Решение № 2-1169/2020 2-1169/2020~М-681/2020 М-681/2020 от 20 июля 2020 г. по делу № 2-1169/2020

<номер обезличен>

УИД <номер обезличен>


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июля 2020 года город Ставрополь

Ленинский районный суд города Ставрополя Ставропольского края

в составе:

председательствующего судьи Косолаповой А.С.

при секретаре Гайворонской А.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению заместителя прокурора Промышленного района города Ставрополя к ФИО1 о возмещении вреда, причиненного преступлением,

установил:

заместитель прокурора Промышленного района города Ставрополя обратился в суд с иском к ФИО1, в котором просит взыскать с ответчика в пользу бюджетнойсистемы Российской Федерации ущерб, причиненный преступлением, предусмотренным ч. 1 ст. 199 УК РФ, в размере 13538685,59 рублей.

В обоснование заявленных требований в иске указано, что постановлением Промышленного районного суда г. Ставрополя от <дата обезличена> прекращено уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

ФИО1 уклонилась от уплаты налогов с организации путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в крупном размере.

Согласно материалам уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ, ФИО1, являясь должность за период с <дата обезличена> по <дата обезличена> не уплатила в бюджет Российской Федерации налог на добавленную стоимость на общую сумму 13538685 рублей 59 копеек, за <дата обезличена> года, <дата обезличена> года, что составило 91,78% от суммы налогов, сборов и страховых взносов, подлежащих уплате в пределах трех финансовых лет подряд, что подтверждается заключением налоговой судебной экспертизы <номер обезличен> от <дата обезличена>.

В судебном заседании защитник ФИО1 адвокат К. заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, так как преступление, предусмотренное ч.1 ст. 199 УК РФ, в соответствии с ч.2 ст. 15 УК РФ относится к категории преступлений небольшой тяжести. В соответствии c п. 1 ст. 174 НК РФ уплата налога по операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с п.п. 1-3 п. 1 ст. 146 НК РФ, производится по итогам каждого налогового периода исходя из фактической реализации (передача товаров (выполнения в том числе нужд, услуг) за истекший налоговый период равными долями не позднее 20 числа каждого из трех месяцев, следующего, за истекшим налоговым периодом. Моментом окончания преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ, следует считать фактическую неуплату налогов в срок, установленный налоговым законодательством, а именно, до <дата обезличена>. В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло 2 года.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 поддержала ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении него, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В соответствии с положениями части 2 статьи 306 УПК РФ, при вынесении постановления о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, суд оставляет гражданский иск без рассмотрения. Оставление судом гражданского иска без рассмотрения не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

От представителя ответчика поступили письменные возражения на исковое заявление, в которых указывает, что в исковом заявлении заместитель прокурора района на какие-либо доказательства не ссылается. К исковому заявлению какие-либо доказательства истцом не приложены. При этом следует отметить, что Конституционный суд РФ, равно как и Верховный суд РФ в своих судебных актах неоднократно указывали, что при рассмотрении подобного рода дел прокурор не освобожден от бремени доказывания оснований иска относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами ввиду одного лишь факта прекращения уголовного дела в отношении ответчика.

В обоснование иска истец по делу ссылается на постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от <дата обезличена> о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1

Однако указанное постановление, как следует из его текста, не содержит выводов суда о наличии в действиях ФИО1 состава преступления либо суждений о признании ФИО1 своей вины во вменяемом деянии. Данные выводы и не могли содержаться в названном постановлении, поскольку вывод суда о наличии в действиях обвиняемого состава преступления может быть основан только на исследованных в судебном заседании доказательствам, а как следует из материалов уголовного дела, суд к исследованию доказательств по уголовном делу даже не преступил.

Более того, в материалах уголовного дела имеется протокол судебного заседания от <дата обезличена>, согласно которому в судебном заседании по уголовному делу ответчик пояснила, что вину по предъявленному обвинению не признает, гражданский иск прокурора также не признает (т.6 л.д.12 уголовного дела).

