержденное возвратом почтовых отправлений по истечении срока хранения, также подлежит отклонению как основанный на неверном толковании норм материального права. Судебная коллегия считает необходимым разъяснить, что действующее гражданское законодательство, в частности статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, связывает юридически значимые последствия не с фактом фактического получения корреспонденции адресатом, а с фактом ее направления по надлежащему адресу, указанному самим адресатом. Заявитель при заключении кредитного договора собственноручно указал адрес регистрации и адрес фактического проживания и именно по этим адресам банк направил требования за 14 дней до обращения к нотариусу. Отправления не были вручены по причине истечения срока хранения корреспонденции в отделении почтовой связи, что в силу приведенной нормы права приравнивается к надлежащему уведомлению, поскольку адресат несет риск неполучения корреспонденции по обстоятельствам, зависящим от него самого. Заявитель не известил банк об изменении места жительства, не обеспечил получение почтовой корреспонденции по адресам, которые сам же и сообщил кредитору, а потому не вправе ссылаться на отсутствие уведомления. Суд первой инстанции обоснованно применил статью 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку она является общей нормой, определяющей момент получения юридически значимых сообщений, и ее применение не противоречит специальному регулированию Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, которое не устанавливает иных правил исчисления срока уведомления применительно к неполучению корреспонденции адресатом.

Довод апеллянта о том, что суд первой инстанции, применяя статью 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, подменил специальное правовое регулирование общими положениями гражданского законодательства, признается несостоятельным. Основы законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденные Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 № 4463-1, регламентируют процедуру совершения исполнительной надписи, включая требования к уведомлению должника, но не содержат норм, определяющих момент, с которого такое уведомление считается полученным, когда оно не было вручено адресату по зависящим от него причинам. В этой части применяется статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающая презумпцию получения юридически значимого сообщения при неявке адресата за его получением. Суд первой инстанции правомерно применил указанную норму, поскольку она не противоречит, а дополняет специальное регулирование, обеспечивая его непротиворечивое и единообразное применение. Следовательно, у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в применении общей нормы, и действия банка и нотариуса по уведомлению должника правомерно признаны надлежащими.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не установил достоверно момент, когда заявителю стало известно о совершении нотариального действия, и не дал оценки его добросовестности применительно к пропуску срока обращения в суд, также не может служить основанием для отмены решения суда, поскольку сам заявитель в своем заявлении указал, что о совершенной исполнительной надписи ему стало известно 14.05.2025. Эта дата принята судом первой инстанции как исходная точка исчисления десятидневного срока, предусмотренного частью 2 статьи 310 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Даже если исходить из этой даты, то заявление об отмене исполнительной надписи подано заявителем в Дзержинский районный суд г. Перми 21.11.2025, а затем 17.12.2025 в Косинский районный суд Пермского края, то есть с пропуском срока более чем на шесть месяцев. Каких-либо уважительных причин пропуска срока, объективно препятствовавших своевременному обращению в суд, заявителем не приведено. Более того, сам заявитель не оспаривает, что извещение нотариуса было направлено по адресу его регистрации, и, действуя разумно и добросовестно, он имел возможность получить это извещение либо узнать о совершении исполнительной надписи иным способом, чего сделано не было. Длительное бездействие заявителя, не проявившего должной осмотрительности в отношении собственных кредитных обязательств, не может быть признано добросовестным поведением, а потому суд первой инстанции обоснованно констатировал пропуск срока на обжалование нотариального действия, что является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Таким образом, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда

определила:

решение Косинского районного суда Пермского края от 15.01.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в соответствии с главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в кассационном порядке в течение трех месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (город Челябинск) через суд первой инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи