Решение № 2-3383/2018 2-3383/2018 ~ М-3137/2018 М-3137/2018 от 25 июня 2018 г. по делу № 2-3383/2018

Дело № 2-3383/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 июня 2018 года город Саратов

Кировский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Пчелинцевой М.В.,

при секретаре Филипповой К.М.,

с участием представителя ответчика Бюро МСЭ № 27 филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Саратовской области» Минтруда России ФИО1, представители третьих лиц ФКУ «ГБ МСЭ по Саратовской области» Минтруда России ФИО2, ГУ Саратовского регионального отделения Фонда социального страхования ФИО3, РФ ОАО «РЖД» ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к Бюро медико-социальной экспертизы № 27 - филиалу Федерального казенного учреждения «Главное Бюро Медико-Социальной экспертизы по Саратовской области» Минтруда России, третье лицо - Федеральное казенное учреждение «Главное Бюро Медико-Социальной экспертизы по Саратовской области» Минтруда России, ГУ Саратовское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, открытое акционерное общество «РЖД» о признании незаконным отказа в определении процентов утраты профессиональной трудоспособности за прошедшее время,

установил:

ФИО5 обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчику мотивируя свои требования тем, что в 2002 году был принят на работу в Филиал Открытое акционерное общество «РЖД» Приволжская дорога, структурная единица - Путевая машинная станция № 200, на должность - монтера пути. Указанная структурная единица была в феврале реорганизована, с передачей выполняемых функций в структурное подразделение - Приволжская дирекция по ремонту пути Филиала ОАО «РЖД» Приволжской железной дороги. Факт трудовых отношений с указанной организацией подтверждается соответствующими записями в трудовой книжке.

В феврале 2006 года трудовые отношения с указанной организацией прекращены в связи с полной утратой трудоспособности из-за несчастного случая на производстве, происшедшего в период выполнения трудовых обязанностей при следующих обстоятельствах.

27 июля 2005 года истец в составе ремонтной бригады монтеров пути из четырех человек по заданию бригадира ФИО6, выехал для выполнения ремонтных работ на железнодорожном пути ст. Демьяс, перегона Демьяс-Новорослявская Ершовского района Саратовской области. С разрешения бригадира ФИО6 к месту выполнения ремонтных работ они выехали на принадлежащем истцу и под его управлением автомобиле BA3-11113 «Ока» государственный регистрационный знак №. Примерно в 23 часа указанного дня при движении по трассе Энгельс-Ершов-Озинки в районе населенного пункта Декабрист Ершовского района Саратовской области, на повороте дороги автомобиль «снесло» и выбросило в кювет.

В результате происшедшего ДТП истец был госпитализирован в Ершовскую районную больницу с диагнозом: ЗЧМТ, СГМ, закрытый перелом грудного отдела позвоночника с повреждением спинного мозга, нижний парапарез. Т.е. он получил тяжкий вред здоровью с полной утратой трудоспособности и инвалидность. В связи чем медико-социальной экспертизой, на основании акта освидетельствования от 19.10.2005 года № 3007091 истцу была установлена первая группа инвалидности, по в заболеванию. Т.к. созданной работодателем комиссией, по расследованию группового несчастного случая, происшедшего 27 июля 2005 года, где истец пострадал, дано заключение, что происшедший с истцом несчастный случай не связан с производством, и тем самым он получил повреждение здоровья в период не связанный с выполнением служебных обязанностей, а по своей вине.

Истец предлагал работодателю разобраться в случившемся и принять положения с. 227 ТК РФ, где определено, что к несчастным случаям, связанным с производственной деятельностью, относятся и те которые произошли в период следования работника к месту выполнения работ, по заданию работодателя, в том числе на своем личном автомобиле, с разрешения должностного лица работодателя.

Что фактически и было в данном случае.

Однако работодатель просьбы истца проигнорировал. Что не дало возможность медико-социальной экспертизе своевременно засчитать факт инвалидности связанным с производственной деятельностью и страховым случаем, тем самым истец лишился права на соответствующие социальные гарантии и медицинскую помощь но реабилитации, как лицо, получившее инвалидность при выполнении служебных обязанностей.

В поисках защиты нарушенных трудовых прав истец в 2016 году обратился в государственную инспекцию груда по Саратовской области для проведения расследования по установлению - относится ли к страховому случаю связанному с производством полученное увечье. Должностным лицом указанной организации проведена проверка, которая установила, что несчастный случай, при котором истец утратил здоровье, был связан с исполнением трудовых обязанностей, государственная инспекция груда обязала работодателя происшедший с ним несчастный случай «квалифицировать как несчастный случай на производстве, с составлением акта о несчастном случае на производстве» и соответствующему учету.

