Решение № 2-55/2020 2-55/2020(2-681/2019;)~М-850/2019 2-681/2019 М-850/2019 от 18 февраля 2020 г. по делу № 2-55/2020

Дело № 2 – 55/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 февраля 2020 года г. Валдай

Валдайский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи И.А. Носовой,

при секретаре Я.М. Бикмансуровой,

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда РФ в Старорусском районе Новгородской области (межрайонное) к ФИО1 о взыскании незаконно полученной компенсационной выплаты,

у с т а н о в и л:

Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда РФ в Старорусском районе Новгородской области (межрайонное) (далее Учреждение) обратилось с иском к ФИО1 о взыскании незаконно полученной компенсационной выплаты. В обоснование заявленных требований Учреждение указало, что ответчик получал компенсацию за уход за лицом, имеющим инвалидность 1 группы, – ФИО4, с ДД.ММ.ГГГГ на период осуществления такого ухода. Одним из условий назначения компенсационной выплаты лицу, осуществляющему уход за нетрудоспособным гражданином, является условие о том, что лицо, осуществляющее уход, не работает. Осуществление компенсационной выплаты прекращается в случаях выполнения лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы. При поступлении на работу лица, осуществляющего уход, право на компенсационную выплату по указанному основанию утрачивается, и выплата прекращается. Поскольку в период с 21 мая 2012 года по момент предъявления иска ответчик имел статус индивидуального предпринимателя, то с 21 мая 2012 года он не имел права на получение компенсации. Так как ответчику было известно о наличии обязанности в пятидневный срок сообщить в орган, осуществляющий выплату компенсации, об обстоятельствах, влекущих прекращение выплаты, но данную обязанность ФИО1 не исполнил, а сведения об осуществлении ФИО1 деятельности в качестве индивидуального предпринимателя поступили в Учреждение 14 июня 2018 года, в результате чего произошла излишняя выплата компенсации с 21 мая 2012 года по 30 июня 2018 года, ответчик обязан возвратить излишне выплаченные денежные средства. Требование истца о возврате излишне выплаченной суммы компенсации в размере 86 825 рублей 81 копейки в добровольном порядке ответчик оставил без удовлетворения. Просит взыскать с ответчика сумму излишне выплаченной компенсационной выплаты, назначенной как неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за нетрудоспособным гражданином, в размере 86 825 рублей 81 копейка.

Определением суда от 14 января 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6

В судебное заседание представитель истца – представитель Учреждения не явился, просил рассмотреть гражданское дело в его отсутствие, ранее в ходе рассмотрения дела представитель Учреждения поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО1 исковые требования Учреждения не признал по изложенным в возражениях основаниям, просил отказать в их удовлетворении, одновременно объяснил, что 25 мая 2012 года он известил Учреждение о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение осуществления компенсационной выплаты в связи с регистрацией его в качестве индивидуального предпринимателя. Объяснил, что получателем данной выплаты фактически являлся ФИО6, то есть истцом не доказан факт получения им (ответчиком) указанной суммы. Поскольку истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями 05 декабря 2019 года, полагал, кроме того, что основания для взыскания компенсации, выплаченной ФИО6 до 05 декабря 2016 года, отсутствуют в связи с истечением срока исковой давности.

Также в ходе судебного разбирательства ФИО1 объяснил, что с заявлением о назначении компенсационной выплаты в связи с осуществлением им ухода за ФИО4 обратилась от его имени мать – ФИО3, она же подписала данное заявление. В дальнейшем ФИО1 указал, что данные объяснения им даны ошибочно, подтвердил наличие своей подписи в данном заявлении.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, будучи надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, не явился.

Выслушав объяснения представителя истца, ответчика, показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд считает следующее.

В целях усиления социальной защищенности нетрудоспособных граждан Указом Президента Российской Федерации от 26 декабря 2006 года № 1455 «О компенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами» установлены ежемесячные компенсационные выплаты неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет.

Порядок осуществления компенсационных выплат определен Правилами осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04 июня 2007 года № 343 (далее Правила).

