Решение № 2-434/2019 2-5/2020 2-5/2020(2-434/2019;)~М-187/2019 М-187/2019 от 18 октября 2020 г. по делу № 2-434/2019

Дело № 2-5/20


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 октября 2020 года г.Шилка

Шилкинский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Цукерман С.Ю.,

при секретаре Левинзон К.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 ФИО2, действующей на основании доверенности 75 АА 0805132 от 11.12.2018, сроком на три года,

представителя ответчика ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» ФИО3, действующего на основании доверенности от 29.04.2020, сроком по 31.12.2020,

прокурора Иванова О.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному автономному учреждению здравоохранения «Шилкинская центральная районная больница», государственному бюджетному учреждению «Забайкальский краевой перинатальный центр», Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, с учетом его уточнения, указав, что 16.02.2016 истец встала на учет по беременности в ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ», где наблюдалась до 37-38 недель. В период беременности, при первичном обследовании, на TORCH инфекции были выявлены положительные антитела G на токсоплазмоз, была осмотрена врачом инфекционистом и был выставлен диагноз: приобретенный токсоплазмоз, хроническая приобретенная ЦВМ-инфекция. На сроке 18 недель была выявлена гипоплазия, структурные изменения плаценты. В период всего срока беременности присутствовал диагноз ХФПН субкомпенсир форма, маловодие. С 01.06.2016 по 08.08.2016 истец находилась на обследовании и лечении в дневном стационаре ГБУЗ ЗКПЦ с диагнозом: хроническая ФПН субкомпенсированная форма. С помощью обследования УЗДГ от 08.08.2016 было выявлено нарушение маточно-плацентарное кровообращение. 09.08.2016 истец осмотрена врачом женской консультации, КГТ не проводится, назначается лечение – курантил. 14.08.2016 на приеме осмотра акушеркой, КГТ, УЗИ, УЗДГ не назначается и не проводится. 29.08.2016 осмотрена врачом, был поставлен диагноз: беременность 37 недель. ХФПН, субкомпенсированная форма, ЗВУР плода 1-2 степени, маловодие, хронический токсоплазмоз. 29.08.2016 при осмотре: состояние беременной удовлетворительное, сердцебиение выслушивается 140 уд. в мин., УЗИ, КТН не проводятся. Согласно плану госпитализации, истец направляется в ЗКПЦ на 12.09.2016 для родоразрешения. 30.08.2016, в связи с началом родовой деятельности, истец госпитализирована в ЗКПЦ, где и родоразрешается мертвым плодом мужского пола весом 1960 гр. При проведении служебного расследования были выявлены факты неполного обследования беременной согласно клиническому протоколу наблюдения за беременной с хронической ФПН со стороны наблюдающего врача, не проводится УЗИ плода, не оценивается биофизический профиль плода. При патологоанатомическом вскрытии плода было выявлено: параметры плода не соответствуют сроку гестации, присутствует отслойка эпидермиса, что говорит о внутриутробной гибели плода ранее произошедшего родоразрешения, головной мозг массой 15 гр., форму держит слабо, разрушается, мозговые оболочки отечны с очаговыми кровоизлияниями. Пуповина и пупочное кольцо с выраженной отечностью и кровоизлияниями, что также подтверждает длительное кислородное голодание плода внутриутробно. При обследовании почек, селезенки миокарда, печени, было выявлено длительное недоразвитие органов за счет кроветворного голодания. Выявленные при патоморфологическом исследовании изменения в последе, свидетельствуют об антенатальном повреждении плода на сроке 25-30 недель беременности. Медицинское учреждение – Шилкинская ЦРБ не выполнило возложенную на него обязанность, используя данные медицинской науки и практики, соответствующую медицинскую технику, специальные знания, опыт медицинских работников, произвести необходимые действия по обследованию пациента, установлению правильного диагноза, проведению надлежащего качества лечения. В иске ссылается на ст.151, 1064, 1101, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», указывает, что по результатам обследования пациента было сделано заключение о том, что плацента постарела раньше времени, что привело к гибели плода. Бездействие врачей, выраженное в несвоевременной диагностике изменения состояния плаценты, непринятие своевременного решения об оперативном родоразрешении, привело к гибели ребенка истца. В результате гибели ребенка в утробе матери, истцу причинены нравственные страдания. Утрата долгожданного и ожидаемого ребенка, осознание того, что ребенок страдал ввиду недостатка кислорода, вызвала у истца сильное негативное эмоциональное потрясение, истец длительное время находилась в депрессии, потеряла интерес к жизни, испытывала мучения от безысходности и невосполнимости потери. Антенатальную гибель плода можно было предотвратить досрочным родоразрешением в связи с отсутствием эффекта лечения ФПН уже на 25 недели беременности, что не было предпринято в связи с недостаточной квалификацией врача в диагностике внутриутробной гипоксии плода по КТГ и УЗДГ. У истца данная беременность была первая, риск остаться бесплодной и не иметь больше детей был огромен. Депрессия у истца длилась почти два года. После первых родов истец долго лечилась, тратила денежные средства на разные обследования. Для сбора документов, представления в суде, истец обратилась в ООО «Забюрист», заключив договор. С учетом уточнения исковых требований, истец, с учетом мировой практики по удовлетворению аналогичных исков, с учетом морального причинения вреда вследствие некачественного оказания медицинской услуги, приведшей к смерти ребенка, просит суд взыскать с ответчика ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5000000 руб., а также судебные расходы в размере 100000 руб. в связи с увеличением количества судебных заседаний и оплаты за транспортные расходы.

