Решение № 2-657/2025 2-657/2025~М-106/2025 М-106/2025 от 20 марта 2025 г. по делу № 2-657/2025

Дело № 2-657/2025

УИД: 67RS0007-01-2025-000191-49


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 марта 2025 года

Сафоновский районный суд Смоленской области

В составе:

председательствующего (судьи): Дроздова С.А.,

при секретаре : Кайченковой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договоров по отчуждению имущества недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, указав в обоснование заявленных требований, что с дд.мм.гггг состоит с ФИО2 в зарегистрированном браке, в период которого приобретено следующее имущество: жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>; автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный номер № ххх, 2020 года выпуска. При этом данное имущество было оформлено на ФИО2

Вместе с тем, с июля 2024 г. супружеские отношения между сторонами фактически прекращены, с указанного времени они совместно не проживают, общее хозяйство не ведут.

В связи с наличием спора о разделе вышеуказанного имущества, которое является совместно нажитым, она обратилась в Сафоновский районный суд Смоленской области с соответствующим заявлением.

Однако при подготовке дела к судебному разбирательству из возражений ответчика (ФИО2) ей стало известно, что последний произвел отчуждение приобретенного в браке и оформленного в его собственность имущества в пользу третьих лиц, а именно автомобиль «Geely atlas» дд.мм.гггг продал своей сестре ФИО3, дом и земельный, расположенные по вышеназванному адресу, дд.мм.гггг передал в дар их дочери ФИО5

Между тем, сделки купли-продажи автомобиля и дарения недвижимого имущества ответчик осуществил без ее согласия, не поставив об этом в известность.

Помимо этого, данные сделки по отчуждению спорного имущества являются мнимыми, совершены без намерения создать соответствующие правовые последствия с целью его вывода из состава имущества, подлежащего разделу.

В частности, после заключения между ФИО2 и ФИО3 договора купли-продажи автомобиль от продавца к покупателю по сделке фактически не передавался и остался в распоряжении ФИО2, который продолжает им пользоваться как до, так и после заключения договора. То есть, автомобиль фактически находится во владении и пользовании ФИО2, стоянка транспортного средства осуществляется по месту его жительства. Кроме того, ФИО2 является единственным лицом, допущенным к управлению данным транспортным средством. Помимо этого, в соответствии с условиями договора купли-продажи автомобиль «<данные изъяты>», 2020 года выпуска был продан ФИО3 за 360 000 руб., что явно не соответствует его рыночной стоимости, поскольку указанная стоимость такого автомобиля значительно выше стоимости, указанной в договоре.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемый договор является мнимой сделкой, совершенной для вида с целью исключения автомобиля из раздела совместно нажитого имущества, то есть без намерения создать соответствующие сделке правовые последствия. При этом, стороны сделки приходятся друг другу близкими родственниками (родные брат и сестра), соответственно, ФИО3 не могла не знать, что отчуждаемый ее братом автомобиль приобретен в период брака и является общим имуществом супругов, была осведомлена о наличии между истцом и ФИО2 конфликтных отношений и об отсутствии согласия со стороны истца на отчуждение автомобиля.

Также, передав по договору дарения от дд.мм.гггг их дочери ФИО4 спорные жилой дом и земельный участок, ФИО2 распорядился общим имуществом супругов в отсутствие на это нотариально удостоверенного согласия второго супруга (истца по делу), что свидетельствует о недействительности сделки, в том числе, по основаниям, предусмотренным п.1 ст.173.1 ГК РФ. Более того, ответчику было известно об отсутствии такого согласия, поскольку на дату государственной регистрации перехода к ФИО4 права собственности на жилой дом и земельный участок в адрес ответчика была направлена копия иска о разделе совместно нажитого имущества, в предмет которого входят спорные жилой дом и земельный участок.

С учетом изложенных обстоятельств, со ссылкой на положения статей 35 СК РФ, 166-168, 170, 173.1 ГК РФ, ФИО1 просит: признать договор купли-продажи транспортного средства – автомобиля марки «Geely atlas», государственный регистрационный номер № ххх, 2020 года выпуска от дд.мм.гггг, заключенный между ФИО2 и ФИО3, недействительным; прекратить право собственности ФИО3 на автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный номер № ххх, 2020 года выпуска, возвратив указанный автомобиль в собственность ФИО2; признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенные по адресу: <адрес>, от дд.мм.гггг, заключенный между ФИО2 и ФИО4; прекратить право собственности ФИО4 на жилой и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, возвратив указанное имущество в собственность ФИО2

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель адвокат Моисеенкова Е.А. заявленные требования поддержали.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, обеспечив участие своего представителя – адвоката Шелаева А.Е., который иск не признал по доводам, изложенным в письменных возражениях (л.д.41-43).