На листах 15-17 тома 6 уголовного дела имеется отношения к предъявленному обвинению, согласно которому сторона защитны считает предъявленное обвинение необоснованным.

В протоколе судебного заседания от <дата обезличена> (л.д. 18 т. 6 уголовного дела) также усматривается, что ФИО1 свою вину в совершении преступления не признавала.

В ходатайстве о прекращении уголовного дела (л.д.26-27 т.6 уголовного дела) ФИО1 Также указывает, что вину в совершении инкриминируемого ей деяния не признает, однако просит прекратить уголовное дело, поскольку признание вины в данном случае не является обязательным условием для применения правила об освобождении от уголовной ответственности.

Аналогичные сведения содержатся в протоколе судебного заседания от <дата обезличена> (л.д. 28 т.6 уголовного дела).

В этот же день <дата обезличена> Промышленным районным судом г. Ставрополя было вынесено положенное прокурором в основание настоящего иска постановление о прекращении уголовного дела, в котором суд прямо указал, что прекращение уголовного дела в данном случае не влечет признание лица виновным в совершении преступления, а данное постановление не подменяет собой приговор суда и по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого.

Соответственно, доводы истца и третьего лица о том, что постановление о прекращении уголовного дела является достаточным основанием для удовлетворения гражданского иска, противоречат самому данному постановлению и положениям закона.

В судебном заседании по настоящему делу судом истребованы из Промышленного районного суда г. Ставрополя и оглашены материалы уголовного дела в отношении ФИО1 Однако не были предоставлены и оглашены имевшиеся в материалах уголовного дела вещественные доказательства: документы <данные изъяты> хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Промышленному району г. Ставрополя СУ СКР по СК. Как следует из материалов уголовного дела, данные документы послужили как основанием для возбуждения уголовного дела, так и основанием для производства экспертиз и дальнейшего предъявления соответствующего обвинения.

Однако в материалах гражданского дела данные документы отсутствуют. При этом данные документы являются единственными оригиналами письменных (вещественных) доказательств по уголовному делу.

Какие-либо допустимые доказательства, обосновывающие иск, в материалах настоящего дела отсутствуют, в силу чего иск удовлетворению не подлежит.

Таким образом, очевидно, что при рассмотрении уголовного дела вина ФИО1 в совершении преступления доказана не была (доказательства судом не исследовались в принципе), суд наличие состава преступления и вины не проверял и в своем постановлении не устанавливал, ФИО1 виновной себя не признавала, последовательно возражала по предъявленному ей обвинению и по доказательствам. Кроме того, какие-либо доказательства судом по уголовному делу в установленном законом порядке не исследовались и не оглашались.

Кроме того, ответчик заявляет о пропуске истцом срока исковой давности в силу следующего.

В обоснование иска указано о наличии неуплаты в бюджет РФ <данные изъяты> налога на добавленную стоимость за <дата обезличена> в общем размере 13 538 685 руб. 59 коп. Как усматривается из постановления Промышленного районного суда г. Ставрополя о прекращении уголовного дела от <дата обезличена>, срок исполнения обязанности по уплате налоговых платежей истекал <дата обезличена>.

Следовательно, днем начала течения срока исковой давности является 26 число каждого месяца, следующего за налоговым периодом, за который подлежали уплате налоговые сборы. Соответственно, последним таким периодом является 3 квартал 2016 года, срок исковой давности течет с <дата обезличена>.

На дату предъявления гражданского иска, а именно на <дата обезличена>, истекло 2 года и 17 дней срока исковой давности. С момента предъявления гражданского иска течение срока исковой давности было прервано до даты вступления в силу постановления Промышленного районного суда г. Ставрополя о прекращении уголовного дела от <дата обезличена>, то есть до <дата обезличена>.

Соответственно, с <дата обезличена> (включительно) срок исковой давности продолжал течь и на дату предъявления настоящего иска (<дата обезличена>) истек, так как с <дата обезличена> (включительно) до <дата обезличена> истекло 357 дней, а сумма 2 лет 17 дней и 357 дней составляет 3 года 9 дней.

