Решение № 2-1056/2021 2-1056/2021~М-816/2021 М-816/2021 от 1 июня 2021 г. по делу № 2-1056/2021

Дело № 2-1056/2021

УИД 59RS0035-01-2021-001355-59


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 июня 2021 года город Соликамск

Соликамский городской суд Пермского края в составе:

председательствующей судьи Шатуленко И.В.,

с участием старшего помощника Соликамского городского прокурора Нехорошевой Ж.В.,

истца ФИО1 ФИО8.,

представителя ответчика ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Пермскому краю – ФИО2, действующей на основании доверенности,

при секретаре судебного заседания Белкиной Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференцсвязи гражданское дело по иску ФИО1 ФИО9 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю» о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 ФИО10 обратился в суд с иском к СИЗО № 2 ГУФСИН России по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что отбывает наказание в ФКУ ИК-40. 27.07.2020 он находился в СИЗО № 2 г. Соликамска. В этот день он передал лично в руки сотруднику специального учета ФИО3 ФИО11 исковой заявление к Генеральной прокуратуре о возмещении морального вреда в Тверской районный суд г. Москвы. Спустя время на его вопрос о судьбе письма, ему ответили, что он ничего не передавал. По его жалобе прокурором по надзору г. Березники была проведена проверка. В ходе проверки сотрудники заявили, что его письмо в тверской суд не поступало. 05.11.2020 в ФКЛПУ КТБ-17 п. Нижнее Мошево Соликамского района поступил ответ из Тверского районного суда г. Москвы на его заявление, который был переслан из СИЗО № 2, поступивший туда 07.10.2020. Так как ответы судов и других органов направляются именно туда откуда они получили направленную корреспонденцию им, то его доводы об отправке указанного письма в суд из СИЗО № 2 нашли свое подтверждение. Просил суд взыскать в его пользу с ответчика 50 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований настаивал по доводам и основаниям, изложенным в заявлении. Суду пояснил, что незаконность действий сотрудников ФКУ СИЗО-2 выразилось в том, что они его обманули. Он перенес нервный стресс, по вине ответчика состояние его здоровья ухудшилось, причинен вред его здоровью. Действия (бездействие) должностных лиц ФКУ СИЗО-2 он не обжаловал. Он неоднократно обращался по данному факту с жалобами в прокуратуру. Однако доводы, указанные в жалобах, в ходе проведенных проверок не подтвердились. Направленное в Тверской районный суд г. Москвы исковое заявление по существу не рассмотрено, до настоящего времени решение по его иску не принято.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Пермскому краю – ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменном отзыве, где указано, что согласно справке группы специального учета ФКУ СИЗО-2 ФИО1 ФИО12 содержался в СИЗО-2 в периоды с 25.09.2019 по 02.10.2019, с 06.03.2020 по 27.03.2020, с 27.05.2020 по 10.08.2020, с 17.02.2021 по 18.02.2021. По жалобе истца была проведена проверка прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях г. Березники, где сотрудники специального учета заявили, что от ФИО1 ФИО13. никакого письма не поступало. Истец утверждает, что данное письмо было отправлено именно от ФКУ СИЗО-2, так как ответ Тверского районного суда г. Москва, поступившее ему в ФКЛПУ КТБ-17, было переслано из ФКУ СИЗО-2, тем самым истец считает, что ему причинен моральный вред. Согласно справке спецотдела и журнала № ФИО1 ФИО14. за период нахождения убывал на лечение в ФКУ ИУК-9, а также в ФКЛПУ КТБ-17. За все время содержания истца в ФКУ СИЗО-2 им было направлено 33 обращения. Данное письмо, а именно закрытый конверт от него, адресованное в Тверской районный суд г. Москвы, в отдел спецучета ФКУ СИЗО-2 не поступало. Доводы истца носят декларативный характер, необоснованный и неподтвержденный соответствующими документами. Истцом не представлены документы, подтверждающие причинно-следственную связь между действиями сотрудников СИЗО-2 и перенесенными истцом нравственными, физическими страданиями. Закрытые конверты осужденных регистрируются в журнале №. Письмо, о котором говорит истец, не проходило регистрации в канцелярии. Истец имел возможность направить данное письмо минуя канцелярию ФКУ СИЗО-2, передав его по этапу либо через конвой. С какими-либо жалобами к руководству ФКУ СИЗО-2 по данному вопросу истец не обращался. Действия (бездействие) сотрудников ФКУ СИЗО-2 в установленном законом порядке не обжаловал.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства по делу, оценив их в соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требованиями необоснованными и не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно ст. 18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Исходя из содержания указанных выше правовых норм в их взаимосвязи следует, что ответственность субъектов, перечисленных в ст. 1069 Гражданского кодекса РФ, наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий, выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

Согласно статье 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Согласно п.1 ст. 125 и ст. 1071 Гражданского кодекса РФ, п.п. 1 п.3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, за счет Казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам главный распорядитель бюджетных средств, а не Министерство финансов Российской Федерации, привлекаемое в качестве третьего лица по указанной категории дел.

В силу абзаца 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13 октября 2004 г. N 1314, функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренные на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций, осуществляет Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН России).

По смыслу приведенных норм законодательства, по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц органов ФСИН России, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает ФСИН России, как главный распорядитель бюджетных средств.

Согласно положениям, закрепленным в п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут защищаться другими лицами.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановления от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

На основании п.1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса РФ и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (ст. 1100 ГК РФ).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу ст. 15 указанного Федерального закона N 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 ФИО15 отбывает назначенное по приговору суда наказание в виде лишения свободы, с 18.02.2021 содержится в ФКУ ИК-40 ГУФСИН России по Пермскому краю.

