Апелляционное определение № 33-5975/2025 от 21 декабря 2025 г.

Дело № 33-5975/2025

(номер дела, присвоенный в суде первой инстанции № 2-608/2025

УИД 72RS0008-01-2025-001084-05)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Тюмень 22 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:

председательствующего

Кучинской Е.Н.,

судей

Груздевой А.С., Глебовой Е.В.,

при секретаре

ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика Администрации Упоровского муниципального округа Тюменской области на решение Заводоуковского районного суда Тюменской области от 11.07.2025 года, которым постановлено:

«Иск прокурора Упоровского района Тюменской области в интересах несовершеннолетних Пеннера ФИО14 и Пеннер ФИО13 к Администрации Упоровского муниципального района Тюменской области о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Администрации Упоровского муниципального района Тюменской области (ОГРН <***>) в пользу Пеннера ФИО16, <.......> года рождения (СНИЛС <.......>) и Пеннер ФИО15, <.......> года рождения (СНИЛС <.......>), в лице их законного представителя Пеннер ФИО17 (паспорт гражданина Российской Федерации серия <.......> номер <.......>), компенсацию морального вреда в размере 45 000 рублей, каждому».

Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Груздевой А.С., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Прокурор Упоровского района Тюменской области в интересах несовершеннолетних ФИО3, <.......> г.р., ФИО1, <.......> г.р., обратился в суд с иском к Администрации Упоровского муниципального района (с учетом уточненных требований), о взыскании в пользу каждого из несовершеннолетних в лице законного представителя ФИО5 компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., причиненного в результате укуса бездомной собаки.

Требования мотивированы тем, что 17.03.2025 по адресу: <.......>, возле дома № <.......>, бродячая собака укусила за указательный палец правой руки несовершеннолетнего ФИО3, которому установлен диагноз: другие поверхностные травмы запястья и кисти (S60.8), а также в область предплечья и правой кисти ФИО1, которой установлен диагноз: ушиб других частей запястья и кисти (S60.2). Поскольку ответчик, в соответствии с Федеральным законом от 06.10.2003 №131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», Федеральным законом от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Законом Тюменской области от 08.12.2015 № 135 «О наделении органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями», как орган местного самоуправления муниципального образования, наделен государственными полномочиями по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев в части выполнения следующих мероприятий: отлов животных без владельцев, в том числе их транспортировка и немедленная передача в приюты для животных; возврат животных без владельцев, не проявляющих немотивированной агрессивности, на прежние места их обитания после проведения мероприятий, то укус несовершеннолетних является следствием невыполнения ответчиком переданных ему полномочий по обращению с животными без владельцев.

При разрешении дела судом первой инстанции:

Прокурор и законные представители несовершеннолетних истцов – ФИО2, ФИО9 требования искового заявления поддержали в полном объеме по основаниям в нем изложенным.

Представитель ответчика Администрации Упоровского района просил в удовлетворении требований отказать по доводам письменных возражений, в которых ссылался на то, что ответчиком в рамках переданных полномочий заключен муниципальный контракт на отлов животных без владельцев, однако, до укуса малолетних истцов информации о таком животном, который ведет себя агрессивно и подлежит отлову к ответчику не поступала, таким образом обязанности по ее отлову не было, в связи с чем отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью малолетних. Кроме того, считает недоказанным факт укуса детей именно собакой, не имеющей владельца, так как установить ее после заявки на отлов не представилось возможным, а также полагает, что малолетние сами проявили неосторожность, видя рядом незнакомое животное, от которого пытались защититься палкой, которая и могла вызвать агрессию.

Третьи лица, привлеченные к участию в деле по инициативе суда, ИП ФИО6, МКУЗ «Стройзаказчик», при надлежащем извещении участие представителей не обеспечили.

Судом постановлено вышеуказанное решение, не согласившись с которым ответчик Администрация Упоровского муниципального района Тюменской области подала апелляционную жалобу, в которой просит состоявшее судебное решение отменить и принять по делу новое решение. Доводы апелляционной жалобы повторяют доводы возражений, представленных ответчиком на исковое заявление прокурора, дополнительно указано, что Администрация района не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку делегировала свои полномочия ИП ФИО6, кроме того, ответчик полагает, что при обращении в лечебное учреждение, следов укусов у детей диагностировано не было, а сам размер компенсации является завышенным (л.д.169-176).

На апелляционную жалобу поступили возражения прокурора, в которых он просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, ссылаясь на законность и обоснованность вынесенного решения.