Кроме того, следует отметить, что в судебном заседании представить ФНС России под протокол подтвердил, что органы ФНС в установленные налоговым законодательством сроки проводили налоговые проверки в отношении <данные изъяты> деятельностью которого руководила ФИО1

Таким образом, если даже учитывать, что течение срока исковой давности прерывается периодом рассмотрения судом гражданского иска в рамках уголовного дела, то срок исковой давности по делу истек, что является безусловным самостоятельным основанием для отказа в иске.

Просит суд в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

В судебном заседании прокурор Вовк В.Е. исковые требования поддержал в полном объеме, и просил их удовлетворить. Пояснил, что производство по уголовному делу прекращено по нереабилитирующему основанию.

Ответчик ФИО1 и ее представитель ФИО2 исковые требования не признали, пояснили, что ФИО1, будучи <данные изъяты> от уплаты налогов не уклонялась, налоги были уплачены в полном объеме. Просили в удовлетворении исковых требований прокурора отказать в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Представитель ИФНС России по Ленинскому району г. Ставрополя ФИО3 в судебном заседании просил удовлетворить исковые требования прокурора.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, устанавливаются статьей 1064 данного Кодекса, а ответственность юридического лица или гражданина за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, - статьей 1068.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, его причинившим.

По смыслу приведенной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации вред рассматривается как всякое умаление охраняемого законом материального или нематериального блага, любые неблагоприятные изменения в охраняемом законом благе, которое может быть как имущественным, так и неимущественным (нематериальным).

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 106 Налогового кодекса Российской Федерации виновное нарушение законодательства о налогах и сборах признается налоговым правонарушением, влекущим предусмотренную Кодексом ответственность, а по делам о нарушениях законодательства о налогах и сборах, содержащих признаки административного правонарушения или преступления, соответственно административную или уголовную ответственность (часть 2 статьи 10 Налогового кодекса Российской Федерации).

Согласно части второй статьи 28.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей прекращение уголовного преследования по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности, в целях данной статьи под возмещением ущерба, причиненного бюджетной системе Российской Федерации, понимается уплата в полном объеме недоимки, пеней и штрафов в размере, определяемом в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах с учетом представленного налоговым органом расчета размера пеней и штрафов.

Такой ущерб - исходя из того, кому и каким образом он причинен, - может быть возмещен посредством выполнения обязательств по возврату имущества и (или) возмещению убытков потерпевшим; поскольку совершением преступления, связанного с неуплатой налогов и сборов, причиняется ущерб бюджетной системе Российской Федерации, выполнение обязательств по возврату имущества в этом случае выражается в возмещении такого ущерба, включая уплату недоимок в размере, установленном налоговым органом в решении о привлечении к ответственности, вступившем в силу, соответствующих пеней, штрафов в размере, определяемом в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 20 марта 2014 г. № 677-О).

Как следует из материалов дела и установлено судом, <данные изъяты><дата обезличена> зарегистрировано в ЕГРЮЛ (ОГРН <номер обезличен>) и поставлено на налоговый учет <дата обезличена> в ИФНС России по Ленинскому району г. Ставрополя, с присвоением ИНН <номер обезличен>.

ФИО1, занимая должность <данные изъяты> в период с <дата обезличена> по <дата обезличена>, выполняла управленческие, организационно-распорядительные и контрольные функции в отношении деятельности указанного предприятия в целом, в том числе единолично распоряжалась денежными средствами, имеющимися в распоряжении предприятия, определяла направления их использования. ФИО1 отвечала за организацию бухгалтерского учета на предприятии и соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, а также обеспечивала ведение бухгалтерского учета и отчетности.