Ответчики ФИО3 и ФИО4 иск также не признали, ссылаясь на необоснованность заявленных истцом требований.

Выслушав стороны, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Из содержания искового заявления и объяснений стороны истца усматривается, что заявленные требования о признании оспариваемых договоров по отчуждению спорного имущества недействительными основаны на мнимости сделок, а в отношении объектов недвижимости (жилого дома и земельного участка) – также на положениях пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3).

Пунктом 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) определено, что законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В силу статьи 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Пунктом 1 статьи 35 СК РФ установлено, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", учитывая, что в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должны осуществляться по их обоюдному согласию в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с п. 4 ст. 38 СК РФ может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

Из приведенных положений Семейного кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом по взаимному согласию супругов предполагаются. При этом, для отнесения имущества к личной собственности супругов необходимо установить время фактического прекращения семейных отношений. В том случае, если один из супругов ссылается на отчуждение другим супругом общего имущества или его использование вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, то по общему правилу именно на него возлагается обязанность доказать данное обстоятельство.

Статьей 35 СК РФ также установлено, что сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (абзац второй пункта 2).

Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3).

Положениями статьи 173.1 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе (абзац первый пункта 1).

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (пункт 2).

В абзаце втором пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Статьей 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Как следует из материалов дела, в том числе исследованных в судебном заседании материалов гражданского дела № ххх о расторжении брака и разделе совместного нажитого имущества супругов, дд.мм.гггг между ФИО2 и ФИО1 заключен брак, в период которого приобретено следующее имущество: дд.мм.гггг - автомобиль <данные изъяты>, год изготовления 2020, идентификационный номер (VIN) № ххх, государственный регистрационный знак № ххх (далее также – <данные изъяты>); дд.мм.гггг – жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Указанное имущество было оформлено в собственность ФИО2 (л.д.8-10, 12-13, 51-52, 54-55, 83).

дд.мм.гггг ФИО1 в Сафоновский районный суд Смоленской области предъявлен иск к ФИО2 о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества супругов. При этом, к разделу заявлены вышеназванные автомобиль <данные изъяты>, а также жилой дом и земельный участок. В обоснование заявленных требований о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества супругов в исковом заявлении ФИО1 также указано, что брачные отношения между сторонами фактически прекращены с июля 2024 г., с указанного времени совместное хозяйство не ведется.

В этот же день, то есть дд.мм.гггг, между ФИО2 и ФИО4 заключен договор дарения, согласно которому ФИО2 безвозмездно передал в собственность своей дочери ФИО4 жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>. (л.д.14-18).

Право собственности ФИО4 на указанные объекты недвижимости зарегистрировано дд.мм.гггг, что подтверждается выписками из ЕГРН.

При этом, названные выписки содержат указание на то, что на государственную регистрацию сделки и права не представлено согласие ФИО1 (до заключения брака - ФИО6), необходимое в силу пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, то есть нотариально удостоверенное согласие другого супруга на заключение сделки по распоряжению недвижимым имуществом (л.д.20-26).

Отсутствие такого согласия ФИО1 на совершение оспариваемой сделки также подтверждается документами реестровых дел в отношении спорных объектов недвижимости, представленных по запросу суду (л.д.98-105).

Из объяснений ответчика ФИО4 усматривается, что она проживает с отцом (ФИО2) в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, микрорайон 1, <адрес>, которая принадлежит ей, бабушке и маме (ФИО1). При этом, с июля 2024 г. мать действительно не проживает с ней и отцом по причине проживания с другой семьей. Письменного согласия на дарение отцом жилого дома и земельного участка последняя не давала.

Таким образом, ответчиком ФИО4 фактически не оспаривалось отсутствие нотариально удостоверенного согласия ФИО1 на совершение сделки по отчуждению спорного недвижимого имущества (п.3 ст.35 СК РФ).

Помимо этого, в своих пояснениях ФИО4 не ссылалась на обстоятельства того, что мать имела намерение именно подарить ей жилой дом и земельный участок при том, что титульным собственником указанного имущества являлся ФИО2

Приведенные обстоятельства, в том числе длительный период фактического прекращения семейных отношений (с июля 2024 г.), предшествующий заключению оспариваемого договора дарения от дд.мм.гггг, наличие близких родственных связей между сторонами сделки свидетельствуют о том, что ответчики не могли не знать об отсутствии согласия истца на отчуждение жилого дома и земельного участка в момент совершаемой сделки.

При этом, из представленных истцом документов усматривается, что первоначально копия искового заявления ФИО1 о расторжении брака и разделе общего имущества (жилого <адрес> и автомобиля GEELY ATLAS), содержащего также требование о применении мер по обеспечению иска в виде ограничения на совершение регистрационных действий в отношении спорного имуществ, была направлена истцом ФИО2 дд.мм.гггг и вручена адресату дд.мм.гггг, что свидетельствует об осведомленности ответчика о возникшем споре о правах на имущество, которое впоследствии явилось предметом оспариваемого договора дарения (л.д.125-128).

