Решение № 2-182/2019 2-182/2019~М-84/2019 М-84/2019 от 8 января 2019 г. по делу № 2-182/2019

Дело № 2-182/2019

64RS0008-01-2019-000132-55


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 апреля 2019 года рабочий Базарный Карабулак

Базарно-Карабулакский районный суд Саратовской области в составе председательствующего судьи Лаптева Д.Г.,

при секретаре Гараниной О.М.,

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 о возмещении причиненного ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском.

В обосновании требований указал, что 14 августа 2016 года около 2 часов 30 минут на 375 км трассы Самары – Волгоград на территории Энгельсского района Саратовской области пешеход ФИО1 в нарушение пунктов 4.5, 4.3 ПДД РФ вышел на проезжую часть дороги в непосредственной близости от двигавшегося под его управлением автомобилем Шевроле-Авео, регистрационный номер Х № УА 96, что повлекло столкновение автомобиля с пешеходом ФИО1 В результате столкновения принадлежащему ему автомобилю Шевроле-Авео причиненные механические повреждения.

27 февраля 2017 года постановлением старшего следователя следственного управления МУ МВД России «Энгельсское» Саратовской области ФИО3 было отказано в возбуждении уголовного дела по материалу проверки КУСП № 5582 от 09 февраля 2017 года по факту ДТП, произошедшего 14 августа 2016 года с участием автомобиля с регистрационным номером Х № УА 96 регион под управлением ФИО2, поскольку у него в момент обнаружения пешехода на проезжей части дороги отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд путем торможения.

Виновным в произошедшем дорожно-транспортным происшествии, а именно в причинении повреждений автомашине, является ФИО1, который стоял на проезжей части трассы Самара-Волгоград на полосе движения приближающегося автомобиля Шевроле-Авео, чем нарушил пункт 4.5 ПДД, согласно которому на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен.

Согласно экспертному заключению стоимость восстановительного ремонта принадлежащего ему автомобиля Шевроле Авео с учетом износа заменяемых комплектующих изделий составляет 113 700 рублей. Величина утраты товарной стоимости в результате повреждения и последующего ремонта автомобиля составляет 9 500 рублей. Общий размер причиненного материального ущерба с учетом износа заменяемых комплектующих деталей составляет 123 200 рублей.

Истец ФИО2, надлежаще извещенный о дне слушания дела, в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствие, исковые требования поддерживает и просит удовлетворить.

В судебное заседание ответчик ФИО1 считает исковые требования о возмещения материального ущерба завышенными, против удовлетворения иска возражает.

Суд, выслушав ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как усматривается из материалов дела, 14 августа 2016 года в 02 часа 30 минут на 375 км трассы Самара-Волгоград на территории Энгельсского района водитель ФИО2 управляя автомобилем «Шевролет Авео», регистрационный знак Х № УА 96 допустил наезд на пешехода ФИО1, в результате чего последнему были причинены телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью человека.

Постановлением старшего следователя следственного управления МУ МВД России «Энгельсское» от 27 февраля 2017 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по части 1 статьи 264 УК РФ, по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть за отсутствием в его действиях состава данного преступления, так же состава какого-либо другого преступления, поскольку данное ДТП произошло в результате неосторожных действий пешехода ФИО1, который, не убедившись в отсутствии приближающегося транспортного средства, стоял на проезжей части трассы Самара – Волгоград на полосе движения приближающегося автомобиля Шевролет Авео регистрационный знак Х № УА 96, не оценив расстояние до указанного автомобиля, нарушив тем самым пункт 4.5 ПДД РФ, согласно которому: «На нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При пересечении проезжей части вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств» и пункт 4.3 тех же Правил, в соответствии с которым: «Пешеходы должны пересекать проезжую часть по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии – на перекрестках по линии тротуаров или обочин. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны».

В ходе доследственной проверки установлено, что наступившие последствия находятся в прямой причинной связи с действиями пешехода ФИО1 Непосредственной причиной данного ДТП является нахождение на проезжей части перед близко идущим транспортом. В действиях водителя ФИО2 нарушения Правил дорожного движения РФ отсутствуют.

В соответствии с пунктом 4 статьи 22 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации устанавливается Правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Согласно пункту 4 статьи 24 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», участники дорожного движения обязаны выполнять требования Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» и издаваемых в соответствии с ним нормативно - правовых актов в части обеспечения безопасности дорожного движения.

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (далее по тексту - Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Пункт 4.3 Правил дорожного движения предусматривает, что пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин.