В <дата обезличена> ООО «<данные изъяты>» осуществляло деятельность, связанную с оптовой торговлей зерном, необработанным табаком, семенами и кормами для сельскохозяйственных животных. Осуществляя указанный вид деятельности, ООО «<данные изъяты>» применяло общую систему налогообложения, являлось плательщиком налога на прибыль организаций, НДС и других видов налогов.

Установлено, что в целях уклонения от уплаты налога на добавленную стоимость с ООО «<данные изъяты>» ФИО1, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде не поступления денежных средств в бюджетную систему Российской Федерации, и желая их наступления, преследуя цель введения в заблуждение налогового органа и сокрытия истинных результатов финансовой деятельности ООО «<данные изъяты>», ранее <дата обезличена> разработала преступный план совершения преступления. Согласно разработанному преступному плану И.Л.ВБ. решила подыскать организацию, состоящую на учете в налоговом органе, находящуюся на общем режиме налогообложения, имеющую открытый расчетный счет в банке, при этом фактически не осуществляющую хозяйственную деятельность, которая производила бы транзитные операции по перечислению денежных средств без фактического выполнения работ, оказания услуг и реализации товара. Затем договориться с неустановленными следствием лицами, неосведомленными о преступных намерениях ФИО1, об изготовлении от имени указанной организации подложных договоров на оказание услуг, товарно-транспортных накладных, актов выполненных работ, счетов-фактур и иных документов о якобы выполненных работах, оказанных услугах и реализованном товаре. Полученные подложные документы ФИО1 решила вносить в бухгалтерский учет ООО «<данные изъяты>», с целью последующего включения в налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость ООО «<данные изъяты>» заведомо ложных сведений о сумме налога, подлежащей вычету и об общей сумме налога, подлежащей уплате в Бюджет.

Реализуя свой преступный умысел ФИО1 в период времени с <дата обезличена> по <дата обезличена> в неустановленном следствием месте подыскала договоры на оказание услуг, счета-фактуры, акты выполненных работ, товарные накладные, и иные документы со сведениями о фиктивных сделках - осуществлении купли-продажи сельскохозяйственной продукции контрагентом ООО «<данные изъяты>» ИНН <номер обезличен>, за <дата обезличена>, на общую сумму 17810757 рублей 05 копеек, в том числе НДС в размере 1702361 рубль 73 копейки.

После чего, ФИО1 передала вышеуказанные фиктивные документы в бухгалтерию ООО «<данные изъяты>», сотрудники которой отразили их в бухгалтерском учете ООО «<данные изъяты>», являясь неосведомленными о фиктивности документов. В результате чего у ООО «<данные изъяты>» возникало право на применение налогового вычета на суммы налога на добавленную стоимость, уплаченные в адрес контрагента ООО «<данные изъяты>» в размере 1702361 рубль 73 копейки за <дата обезличена>.

До <дата обезличена> сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>», будучи не уведомленными о фиктивности вышеуказанных документов, на основании бухгалтерского учета ООО «<данные изъяты>» подготовили налоговую декларацию ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена>, уменьшив общую сумму исчисленного налога на добавленную стоимость на сумму налоговых вычетов, подлежащую уплате в бюджет Российской Федерации. Изготовленную налоговую декларацию сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» <дата обезличена> по средствам электронного документооборота представили ИФНС России по Ленинскому району г. Ставрополя.

До <дата обезличена> сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» будучи не осведомленными о фиктивности вышеуказанных документов, на основании бухгалтерского учета ООО «<данные изъяты>» подготовили уточненную налоговую декларацию ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена> года, уменьшив общую сумму исчисленного налога на добавленную стоимость на сумму налоговых вычетов, подлежащую уплате в бюджет Российской Федерации. Изготовленную налоговую декларацию сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» <дата обезличена> по средствам электронного документооборота представили в ИФНС России по Ленинскому району. Ставрополя.

В результате своих преступных действий, ФИО1 до <дата обезличена> умышленно не исчислила и не уплатила в бюджет Российской Федерации в срок, установленный ст. 174 НК РФ до 25 числа каждого из трех месяцев, следующих за истекшим налоговым периодом, налог на добавленную стоимость ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена> в размере 1702361 рубль 73 копейки.