Истец ФИО1 в судебном заседании и ее представитель ФИО2 требования, с учетом их уточнения, поддержали в полном объеме по основаниям, указанным в иске. Истец подтвердила все ранее данные пояснения, указала, что ее моральные страдания продолжаются до сих пор, 30.08.2016 разделило ее жизнь «до» и «после», она не может жить обычной жизнью зная, что у ее ребенка был шанс появиться на свет живым. После рождения ее ребенка мертвым, она обращалась за помощью в г.Читу к психологу и психотерапевту, бывают случаи, что она впадает в депрессию, остались страхи, она не может спать без света. Кроме того, страх выражался еще в том, что она не сможет больше забеременеть, а когда она забеременела, то боялась, что с ребенком вновь что-либо случится. Потеря ребенка это большое горе не только для нее, но и для всей ее семьи. Указывает о том, что врачами Шилкинской ЦРБ ей была оказана ненадлежащая медицинская помощь. На приеме 29.08.2016 у врача гинеколога ФИО4, последняя, по ее просьбе, выдал ей направление в ЗКПЦ на 12.09.2016, при этом направление на 29.08.2016, ФИО4 ей не выдавала и не настаивала на ее немедленной госпитализации в связи с ее жалобами на плохое шевеление плода.

Представитель ответчиков ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» ФИО3 в судебном заседании иск полностью не признал, просил суд в удовлетворении иска отказать, сославшись на письменный отзыв, который полностью поддерживает по доводам, в нем изложенным. Указал, что алгоритма ведения беременности, при задержке внутриутробного развития плода при ФПН, нет, есть только рекомендации. При этом просил учесть то, что экспертным учреждением ГУЗ «Забайкальское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» экспертиза была проведена более детально, а также при вынесении решения просил суд учесть то, что, согласно выводам судебной экспертизы автономной некоммерческой организации «Центр судебной экспертизы» «ПетроЭксперт», вина ГУАЗ «Шилкинская ЦРБ» была установлена частично.

Представитель ответчика ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» ФИО5 позицию представителя ФИО3 поддержала, при этом не отрицала, что истцу не проводили необходимое обследование, не были даны рекомендации.

Другие представители ответчика ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ», ранее принимавшие участие в судебном заседании, также иск не признали, просили в его удовлетворении отказать.

Представитель ответчика ГБУЗ «ЗКПЦ», извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явился, об уважительности причин неявки не сообщил, не ходатайствовал об отложении слушания дела. При этом ранее представил возражение на исковое заявление, согласно которому просил отказать истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, поскольку между действиями сотрудников ГБУЗ «ЗКПЦ» и наступившими последствиями в виде гибели ребенка истца, отсутствует какая-либо причинно-следственная связь и соответственно, отсутствует их вина, что следует из имеющихся в деле доказательств.

Представитель ответчика Департамента государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, не явился, об уважительности причин неявки не сообщил, об отложении слушания дела не ходатайствовал, при этом ранее обратился к суду с просьбой о рассмотрении дела в отсутствие представителя и указал, что Департамент не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по долгам учреждений, не находящихся в ведении Департамента, чему привел свое обоснование, в том числе, сославшись на судебную практику.

Представитель третьего лица Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Забайкальскому краю, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки не сообщил, не ходатайствовал об отложении слушания дела.

Представитель третьего лица Министерство здравоохранения Забайкальского края, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки не сообщил, не ходатайствовал об отложении слушания дела.

Суд, в соответствии со ст.167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

В заключении помощник прокурора полагал, что исходя из совокупности доказательств, имеющейся в деле, выводов судебной экспертизы, заявленные ФИО1 требования к ГУАЗ «Шилкинская ЦРБ» подлежат удовлетворению. С ответчика ГУАЗ «Шилкинская ЦРБ» подлежит взысканию сумма морального вреда с учетом принципа разумности и справедливости.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав весь объем представленных в дело доказательств, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Статьей 25 Всеобщей декларации прав человека и ст.12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст.2 Протокола № 1 от 20.03.1952 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод признается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст.18 Конституции Российской Федерации).

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п.1 ст.2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон об охране здоровья граждан) основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (пункт 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (пункт 2); доступность и качество медицинской помощи (пункт 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункт 7).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп.3, 9 ст.2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В п.21 ст.2 Федерального "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно ст.10 Закона об охране здоровья граждан доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации (пункт 2); применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

В силу частей 1 и 2 ст.19 Закона об охране здоровья граждан каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно ч.5 данной статьи пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (пункт 2); получение консультаций врачей-специалистов (пункт 3); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (пункт 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (пункт 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (пункт 9).