Согласно пп. 2 и 3 Правил указанная компенсационная выплата назначается неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет, а ее выплата производится к назначенной нетрудоспособному гражданину пенсии и осуществляется в порядке, установленном для выплаты соответствующей пенсии.

Подпунктом «д» пункта 9 Правил предусмотрены случаи прекращения выплаты, к которым отнесено выполнение нетрудоспособным гражданином либо лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы.

Лицо, осуществляющее ухо,д обязано в течение 5 дней известить орган, осуществляющий выплату пенсии, о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение осуществления компенсационной выплаты (пункт 10 Правил).

Пенсионное законодательство предусматривает, что лица, которым назначена пенсия, несут ответственность за недостоверность сведений, содержащихся в заявлениях, представляемых ими в пенсионный орган, для назначения и выплаты пенсии. В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений повлекло за собой перерасход средств на выплату пенсий, виновные лица возмещают пенсионному органу причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ст. 25 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», п. 4 ст. 24 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»).

В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 Кодекса.

В целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Таким образом, взыскание необоснованно полученной компенсационной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 26 декабря 2006 года № 1455 «О компенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами», должно производиться с того лица, которое фактически получало и пользовалось указанной выплатой в отсутствие предусмотренных законных оснований.

Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании заявления ФИО1 Учреждением ему были назначены компенсационные выплаты в связи с осуществлением ухода за ФИО4, что подтверждается решениями о выплатах и информацией о произведенных компенсационных выплатах ФИО6 Факт получения выплат ФИО4 и размер выплат не оспаривался ответчиком.

В пенсионном деле ФИО6 имеется заявление ФИО1 о назначении компенсационной выплаты, в которых он указал, что не работает, просит назначить ему компенсационную выплату в связи с осуществлением ухода за лицом, имеющим инвалидность I группы, с 16 июля 2008 года. В этом же заявлении прямо указано на то, что ему разъяснена обязанность в течение 5 дней известить Пенсионный фонд о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение компенсационной выплаты.

Отдельно до сведения ответчика под роспись была доведена информация о порядке выплаты ежемесячной компенсационной выплаты за уход, в которой приведены все случаи прекращения компенсационной выплаты и, в том числе прекращение осуществления ухода, выполнения лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы.Как следует из содержания искового заявления, об обстоятельствах, влекущих прекращение осуществления компенсационных выплат, истцу стало известно в июне 2018 года. Данные доводы были поддержаны представителем Учреждения в ходе рассмотрения дела. Выплата прекращена с июля 2018 года, поскольку Учреждением было установлено, что с 21 мая 2012 года ответчик зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. В период с 21 мая 2012 года по 30 июня 2018 года Учреждением была выплачена ФИО6 компенсационная выплата в размере 86 825 рублей.

В судебном заседании ответчик не оспаривал, что он в период с 21 мая 2012 года по 30 июня 2018 года являлся индивидуальным предпринимателем. Данный факт подтвержден сведениями ИФНС.

ФИО1 не отрицал, что переплаченные суммы не возвращены в Пенсионный фонд, в судебном заседании заявил, что эти суммы не получал.

В соответствии с положениями ст. 2, 23 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность является самостоятельной, осуществляемой на свой страх и риск деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли, иными словами предпринимательская деятельность подразумевает выполнение нетрудоспособным гражданином оплачиваемой работы.

Правовое регулирование, предусматривающее ежемесячную выплату исключительно для неработающих трудоспособных граждан, направлено на обеспечение полноценного ухода за инвалидами, а также создание условий, позволяющих в максимальной степени компенсировать ограничения жизнедеятельности, вызванные значительно выраженными стойкими нарушениями функций организма. Тем самым данные выплаты производятся только нетрудоспособным, не имеющим оплачиваемой работы, и данное требование распространяется как на лицо, осуществляющее уход, так и на то лицо, за которым такой уход осуществляется.

Сам статус индивидуального предпринимателя, исходя из толкования действующего законодательства, исключает возможность получения указанной выплаты, поскольку предпринимательство является оплачиваемой деятельностью.