При этом, в соответствии с пунктом 4.4 Правил дорожного движения, в местах, где движение регулируется, пешеходы должны руководствоваться сигналами регулировщика или пешеходного светофора, а при его отсутствии - транспортного светофора.

Выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно, лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения и с учётом сигнала светофора (пункт 4.6 Правил дорожного движения).

Применительно к изложенному, обстоятельства дела свидетельствуют, что дорожно - транспортное происшествие произошло в результате нарушения ФИО1, являвшимся пешеходом, требований пункта 4.3 Правил дорожного движения.Сведений о том, что вынесенное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, суду не представлено.

В результате дорожно - транспортного происшествия у принадлежащего ФИО4 автомобиля «Шевролет Авео» с государственным регистрационным знаком Х № УА 96 были повреждены: лобовое стекло, правое наружное зеркало заднего вида, правая передняя стойка, правая передняя дверь, правое переднее крыло, правая фара, капот, передний бампер. Указанные повреждения были зафиксированы в протоколе осмотра места происшествия, а также в протоколе осмотра транспортного средства от 14 августа 2016 года.

Сведения о повреждениях автомобиля «Шевролет Авео» с государственным регистрационным знаком <***> согласуются со сведениями о повреждениях, нашедшими отражение в акте осмотра и калькуляции затрат на ремонт, являющихся приложениями к экспертному заключению № 149-16 от 08 сентября 2016 года, составленному по результатам независимой технической экспертизы транспортного средства, в связи с чем, достоверность и допустимость этих документов у суда сомнений не вызывает.

Таким образом, в судебном заседании нашёл подтверждение тот факт, что 14 августа 2016 года в 02 часа 30 минут на 375 -м километре трассы Самара-Волгограж на территории Энгельсского района Саратовской области ФИО1, стоял на проезжей части на полосе приближающегося автомобиля и нарушившего пункт 4.5 Правил дорожного движения, был повреждён автомобиль «Шевролет - Авео с государственным регистрационным знаком Х № УА 96, принадлежащий ФИО2, который вправе требовать возмещения вреда с причинителя, то есть ФИО1., являвшегося пешеходом.

ФИО4 требует взыскать с ФИО1 в возмещение вреда, причинённого имуществу (убытков), 123 200 рублей.

Оценивая обоснованность такого требования истца, суд исходит из нижеследующего.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО5 и других», по смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с её статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объёма возмещения имущественного вреда, причинённого потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понёс или - принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего повреждённого транспортного средства.

Как показывает практика, размер страховой выплаты, расчёт которой производится в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждённого транспортного средства с учётом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов, может не совпадать с реальными затратами на приведение повреждённого транспортного средства - зачастую путём приобретения потерпевшим новых деталей, узлов и агрегатов взамен старых и изношенных - в состояние, предшествовавшее повреждению. Кроме того, предусматривая при расчёте размера расходов на восстановительный ремонт транспортного средства их уменьшение с учётом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов и включая в формулу расчёта такого износа соответствующие коэффициенты и характеристики, в частности срок эксплуатации комплектующего изделия (детали, узла, агрегата), данный нормативный правовой акт исходит из наиболее массовых, стандартных условий использования транспортных средств, позволяющих распространить единые требования на типичные ситуации, а потому не учитывает объективные характеристики конкретного транспортного средства применительно к индивидуальным особенностям его эксплуатации, которые могут иметь место на момент совершения дорожно - транспортного происшествия

Между тем замена повреждённых деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик повреждённого транспортного средства, в том числе с учётом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление повреждённого имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника повреждённого имущества не происходит, даже если в результате замены повреждённых деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода - изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтверждённые расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Как следует из пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесённые соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространённый в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из разъяснения, содержащегося в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причинённых гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесённые соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчётом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, повреждённого в результате дорожно - транспортного происшествия) (абзац третий пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В качестве доказательства размера убытков истец представил экспертное заключение № 249-16 от 08 сентября 2016 года, составленное по результатам независимой технической экспертизы транспортного средства, согласно которому, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Шевроле-Авео» с государственным регистрационным знаком Х № УА 96 составляет: с учётом износа – 113 700 рублей; без учёта износа – 124 400 рублей, 9 500 рублей – утрата товарной стоимости.

Суд, создавая условия для реализации сторонами спора предоставленных им прав и исполнения обязанностей, разъяснил в процессе разбирательства дела положения закона, регулирующие вопросы, связанные с назначением и проведением экспертиз по гражданским делам, в частности, положения статьи 79 и части 1 статьи 96 ГПК РФ.