На основании п.2 ст.79 Закона об охране здоровья граждан медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В силу ст.98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п.п.1, 2 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст.1095 ГК РФ вред, причиненный недостатками оказанной услуги, либо вследствие недостаточной или недостоверной информации об услуге, подлежит возмещению исполнителем независимо от его вины, при этом в силу ст.1098 этого же Кодекса исполнитель может быть освобожден от ответственности, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо по вине самого потребителя. При этом под недостатками оказанной услуги понимаются конструктивные, рецептурные или иные подобные недостатки, связанные как с самим содержанием услуги, так и с фактическим ее оказанием.

Из указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный ненадлежащим оказанием медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступлении вреда, противоправности поведения причинителя вреда и причинной связи между этими двумя элементами.

Положениями ст.151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.).

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй пункта 1 названного Постановления).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, 16.02.2016 ФИО1 встала на учет по беременности в ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ», где наблюдалась до 37-38 недель. 29.08.2016 на 37-38 недели беременности истец ФИО1 была направлена врачом ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» в ЗКПЦ на 12.09.2016. 30.08.16 беременная ФИО1 доставляется в ЗКПЦ с помощью родственников, где родоразрешается мертвым плодом мужского пола весом 1960 гр., ростом 50см. Данные весо-ростовые показатели соответствует ЗРП III степени.

Основанием для обращения в суд с настоящими требованиями послужило то, что врачом ГУАЗ «Шилкинская ЦРБ» 29.08.2016, в результате неудовлетворительного наблюдения за беременной с хронической ФПН, субкомпенсированной формы, вследствие чего не ставится вопрос о досрочном родоразрешении по показаниям со стороны плода, 30.08.2016 истец ФИО1, в связи с началом родовой деятельности, родоразрешается в ГБУЗ «ЗКПЦ» мертвым плодом мужского пола. В результате гибели ребенка в утробе матери, истцу причинены нравственные страдания.

Из представленной в материалы дела медицинской документации следует следующая хронология событий.

ФИО1, 26 лет, первобеременная, социально благополучная, встала на учет по беременности 16.02.2016 на сроке 9 недель. Всего сделано 14 явок.

При первичном обследовании на TORCH-инфекции выявлены положительные антитела «G» на токсоплазмоз, ЦМВ, ВПГ. Осмотрена врачом-инфекционистом 30.03.2016, выставлен диагноз: Приобретенный токсоплазмоз, хроническая приобретенная ЦМВ-инфекция (врач ФИО6). Течение беременности с явлениями раннего токсикоза легкой степени. При осмотре терапевтом ЭГЗ не выявлено.

Скрининговые УЗИ выполнены на сроках 13 недель в КБ№3 15.03.2016 (врач ФИО7) с биохимическим скринингом (патологии не выявлено), на сроке 18 недель - гипоплазия, структурные изменения плаценты (врач ИП ФИО8 г. Шилка).

На сроке беременности 21-22 недели перенесла ОРВИ легкой степени. 25.07.2016 при осмотре врачом ФИО4 на сроке беременности 32-33 недели ОЖ 86см, ВДМ 29см,. устанавливается диагноз: Беременность 32-33 нед. ХФПН, субкомпенсированная форма.Маловодие. УЗИ от 17.07.2016: Беременность 29-30 нед.ФПН, компенсированная форма. Маловодие. (врач ИП ФИО8 г.Шилка). Беременная направляется на обследование в ЗКПЦ.

С 01.08.16 по 08.08.16 находится на обследовании и лечении в дневном стационаре ГБУЗ ЗКПЦ с диагнозом: Хроническая ФПН, субкомпенсированная форма, на сроке 33 недели беременности. УЗДГ от 08.08.16: нарушение маточно-плацентарного кровотока 1А степени, при сохранном плодово-плацентарном кровотоке. Гемодинамика плода в норме. (врач ФИО9). КТГ плода 8 баллов по Фишеру. УЗИ от 04.08.16 - Беременность 33-34 нед. Выписывается в удовлетворительном состоянии 08.08.2016 под наблюдение врача женской консультации по месту жительства с рекомендациями: КТГ, тест шевеления плода, УЗДГ-контроль через 2 недели.

После выписки из ЗКПЦ посетила женскую консультацию «Шилкинской ЦРБ» 3 раза: 09.08.2016 осмотр врачом ФИО4 Беременность 34-35 нед. ХФПН, субкомпенсированная форма. Маловодие. Хронический токсоплазмоз. Назначается курантил 25мг 3 раза в день. КТГ не проводится.

Явка 24.08.2016, осматривается акушеркой ФИО10- Беременность 36-37 нед. ХФПН, субкомпенсированная форма. Маловодие. КТГ, УЗДГ, УЗИ не проводятся.