В последующем, при предъявлении дд.мм.гггг в суд иска к ФИО2 о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества ФИО1 также заявлено о применении мер по обеспечению иска. При этом, определением судьи от дд.мм.гггг заявление ФИО1 о принятии обеспечительных мер удовлетворено, наложен запрет на совершение регистрационных действий в отношении жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, а также транспортного средства <данные изъяты>).

Кроме того, из объяснений ФИО4 следует, что бремя содержания подаренного ей имущества она не несет, в жилом доме не проживает.

Из имеющихся в материалах дела документов также усматривается, что дд.мм.гггг между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи автомобиля, согласно которому ФИО2 продал своей родной сестре ФИО3 автомобиль <данные изъяты>(легковой универсал), год выпуска 2020, идентификационный номер (VIN) № ххх, государственный регистрационный знак № ххх (л.д.11, 113-114).

дд.мм.гггг указанное транспортное средство зарегистрировано за ФИО3 в органах ГИБДД (л.д.84).

При этом, из документов, истребованных по запросу суда, усматривается, что при постановке транспортного средства на учет представлен аналогичный договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, заключенный между ФИО2 и ФИО3, который датирован дд.мм.гггг (л.д.86-88).

Вместе с тем, наличие двух договоров купли-продажи с разными датами заключения (дд.мм.гггг и дд.мм.гггг), условия которых идентичны и не оспорены его сторонами, не опровергает факт заключения ответчиками ФИО2 и ФИО3 сделки по отчуждению спорного автомобиля, которая оспаривается истцом ФИО1

В силу положений пункта 1 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Под владельцем транспортного средства понимается собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное) (абзац четвертый статьи 1 Закона об ОСАГО).

Под страхователем понимается лицо, заключившее со страховщиком договор обязательного страхования (абзац девятый статьи 1 Закона об ОСАГО).

Договор обязательного страхования заключается в отношении владельца транспортного средства, лиц, указанных им в договоре обязательного страхования, или в отношении неограниченного числа лиц, допущенных владельцем к управлению транспортным средством в соответствии с условиями договора обязательного страхования, а также иных лиц, использующих транспортное средство на законном основании (пункт 2 статьи 15 Закона об ОСАГО).

Положениями статьи 16 Закона об ОСАГО определено, что владельцы транспортных средств вправе заключать договоры обязательного страхования с учетом ограниченного использования транспортных средств, находящихся в их собственности или владении.

Ограниченным использованием транспортных средств признаются управление транспортными средствами только указанными страхователем водителями и (или) сезонное и иное временное использование транспортных средств в течение трех и более месяцев в году (пункт 1).

При осуществлении обязательного страхования с учетом ограниченного использования транспортного средства в страховом полисе указываются водители, допущенные к управлению транспортным средством, в том числе на основании соответствующей доверенности, и (или) предусмотренный договором обязательного страхования период его использования (пункт 2).

В период действия договора обязательного страхования, учитывающего ограниченное использование транспортного средства, страхователь обязан незамедлительно в письменной форме сообщать страховщику о передаче управления транспортным средством водителям, не указанным в страховом полисе в качестве допущенных к управлению транспортным средством, и (или) об увеличении периода его использования сверх периода, указанного в договоре обязательного страхования. При получении такого сообщения страховщик вносит соответствующие изменения в страховой полис. При этом страховщик вправе потребовать уплаты дополнительной страховой премии в соответствии со страховыми тарифами по обязательному страхованию соразмерно увеличению риска (пункт 3).

Таким образом, в случае заключения договора обязательного страхования транспортных средств с учетом их ограниченного использования, управление транспортным средством может осуществляться только водителями, указанными страхователем.

Согласно страховому полису обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (полису ОСАГО) № № ххх сроком действия с дд.мм.гггг по дд.мм.гггг, собственником транспортного средства и страхователем в котором указана ФИО3, единственным лицом, допущенным к управлению автомобилем Geely Atlas, государственный регистрационный знак <***>., является ФИО2 (л.д.87, 130).

Из объяснений самой ФИО3 усматривается, что спорный автомобиль приобретался ею не для себя, а в подарок дочери. При этом ФИО3 не оспаривались обстоятельства того, что после заключения договора купли-продажи ФИО2 пользовался автомобилем.

Имеющиеся в материалах дела сведения о том, что дд.мм.гггг ФИО3 привлечена к административной ответственности по ч.2 ст.12.9 КоАП РФ, то есть за превышение установленной скорости движения транспортного средства, не опровергает факт пользования ФИО2 автомобилем <данные изъяты> после заключения оспариваемого договора купли-продажи транспортного средства, поскольку ФИО3 не отрицалось, что в момент фиксации правонарушения автомобилем управлял ФИО2 (л.д.80-81, 89-92).