После указанного заключения контролирующего органа, работодатель 1 ноября 2016 г. наконец составил акт о несчастном случае, которым связал полученное 27 июля 2005 г. повреждение здоровья с выполнением трудовых обязанностей.

Только после этого у истца появилась возможность вновь поставить перед медико-социальной экспертизой вопрос о пересмотре ранее принятого решения о причине инвалидности.

17 марта 2017 года Бюро № 27 Филиал «ФКУ ГБ МСЭ по Саратовской области» Минтруда России на основании составленного в сентябре 2016 заключения государственного инспектора труда о факте несчастного случая имевшего место в 2005 году при котором истец получил увечье и составленного работодателем акта о несчастном случае на производстве Н-1 от 1.11.2016 г., вынесло решение, что полученные увечья и инвалидность связаны с трудовой деятельностью, что нашло отражение в справке МСЭ № от 29.03.2017 г.

Но т.к. указанным решением не было определен процент утраты трудоспособности и не отражено когда имел место несчастный случай па производстве, то на основании обращения истца, то же Бюро № 27 14 апреля 2017 г. проводит новое освидетельствование и выдает справку МСЭ № в которой уже отражается утрать 100% профессиональной трудоспособности и что несчастный случай на производстве имел место 27.07.2005 г. Но при этом отражается, что «срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с 17.03.2017 г. бессрочно. С чем истец не согласился и вновь обратился к ответчику.

На его обращение состоявшееся заседание Бюро № 27 соглашаясь с фактом несчатного случая имевшего место на производстве 27.07.2005 года подтвержденное актом Н-1 от 1.11.2016 г. определило степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах - «сто процентов», при этом срок установления степени профессиональной трудоспособности безосновательно определен как якобы возникший в период с 1 ноября 2016 г. по 16 марта 2017 г., что нашло свое отражение в справке о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности МСЭ № от 21.06.2017 г.

При этом в письме № 844/2017 от 21.06.2017 г. Бюро № 27, мне сообщили, что нет оснований для изменения даты определения утраты трудоспособности, т.к. акт составлен 1.11.2016 года, поэтому и срок утраты мной трудоспособности не может определен с даты фактически имевшего место события - 27.07.2005 г., поскольку это не позволяет п. 10 Приказа Минздравсоцразвития России № 643 от 20.10.2005.

Не согласившись с позицией ответчика, изложенной в документах об установлении инвалидности и утратой трудоспособности, полученной при выполнении служебных обязанностей в 2016 году, истец обжаловал указанное решение в «Главное Бюро Медико-социальной экспертизы по Саратовской области» Минтруда России и просил исходя из заключения государственного инспектора труда и акта о несчастном случае, признать, что трудовое увечье и тем самым инвалидность, связанная с производственной деятельностью, у истца возникли в 2005 году, а не как определено в заключении Бюро № 27 в 2016 году.

Однако на свое обращение он получил отказ уже и Главного бюро, изложенный в письме № 1835 от 22.08.2017 г. с мотивировкой, что якобы не установлен факт, что страховой случай имел место в 2005 году.

Считает, что позиция ответчика - Бюро № 27 Филиал «ФКУ ГБ МСЭ Саратовской области» Минтруда России противоречит тем документам, которые послужили признанию им же (ответчиком) факта получения увечья и инвалидности в 2005 году. В частности в выданной истцу 21 июня 2017 года уточненной справке МСЭ № прямо указано, что несчастный случай на производстве произошел 27.07.2005 г., т.е. отражена фактическая дата наступления страхового случая.

Не согласен с ответчиком и в той части, что он не может устанавливать истцу инвалидность за прошедшее время.

Считает, что отказ ответчика определить степень утраты профессиональной трудоспособности со дня получения увечья - 27 июля 2005 года, что подтверждено составленным работодателем актом о несчастном случае Н-1 и заключением трудовой инспекции, противоречит требованиям нормативных документов, определяющих порядок определения даты с которой должна определяться степень утраты трудоспособности связанной с производственной травмой.

Т.с. фактически ответчик своим поведением лишил истца возможности получения необходимых на восстановление здоровья социальных льгот за прошедшее время.