29.08.2016, осмотр врачом ФИО4. - беременность 37 нед. ХФПН, субкомпенсированная форма. ЗВУР плода 1-2 ст. Маловодие. Хронический токсоплазмоз. УЗИ, КТГ плода не проводятся. Согласно графика госпитализаций, выдается направление в ЗКПЦ на 12.09.2016.

30.08.2016, в связи с началом родовой деятельности, беременная родственниками доставляется в ЗКПЦ, где родоразрешается через естественные родовые пути мертвым плодом мужского пола весом 1960 гр., ростом 50 см.

Заключение патогистологического исследования последа: зрелая плацента с патологической задержкой развития, резко выраженными инволютивно-дистрофическими изменениями («преждевременное старение» плаценты) на фоне облитерационнойангиопатии иваскулитов стволовых ворсин. Хроническая плацентарная недостаточность, субкомпенсированная форма. Острая плацентарная недостаточность, субкомпенсированная форма. Диффузный острый экстраплацентарныймембранит, париетальный интервеллизит, острый очаговый плацентит (средняя степень инфицирования по смешанному пути), Аномальное прикрепление пуповины – краевое прикрепление.

Заключение патологоанатомического вскрытия мертворожденного: основным заболеванием мертворожденного (первоначальной причиной гибели до 1-х суток) следует считать внутриутробную гипоксию до начала родов, обусловленную хронической плацентарной недостаточностью с декомпенсацией функций плаценты. Вероятной причиной срыва компенсаторных возможностей могли стать выраженные вспомогательные изменения по смешанному (трансплацентарно-восходящему) пути инфицирования. Вспомогательные изменения в последе по внутренним органам плода реализации не получили. Выявленные при патоморфологическом исследовании изменения в последе свидетельствуют об антенатальном повреждении плода на сроке 25-30 недель беременности.

Согласно акту от 19.12.2016 служебного расследования по факту мертворождения у ФИО1, комиссия в составе заместителя главного врача по медицинскому обслуживанию населения ФИО11, заведующей поликлиникой ФИО12, районного акушера-гинеколога ФИО13, по результатам проведенного служебного расследования выявила следующее: имеются факты неудовлетворительного наблюдения за беременной с хронической ФПН, субкомпенсированной формы, со стороны врача ФИО4 (не проводится УЗИ плода в динамике, не оценивается биофизический профиль плода), вследствие чего не ставится вопрос о досрочном родоразрешении по показаниям со стороны плода.

Как следует из ответа от 27.01.2017 №И75-165/17 Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Забайкальскому краю на обращение ФИО1, последняя проинформирована о проведении внеплановой документарной проверки ГУЗ «Шилкинская ЦРБ» с целью государственного контроля качества безопасности медицинской деятельности. В ходе проверки ГУЗ «Шилкинская ЦРБ» выявлены нарушения порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утв. Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 №572н, так как при ведении беременности не выполнены в полном объеме установленные и рекомендованные исследования и наблюдения за состоянием плода в динамике. Таким образом, ГУЗ «Шилкинская ЦРБ» не обеспечило право ФИО14 на охрану здоровья при оказании ей медицинской помощи в период беременности. По результатам проверки администрации ГУЗ «Шилкинская ЦРБ» выдано предписание.

Кроме того, в период времени с 16.01.2017 по 27.01.2017 Территориальным органом Росздравнадзора по Забайкальскому краю была проведена проверка в отношении ГУЗ «Шилкинская ЦРБ» с привлечением эксперта ФИО15 (заведующей кафедрой акушерства и гинекологии лечебного и стоматологического факультетов ГБОУ ВИО ЧГМА, к.м.н., доцент), о чем составлен соответствующий акт.

По результатам вышеуказанной проверки было сделано следующее заключение: причиной антенатальной гибели плода пациентки ФИО1 следует считать внутриутробную гипоксию до начала родов, обусловленную хронической плацентарной недостаточностью с декомпенсацией функций плаценты. Вероятной причиной срыва компенсаторных возможностей могли стать выраженные воспалительные изменения по смешанному (трансплацентарно-восходящему) пути инфицирования. Учитывая отсутствие дополнительного обследования на ХУГИ, бактериологического исследования мочи, сказать однозначно о этиологии возбудителя невозможно, так как специфической реализации воспалительных изменений, характерных для токсоплазменной, ЦМВИ или герпетической инфекции по органам плода не выявлено. Случай следует считать управляемым на этапе ведения беременной в условиях женской консультации при соблюдении условия срочной госпитализации пациентки на сроке 36-37 недель в ЗКПЦ и решении вопроса о досрочном оперативном родоразрешении беременной по состоянию плода.