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2 сохранен контроль над спорным автомобилем.

В обоснование доводов о реальном исполнении оспариваемого договора купли-продажи автомобиля в части оплаты его стоимости в размере 360 000 руб. ФИО3 представлены документы о выдаче ей дд.мм.гггг денежных средств в сумме 830 300,78 руб. в связи с расторжением договора банковского вклада и закрытии банковского счета по вкладу в Банке ГПБ (АО) (л.д.139-140).

Между тем, из содержания договора купли-продажи от дд.мм.гггг следует, что деньги за проданный автомобиль в сумме 360 000 руб. получены продавцом ФИО2 полностью в день его заключения, то есть дд.мм.гггг.

Более того, этот же договор купли-продажи представлен самой стороной ответчика ФИО2 в деле по иску ФИО1 о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества супругов.

Ссылка представителя ответчика ФИО2 на обстоятельства того, что вырученные от продажи автомобиля денежные средства были потрачены на ремонт дома, закупку строительных материалов и оплату ремонтных работ, то есть использованы на нужды и в интересах семьи, не может быть признана состоятельной, поскольку установленными по делу обстоятельствами, которые не опровергнуты ответчиками, подтверждено фактическое прекращение семейных отношений между супругами Ф-выми с июля 2024 г. (л.д.131-138).

Доводы ответчиков о том, что истица знала об отчуждении спорного имущества и давала свое устное согласие на распоряжение им, суд находит несостоятельными, поскольку какими-либо объективными и убедительными доказательствами указанные доводы не подтверждены.

Напротив, в обоснование заявленных требований о признании оспариваемых договоров недействительными, в том числе по признаку мнимости, ФИО1 в исковом заявлении и своих объяснениях ссылалась на отсутствие осведомленности о совершенных сделках и, как следствие, ее согласия на их заключение, о наличии которых она узнала только в деле о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества супругов.

Таким образом, установленные по делу обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том, что оспариваемые договоры дарения жилого дома и земельного участка, а также купли-продажи автомобиля, являются мнимыми сделками, совершенными для вида, в целях исключения данного имущества из раздела совместно нажитого, то есть без намерения создать соответствующие сделке правовые последствия при наличии осведомленности ответчиков, состоящих в близких родственных отношениях, об отсутствии согласия ФИО1 на отчуждение спорного имущества.

При таких установленных по делу обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований о признании недействительными договора дарения жилого дома и земельного участка, заключенного между ФИО2 и ФИО4, и договора купли-продажи автомобиля, заключенного между ФИО2 и ФИО3, с применением последствий недействительности сделки, указанных в статье167 ГК РФ.

Исходя из положений части 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Статьей 88 ГПК РФ определено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, размер государственной пошлины определяется в зависимости от цены иска.

Частью 2 статьи 91 ГПК РФ установлено, что цена иска указывается истцом.

В Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2006 года, утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 29.11.2006 года, разъяснено, что поскольку иск о применении последствий недействительности сделки связан с правами на имущество, государственную пошлину при подаче таких исков следует исчислять в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации - как при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, в зависимости от цены иска.

При предъявлении настоящего иска истцом уплачена государственная пошлина в размере 24 014 руб. исходя из цены 950 703,02 руб. (с учетом стоимости имущества по оспариваемым сделкам: автомобиля - 360 000 руб., жилого дома и земельного участка – 334 692,74 руб. и 256 010,31 руб., соответственно).

В этой связи, на основании ст. 98 ГПК РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с каждого из ответчиков в пользу ФИО1 также подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в следующем размере: 12 007 руб. – с ФИО2, 4 546 руб. 50 коп. - с ФИО3, 7 460 руб. 50 коп. - с ФИО4

Руководствуясь ст. ст. 194 -198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 (СНИЛС № ххх) к ФИО2 (паспорт № ххх), ФИО3 (паспорт № ххх), ФИО4 (паспорт № ххх) о признании договоров по отчуждению имущества недействительными удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, год изготовления 2020, государственный регистрационный знак № ххх, заключенный между ФИО2 и ФИО3.

Прекратить право собственности ФИО3 на автомобиль <данные изъяты>, год изготовления 2020, государственный регистрационный знак № ххх, передав указанный автомобиль в собственность ФИО2.

Признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенный дд.мм.гггг между ФИО2 и ФИО4.

Прекратить право собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Передать в собственность ФИО2 жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 007 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 546 рублей 50 копеек.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 460 рублей 50 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Сафоновский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: /подпись/ С.А. Дроздов

Копия верна.

Судья Сафоновского районного суда

Смоленской области С.А. Дроздов

Мотивированное решение суда изготовлено дд.мм.гггг