Решение № 2-468/2020 2-468/2020~М-412/2020 М-412/2020 от 21 сентября 2020 г. по делу № 2-468/2020

Мотивированное
решение составлено 22.09.2020 Дело № 2-468/2020

66RS0050-01-2020-000840-36

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Североуральск 16 сентября 2020 года

Североуральский городской суд Свердловской области в составе председательствующего Аксёнова А.С.,

при секретаре судебного заседания Александровой О.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Святогор» о взыскании компенсации морального вреда в связи с производственной травмой,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд в интересах ФИО1 с названным иском, В обоснование указано, что в период работы у ответчика с 19.05.2016 по 29.12.2016 водителем автомобиля 6 разряда, место нахождения рабочего места: Северный медно-цинковый рудник, расположен в Ивдельском и Североуральском городских округах Свердловской области, территория карьера. С ФИО1 произошел несчастный случай на производстве. Факт несчастного случая на производстве с ФИО1 подтверждается актом № 3 о несчастном случае на производстве от 05.07.2016. Им получена закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей лица, ушиблено-рваная рана окологлазничной области слева, ушиб правой половины грудной клетки, ушиб поясничного отдела позвоночника, ушиб правого тазобедренного сустава, химический ожог верхней трети левого предплечья II степени S 2-3%. Степень тяжести травмы легкая.

Общий срок нетрудоспособности составил 6 месяцев.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на лечении в стационаре ГБУЗ СО «Ивдельская центральная районная больница».

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил лечение в ГБУЗ СО «Североуральская центральная городская больница».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проведена компьютерная томография, в результате которой выявлены признаки перелома поперечного отростка L? позвонка справа.

ГБУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии имени В.Д.Чаклина» даны рекомендации ограничить нагрузки, не сидеть до 6 месяцев после травмы, корсет, ЛФК, массаж спины, курс магнитотерапии.

В справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве от 28.12.2016 года указано на последствия производственной травмы: исход перелом поперечного отростка L? позвонка, мышечно - тонический синдром, хроническая люмбоишалгия, ЗЧМТ, последствия сотрясения головного мозга.

В 2017 году ФИО1 был на консультации у врача-невролога, который рекомендовал ему ношение поясничного корсета при физических или статических нагрузках, езде в транспорте не более 3 часов в день.

ФИО1 установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности на срок с 04.05.2017 по 01.12.2017.

В 2019 году ФИО1 проходил различные обследования и получил рекомендации об ограничении нагрузок, ношении корсета, ЛФК, массаж спины, санаторное лечение.

ФИО1 выполнил программу реабилитации от 13.05.2019. В заключении о выполнении программы указано, что программа реализована полностью, но положительные результаты отсутствуют.

ФИО1 установлена 10% степень утраты профессиональной трудоспособности с 01.06.2020 по 01.12.2020.

По настоящее время он испытывает боли в области позвоночника, груди, головные боли, находиться за рулем может недолгое время, так как носит корсет, который доставляет не удобства при сидении за рулем, долго не может находиться в сидячем положении, не может долго работать физически, быстро наступает усталость. Он не может полноценно выполнять трудовые функции, не может содержать семью. Все это причиняет ФИО1 физические и нравственные страдания.

Страховые выплаты ФИО1 произведены. В программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве от 20.06.2016 указано, что возможен труд в обычных условиях с использование профессиональных знаний и навыков, легкие слесарные, легкие неквалифицированные виды труда.

Компенсацию морального вреда ФИО1 от ответчика не получал.

Ссылаясь на ст. ст. 22, 212, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. ст. 151, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит взыскать с ответчика:

- компенсацию морального вреда в сумме 600 000 рублей.

- 13 000 рублей за оказание юридических услуг.

- 2 000 рублей за совершение нотариального действия (удостоверение доверенности).

- 300 рублей за оплату государственной пошлины.

В судебное заседание истец ФИО1, извещенный в установленном процессуальном порядке о месте, времени и дате разбирательства дела, не явился, направил представителя ФИО2

Его представитель ФИО2 в судебном заседании иск поддержала.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании иск не признала, указав на отсутствие причинно-следственной связи. Полагала требования ФИО1 завышенными.

Аналогичные доводы приведены в письменных возражениях на иск, в которых, помимо прочего указано, что с учетом сопутствующих заболеваний не является доказанным факт того, что причиной утраты трудоспособности является производственная травма.

