Решение № 2-900/2025 2-900/2025~М-775/2025 М-775/2025 от 16 сентября 2025 г. по делу № 2-900/2025

УИД 37RS0020-01-2025-001133-97

Дело № 2- 900/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 сентября 2025 года Ивановская область, гор. Тейково Тейковский районный суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи Макаровой Е.А.,

при секретаре Михайловой Н.С.,

с участием прокурора Ковалевской Ю.А., истца ФИО6, ответчика ФИО7, его представителя адвоката Никишиной С.Ф., третьего лица ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7 о признании утратившим право пользования жилым помещением,

установил:

ФИО6 обратилась в суд с вышеуказанным иском, мотивировав его тем, что истец по договору социального найма с 1992 года проживает в квартире по адресу: <адрес>. Жилое помещение было предоставлено супругу истицы и его семье на состав четыре человека (ФИО – наниматель, ФИО6 – супруга, ФИО1. и ФИО2 - дочери). С 2007 года в спорной квартире зарегистрирован ответчик ФИО7, внук истицы. С 2012 года ответчик выехал из квартиры, забрав все вещи и попыток вселения не предпринимал. Фактически ответчик только сохраняет регистрацию в спорной квартире, интереса в ней не имеет. Местом жительства ответчика является жилое помещение по адресу: <адрес>. Истица неоднократно устно просила ответчика добровольно сняться с регистрационного учета, но он отказывается.

Ссылаясь на указанные обстоятельства и положения статей 20, 305, 677 Гражданского кодекса РФ и Закона РФ № 5242-1 от 25.06.1993г. «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места жительства в пределах РФ» истица просит суд признать ФИО7 утратившим право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>, сняв ответчика с регистрационного учета по указанному адресу.

Истец ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. Пояснила, что изначально, когда ее дочь (ФИО1) регистрировала в спорную квартиру внука (ФИО7) истица была против. В дальнейшем, когда дочь умерла – в 2012 году, фактически внук уехал из квартиры и больше не вселялся. В 2015 году истица вручила ответчику ключи в связи с поданным им иском о вселении в жилое помещение. Также в 2015 году истица разделила счета на квартиру для того, чтобы внук оплачивал свою часть жилищно-коммунальных услуг самостоятельно. Никаких препятствий ФИО7 в пользовании квартирой она не чинит, однако не считает его членом своей семьи и полагает, что его право пользования жильем утрачено ввиду длительного непроживания.

Ответчик ФИО7 возражал по иску, указывая на то, что в 2012 году выехал из квартиры, поскольку его об этом попросила бабушка. Сама бабушка собрала его вещи в коробку, ответчик пришел вместе со своей тетей Снежанной и забрал только то, что было в коробке. В квартире в комнате, где он преимущественно проживал, оставались «Уголок школьника» (стол и несколько полок), а также диван. В 2015 году ему были вручены в суде ключи от квартиры, но родственниками ФИО8 ответчику было сказано, что в случае вселения ему устроят невыносимые условия проживания. Сам ответчик от права пользования квартирой никогда не отказывался, но не вселялся, ввиду напряженных отношений с бабушкой и тетей. Ответчик просил в иске отказать, поскольку спорная квартира является единственным его жильем, на которое он имеет право пользования.

Представитель ответчика адвокат Никишина С.Ф. по иску возражала, указав на то, что в 2012 году ее доверитель не мог самостоятельно определить свое место жительства, поскольку был несовершеннолетним. Ответчик выехал из квартиры и стал проживать по месту жительства своего отца. В дальнейшем ответчик обучался в высшем учебном заведении и не мог проживать в спорной квартире. В 2019-2020 году бабушка ответчика (по отцу) пыталась вести переговоры с ФИО6 и ФИО8 о вселении внука в спорную квартиру, но ей было отказано. Перечисленные обстоятельства, по мнению адвоката, свидетельствуют о вынужденном характере выезда ФИО7 на другое место жительства. Также представитель обратил внимание суда на то, что ответчик оплачивает свою часть коммунальных услуг в полном объеме, задолженности не допускает, что также говорит о наличии у него интереса к сохранению права пользования квартирой. Просила в иске отказать.