При апелляционном рассмотрении дела:

Информация о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции была заблаговременно размещена на официальном сайте Тюменского областного суда oblsud.tum.sudrf.ru (раздел «Судебное делопроизводство»).

Ответчиком - Администрацией Упоровского муниципального округа (до переименования - Администрация Упоровского муниципального района Тюменской области), при наличии извещения, участие представителя – не обеспечено. Заявлением от 19 декабря 2025 года ответчиком заявлено письменно ходатайство о рассмотрении дела в отсутствии представителя.

Законные представители несовершеннолетних истцов – ФИО3 и ФИО1 в судебное заседание не явились, извещены, прокурор – Макарова Н.Т. указывая на законность и обоснованность принятого судом решения, заявила об оставлении решения без изменения, апелляционной жалобы Администрации Упоровского муниципального округа, без удовлетворения.

Третьи лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом. Доказательств уважительности неявки, третьими лицами, не представлено, ходатайств об отложении слушания дела, не заявлено.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, как того требуют положения ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено материалами дела, ФИО5, являющаяся матерью малолетних Пеннер ФИО18, <.......> года рождения, и Пеннер ФИО19 <.......> года рождения, 17.03.2025 года в 13.35 час по телефону <***> обратилась с сообщением о том, что в <.......> бегает бродячая собака, которая укусила детей за руку.

Данное сообщение передано в дежурную часть ОП (дислокация <.......>) МО МВД России «<.......>».

В ходе проверки сообщения были взяты объяснения с заявителя ФИО5, в которых она показала, что 17.03.2025 года около 12 часов 00 минут ее дочь и сын пошли гулять на улицу, а около 13 часов пришли домой в слезах, рассказав, что на них напала собака. На одежде были следы от лап собаки, осмотрев детей, ФИО2 никаких следов от укусов не обнаружила, после чего позвонила в службу <***>.

Также был опрошен малолетний ФИО3, который подтвердил факт его укуса собакой за правый палец, при этом показал, что на руке во время укуса была перчатка.

Проводившим проверку участковым уполномоченным полиции на основании собранных данных был сделан вывод о том, что собака не имеет хозяев, что послужило основанием для передачи сообщения по подведомственности в комитет по развитию АПК <.......> (л.д.37-46).

При осмотре в лечебном учреждении 18.03.2025 года ФИО1, был поставлен диагноз: ушиб других частей запястья и кисти (S60.2), ФИО3 поставлен диагноз: другие поверхностные травмы запястья и кисти (S60.8) (л.д.11, 12).

В соответствии с заключенным 02.12.2024 года Администрацией Упоровского муниципального района с ИП ФИО6 муниципальным контрактом № 241 на оказание услуг по организации мероприятий по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев на территории Упоровского муниципального района, 20.03.2025 в адрес ИП ФИО6 была заявка на отлов безнадзорных собак № 73 (л.д.47-72, 73,74).

ИП ФИО6 20.03.2025 был осуществлен выезд на территорию по адресу: <.......> с целью отлова собаки без владельца по обращению, однако как следует из справки от 21.03.2025, заявка-наряд № 73 от 20.03.2025 не исполнен, поскольку животное обнаружить не удалось (л.д.76).

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, проанализировав вышеперечисленные доказательства, принимая во внимание положения ч. 1 ст. 22.2 Закона Тюменской области от 08.12.2015 № 135 «О наделении органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями», согласно которым Администрация Упоровского муниципального района наделена государственными полномочиями по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев в части выполнения следующих мероприятий: отлов животных без владельцев, в том числе их транспортировка и немедленная передача в приюты для животных; возврат животных без владельцев, не проявляющих немотивированной агрессивности, на прежние места их обитания после проведения мероприятий, указанных в пункте 2 части 1 статьи 18 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», пришел к выводу, что именно Администрация Упоровского муниципального района Тюменской области (после переименования Администрация упоровского муниципального округа) является надлежащим ответчиком по делу. При данных условиях, суд руководствуясь ст.ст.151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворил исковые требования частично, взыскав с ответчика в счет компенсации морального вреда по 45 000 рублей в пользу каждого из детей.

Соглашаясь вопреки суждениям апеллянта с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда с Администрации Упоровского муниципального района Тюменской области (Администрации Упоровского муниципального округа), судебная коллегия одновременно с этим не может согласиться с размером взысканной компенсации морального вреда, считая его завышенным.

Согласно статье 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено другое.

В соответствии с п.6 ст.3 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» животное без владельца определено как животное, которое не имеет владельца или владелец которого неизвестен.