Таким образом, в ходе проведения проверки выявлены нарушения обязательных требований, установленных муниципальными актами: 1) Приложения №5 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утв. Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 №572н план обследования и наблюдения на амбулаторном этапе при ведении беременности ФИО1, не соответствует установленному объему базового обследования беременных женщин и объему обследования при наличий патологии (не проведено обследование на скрытые ХУГИ методом ГИДР отделяемого цервикального канала, посев мочи на стерильность (учитывая особенности течения беременности и высокий риск инфицирования), глюкозтолерантный тест); 2) Приложения №5 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утв. Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 №572н при ведении беременности ФИО1 не выполнялись кардиотография плода и донилерометрия фетоплацентарных сосудов в динамике, регламентированные Порядком при наличии экстрогенитальной патологии и ощущениям женщины; 3) п.6 Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утв. Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 №572н скрининговое ультразвуковое исследование при сроке беременности 18-21 неделя не выполнено в медицинской организации, осуществляющей перинатальную диагностику и при сроке беременности 30-34 недели УЗИ не проведено по месту наблюдения беременной женщины в ГУЗ «Шилкинская ЦРБ»; 4) Приложения №5 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утв. Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 №572н при отсутствии показаний назначены лекарственные препараты, не включенные в стандарт ведения беременных и не имеющие доказанной эффективности (Курантил, Элевит, Витрум Пренатал, Ампициллин); 5) Приложения №5 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утв. Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 №572н необоснованное назначение «диеты» при наличии паталогической прибавки веса и задержки роста плода; 6) Приложения №5 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утв. Приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 №572н отсутствие срочного направления беременной на сроке 36-37 недель, при наличии ЗРИ 111 степени на родоразрешение в ФГБУЗ «ЗКПЦ»; 7) Статья 18 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» ГУЗ «Шилкинская ЦРБ» при оказании медицинской помощи ФИО1 в период беременности не обеспечило право гражданина на охрану здоровья.

Лицо, допустившее нарушение: главный врач ГУЗ «Шилкинская ЦРБ» ФИО16

Как следует из составленного ФИО15 - заведующей кафедрой акушерства и гинекологии лечебного и стоматологического факультетов ГБОУ ВИО ЧГМА, к.м.н., доцент, оппоненцияслучая ведения беременности ФИО1 от 27.01.2017, на основании анализа представленной медицинской документации: медицинская карта №1011710 «Щилкинская ЦРБ», индивидуальная карта беременной №36 женской консультации ГУЗ «Шилкинская ЦРБ», протокол патологоанатомического вскрытия мертворожденного Щеренко №См-85 (от 01.09.2016), сигнальное донесение о результатах патогистологического исследования последа №9235, Приказа МЗ РФ от 01.11.2012 №572н «О порядке оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», выявлены следующие дефекты ведения пациентки ФИО1: 1) Не проведены: обследование на скрытые ХУГИ методом ПЦР определяемого цервикального канала, посев мочи на стерильность (учитывая особенности течения беременности и высокий риск инфицирования); глюкозотолерантный тест. 2) При отсутствии показаний назначены лекарственные препараты, не включенные в стандарт ведения беременных и не имеющие доказанной эффективности (Курантил, Элевит, Витрум Пренатал, Ампициллин). 3) Необоснованное назначение «диеты» при наличии паталогической прибавки веса и задержки роста плода. 4) Нарушение Порядка проведения пренатальной (дородовой) диагностики нарушений развития ребенка во время беременности: отсутствие проведения 2-го УЗ-го скрининга – ЭХОКГ плода в ЦПД ФГБУЗ «ЗКПЦ», 3-го скрининга – в условиях ГУЗ «Шилкинская ЦРБ». 5) Отсутствие динамического наблюдения за состоянием плода (контроль КТГ, УЗДГ, УЗИ плода) после выписки беременной из акушерского стационара на сроке 34-35 недель. 6) Отсутствие срочного направления беременной на сроке 36-37 нед. При наличии ЗРП 111 степени на родоразрешение в ЗКПЦ. На основании изложенного пришла к заключению: причиной антенатальной гибели плода пациентки ФИО1 следует считать внутриутробную гипоксию до начала родов, обусловленную хронической плацентарной недостаточностью с декомпенсацией функций плаценты. Вероятной причиной срыва компенсаторных возможностей могли стать выраженные воспалительные изменения по смешанному (трансплацентарно-восходящему) пути инфицирования. Учитывая отсутствие дополнительного обследования на ХУГИ, бактериологического исследования мочи, сказать однозначно о этиологии возбудителя невозможно, так как специфической реализации воспалительных изменений, характерных для токсоплазменной, ЦМВИ или герпетической инфекции по органам плода не выявлено. Случай следует считать управляемым на этапе ведения беременной в условиях женской консультации при соблюдении условия срочной госпитализации пациентки на сроке 36-37 недель в ЗКПЦ и решении вопроса о досрочном оперативном родоразрешении беременной по состоянию плода.

Вместе с тем, согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГУЗ «Забайкальское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» №В-23/18 от 17.08.2017, проведенной по материалам процессуальной проверки КУСП №435 от 03.02.2017 в отношении ФИО1, причинно-следственной связи между действиями медицинских работников ГУЗ «Шилкинская ЦРБ» и мертворождением у ФИО1, комиссия экспертов не обнаружила.