Указывает, что действия ответчика, выразившиеся в выдаче МСЭ о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах без записи об установленных процентах утраты профессиональной трудоспособности за пропущенный период, являются незаконными, нарушающими его права, так как отсутствие записи об установлении степени утраты профессиональной трудоспособности за пропущенный период лишает истца возможности получения обеспечения по страхованию за указанный период.

На основании изложенного просит признать действие Бюро № 27 Филиал ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Саратовской области» Минтруда России, выразившееся в выдаче ФИО5 справки о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах, с записью в строке «Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности» с 01 ноября 2016 г. по 16 марта 2017 г., без записи в строке «Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности» за пропущенный период с 27 июля 2005 г. по 16 марта 2017 г., незаконным.

Обязать Бюро № 27 Филиал ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Саратовской области» Минтруда России устранить допущенные нарушения я и выдать ФИО5 справку о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах, совершив запись в строке «Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности» - «за пропущенный период с 27 июля 2005 года до 16 марта 2017 года.

Истец ФИО5 в судебное заседание не явился, представил заявление с просьбой о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель ответчика Бюро МСЭ № 27 филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Саратовской области» Минтруда России ФИО1, представители третьих лиц ФКУ «ГБ МСЭ по Саратовской области» Минтруда России ФИО2, ГУ Саратовского регионального отделения Фонда социального страхования ФИО3, РФ ОАО «РЖД» ФИО4 просили отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на тот факт, что истцом не устанавливался факт наступления страхового случая. Поскольку в отсутствие установления факта именно страхового случая его требования не подлежат удовлетворению, а с заявлением в суд об установлении данного факта истец не обращался.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании в период выполнения трудовых обязанностей 27.07.2005 г. в соответствии с приказом № 206-А от 27.07.2005 года, в связи с проведением технологических «окон» на перегоне Новоросляевский - Демьяс группа монтеров: ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО5 была направлена на станцию Демьяс. Работодателем для перевоза работников на фронт работ был предоставлен классный вагон ВПО-ЗООО с отправкой со ст. Иргиз.

В нарушение приказа № 206-А от 27.07.2005г. ФИО5 принял самостоятельное решение о необоснованном использовании личного транспорта в производственных целях и ехать на станцию Демьяс на личном автомобиле ВАЗ-11113 регистрационный знак <***>. Во время следования ФИО5 не справился с управлением личного автотранспорта, тем самым допустил опрокидывание транспортного средства в кювет. В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО5 был госпитализирован в Ершовскую районную больницу с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, закрытый перелом грудного отдела позвоночника с повреждением спинного мозга, нижний парапарез. По факту происшедшего работодателем было проведено расследование и дано заключение о том, что несчастный случай не связан с производством (л.д. 23).

Не согласившись с заключением, ФИО5 в 2016 году обратился с жалобой в Государственную инспекцию труда в Саратовской области, которая установила, что несчастный случай связан с исполнением трудовых обязанностей, и обязала Приволжскую дирекцию по ремонту пути - структурное подразделение Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «РЖД» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1. (л.д. 37-39).

Во исполнении предписания Государственной инспекции труда в Саратовской области от 24.10.2016 г. № 7-3675-16-ОБ/6565/2 Приволжской дирекцией по ремонту пути - структурном подразделением Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «РЖД» 01.11.2016 г. ФИО5 составлен акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 (л.д. 32-36).

Также в связи с тем, что медико-социальная экспертиза признала несчастный случай произошедший 27.07.2005 г. страховым только с 01.11.2016 г., что лишило ФИО5 возможности получать необходимые социальные выплаты, в январе 2018 года истец обратился в Пугачевский районный суд Саратовской области с иском к ОАО «РЖД» о компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб. Исковые требования ФИО5 были удовлетворены частично, согласно решения Пугачевского районного суда Саратовской области от 13.02.2018 г. с ОАО «РЖД» взыскано 50 000 рублей.

Указанные обстоятельства сторонами в судебном заседании не оспаривались и не опровергались.

В соответствии с ч.1 ст. 7 Федерального закона от 24.07.1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

Страховой случай - это подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию (ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998г. №125-ФЗ).

Несчастный случай на производстве - это событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности (ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998г. №125-ФЗ).

Таким образом, законодатель разделяет такие понятия, как несчастный случай на производстве и страховой случай.

На основании ст. 13 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (с последующими изменениями и дополнениями) освидетельствование застрахованного учреждением медико-социальной экспертизы (МСЭ) производится по обращению страховщика, страхователя или застрахованного либо по определению судьи (суда) при представлении акта о несчастном случае на производстве или акта о профессиональном заболевании.