Однако ответчик, считая размер требуемой с него суммы завышенным, доказательств иного размера причинённого автомобилю ФИО4 ущерба, опровергающих размер материального ущерба, определённого на основании экспертного заключения № 249-16 от 08 сентября 2016 года в нарушение статьи 56 ГПК РФ не представил, заявил ходатайство о назначения и проведении судебной автотехнической экспертизы.

Определением Базарно-Карабулакого районного суда Саратовской области от 29 марта 2019 года была назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно заключению ООО «НИЛСЭ» № 434 от 11 апреля 2019 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Шевроле-Авео» с государственным регистрационным знаком <***> принадлежащего ФИО2, в результате ДТП, произошедшего 14 августа 2016 года по состоянию на дату ДТП, с учетом износа на заменяемые запасные части составляет 113 558 рублей; без учета износа на заменяемые запасные части составляет 125 549 рублей.

Величина утраты товарной стоимости данной автомашины составляет 8 689 рублей.

Суд принимает выводы судебного эксперта, поскольку данное заключение выполнено экспертом, имеющим соответствующую квалификацию, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, с приведением данных среднего рынка материалов и требуемых работ. Заключение составлено в соответствии с требованиями ФЗ от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности" с учетом нормативных документов, специальной литературы, расчеты произведены в соответствии с действующими нормативами, в связи с чем, является допустимым доказательством по делу.

Эксперт об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации предупреждался. Оснований не доверять заключению судебной экспертизы не имеется.

Доказательств тому, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (абзац первый пункта 1 статьи 1079 ГК РФ), грубой неосторожности потерпевшего (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ), данных об имущественном положении (пункт 3 статьи 1083 ГК РФ), которые бы свидетельствовали о существовании условий для частичного или полного освобождения от ответственности, уменьшения размера возмещения вреда, стороной ответчика не представлено, исследованные судом материалы дела подобных данных не содержат.

Взыскании с ФИО1 в возмещение вреда, причинённого повреждением в результате дорожно - транспортного происшествия имущества, а именно убытков (реального ущерба), денежной суммы в размере 113 558 рублей, и 8 689 рублей – утрата товарной стоимости, суд признаёт обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу абзацев второго, восьмого и девятого статьи 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесённые сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

По правилам части 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 1 статьи 96 ГПК РФ.

ФИО2 просит взыскать с ФИО1 судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины, а также экспертиз, проведённых с целью определения размера убытков, причинённых повреждением автомобиля.

Суд принимает решение об удовлетворении требований ФИО2

Расходы истица, связанные с уплатой государственной пошлины, составили 3 764 рубля, что подтверждается представленным суду документом.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный ГПК РФ, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесённые истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Применительно к этому, расходы, связанные с оплатой экспертиз с целью определения размера убытков, причинённых повреждением автомобиля, в общем размере 5000 рублей, подлежат взысканию в пользу истца с ответчика, так как необходимость несения таковых непосредственно связана с определением цена иска, его подсудности, собиранием доказательств, информированием об этом ответчика с целью его участия в этом процессе, и, соответственно, с реализацией права на обращение в суд.

При таком положении заявленные требования ФИО2 подлежат удовлетворению.

Согласно ст.95 ГПК РФ эксперты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

Судом по делу была назначена оценочная экспертиза автомобиля. При назначении экспертизы судом в соответствии с положениями ст. 80 ГПК РФ в определении было указано о возложении обязанности по оплате экспертизы на ответчика.

Оплата ФИО1 не произведена. ООО «НИЛСЭ» предоставлено заявление об оплате за экспертизу на основании счета на оплату № 319 от 11 апреля 2019 года в размере 17 640 рублей, которое подлежит удовлетворению.

Таким образом, суд полагает необходимым взыскать в пользу ООО «НИЛСЭ» расходы за проведенную судебную экспертизу с ФИО1 в размере 17 640 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд,

решил:

взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 в счет возмещения материального ущерба в размере в размере 122 247 рублей, расходы на оплату услуг оценщика в размере 5000 рублей, расходы по оплате государственной пошлина в размере 3 764 рубля.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «НИЛСЭ» расходы на проведение судебной экспертизы в размере 17 640 рублей.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Базарно-Карабулакский районный суд Саратовской области в течение месяца со дня принятия решения.

Судья Д.Г. Лаптев