Решение № 2-375/2017 от 12 сентября 2017 г. по делу № 2-375/2017

Дело N 2-375/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 сентября 2017 года г. Мензелинск

Республика Татарстан

Мензелинский районный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Музиповой Ч.И.,

при секретаре Куринной А.М.,

с участием помощника прокурора Мензелинского района РТ Шайсуварова Р.Р.,

с участием представителя ответчика ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан ФИО1 по доверенности, представителя ответчика УФСИН России по Республике Татарстан ФИО2 по доверенности, представителя третьего лица ФКУЗ МСЧ-16 ФСИН России ФИО3 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО4 к ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан, Министерству финансов Российской Федерации, УФСИН России по Республике Татарстан, третьим лицам Елабужский МРСО СУСКР по Республике Татарстан, Федерального казенного учреждения Здравоохранения медико-санитарной части № 16 ФСИН России о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, указывая, что в период с 27 мая 2011 года по 31 октября 2011 года содержался в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан. В данный период имелась травма левой ноги, костыли ему не выдали ввиду их отсутствия. Условия содержания задержанных в камере <данные изъяты> не соответствовали закону, в связи с чем были нарушены его права и причинен моральный вред, содержался в крайне стесненных условиях. Площадь камер <данные изъяты> составляла около <данные изъяты> кв. м. Прогулочные дворы не соответствуют евростандарту два из которых имеют площадь менее 15 кв.м.

Истец ФИО4 просил дело рассмотреть без его участия.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан, ФИО1 по доверенности, в судебном заседании иск не признал, по указанным в письменном возражении отзыве, указав, что истцом не предоставлено доказательств с достоверностью подтверждающих нарушение его прав, а также причинения ему морального вреда в результате содержания в ФКУ СИЗО-4, а также ддоказательств, подтверждающих вину ФКУ СИЗО-4 в причинении вреда здоровью истца не представлено, не установлено, при каких обстоятельствах, и какими действиями (бездействием) должностными лицами ФКУ СИЗО-4 причинены физические и нравственные страдания. Истец указывает на невыдачу в ФКУ СИЗО-4 ему костылей для передвижения на территории следственного изолятора, в связи с чем нарушены его права. Однако, в медицинской карте амбулаторного больного ФИО4 имеется письмо Главного врача МБУЗ <данные изъяты> центральной районной больницы, адресованное начальнику ИВС <данные изъяты> ОВД № № от 24.05.2011 (до поступления Истца в ФКУ СИЗО-4), в котором указано, что истец находился на стационарное лечении в травматологическом отделении с 31.10.2010 по 07.12.2010 с диагнозом: «Закрытый перелом нижней трети обеих костей левой голени». На амбулаторном лечении с 08.12.2010 по настоящее время, т.е. по дату написания указанного письма от 24.05.2011. При этом в указанном письме не указаны рекомендации о выдаче истцу костылей, жалоб на состояние здоровья не высказывал, с жалобами на состояние здоровья в период содержания в 2011 году не обращался. Истец к руководству учреждения с жалобами и заявлениями не обращался, активных обращений за медицинской помощью осужденного ФИО4 не зафиксировано. Больные туберкулезом в ФКУ СИЗО-4 не содержались и не содержатся.

Судом в качестве соответчика по делу было привлечено УФСИН России по Республике Татарстан.