Степень утраты профессиональной трудоспособности определяется исходя из последствий повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве с учетом имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных, специально созданных производственных или иных условиях.

В соответствии со ст. 228.1 - 230 ТК РФ и Постановлением Минтруда России №73 от 24.10.2002г. «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях» работодатель расследует несчастный случай в установленные законом сроки и составляет Акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1.

Следовательно, Акт по форме Н-1 является тем документом, который подтверждает факт повреждения здоровья, влечет обязанность страховщика по обеспечению по страхованию и отличает несчастный случай от страхового.

Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности лицам, получившим повреждение здоровья в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, определен Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 16.10.2000 г. № 789 (далее - Правила).

В соответствии с п.п. 2, 7 Правил степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации, по обращению Фонда социального страхования РФ, работодателя и пострадавшего при наличии документа, подтверждающего факт несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (акт о несчастном случае на производстве или акт о профессиональном заболевании; решение суда об установлении факта несчастного случая на производстве или профессионального заболевания; заключение государственного инспектора по охране труда либо других должностных лиц (органов), осуществляющих контроль и надзор за состоянием охраны труда и соблюдением законодательства о труде, о причинах повреждения здоровья или медицинское заключение о профессиональном заболевании, выданные в порядке, действовавшем до вступления в силу Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Под степенью утраты профессиональной трудоспособности понимается выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая (ст.3 Федерального закона № 125-ФЗ).

Таким образом, факт утраты застрахованным лицом профессиональной трудоспособности за прошлый период не может быть установлен ранее даты, когда несчастный случай был квалифицирован как связанный с производством и был оформлен Акт о несчастном случае на производстве формы Н-1.

Акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 составлен ФИО5 01.11.2016г.

На основании заявления от 13.03.2017г. ФИО5 с 17.03.2017г. (с даты подачи данного заявления в Бюро №27) установлено 100% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно, что подтверждается копией заявления и акта медико-социальной экспертизы ФИО5

В подтверждение принятого решения ФИО5 оформлена справка серии МСЭ-2006 №, разработана программа реабилитации пострадавшего.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

Наступление стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждениями медико-социальной экспертизы при представлении акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 или акта о профессиональном заболевании и оформляется в виде заключения.

По общим правилам гражданского оборота, документы распространяют свое действие с даты их составления и подписания.

Учитывая нормы действующего законодательства, степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО5 не может быть установлена за прошедший период, т.е. до 01.11.2016 г., в связи с чем, требования ФИО5 об установлении ему степени утраты профессиональной трудоспособности за период, предшествовавший составлению акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1, являются необоснованными.

В соответствии с п. 10 Приказа Минздравсоцразвития России №643 от 20.10.2005г. «Об утверждении форм документов о результатах установления федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы степени утраты профессиональной трудоспособности и рекомендации по их заполнению» в строке «Степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах за пропущенный период с по делается запись об установленных процентах утраты профессиональной трудоспособности за пропущенный период в течение которого гражданин не проходил переосвидетельствование.

17.03.2017г. освидетельствование ФИО5 для установления степени утраты профессиональной трудоспособности в Бюро №27 проводилось впервые, степень утраты профессиональной трудоспособности установлена бессрочно, очередное освидетельствование не назначалось, в связи с чем, данный пункт выписки и справки не подлежал заполнению.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что решение Бюро №27 в части срока установления степени утраты профессиональной трудоспособности, в том числе за прошлое время, является законным и обоснованным, при проведении медико-социальной экспертизы ФИО5 сотрудники учреждения действовали в соответствии с законодательством РФ, свои обязанности выполнили в полном объеме, не допустив нарушения прав истца, в связи с чем его исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст., 56, 67, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО5 к Бюро медико-социальной экспертизы № 27 - филиалу Федерального казенного учреждения «Главное Бюро Медико-Социальной экспертизы по Саратовской области» Минтруда России, третье лицо - Федеральное казенное учреждение «Главное Бюро Медико-Социальной экспертизы по Саратовской области» Минтруда России, ГУ Саратовское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, открытое акционерное общество «РЖД» о признании незаконным отказа в определении процентов утраты профессиональной трудоспособности за прошедшее время - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме путем принесения апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Саратова.

Срок изготовления мотивированного решения 2 июля 2018 года

Судья М.В. Пчелинцева