Пунктами б, з, ж части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации установлено, что в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находятся защита прав и свобод человека и гражданина; обеспечение законности, правопорядка, общественной безопасности; координация вопросов здравоохранения; осуществление мер по борьбе с катастрофами, стихийными бедствиями, эпидемиями, ликвидация их последствий.

На основании п.82 ч.2 ст.26.3 Федерального закона от 06.10.1999 № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» органы государственной власти субъектов Российской Федерации осуществляют полномочия, предусмотренные законодательством в области обращения с животными, в том числе организацию мероприятий по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев, осуществление регионального государственного контроля (надзора) в области обращения с животными.

Федеральным законом от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» деятельность по обращению с животными без владельцев определена как деятельность, включающая в себя отлов животных без владельцев, их содержание (в том числе лечение, вакцинацию, стерилизацию), возврат на прежние места их обитания и иные мероприятия, предусмотренные настоящим Федеральным законом (статья 3).

Согласно ст.17 вышеуказанного закона деятельность по обращению с животными без владельцев осуществляется, в том числе, в целях предотвращения причинения вреда здоровью и (или) имуществу граждан, имуществу юридических лиц.

В силу ч.3 ст.7, ст.8 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе наделять отдельными полномочиями в области обращения с животными органы местного самоуправления в соответствии с законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации. Полномочия органов местного самоуправления в области обращения с животными определяются в соответствии с законодательством Российской Федерации об общих принципах организации местного самоуправления и настоящим Федеральным законом.

Пунктом 14 статьи 14.1 и пунктом 15 части 1 статьи 16.1 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» определено, что органы местного самоуправления городского, сельского поселения, муниципального округа, городского округа, городского округа с внутригородским делением имеют право на осуществление деятельности по обращению с животными без владельцев, обитающими на территориях соответственно поселения, муниципального округа, городского округа.

В силу вышеперечисленных положений федерального законодательства ч. 1 ст. 22.2 Закона Тюменской области от 08.12.2015 № 135 «О наделении органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями» наделила органы местного самоуправления муниципальных образований, указанных в приложении 21 к настоящему Закону, среди которых указана и Администрация Упоровского муниципального района, государственным полномочием по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев в части выполнения следующих мероприятий: отлов животных без владельцев, в том числе их транспортировка и немедленная передача в приюты для животных; возврат животных без владельцев, не проявляющих немотивированной агрессивности, на прежние места их обитания после проведения мероприятий, указанных в пункте 2 части 1 статьи 18 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее Закон № 498-ФЗ).

Администрацией Упоровского муниципального района в рамках реализации указанных выше нормативных положений организована деятельность по обращению с животными без владельцев, осуществление которой в 2025 году возложено на Индивидуального предпринимателя ФИО6, разработано техническое задание и утверждены плановые мероприятия по проведению отлова животных без владельцев, срок оказания услуг с 01.01.2025 г. по 31.12.2025 г. на территории Упоровского муниципального района.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 2 статьи 2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст.1064-1101 ГК РФ) и ст.151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст.1101 ГК РФ).

В п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (ч.2 ст.10634 ГК РФ).

В п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Пунктом 25 вышеназванного Пленума ВС РФ указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст.151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст.1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда несовершеннолетним ФИО3 и ФИО1, которым, как следует из искового заявления прокурора, был причинен вред здоровью в результате укуса собаки, не имеющей владельца.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии вины ответчика в причинении вреда здоровью детей, отсутствии причинно-следственной связи между причинением вреда здоровью истца и действиями (бездействием) ответчика, судебной коллегией признаются несостоятельными.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь приведенными нормативными положениями в их системной взаимосвязи, суд правильно установил, что в данном случае взыскание компенсации морального вреда, причиненного в результате нападения собаки без владельца, должно быть произведено с Администрации Упоровского муниципального района Тюменской области.

При этом, ответчик в нарушение требований ст.1064 ГК РФ ничем не опроверг установленную законом презумпцию вины причинителя вреда, в частности, не представил допустимых и относимых доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что несовершеннолетним ФИО3 и ФИО1 могла укусить другая собака, или что имеющиеся телесные повреждения получены несовершеннолетним при иных обстоятельствах.