Третье лицо ФИО8 поддержала исковые требования матери. Полагала, что иск является обоснованным ввиду длительного непроживания ответчика в спорной квартире. Также обратила внимание суда на то, что для нее и ее несовершеннолетних детей данная квартира также является единственным жильем в случае расторжения брака с супругом. Жилой дом, который супруг приобрел по программе «военной ипотеки», не является совместно нажитым имуществом. Третье лицо пыталась наладить отношения с ФИО7, но он сам не идет на контакт. Просила иск удовлетворить.

Выслушав стороны и третье лицо, заключение прокурора, полагавшую иск не подлежащим удовлетворению ввиду того, что спорная квартира является единственным жильем ответчика, прав на иное жилье у него не имеется, а материалами дела подтверждены обстоятельства вынужденного выезда ФИО7 на другое место жительства, исследовав материалы дела и оценив доказательства, имеющиеся в деле в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, спорным является жилое помещение – двухкомнатная квартира по адресу: <адрес>. Данное жилое помещение принадлежит на праве собственности г.о. Тейково, включено в реестр муниципальной собственности.

Согласно поквартирной карточке, справке о составе семьи, на регистрационном учете в указанной квартире состоят: истец – ФИО6, ФИО8 (дочь истца), ее несовершеннолетние дети: ФИО4, ФИО3, ФИО5 и ответчик ФИО7 (внук истца) (л.д. 12)

Спорное жилое помещение первоначально было предоставлено ФИО на состав семьи из четырех человек (наниматель, его супруга – ФИО6, двое дочерей: ФИО2 и ФИО1.) на основании ордера от 27.08.1992 г. (л.д. 11, 15-19).

Первоначальный наниматель ФИО выехал из квартиры, а впоследствии умер ДД.ММ.ГГГГ., в связи с чем, нанимателем спорной квартиры стала истица.

ФИО7 зарегистрирован по месту жительства в спорной квартире с 19 апреля 2007 года. Регистрация несовершеннолетнего ФИО7 в указанной квартире была произведена по месту жительства его матери – ФИО1

ФИО1дочь истицы и мать ответчика) умерла ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 14).

На момент рассмотрения дела судом в жилом помещении зарегистрированы: ФИО6 с 18.09.1992г., ФИО8 с 02.10.2012г., несовершеннолетние ФИО3 с 06.03.2015г., ФИО4 с 10.07.2015г. и ФИО5 с 24.11.2021г., а также ФИО7 с 19.04.2007 года, которые указаны в качестве членов семьи нанимателя в заключенном 17.09.2024г. договоре социального найма жилого помещения, при этом ФИО7 в квартире не проживает.

Разрешая спор, суд исходит из следующего.

Согласно положениям ч. 2 ст. 69, ст. 71 Жилищного кодекса Российской Федерации, члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

В соответствии с ч. 3 ст. 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, имеет место равенство прав и обязанностей нанимателя и членов его семьи, в связи с чем, выезд кого-либо из участников договора социального найма и отказа в одностороннем порядке от исполнения договора в отношении такого участника правоотношений договор социального найма прекращается, тогда как в отношении оставшихся проживать в квартире, договор социального найма продолжает действовать.

Именно такое равенство участников рассматриваемого жилищного правоотношения дает право нанимателю обратиться в суд с иском о признании выехавших на другое место жительства бывших членов семьи утратившими право пользования жилым помещением, в связи с чем, подлежит доказыванию факт выезда бывшего члена семьи на другое место жительства.

Указанные положения закона подлежат применению с учетом разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", согласно которым, разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 14 Обзора судебной практики ВС РФ № 2 за 2017 г. (утвержден Президиумом ВС РФ 26.04.2017г.), вынужденный выезд в несовершеннолетнем возрасте из жилого помещения, в которое данное лицо было вселено по договору социального найма, не является основанием признания такого лица утратившим право пользования данным жилым помещением по достижении им совершеннолетнего возраста.

Достаточных и убедительных доказательств, свидетельствующих об отказе ответчика в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, по мнению суда, стороной истца не представлено.

Так, из пояснений сторон по делу следует, что после смерти ФИО1 (матери ответчика) ФИО7 выехал из спорной квартиры по месту жительства своего отца (ФИО1).