Представитель ответчика УФСИН России по Республике Татарстан ФИО2 по доверенности в судебном заседании иск не признал, указав, что УФСИН России по Республике Татарстан является ненадлежащим ответчиком по делу, в связи с тем, что УФСИН не является учреждением исполняющим наказание. Истцом не предоставлено доказательств с достоверностью подтверждающих нарушение его прав, а также причинения ему морального вреда в результате содержания в ФКУ СИЗО-4. Из материалов дела не установлено, при каких обстоятельствах, и какими действиями (бездействием) должностными лицами ФКУ СИЗО-4 причинены физические и нравственные страдания. Истец указывает на невыдачу в ФКУ СИЗО-4 ему костылей для передвижения на территории следственного изолятора, в связи с чем нарушены его права. Приказ Минздравсоцразвития РФ №640, Минюста РФ №190 от 17.10.2005 «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу» не устанавливает обязанность медицинского персонала места содержания под стражей выдавать костыли в обязательном порядке следственно-арестованным при травмах опорно-двигательной системы. При этом у Истца было право обратить к врачу ФКУ СИЗО-4 за разрешением на выдачу ему костылей, т.к. согласно приложения №2 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом МЮ РФ от 14.10.2005 № 189 (далее - ПВР СИЗО), установлено, что подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе костыли, деревянные трости, протезы (по разрешению врача). ФИО4 при приеме в ФКУ СИЗО-4 27.05.2011 жалоб на состояние здоровья не высказывал, с жалобами на состояние здоровья в период содержания в 2011 году не обращался, к руководству учреждения с жалобами и заявлениями не обращался. Учитывая тот факт, что Истец ранее находился под стражей в ФКУ СИЗО-4 с 23.01.2007 по 14.06.2007, а также то, что администрацией учреждения при приеме спецконтингента в учреждение доводится информация о порядке содержания в следственном изоляторе, истец знал о своем праве обратиться в медицинскую часть учреждения за разрешением иметь костыли, но не обращался. Истец в исковом заявлении указывает о нарушении его прав в связи с возможным заражением туберкулезом от лиц, содержащихся совместно с ним в камере №37 СИЗО-4. Больные туберкулезом в ФКУ СИЗО-4 не содержались и не содержатся. Штатным расписанием медицинской части ФКУ СИЗО-4 не предусмотрена должность врача- фтизиатра. В связи с чем больные с открытой формой туберкулезом в ФКУ СИЗО-4 не принимались и не принимаются. Согласно медицинской справке ФКУЗ МСЧ-16 ФСИН России следует, что содержание следственно-арестованных с открытой формой туберкулеза в 2011 году и в настоящее время в Республике Татарстан предусмотрено в ФКУ СИЗО-2 (г. Казань) и в ФКУ СИЗО-З (г. Бугульма), в данных следственных изоляторах имеются камеры для содержания больных с диагнозом: Туберкулез. Нарушений требований законодательства РФ и стандартов качества оказания медицинской помощи осужденному ФИО4 в ходе рассмотрения обращения не выявлено. Нарушений в действиях медицинских работников МСЧ-16 в отношении ФИО4 не установлено. Доводы истца о том, что нормы содержания его в камерах ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан № 8, 37, 38 не соответствовали санитарным нормам, считаем не обоснованными. Доказательств, подтверждающих данные обстоятельства, суду не представлено. Камеры, где содержался Истец, полностью соответствовали и соответствуют п. 42 ПВР СИЗО. При этом камеры оборудуются телевизором при наличии возможности. Пунктом 41 ПВР СИЗО также не предусмотрено оборудование камер электрической плитой, душевой кабиной, табуретами. Камеры, где содержался Истец, полностью соответствовали и соответствуют п. 42 ПВР СИЗО. При этом камеры оборудуются телевизором при наличии возможности. Пунктом 41 ПВР СИЗО также не предусмотрено оборудование камер электрической плитой, душевой кабиной, табуретами. Искусственное освещение в камерном помещении соответствует требованиям СНиП23-05-95 «Естественное и искусственное освещение». При получении постельных принадлежностей и постельного белья претензий со стороны Истца к администрации учреждения не поступало, с заявлением о выдаче средств гигиены не обращался. В учреждении функционирует библиотека, по заявлению содержащихся лиц выдается литература. Истец с заявлениями о выдаче не обращался (в иске указал, что никто не предлагал, однако администрация СИЗО-4 не обязана предлагать услуги библиотеки). Камеры ФКУ СИЗО-4 соответствуют нормам санитарной площади в камерах на одного человека в размере 4 кв.м, согласно статье 23 Федерального закона №103-Ф3 от 15.07.1995г. «О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»

Представитель Министерства Финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом.

Привлеченный в качестве третьего лица Елабужский МРСО СУСКР по Республике Татарстан на судебное заседание не явился.