В периоды с 25.09.2019 по 02.10.2019, с 06.03.2020 по 27.03.2020, с 27.05.2020 по 10.08.2020, с 17.02.2021 по 18.02.2021 осужденный ФИО1 ФИО17. содержался в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Пермскому краю.

В период с 02.10.2019 по 05.03.2020 истец проходил лечение в ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Пермскому краю, а с 27.03.2020 по 27.05.2020, с 10.08.2020 по 17.02.2021 – находился на лечении в ФКЛПУ КТБ-17 п. Нижнее Мошево ГУФСИН России по Пермскому краю, что подтверждается справками начальника ОСУ ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Пермскому краю.

За время нахождения в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Пермскому краю истцом было направлено 33 обращения в различные инстанции, в том числе в судебные органы.

Согласно справке ФКЛПУ КТБ-17 осужденным ФИО1 ФИО18 в 2020 году было направлено 2 закрытых письма в Тверской районный суд города Москвы, а именно: 24.08.2020 № № №№ (л.д№).

Согласно медицинскому заключению № от 20.01.2021 выданному на осужденного ФИО1 ФИО20. диагноз: <данные изъяты> (л.д.№).

Согласно выписке из медицинской амбулаторной карты № ФИО1 ФИО21 содержится в ФКУ ИК-40 с 28.02.2021. В анамнезе: <данные изъяты>

DS: <данные изъяты>.

Трудоспособность: инвалид № группы бессрочно (л.д.№).

С 11.02.2020 ФИО1 ФИО22 является получателем страховой пенсии по инвалидности, что подтверждается информацией, предоставленной ГУ- Управлением Пенсионного фонда РФ в г. Соликамске Пермского края (межрайонным) (л.д.№).

Свои исковые требования истец обосновал тем, что 27.07.2020 он передал лично в руки сотруднику отдела специального учета ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Пермскому краю в закрытом конверте исковое заявление, адресованное Тверскому районному суду г. Москвы. Данное письмо было получено адресатом 07.10.2020, несмотря на то, что сотрудники СИЗО-2 отрицали факт передачи им данного письма. Полагает, что незаконными действиями ответчика, выразившимися в обмане, ему были причинены нравственные страдания.

Вместе с тем, доводы истца, приведенные в обоснование заявленных исковых требований, являются голословными, не подтверждены соответствующими относимыми и допустимыми доказательствами.

Из имеющихся в деле доказательств следует, что письмо в закрытом конверте от ФИО1 ФИО23., адресованное в Тверской районный суд города Москвы, в отдел специального учета и канцелярию ФКУ СИЗО-2 ГУСИН России по Пермскому краю не поступало, что подтверждается копией журнала № учета заявлений, ходатайств, обращений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных.

Судом также установлено, что ФИО1 ФИО24. неоднократно обращался с жалобами в Березниковскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, в том числе по фактам, изложенным в исковом заявлении. По доводам обращений истца были проведены проверки. Однако в ходе проведенных проверок доводы истца на нашли своего подтверждения, что подтверждается направленными в его адрес ответами от 14.10.2020, 14.01.2021, 15.02.2021, 14.04.2021 (л.д. №).

Сам по себе факт указания в направленном в адрес истца судебном извещении из Тверского районного суда г. Москвы от 18.09.2020 о назначении судебного заседания по гражданскому делу № 02-3837/2020 по его иску к Генеральной прокуратуре РФ о взыскании компенсации морального вреда адреса ФКУ СИЗО-2, как места пребывания истца (л.д. 24-25), достоверно и бесспорно не свидетельствует о том, что данное исковое заявление было направлено истцом в закрытом конверте именно из ФКУ СИЗО-2 ГУСИН России по Пермскому краю. Копия данного искового заявления в материалах дела отсутствует и истцом не представлена.

Согласно статьям 56, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

То есть, в данном случае истец должен доказать не только незаконность действий (бездействия) должностных лиц ФКУ СИЗО-2 ГУСИН России по Пермскому краю, в связи с которыми, по его мнению, ему был причинен моральный вред, но и сам факт возникновения этого вреда, а также прямую причинно-следственную связь между указанными действиями (бездействием) и наступившими для него неблагоприятными последствиями.

Вместе с тем, в материалах дела не имеется и вопреки правилам ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ истцом в ходе рассмотрения дела не представлено достоверных и бесспорных доказательств, подтверждающих, что в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Пермскому краю нарушены его личные неимущественные права либо иные нематериальные блага, причинены нравственные либо физические страдания, вред здоровью истца. Истцом также не представлено и в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие причинно-следственную связь между действиями (бездействием) сотрудников следственного изолятора и наступившими для истца негативными последствиями.

Действия (бездействие) должностных лиц ФКУ СИЗО-2 ГУСИН России по Пермскому краю истцом в установленном законом порядке не оспаривались, незаконными не признавались.

Суд также учитывает, что с жалобами к администрации ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Пермскому краю по вопросу не отправки почтовой корреспонденции истец не обращался.

Доводы истца о перенесенных им моральных и нравственных страданиях в связи с нарушением по вине ответчика его прав, причинении вреда здоровью, являются его субъективным мнением, не подтвержденным объективными доказательствами.

С учетом вышеизложенного, правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 ФИО25., предъявленных к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю» о взыскании в его пользу компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 ФИО26, предъявленные к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю» о взыскании компенсации морального вреда в размере 50000 рублей, оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Соликамский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с 09 июня 2021 года.

Судья И.В.Шатуленко