Продолжая реализовывать свой преступный умысел ФИО1 в период времени с <дата обезличена> по <дата обезличена> в неустановленном следствием месте подыскала договоры на оказание услуг, счета-фактуры, акты выполненных работ, товарные накладные, и иные документы со сведениями о фиктивных сделках - осуществлении купли-продажи сельскохозяйственной продукции контрагентом ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена> на общую сумму 21990332 рубля 52 копейки, в том числе НДС в размере 2030279 рублей 98 копеек.

После чего, ФИО1 передала вышеуказанные фиктивные документы в бухгалтерию ООО «<данные изъяты>», сотрудники которой отразили их в бухгалтерском учете ООО «<данные изъяты>», являясь неосведомленными о фиктивности документов. В результате чего у ООО «<данные изъяты>» возникало право на применение налогового вычета на суммы налога на добавленную стоимость, уплаченные в адрес контрагента ООО «<данные изъяты>» в размере 2030279 рублей 98 копеек за <дата обезличена>

<дата обезличена> сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» будучи не осведомленными о фиктивности вышеуказанных документов, на основании бухгалтерского учета ООО «<данные изъяты>» подготовили налоговую декларацию ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена>, уменьшив общую сумму исчисленного налога на добавленную стоимость на сумму налоговых вычетов, подлежащую уплате в бюджет Российской Федерации. Изготовленную налоговую декларацию сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» <дата обезличена> по средствам электронного документооборота представили ИФНС России по Ленинскому району г. Ставрополя.

До <дата обезличена> сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» будучи не осведомленными о фиктивности вышеуказанных документов, на основании бухгалтерского учета ООО «<данные изъяты>» подготовили уточненную налоговую декларацию ООО «<данные изъяты>» за <данные изъяты>, уменьшив общую сумму исчисленного налога на добавленную стоимость на сумму налоговых вычетов, подлежащую уплате в бюджет Российской Федерации. Изготовленную налоговую грудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» <дата обезличена> по средствам электронного документооборота представили ИФНС России по Ленинскому району г. Ставрополя.

В результате своих преступных действий, ФИО1 до <дата обезличена> умышленно не исчислила и не уплатила в бюджет Российской Федерации в срок, установленный ст. 174 НК РФ, до 25 числа каждого из трех месяцев, следующих за истекшим налоговым периодом, налог на добавленную стоимость ООО «<данные изъяты>» за <данные изъяты> в размере 2030279 рублей 98 копеек.

Продолжая реализовывать свой преступный умысел ФИО1 в период времени с <дата обезличена> по <дата обезличена> в неустановленном следствием месте подыскала договоры на оказание услуг, счета-фактуры, акты выполненных работ, товарные накладные и иные документы со сведениями о фиктивных сделках - осуществлении купли-продажи сельскохозяйственной продукции контрагентом ООО «Динезис» за <данные изъяты>, на общую сумму 27801714 рублей 00 копеек, в том числе НДС в размере 2779777 рублей 88 копеек.

После чего, ФИО1 передала вышеуказанные фиктивные документы в бухгалтерию ООО «<данные изъяты>», сотрудники которой отразили их в бухгалтерском учете ООО «<данные изъяты>», являясь неосведомленными о фиктивности документов. В результате чего у ООО «<данные изъяты>» возникало право на применение налогового вычета на суммы налога на добавленную стоимость, уплаченные в адрес контрагента ООО <данные изъяты>» в размере 2779777 рублей 88 копеек за <дата обезличена>.

До <дата обезличена> сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» будучи не осведомленными о фиктивности вышеуказанных документов, на основании бухгалтерского учета ООО «<данные изъяты>» подготовили налоговую декларацию ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена>, уменьшив общую сумму исчисленного налога на добавленную стоимость на сумму налоговых вычетов, подлежащую уплате в бюджет Российской Федерации. Изготовленную налоговую декларацию сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» <дата обезличена> по средствам электронного документооборота представили ИФНС России по Ленинскому району г. Ставрополя.