Заслушав пояснения представителей сторон, заключение прокурора Вершининой Е.А., полагавшей иск подлежащим удовлетворению частично на сумму 300 000 рублей, исследовав и оценив письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1033 названного Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).В соответствии с ч. 1 ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда – это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Из положения ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из дела, истец работал в АО «Святогор» (у учетом смены наименования, ранее – ОАО «Святогор») в период с 18.05.2016 по 16.12.2016 (копия трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, копия приказа о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №) водителем автомобиля 6 разряда на Северном медно-цинковом руднике, расположенном в Ивдельском и Североуральском городским округах.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве. Согласно акту № 3 о несчастном случае на производстве формы Н-1, утвержденному руководителем ответчика 05.07.2020, несчастный случай с водителем автомобиля 6 разряда ФИО1 произошел на территории ОАО «Святогор», Северный медно-цинковый рудник, в рабочее время, при выполнении ФИО1 трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором, в результате скатывания и переворота автосамосвала «БелАЗ-7547». Водитель автомобиля 6 разряда ФИО1 двигался по отвалу на расстоянии 7 метров от края отвала, повернув налево, проехал 16 метров, остановился, и стал выполнять маневр для разгрузки почвенно-растительного слоя. В установленной паспортом зоне для разгрузки, автосамосвал не смог выполнить остановку и продолжал движение вниз по откосу. Автосамосвал проехал задним ходом по откосу 36 метров. На расстоянии 8 метров от отметки +275,0 м. уперся задними колесами в камни, опрокинулся на кузов и упал на расстоянии 5,4 метра ниже отметки +275,0 м.

Факта грубой неосторожности со стороны пострадавшего ФИО1 не установлено.

Согласно медицинскому заключению, выданному ГБУЗ СО «Ивдельская ЦРБ» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, у ФИО1 выявлено: «Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Ушиб мягких тканей лица. Ушиблено-рваная рана окологлазничной области слева. Ушиб правой половины грудной клетки. Ушиб поясничного отдела позвоночника. Ушиб правого тазобедренного сустава. Химический ожог верхней трети левого предплечья П степени S 2-3%. Степень тяжести травмы относится к категории «Легкая»».

Причиной несчастного случая являются неудовлетворительная организация производства работ, недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда.

В числе лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, должностные лица ОАО «Святогор».

Как следует из представленных медицинских документов, с 20.06.2016 по 27.06.2016 истец, в связи с производственной травмой, находился на стационарном лечении в ГБУЗ СО «Ивдельская центральная районная больница».

Затем ФИО1 в течение длительного времени проходил амбулаторное лечение, обращался в различные медицинские учреждения. При этом по результатам компьютерной томографии, проведенной в ГБУЗ СО «Североуральская центральная городская больница», ему установлен диагноз – перелом поперечного отростка L? позвонка справа с диастазом отломков до 3 мм.

В приказе филиала № 16 ГУ – Свердловское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации от 03.11.2017 № 10012 указано, что ФИО1 по заключению учреждения МСЭ от 04.05.2017 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности на срок с 04.05.2017 до 01.12.2017. Назначены страховые выплаты.

Затем на период с 01.06.2020 по 01.12.2020 ФИО1 установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности (справка серии МСЭ-2017 № 0032599).

Программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ФИО1 предписан прием лекарственных препаратов, санаторно-курортное лечение, ограничения в труде.

Таким образом, правовые основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда имеются.

Коллективным договором ОАО «Святогор» на 2015-2017 годы (с изменениями) не предусмотрена компенсация морального вреда работникам, получившим производственную травму.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер полученной истцом травмы, длительность лечения, фактические обстоятельства, при которых истец получил травму, степень нравственных и физических страданий истца, требования разумности и справедливости, а также тот факт, что компенсация морального вреда не должна приводить к неосновательному обогащению.

В связи с этим, суд приходит к выводу о том, что соответствующей степени перенесенных страданий будет являться сумма в 300 000 рублей.

Определяя размер представительских расходов, подлежащих взысканию с ответчика на основании ст. ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд принимает во внимание категорию спора, сложность дела (исходя из оснований и предмета спора, характера обстоятельств, подлежащих выяснению и доказыванию, объема представленных сторонами доказательств), объем услуг представителя, требования разумности и справедливости. Суд полагает расходы на оплату услуг представителя в заявленной сумме разумными. Факт несения таких расходов подтверждается копией квитанции серии ММН № 000212.

При этом в силу статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком не представлены доказательства об ином размере понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя или иной рыночной стоимости аналогичных правовых услуг.

На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.п. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежат взысканию расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Святогор» в пользу ФИО1:

- в счет компенсации морального вреда – 300 000 (триста тысяч) рублей,

- в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя – 13 000 (тринадцать тысячи) рублей;

- в счет возмещения расходов по оплате нотариального действия – 2 000 (две тысячи) рублей;

- в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины – 300 (триста) рублей,

всего взыскать 315 300 (триста пятнадцать тысяч триста) рублей.

Отказать в удовлетворении оставшейся части иска.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Свердловский областной суд через Североуральский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме

СУДЬЯ АКСЁНОВ А.С.

Копия верна.