Из пояснений, допрошенного в судебном заседании по средствам ВКС связи в качестве эксперта, принимавшую участие при проведении вышеуказанной экспертизы, ФИО17 следует, что описательно-мотивировочная часть экспертизы и ее выводы не противоречат друг другу, полностью поддержала их, пояснила, что причинно-следственной связи между действиями врачей и наступившими у ФИО1 последствиями, не имеется. При этом в части возможности избежать наступивших у ФИО1 последствий, а также о надлежащем оказании ФИО1 медицинских услуг, пояснила, что на эти вопросы она дать ответы не может, поскольку некомпетентна.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании пояснила, что она работала врачом-гинекологом в «Шилкинской ЦРБ», когда 29.08.2016 к ней на прием приходила ФИО1, состояние последней было удовлетворительное, жалоб не предъявляла, кроме жалоб на плохое шевеление плода. Тест на шевеление был снижен. Она выдала ФИО1 направление на госпитализацию в г.Читу на 29.08.2012, поскольку у ФИО1 было плохое шевеление плода. Согласно маршрутизации, направление в стационар на 12.09.2016, было рекомендовано рожать в г.Чите. Сантранспорт не был предоставлен ФИО1, поскольку для этого не было показаний, то есть показаний для досрочного родоразрешения не было, при этом ФИО1 являясь социально адаптированной личностью, поэтому она решила, что пациентка самостоятельно доберется до стационара, о чем ей и сказала также сама ФИО1 Действительно, она лишь рекомендовала ФИО1 явиться в стационар, иные действия не предприняла, поскольку они не требовались, так как женщина была не в родах, состояние женщины было удовлетворительное, это ее мнение. При этом противоречия в своих показаниях объяснить не может, считая, что их нет.

Согласно ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ч.2 ст.67, ч.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта (экспертов) является одним из доказательств, оно не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами.

Поскольку разрешение настоящего дела требует специальных познаний в области медицины, определением Шилкинского районного суда Забайкальского края от 30.08.2019 назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт».

Учитывая, что по делу назначена судебная экспертиза в связи с возникшими у суда сомнениями в правильности и обоснованности экспертного заключения ГУЗ «Забайкальское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» №В-23/18 от 17.08.2017, при рассмотрении дела и вынесении настоящего решения судом вышеизложенное заключение не принималось во внимание в числе прочих письменных доказательств.

Согласно заключению судебной экспертизы №19-77-Л-2-434/2019 от 20.05.2020, ФИО1 до беременности страдала: из экстрагенитальных заболеваний перенесла гепатит А, из операций - аппендэктомию, также: ларинготрахеит, бронхит, ОРВИ.

На протяжении беременности: ранний токсикоз, острый цистит; ОРВИ; невус кожи правой голени; хронический токсоплазмоз, остеохондроз поясничного отдела позвоночника, люмбоишиалгия.

На основании анализа представленных медицинских документов на имя ФИО1, в соответствии с приказом МЗ РФ от 01.11.2012г. №572н «О порядке/оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» (за исключением использования вспомогательных продуктивных технологий)», выявлены следующие, диагностики, оказания медицинской помощи:

1) Не проведены: обследование на скрытые ХУГИ методом ПЦР отделяемого цервикального канала, посев из цервикального канала, посев мочи на стерильность (учитывая особенности течения беременности и высокий риск инфицирования); глюкозотолерантный тест.

2) При отсутствии показаний назначение лекарственных препаратов, не включенных в стандарт ведения беременных и не имеющих доказанной эффективности (Курантил, Элевит. ВитрумПренатал, Ампициллин).

3) Отсутствие динамического наблюдения за состоянием плода (контроль КТГ, УЗДГ, УЗИ плода) после выписки беременной из акушерского стационара на сроке 34-35 недель.

4) Отсутствие экстренного направления беременной на сроке 36-37 недель при наличии ЗРП III степени на родоразрешение в ЗКПЦ в день обращения. Так как пациентка предъявила жалобы на слабое шевеление плода и имея диагноз: ФПН, ЗРП III степени, данная беременная должна была быть госпитализирована в отделение патологии беременных.

Причиной антенатальной гибели плода пациентки ФИО1 следует считать внутриутробную гипоксию до начала родов, обусловленную хронической плацентарной недостаточностью с декомпенсацией функций плаценты. Вероятной причиной срыва компенсаторных возможностей могли быть выраженные воспалительные изменения по смешанному (трансплацентарно-восходящему) пути инфицирования. Учитывая отсутствие дополнительною обследования на ХУГИ, бактериологического исследования мочи, сказать однозначно об этиологии возбудителя не возможно, так как специфической реализации воспалительных изменений, характерных для токсоплазменной, ЦМВИ или герпетической инфекции, по органам плода не выявлено.