Из материалов дела следует, что ответчик, получая указанную выплату, не поставил в известность истца об изменении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты, и, имея указанный статус индивидуального предпринимателя, получал денежную выплату, что противоречит требованиям указанного выше Положения, и обоснованно было истцом принято во внимание при принятии решения о прекращении выплаты.

Оценивая изложенные выше положения закона, суд приходит к выводу, что доказательств подтверждающих извещение ФИО1 органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой прекращение компенсационной выплаты по уходу за нетрудоспособными гражданами, не представлено, а потому считает, что переплата подлежит взысканию, поскольку не относится к числу выплат, не подлежащих возврату в качестве неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку переплата произошла по вине ФИО1, своевременно не сообщившего Учреждению об отсутствии оснований для продолжения выплат, суд приходит к выводу, что именно он должен нести за это гражданско-правовую ответственность перед Пенсионным фондом, поскольку законом такая обязанность прямо возложена на лицо, осуществляющее уход.

По смыслу ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Утверждение ФИО1 о том, что он не получал от ФИО6 компенсационные выплаты, относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждено. Кроме того, даже при наличии факта отказа ФИО1 от получения компенсационных выплат в пользу другого лица, данное обстоятельство свидетельствует о том, что ответчик именно таким образом распорядился данными денежными средствами.

Истцом заявлено требование о взыскании излишне выплаченной в период с 21 мая 2012 года по 30 июня 2018 года компенсационной выплаты, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности в части взыскания указанных выплат до 29 ноября 2016 года.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из материалов дела, согласно выписок из ЕГРИП информация о том, что ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя имелась в распоряжении Учреждения с 2012 года, поскольку 21 мая 2012 года была внесена запись в ЕГРИП государственного регистрационного номера в связи с внесением сведений о регистрации в ПФ РФ, в связи с чем оснований для произведения компенсационных выплат ФИО1 у истца с данного периода времени не имелось.

Факт осуществления работы устанавливается на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета по состоянию на последний день последнего отчетного периода, имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, на день вступления в силу настоящего Федерального закона. Факт осуществления иной деятельности устанавливается на основании сведений о регистрации в качестве страхователя в Пенсионном фонде Российской Федерации в соответствии со ст. 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, на день вступления в силу настоящего Федерального закона.

Учитывая положения названных норм, суд приходит к выводу, что пенсионный орган располагал сведениями о предпринимательской деятельности ответчика с указанного выше времени, а потому доводы истца о том, что о факте регистрации ФИО1 в качестве индивидуального предпринимателя Учреждению стало известно лишь в июне 2018 года, являются несостоятельными.

Таким образом, истец, обладая информацией о регистрации ответчика в качестве индивидуального предпринимателя, прекратил данные выплаты лишь с 01 июля 2018 года, в суд с настоящим иском истец обратился 29 ноября 2019 года, о чем свидетельствует штемпель на конверте.

Применение последствий пропуска сроков исковой давности к данным правоотношениям возможно только к тем периодам, по которым истекло три года до дня обращения истца в суд.

Таким образом, доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности в части взыскания выплат до 29 ноября 2016 года заслуживают внимания.

Анализируя изложенное выше суд приходит к выводу, что с ответчика подлежит взысканию сумма излишне выплаченной в период с 29 ноября 2016 года по 30 июня 2018 года, компенсационной выплаты, назначенной как неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за нетрудоспособным гражданином, в размере 22 880 рублей 80 копеек (1 200 рублей / 30 х 2 = 80; 1 200 рублей х 19 + 80).

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда РФ в Старорусском районе Новгородской области (межрайонное) – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Пенсионного фонда Российской Федерации сумму излишне выплаченной в период с 29 ноября 2016 года по 30 июня 2018 года, компенсационной выплаты, назначенной как неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за нетрудоспособным гражданином, в размере 22 880 рублей 80 копеек.

Взыскать с ФИО1 в бюджет Валдайского муниципального района Новгородской области государственную пошлину в размере 886 рублей 40 копеек.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Валдайский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 26 февраля 2020 года.

Судья: подпись

Копия верна: судья И.А. Носова

Решение вступило в законную силу: «_____»________________ 2020 года.