В силу положений ст. 20 Гражданского кодекса РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших 14 лет, признается место жительства их родителей (законных представителей).

Учитывая системную связь данной нормы гражданского законодательства в ее единстве с положениями ст. 69 ЖК РФ (о равенстве прав и обязанностей нанимателя и членов семьи) несовершеннолетние приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, при этом регистрация по месту жительства является доказательством соглашения родителей об определении места жительства ребенка и выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением.

Исходя из требований гражданского и жилищного законов, суд полагает, что у ФИО7 при его вселении в спорную квартиру по месту жительства его матери возникло право пользования данным жилым помещением, которое при выезде в 2012 году не прекратилось, поскольку ответчик на тот период времени был несовершеннолетним и не мог самостоятельно определить место своего жительства.

Впоследствии ФИО7 обращался в суд с иском о вселении и определении порядка пользования спорной квартирой. Рассмотрение данного иска было прекращено в связи с отказом ФИО7 от своих требований ввиду того, что в ходе судебного процесса ему были переданы ФИО6 ключи от квартиры (л.д. 31-32).

Вселяться ФИО7 в данную квартиру не стал ввиду наличия конфликтных отношений с нанимателем (ФИО6) и тетей (Крыловой (ФИО6) Е.А.). Вместе с тем весь период времени, начиная с 2015 года, по настоящее время ответчик оплачивает коммунальные услуги в причитающейся на него доле, при этом счета на квартиру были разделены по инициативе истца, что ФИО6 не оспаривалось.

Кроме того из материалов дела следует, что в период с 2016 по 2020 год ответчик фактически проживал по адресу: <адрес> в связи с обучением в ФГБОУ ВПО «<данные изъяты>».

В настоящее время истец не пытается вселиться в квартиру, поскольку ФИО6 и ФИО8 возражают против этого, что истцом и третьим лицом не отрицалось.

ФИО6 и ФИО8 указывают на то, что ФИО7 не является членом их семьи, в квартире длительное время не проживает, они не знают этого человека с тех пор, как он уехал.

Исходя из данных пояснений, суд полагает, что имеет место длительный конфликт, связанный еще с периодом проживания ФИО1 (матери ответчика) в спорной квартире.

Одновременно материалами дела подтверждается, что у ФИО7 прав на какое-либо другое жилое помещение не имеется, фактически он проживает в квартире бабушки (по отцу), которая согласия на регистрацию по месту жительства не дает.

Указанное обстоятельство подтверждается показаниями свидетеля ФИО1, допрошенной судом в судебном заседании, которая показала, что с 2012 года внук (ответчик) проживает с ней по инициативе ФИО6 Свидетель несколько раз звонила ФИО8 с просьбами о вселении внука в спорную квартиру, но та ей отказывала. Кроме того истица намерена приватизировать квартиру без участия ФИО7 в приватизации и поэтому просила о выписке ответчика.

Данные пояснения суд принимает как относимое и допустимое доказательство по делу, исходя из того, что ответчик предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, а также данные показания в целом соответствуют пояснениям истца, третьего лица и ответчика.

Оценивая собранную по делу совокупность доказательств: выезд ответчика на другое место жительства в несовершеннолетнем возрасте, наличие конфликтных отношений между нанимателем, третьим лицом и ФИО7, его обучение в высшем учебном заведении, отсутствие у него прав на какое-либо другое жильё на законном основании, регулярная оплата ФИО7 коммунальных услуг по спорной квартире, суд приходит к выводу, что, будучи вселенным своей матерью в квартиру по адресу: <адрес>, ответчик приобрел право пользования данной квартирой и не утратил его до настоящего времени, поскольку от своих прав как члена семьи нанимателя не отказывался.

Бесспорных и убедительных доказательств тому, что ответчик добровольно выехал из спорной квартиры и утратил интерес к данному жилому помещению, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО6 нельзя признать законным и обоснованными, ввиду недоказанности обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование иска, в связи с чем, в иске надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО6 к ФИО7 о признании утратившим право пользования жилым помещением оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Тейковский районный суд Ивановской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.А. Макарова

Мотивированное решение суда составлено 17 сентября 2025 года.