Приняв во внимание приведенные нормативные положения, регулирующие вопросы возмещения ущерба и компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, суд первой инстанции, установил, что получение телесных повреждений несовершеннолетними детьми стало возможным вследствие ненадлежащего исполнения Администрацией Упоровского муниципального района своих обязательств по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев, необеспечение безопасности окружающих. С данными выводами суда, судебная коллегия соглашается.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о недоказанности причинно-следственной связи между причинением вреда здоровью несовершеннолетним ФИО3 и ФИО1 и действиями (бездействиями) Администрации Упоровского района, учитывая, что на момент происшествия имелся действовавший муниципальный контракт на отлов животных, ввиду чего судом необоснованно сделан вывод о ненадлежащем исполнении муниципальным органом обязанностей, не могут быть приняты во внимание, поскольку предпринятые ответчиком меры по обращению с животными без владельцев являлись недостаточными, так как не предотвратили причинение вреда в результате нападения безнадзорного животного на малолетних истцов. Предпринимаемые мероприятия в сфере осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев могут быть признаны достаточными, если они достигают целей, установленных законом, в частности цели предотвращения причинения вреда здоровью и (или) имуществу граждан, имуществу юридических лиц (п.2 ч.1 ст.17 Федерального закона от 27.12.2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»). Тогда как услуги по отлову бездомных собак осуществляются лишь по техническому заданию ответчика, по фактам обращения граждан выявивших бездомных животных. Указанные мероприятия не отвечают требованиям закона, направленным на пресечение причинения вреда, и свидетельствуют о недостаточности профилактических мероприятий по выявлению скопления безнадзорных животных, и применительно к абз.2 п.1 ст.401 ГК РФ образуют на стороне ответчика виновное бездействие, которое находится в прямой причинно-следственной связи с причиненными детям телесными повреждениями, и, как следствие, душевными нравственными страданиями.

Тот факт, что собака не была установлена и отловлена, не опровергают как самого факта укуса, так и обстоятельств, при которых он произошел, поскольку событием имело место 17.03.2025 года, а заявка на отлов и сам выезд был осуществлен 20.03.2025 года.

Также не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта доводы ответчика о том, что малолетние дети сами вели себя неосторожно по отношению к животному, поскольку доказательств данным доводам ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено. Кроме того, в силу возраста потерпевших, не обладающих полной дееспособностью, грубая неосторожность в их действиях, как форма вины, не может быть установлена.

Вместе с тем заслуживает внимание довод апеллянта о том, что выводы суда первой инстанции о размере, взысканной в пользу ФИО3 и ФИО1 компенсации морального вреда требованиям процессуального закона не отвечают.

Перечислив ряд обстоятельств, учитываемых при определении размера компенсации морального вреда, суд не привел каких-либо доказательств, свидетельствующих о степени и характере понесенных ФИО3 и ФИО1 в связи с этими обстоятельствами физических и нравственных страданий.

Высказав суждение о том, что ФИО3 и ФИО1 в результате событий от 17 марта 2025 года испытывают страх собак, который носит длительный характер, суд первой инстанции не учел, что доказательств данным доводам истцом не представлено.

Судом так же не учтено то обстоятельство, что после произошедшего потерпевшие ФИО3, ФИО1 не находились на стационарном либо амбулаторном лечении.

В материалы дела представлены справки об оказанной ФИО1 и ФИО3 медицинской помощи - 18 марта 2025 года. По результатам обращения выставлен диагноз ФИО1 – поверхностная травма правой кисти – царапины, диаметром 4 см, укусов нет, рекомендации - обработка зеленкой или йодопироном (л.д. 11), ФИО3 - поверхностная травма правой кисти - царапины диаметром 5 см. Рекомендации - обработка зеленкой или йодопироном (л.д. 12).

С учетом перечисленных обстоятельств, а также принципов разумности и справедливости, принимая во внимание обстоятельства полученной детьми травмы, малолетний возраст потерпевших, локализацию и характер телесных повреждений (правая кисть, царапины), характер полученного лечения, судебная коллегия на основании пунктов 1 и 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ считает необходимым снизить размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда до 15 000 рублей в пользу каждого из детей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Заводоуковского районного суда Тюменской области от 11.07.2025 года изменить, снизив размер взыскания компенсации морального вреда с Администрации Упоровского муниципального округа Тюменской области (ОГРН <***>) в пользу Пеннера ФИО21, <.......> года рождения (СНИЛС <.......>) в лице законного представителя Пеннер ФИО20 (паспорт гражданина Российской Федерации серия <.......> номер <.......>) до 15 000 рублей, в пользу Пеннер ФИО22, <.......> года рождения (СНИЛС <.......>) в лице законного представителя Пеннер ФИО23 (паспорт гражданина Российской Федерации серия <.......> номер <.......>) до 15000 рублей.

Апелляционную жалобу Администрации Упоровского муниципального округа Тюменской области - удовлетворить.

Председательствующий: Кучинская Е.Н.

Судьи коллегии: Глебова Е.В.

Груздева А.С.

Мотивированное апелляционное определение составлено 26 декабря 2025 года