Привлеченный в качестве третьего лица представитель Федерального казенного учреждения Здравоохранения медико-санитарной части № 16 ФСИН России ФИО3 по доверенности, просил суд отказать в удовлетворении исковых требований, указав, что согласно приказу Минздравсоцразвития РФ №640, Минюста РФ №190 от 17 октября 2005 года «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу» медицинский персонал места содержания под стражей не обязан выдавать костыли в обязательном порядке следственно-арестованным при травмах опорно-двигательной системы. Истец имел право обратиться к врачу ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по РТ за разрешением на выдачу ему костылей. ФИО4 при приеме 27 мая 2011 года в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по РТ жалоб на состояние здоровья не высказывал. На протяжении периода содержания в 2011 году в соответствии с Журналом № 127 «Регистрации амбулаторных больных» истец с жалобами на состояние здоровья, равно как и к руководству учреждения, согласно Журналу №91 «Приема подозреваемых, обвиняемых и осужденных по личным вопросам» не обращался, активных обращений за медицинской помощью осужденного ФИО4 не зафиксировано. Рекомендаций врачей-специалистов, в том числе из медицинских учреждений Минздрава Республики Татарстан по поводу передвижения с помощью костылей не имелось, в связи с чем, костыли не выдавались. Вместе с тем во всех медицинских частях ФКУЗ МСЧ-16 ФСИН России имеются комплекты технических средств передвижения: инвалидные коляски, трости, костыли. Больные туберкулезом в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по РТ не содержатся. Штатным расписанием медицинской части ФКУ СИЗО-4 не предусмотрена должность врача-фтизиатра. Согласно пункту 29 Приказа Минздравсоцразвития РФ № 640, Минюста РФ № 190 от 17 октября 2005 года «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу» больные с открытой формой туберкулезом в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по РТ не принимаются.

Выслушав в судебном заседании, прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими оставлению без удовлетворения, представителя ответчика ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан ФИО1 по доверенности, представителя ответчика УФСИН России по Республике Татарстан ФИО2 по доверенности, представителя третьего лица Федерального казенного учреждения Здравоохранения медико-санитарной части № 16 ФСИН России ФИО3 по доверенности, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьями 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьями 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

ФИО4 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан, Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, указывая, что в период с 27 мая 2011 года по 31 октября 2011 года содержался в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан.

Из материалов дела усматривается, что ФИО4 содержался в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан в период с 27 мая 2011 года по 31 октября 2011 года, содержался в камерах № 37, 5, 8, 38, 33 (л.д. 89-91).

Согласно представленных технических характеристик камер ФКУ СИЗО-4, камеры соответствуют нормам санитарной площади на одного человека в размере 4 кв.м., согласно статье 23 Федерального закона №103-Ф3 от 15.07.1995г. «О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (л.д. 92).

Из представленного ответа УФСИН России по Республике Татарстан, камеры № 8, 37, 38 оборудованы спальными местами, полкой для посуды и одежды, светильниками рабочего и дежурного освещения, столом, умывальником, одним окном с остеклением и форточкой с отсекающими решетками для естественной вентиляции, отоплением, холодным водоснабжением. Во всех камерах санузел изолирован отдельно кабинкой высотой до потолка. Заблаговременно до размещения, в камерах отделения производится уборка, моются полы, скамьи, производится дезинфекция напольной чаши (унитаза). Системы отопления, холодного водоснабжения, канализации находятся в камерах в исправном состоянии. Все камеры учреждения круглосуточно обеспечены холодным водоснабжением. Холодная вода соответствует гигиеническим требованиям к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения, указанным в СанПиН 2.1.4.1074-01, как питьевая вода. Горячие водоснабжение предусмотрено в камерах для содержания женщин и несовершеннолетних, в остальных камерах разрешены и имеются приборы для нагревания воды согласно ПВР СИЗО, согласно СП 15-01-2012, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 года №161, (пункт 14.13), камера оборудована естественной вентиляцией. Камеры, где содержался Истец, полностью соответствовали и соответствуют п. 42 ПВР СИЗО. При этом камеры оборудуются телевизором при наличии возможности. Пунктом 41 ПВР СИЗО также не предусмотрено оборудование камер электрической плитой, душевой кабиной, табуретами. Камерное помещение, согласно норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России (СП 15-01-2012 Минюста России - Москва 2012 г.) предусмотрено рабочее и дежурное освещение, освещенность камерных помещений соответствует требованиям СНиП 23-05-95 «Естественное и искусственное освещение». Камеры оборудованы лампами ЛД 2*761, что соответствуют требованиям СП 15-01-2012 ФСИН России (пункт 18.30). Искусственное освещение в камерном помещении соответствует вышеуказанным нормам. На складе учреждения в период нахождения Истца имелся полный перечень вещевого имущества. При получении постельных принадлежностей и постельного белья претензий со стороны Истца к администрации учреждения не поступало. Согласно ПВР СИЗО подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся под стражей в следственных изоляторах, обязаны проводить уборку камер и других помещений в порядке очередности, установленной администрацией учреждения. Дезинфекционно- моющие средства для проведения текущей уборки в камерах выдаются регулярно с периодичностью 1 раз в неделю. Согласно п.40 ПВР СИЗО по заявлению подозреваемого или обвиняемого, при отсутствии необходимых денежных средств на его лицевом счете, по нормам, установленным Правительством Российской Федерации, выдаются индивидуальные средства гигиены. Истец согласно Журнала № 91 «Приема подозреваемых, обвиняемых и осужденных по личным вопросам» (начат 17.01.2007, окончен 29.05.2013) с заявлением о выдаче средств гигиены не обращался. Санитарная обработка жилых, камерных, производственных и складских помещений ФКУ СИЗО-4, включает в себя дератизацию и дезинфекцию, которая производится силами специализированных сторонних организаций. В учреждении функционирует библиотека, по заявлению содержащихся лиц выдается литература. Истец с заявлениями о выдаче не обращался (в иске указал, что никто не предлагал, однако администрация СИЗО-4 не обязана предлагать услуги библиотеки) (л.д. 159-161).