В результате своих преступных действий, ФИО1 до <дата обезличена> умышленно не исчислила и не уплатила в бюджет Российской Федерации в срок, установленный ст. 174 НК РФ до 25 числа каждого из трех месяцев, следующих за истекшим налоговым периодом, налог на добавленную стоимость ООО «Импульс» за <дата обезличена> в размере 2779777 рублей 88 копеек.

Продолжая реализовывать свой преступный умысел ФИО1 в период времени с <дата обезличена> по <дата обезличена> в неустановленном следствием месте подыскала договоры на оказание услуг, счета-фактуры, акты выполненных работ, товарные накладные и иные документы со сведениями о фиктивных сделках – осуществлении купли-продажи сельскохозяйственной продукции контрагентом ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», за <дата обезличена> года, на общую сумму 75680063 рубля 24 копейки, в том числе НДС в размере 7026266 рублей 00 копеек.

После чего, ФИО1 передала вышеуказанные фиктивные документы в бухгалтерию ООО «<данные изъяты>», сотрудники которой отразили их в бухгалтерском учете ООО «<данные изъяты>», являясь неосведомленными о фиктивности документов. В результате чего у ООО «<данные изъяты>» возникало право на применение налогового вычета на суммы налога на добавленную стоимость, уплаченные в адрес контрагента <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в размере 7026266 рублей 00 копеек за <дата обезличена>.

До <дата обезличена> сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» будучи не осведомленными о фиктивности вышеуказанных документов, на основании бухгалтерского учета ООО «<данные изъяты>» подготовили налоговую декларацию ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена>, уменьшив общую сумму исчисленного налога на добавленную стоимость на сумму налоговых вычетов, подлежащую уплате в бюджет Российской Федерации. Изготовленную налоговую декларацию сотрудники бухгалтерии ООО «<данные изъяты>» <дата обезличена> по средствам электронного документооборота представили ИФНС России по Ленинскому району г. Ставрополя.

В результате своих преступных действий, ФИО1 до <дата обезличена> умышленно не исчислила и не уплатила в бюджет Российской Федерации в срок, установленный ст. 174 НК РФ до 25 числа каждого из трех месяцев, следующих за истекшим налоговым периодом, налог на добавленную стоимость ООО «<данные изъяты>» за <данные изъяты> в размере 7026266 рублей 00 копеек.

Таким образом, в период с <дата обезличена> по <дата обезличена> общая сумма неуплаченных налогов на добавленную стоимость ООО «<данные изъяты>» в бюджет Российской Федерации за период деятельности <дата обезличена>, <данные изъяты> года составила 13538685 рублей 59 копеек. Доля неуплаченных налогов ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена> к сумме налогов, подлежащих уплате в бюджет за период в пределах трех финансовых лет подряд, составила 91,78% и в соответствии с примечанием к статье 199 УК РФ является крупным размером.

Органами предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ.

Постановлением Промышленного районного суда города Ставрополя от <дата обезличена> уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Уголовное дело прекращено с согласия ФИО1

Разрешая исковые требования прокурора, суд исходит из того, что согласно обвинительному заключению и постановлению суда от <дата обезличена> ФИО1, являясь директором ООО «<данные изъяты>», своими умышленными действиями уклонилась от уплаты налогов с организации путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в крупном размере, общая сумма неуплаченных налогов на добавленную стоимость ООО «<данные изъяты>» в бюджет Российской Федерации за период деятельности <дата обезличена> составила 13538685 рублей 59 копеек

Уголовное преследование в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 199 УК РФ прекращено по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Принятое судом постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию, хоть и не устанавливает вину ФИО1, как основной признак субъективной стороны состава преступления, однако констатирует тот факт, что действия по неуплате налогов имели место и совершены они были именно ФИО1, являющейся директором ООО «<данные изъяты>».