При корректном ведении беременной ФИО1 ЖК «ЦРБ» соблюдении стандартов лечения, диагностирования, терапии в условиях женской консультации, при условии срочной госпитализации пациентки на сроке 36-37 недель в ЗКПЦ,выполнении контрольного УЗИ и КТГ плода после выписки из стационара, а также решении вопроса о срочном оперативном родоразрешении беременной по состоянию плода, позволило бы с высокой долей вероятности избежать наступивших последствий, а именно - рождение мертвого плода мужского пола.

Таким образом, имеется косвенная причинно-следственная связь между дефектами обследования, диагностики, лечения ФИО1 и оказанием ей медицинской помощи медицинскими работниками ГУЗ "ЦРБ" и наступившими последствиями - рождением мертвого плода мужского пола.

Допрошенная в судебном заседании в качестве эксперта ФИО18 по средствам ВКС связи, проводившая, в том числе, судебную экспертизу №19-77-Л-2-434/2019 от 20.05.2020, полностью подтвердила экспертное заключение и его выводы. Отметила, что согласно материалам, представленным для проведения экспертизы, пациентка с жалобой обратилась в больницу 29.08.2016, а направление врач дал ей на госпитализацию на 12.09.2016, разница в 14 дней, то есть реакции врача на жалобу пациентки, не поступило. Поскольку пациентка, предъявляя жалобу на плохое шевеление плода, учитывая ее диагноз, хроническая плацентарная недостаточность и синдром задержки плода, пациентку необходимо было экстренно госпитализировать в стационар третьего уровня, либо в стационар второго уровня. Согласно медицинской документации, направления на экстренную госпитализацию от 29.08.2016, пациентки не выдавалось. В медицинской документации не указано, что пациентки был вызван сантранспорт, либо ее отказ от госпитализации. При проведении экспертизы было оценено то, что пациентке было дано направление на плановую госпитализацию на 12.09.2016. При этом в медицинской документации отсутствует запись о направлении пациентки 29.08.2016 в стационар, то есть пациентка не направлялась в стационар. Исход у пациентки мог быть другим, с какой вероятностью, сказать невозможно, но вероятность более благоприятного исхода у данной пациентки была при корректном ведении врачами беременности, соблюдении стандартов лечения, госпитализации и так далее, то есть всех тех действий, которые указаны в экспертном заключении №19-77-Л-2-434/2019 от 20.05.2020.

При этом из сообщения №1991 от 03.09.2020 генерального директора АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт» ФИО19 следует, что эксперт ФИО20, проводивший, в том числе, судебную экспертизу №19-77-Л-2-434/2019 от 20.05.2020, 13.08.2020 умер, в связи с чем допросить эксперта не представляется возможным.

При таких данных, принимая во внимание экспертное заключение №19-77-Л-2-434/2019 от 20.05.2020, из которого следует, что имеется косвенная причинно-следственная связь между дефектами обследования, диагностики, лечения ФИО1 и оказанием ей медицинской помощи медицинскими работниками ГУЗ "ЦРБ" и наступившими последствиями - рождением мертвого плода мужского пола, у суда имеются все основания полагать, что при корректном ведении беременной ФИО1 ЖК «ЦРБ», соблюдении стандартов лечения, диагностирования, терапии в условиях женской консультации, при условии срочной госпитализации пациентки на сроке 36-37 недель в ЗКПЦ, выполнении контрольного УЗИ и КТГ плода после выписки из стационара, а также решении вопроса о срочном оперативном родоразрешении беременной по состоянию плода, позволило бы с высокой долей вероятности избежать наступивших последствий, а именно - рождение мертвого плода мужского пола. Данный вывод суд основывает также на представленных в дело и изложенных выше материалах проверки Территориального органа Росздравнадзора по Забайкальскому краю в отношении ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» по обращению ФИО1, которые представлены по запросу суда.

Не доверять представленным доказательствам у суда нет оснований, поскольку данные доказательства получены в ходе рассмотрения настоящего дела, при этом эксперты предупреждены об уголовной ответственности.

В то же время суд критически относится к экспертному заключению ГУЗ «Забайкальское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» №В-23/18 от 17.08.2017, поскольку судом данные эксперты об уголовной ответственности не предупреждались, кроме того, допрошенная судом эксперт ФИО17 не смогла дать ответы на часть поставленных судом перед ней вопросов, при этом указав о своей некомпетентности в них, а суждения стороны ответчика, которая заинтересована в исходе дела, основаны на их внутреннем убеждении и в некоторых вопросах абсурдны. При этом вопреки доводам стороны ответчика, материалы дела не содержат сведений о срочном оперативном родоразрешении беременной ФИО1 по состоянию плода, что также следует из показания в судебном заседании эксперта ФИО18

Довод представителя ответчика о том, что в судебном заседании не установлена причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи ГУАЗ «Шилкинская ЦРБ» и наступившими для ФИО1 последствиями, суд находит несостоятельным, поскольку материалы дела свидетельствуют об обратном.