Согласно представленного ответа представителя ФКУ ИК-6 УФСИН России по Кировской области, при изучении материалов личного дела осужденного ФИО4 ,ДД.ММ.ГГГГр., его обращений в контролирующие органы по вопросу содержания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан и ответов на них не имеется (л.д. 94).

Согласно представленного ответа прокуратуры Мензелинского района РТ за период с 2011 года по истекший период 2017 года обращения ФИО4 с жалобой на действия ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан в прокуратуру Мензелинского района не поступали (л.д. 72).

Доводы истца о том, что нормы содержания его в камерах ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан № 8, 37, 38 не соответствовали санитарным нормам, суд считает необоснованными. Доказательств, подтверждающих данные обстоятельства, суду не представлено.

Истец в исковом заявлении указывает о том, что прибыл в ФКУ СИЗО-4 в 2011 году с переломом обеих костей нижний трети левой голени. Вместе с тем Истец указывает на невыдачу в ФКУ СИЗО-4 ему костылей для передвижения на территории следственного изолятора, в связи с чем нарушены его права.

Согласно приказа Минздравсоцразвития РФ №640, Минюста РФ №190 от 17.10.2005 «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу» не устанавливается обязанность медицинского персонала места содержания под стражей выдавать костыли в обязательном порядке следственно-арестованным при травмах опорно-двигательной системы. При этом у Истца было право обратить к врачу ФКУ СИЗО-4 за разрешением на выдачу ему костылей, т.к. согласно приложения №2 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом МЮ РФ от 14.10.2005 № 189 (далее - ПВР СИЗО), установлено, что подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе костыли, деревянные трости, протезы (по разрешению врача).

Согласно Медицинской карты амбулаторного больного ФИО4 при приеме в ФКУ СИЗО-4 27.05.2011 жалоб на состояние здоровья не высказывал (л.д. 98-100). Согласно Журнала № 127 «Регистрации амбулаторных больных» (с указанием даты начала 20.12.2010, даты окончания 14.12.2011), истец с жалобами на состояние здоровья в период содержания в 2011 году не обращался (л.д.111-139).

Все жалобы от следственно-арестованных, содержащихся в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по РТ регистрируются в журнале замечаний и предложений.

Согласно Журнала № 91 «Приема подозреваемых, обвиняемых и осужденных по личным вопросам» (с указанием даты начала 17.01.2007, даты окончания 29.05.2013), истец к руководству учреждения с жалобами и заявлениями не обращался (л.д. 103-110).

Истец знал о своем праве обратиться в медицинскую часть учреждения за разрешением иметь костыли, но не обращался.

Также согласно медицинской справке ФКУЗ МСЧ-16 ФСИН России следует, что за период пребывания в ФКУ СИЗО-4 активных обращений за медицинской помощью осужденного ФИО4 не зафиксировано. Рекомендаций врачей-специалистов, в том числе из медицинских учреждений Минздрава Республики Татарстан по поводу передвижения с помощью костылей не имелось, в связи с чем костыли не выдавались (л.д. 102).

Истец в исковом заявлении указывает о нарушении его прав в связи с возможным заражением туберкулезом от лиц, содержащихся совместно с ним в камере №37 СИЗО-4.

На основании п. 29 Приказа Минздравсоцразвития РФ № 640, Минюста РФ № 190 от 17.10.2005 «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу» больные с открытой формой туберкулезом в ФКУ СИЗО-4 не принимались и не принимаются, таким образом, больные туберкулезом в ФКУ СИЗО-4 не содержались и не содержатся.