Прекращение уголовного дела в отношении ответчика в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с истечением срока давности уголовного преследования означает отказ государства от уголовного преследования, но не освобождает ответчика от обязанности возместить причиненный им ущерб.

Привлечение физического лица к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный публично-правовому образованию в размере подлежащих зачислению в его бюджет налогов организации-налогоплательщика, возникший в результате уголовно-противоправных действий этого физического лица, возможно лишь при исчерпании либо отсутствии правовых оснований для применения предусмотренных законодательством механизмов удовлетворения налоговых требований за счет самой организации или лиц, привлекаемых к ответственности по ее долгам в предусмотренном законом порядке, в частности после внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о прекращении этой организации, либо в случаях, когда организация-налогоплательщик фактически является недействующей, в связи с чем взыскание с нее или с указанных лиц налоговой недоимки и пени в порядке налогового и гражданского законодательства невозможно.

ООО «<данные изъяты>» <дата обезличена> исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо (что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ), в связи с чем взыскание с него налоговой недоимки и пени в порядке налогового и гражданского законодательства невозможно. Суммы неуплаченных в бюджет налогов в размере 13538685 рублей 59 копеек не возмещены.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 3 п. 3 постановления Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 8-П, особенность правонарушений, совершаемых в налоговой сфере организациями, заключается в том, что, будучи юридическим лицом, организация совершает противоправное деяние опосредованно - через действия соответствующих физических лиц (обычно руководителей или работников, выполняющих функции бухгалтера), которые, тем самым совершают административное правонарушение или преступление и несут административную либо уголовную ответственность. При этом субъекты налоговых преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, а также иные лица, чьи противоправные действия привели к непоступлению налогов в бюджет, не освобождаются от обязанности возместить причиненный этими противоправными действиями имущественный ущерб соответствующему публично-правовому образованию, которое должно иметь возможность удовлетворить свои законные интересы в рамках как уголовного законодательства, так и гражданского законодательства об обязательствах вследствие причинения вреда.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что вследствие неправомерных действий ФИО1, совершившего деяние, содержащее признаки преступления, государству был причинен вред, и он подлежит возмещению лицом, причинившим его.

Доводы стороны ответчика о несогласии с доводами прокурора о виновности в совершении преступления не могут быть приняты во внимание, поскольку прекращение уголовного дела имело место по не реабилитирующим основаниям и с согласия ФИО1, в связи с чем, обстоятельства совершения противоправного деяния не подлежат доказыванию при рассмотрении настоящего гражданского дела (статья 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

ФИО1 согласилась с прекращением уголовного дела по не реабилитирующему основанию, соответственно сознательно отказалась от доказывания незаконности уголовного преследования и связанных с этим негативных для нее правовых последствий, в том числе в виде необходимости возмещения вреда, причиненного преступлением.

При этом суд считает необходимым отметить, что применительно к случаям прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования суд при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении вреда, причиненного лицом, подвергнутым уголовному преследованию, должен принять данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, в качестве письменных доказательств, которые суд обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании. При этом оценка судом в гражданском деле материально-правовых оснований возмещения причиненного преступлением вреда не может ограничиваться выводами осуществлявших уголовное судопроизводство органов, изложенными в постановлении о прекращении уголовного дела.

Судом в ходе рассмотрения дела установлено, что в ходе предварительного следствия в целях установления суммы неуплаченных налогов были назначены налоговая судебная экспертиза и дополнительные налоговые судебные экспертизы, согласно выводам которых, в частности от <дата обезличена>, НДС по операциям приобретения товаров (работ, услуг) ООО «<данные изъяты>» у ООО «<данные изъяты>». ООО «<данные изъяты>» включен в состав налоговых вычетов по НДС в налоговых декларациях ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена> года. <дата обезличена> в сумме 13538685,59 руб., что привело к занижению НДС к уплате в бюджет, исчисленного в налоговых декларациях ООО «<данные изъяты>» за <данные изъяты>. <дата обезличена> на сумму 13538685,59 руб.