Таким образом, несмотря на то, что причиной антенатальной гибели плода пациентки ФИО1 следует считать внутриутробную гипоксию до начала родов, обусловленную хронической плацентарной недостаточностью с декомпенсацией функций плаценты, ввероятной причиной срыва компенсаторных возможностей могли быть выраженные воспалительные изменения по смешанному (трансплацентарно-восходящему) пути инфицирования, однако случай следует считать управляемым на этапе ведения беременной в условиях женской консультации при соблюдении условия срочной госпитализации пациентки на сроке 36-37 недель в ЗКПЦ и решении вопроса о срочном оперативном родоразрешении беременной по состоянию-плода. Так же на исход беременности в благоприятную сторону могло повлиять выполнение контрольного УЗИ и КТГ плода после выписки из стационара, так как это могло позволить выявить более ранние признаки страдания плода и определить тактику родоразрешения, то есть при корректном ведении беременной ФИО1 в условиях женской консультации ГУЗ «ЦРБ» при соблюдении условий срочной госпитализации пациентки на сроке 36-37 недель в ЗКПЦ, выполнении контрольного УЗИ и КТГ плода после выписки из стационара, а также решении вопроса о срочном оперативном родоразрешении беременной по состоянию плода, позволило бы с высокой долей вероятности избежать наступивших последствий, а именно - рождение мертвого плода мужского пола.

Установленная ст.1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Таких доказательств в соответствии с требованиями ст.56 ГПК РФ по настоящему делу не представлено. Напротив, имеющиеся в материалах дела доказательства свидетельствуют об обратном.

При таких данных, оценив доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что между действиями медицинских работников ГУАЗ «Шилкинская ЦРБ» и наступившими последствиями – рождением мертвого плода мужского пола, имеется косвенная причинно-следственная связь.

Таким образом, совокупность исследованных судом доказательств свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения иска и взыскания с ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи.

Причинение морального вреда в данном случае является очевидным - мать, переживая за состояние здоровья своего новорожденного ребенка, претерпевала нравственные страдания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Взыскивая компенсацию морального вреда в пользу ФИО1, суд учитывает наступление тяжких последствий в виде смерти ребенка и связанные с этим физические и нравственные страданиями его матери, имевшей первую и желанную беременность, своевременно вставшей на учет по беременности, в принципе не имевшей каких-либо серьезных проблем с вынашиванием ребенка, при посещении врача-гинеколога указав на слабое шевеление плода, однако экстренно не была госпитализирована в стационар врачом-гинекологом при наличии к этому показаний.

Учитывая степени нравственных, физических страданий, требования разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда в сумме 1000000 руб., поскольку рождение мертвого плода мужского пола в результате некачественно оказанной медицинской помощи, бесспорно, является невосполнимой утратой, влечет нарушение права человека на родственные и семейные связи.

При решении вопроса о распределении судебных расходов суд руководствуется следующим.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Согласно ч.1 ст.48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей.

В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Расходы, понесенные истцом ФИО1 на оплату услуг представителя, подтверждаются договором об оказание юридических услуг №25/04/17022018 от 11.12.2018, квитанцией №000301 от 11.12.2018. Согласно данным документам, ФИО2 за оказанные услуги получила от ФИО1 100000 руб.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В соответствии с п.12, п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При решении вопроса о возмещении ответчиками расходов истца на оплату услуг представителя, суд учитывает, что требования истца удовлетворены частично, принимает во внимание сложность дела, объем и качество выполненной представителем истца работы, и полагает, что разумным взыскать с ответчика ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» в пользу истца в счет возмещения понесенных расходов на оплату услуг представителя 50000 руб.

Судебная экспертиза была проведена по инициативе суда, до настоящего времени услуги АНО «Центр судебной экспертизы» «ПетроЭксперт» в размере 83000 руб., не оплачены, что следует из сообщения АНО «Центр судебной экспертизы» «ПетроЭксперт».

Учитывая, что заключением судебной экспертизы, положенной в основу настоящего судебного решения, исковые требования к ответчику ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» удовлетворены, суд полагает, что данные расходы подлежат возмещению с ГАУЗ «Шилкинская ЦРБ» в пользу АНО «Центр судебной экспертизы» «ПетроЭксперт» подлежит взысканию 83000 руб.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Шилкинская центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Шилкинская центральная районная больница» в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 50000 руб.

В остальной части иска отказать.

При недостаточности денежных средств государственного автономного учреждения здравоохранения «Шилкинская центральная районная больница» субсидиарную ответственность по обязательствам перед ФИО1 возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Шилкинская центральная районная больница» в пользу автономной некоммерческой организации «Центр судебной экспертизы» «ПетроЭксперт» судебные расходы по оплате экспертизы в размере 83000 руб.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Шилкинская центральная районная больница» государственную пошлину в бюджет муниципального района «Шилкинский район» в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Шилкинский районный суд Забайкальского края.

Мотивированное решение составлено 22.10.2020.

Председательствующий С.Ю. Цукерман