Согласно медицинской справке ФКУЗ МСЧ-16 ФСИН России следует, что содержание следственно-арестованных с открытой формой туберкулеза в 2011 году и в настоящее время в Республике Татарстан предусмотрено в ФКУ СИЗО-2 (г. Казань) и в ФКУ СИЗО-З (г. Бугульма), в данных следственных изоляторах имеются камеры для содержания больных с диагнозом: «Туберкулез» (л.д. 102).

Нарушений требований законодательства РФ и стандартов качества оказания медицинской помощи осужденному ФИО4 судом не установлено. Нарушений в действиях медицинских работников МСЧ-16 в отношении ФИО4 не установлено.

По смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения вреда истцом должны быть доказаны факт причинения ущерба и его размер; вина и противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие причинной связи между противоправным поведением ответчика и возникшим ущербом.

Истец не представил доказательств, с достоверностью подтверждающих нарушение его прав, а также причинения ему морального и физического вреда в результате содержания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по РТ.

Указанные истцом доводы носят исключительно голословный характер, не подтверждаются материалами дела либо противоречат им. При этом суд считает необходимым отметить, что действующее законодательство не предусматривает безусловного порядка возмещения причиненного вреда, в том числе и компенсации морального вреда, при обстоятельствах, указанных истцом. С учетом этого, возмещение вреда может осуществляться только на основании статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии доказательств причинения такого вреда. Ответственность в данном случае наступает лишь в результате незаконных действий должностных лиц, состоящих в причинно-следственной связи с наступившими вредными последствиями.

Как разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом, в том числе, если вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и <данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина.

Таким образом, для взыскания компенсации морального вреда с ответчика подлежат установлению следующие обстоятельства: факт причинения вреда; наличие противоправных действий причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправными действиями причинителя вреда и наступившими последствиями. Отсутствие одного из условий либо недоказанность одного из названных обстоятельств исключает наступление ответственности за причинение вреда.

Между тем, таких оснований при разрешении данного гражданского дела не установлено. Доказательства несения физических и нравственных страданий в результате незаконных действий должностных лиц не представлены. Также нет данных о том, что истец обращался с жалобами на условия содержания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по РТ.

По смыслу вышеприведенных нормоположений Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Указанный перечень является исчерпывающим и произвольному толкованию не подлежит.

Таким образом, требование, положенное истцом в основу иска, не отнесено законодателем к основаниям, позволяющим независимо от вины причинителя вреда возложить на него гражданско-правовую ответственность в части компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основании состязательности и равноправия сторон.

Согласно требованиям части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. Соответственно бремя доказывания обстоятельств, на которых истец основывает заявленные исковые требования, лежит на нем.

В силу статей 55, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, истец не привел относимых, допустимых, достаточных и достоверных доказательств в обоснование своих требований.

Место содержания подозреваемых и обвиняемых, определяемое Федеральным законом от 15.07.1995 N 103-ФЗ (ред. от 28.12.2016) "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подразумевает претерпевание определенных неудобств данными лицами в силу специфики самого места нахождения этих лиц. Доставленные истцу неудобства находятся в пределах неизбежного уровня переживания, характерных для ограничения свободы, пребывания в специальных учреждениях.

Однако, в соответствии с пунктом 9 статьи 17, статей 23, 24 настоящего Федерального закона лицам, содержащиеся под стражей, гарантируется получение бесплатного питания, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение.

Истец ФИО4 к руководству ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан с жалобами на ненадлежащие условия содержания в ИВС не обращался, в контролирующие органы по вопросу содержания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан не обращался, доказательства обратного не представлено, судом по настоящему делу не добыто.

Оценив имеющиеся доказательства в совокупности и во взаимосвязи, с учетом их относимости, достаточности, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Республике Татарстан, Министерству финансов Российской Федерации, УФСИН России по Республике Татарстан, третьим лицам Елабужский МРСО СУСКР по Республике Татарстан, Федерального казенного учреждения Здравоохранения медико-санитарной части № 16 ФСИН России о компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение 1 (одного) месяца со дня принятия в окончательной форме через Мензелинский районный суд Республики Татарстан.

судья Мензелинского районного суда

Республики Татарстан Ч.И. Музипова

Решение вступило в законную силу__________________ 2017 года

судья Мензелинского районного суда

Республики Татарстан Ч.И. Музипова