В том случае, если НДС по операциям приобретения товаров (работ, услуг) ООО «<данные изъяты>» у ООО «<данные изъяты>». ООО «<данные изъяты>» не подлежал включению в состав налоговых вычетов в налоговые декларации ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена> года, то сумма неисчисленного и неуплаченного налога на добавленную стоимость ООО «<данные изъяты>» за аналогичный период по состоянию на <дата обезличена> составляет в сумме 13538685,59 руб. Соотношение неуплаченного, с учетом проведенного исследования по предыдущим вопросам, ООО «<данные изъяты>» налога на добавленную стоимость за <дата обезличена>, в процентном выражении к сумме налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена>, в том случае, если НДС по операциям приобретения товаров (работ, услуг) ООО «<данные изъяты>» у ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» не подлежал включению в состав налоговых вычетов в налоговые декларации ООО «<данные изъяты>» за <дата обезличена>, <дата обезличена>, составляет 91,78%.

Суд оценивает заключение эксперта отдела криминалистики следственного управления Следственного комитета РФ по Ставропольскому краю <номер обезличен> от <дата обезличена> с точки зрения соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности.

У суда не имеется оснований не доверять заключению эксперта, поскольку экспертиза проведена на основании постановления следователя, заключение содержит необходимые расчеты, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы, эксперт имеет необходимую квалификацию и предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ.

Проанализировав содержание заключения эксперта, суд приходит к выводу о том, что оно содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов, выводы эксперта обоснованы документами.

Сторонами не представлено допустимых и достоверных доказательств, опровергающих заключение эксперта, свидетельствующих о его необоснованности и недостоверности. Заключение эксперта <номер обезличен> от <дата обезличена> сторонами не оспорено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что данное экспертное заключение является допустимым и достоверным доказательством, которое может быть положено в основу решения суда как доказательство действительно причиненного ущерба бюджетной системе Российской Федерации.

Каких-либо доказательств своей невиновности в причинении государству ущерба в заявленном размере ответчиком в материалы дела не предоставлено.

При таких обстоятельствах, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что имеются установленные статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации правовые основания для привлечения ФИО1 к гражданско-правовой ответственности по возмещению вреда, причиненного бюджетной системе Российской Федерации, в связи с неуплатой в бюджет налогов в размере 13538685,59 руб.

Вопреки доводам стороны ответчика, обстоятельства прекращения уголовного дела, тот факт, что деяние, ранее вменяемое в вину ФИО1 декриминализовано, не дают оснований для вывода об освобождении ответчика, действовавшего как руководитель юридического лица, от гражданско-правовой ответственности со взысканием предусмотренных Налоговым кодексам РФ обязательных платежей.

Вопреки доводам стороны ответчика, суд приходит к выводу, что срок исковой давности прокурором для обращения с настоящим иском в суд не пропущен, поскольку в настоящем деле заявлен иск о возмещении вреда, причиненного преступным уклонением от уплаты НДС, и до установления органами предварительного следствия лица, уклонившегося от уплаты НДС, государство в лице своих уполномоченных органов явно было лишено возможности предъявить к такому лицу какие-либо требования. Характер и объем нарушенного права, а также ответственное лицо стали доподлинно известны истцу из постановления от <дата обезличена> о прекращении уголовного дела.

С учетом вышеизложенного оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований и освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности не имеется.

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика пропорционально удовлетворённой части исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования заместителя прокурора Промышленного района города Ставрополя к ФИО1 о возмещении вреда, причиненного преступлением – удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу бюджетной системы Российской Федерации ущерб, причиненный преступлением, предусмотренным ч. 1 ст. 199 УК РФ, в размере 13538685 рублей 59 копеек.

Взыскать с ФИО1 в доход муниципального образования г. Ставрополя государственную пошлину в размере 60000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 27 июля 2020 года.

Судья А.С. Косолапова