Апелляционное постановление № 22-1219/2020 22-32/2021 от 24 января 2021 г. по делу № 1-179/2020

Судья Титова Н.В. Дело № 22-32/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 25 января 2021 года

Верховный Суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего судьи Ивакова А.В.,

при секретаре Чибисовой С.Ю.,

с участием прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами прокуратуры Республики Марий Эл Леонтьевой А.В.,

защитника – адвоката Сушкова А.В., представившего удостоверение <№> и ордер <№>,

рассмотрел в открытом судебном заседании 25 января 2021 года уголовное дело по апелляционному представлению и.о. Волжского межрайонного прокурора Анисимовой Н.Г., апелляционной жалобе защитника – адвоката Маясова С.В. на приговор Волжского городского суда Республики Марий Эл от 5 ноября 2020 года, которым

ФИО1, <...>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 109 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 год 10 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования городского округа «<...>» и муниципального образования «<...>» Республики Марий Эл без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. На ФИО1 возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за поведением осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц.

Заслушав выступления сторон, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан судом первой инстанции виновным в том, что 15 сентября 2019 года в <адрес> Республики Марий Эл причинил смерть по неосторожности Н.А.Б.

Преступление им совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершенном преступлении не признал.

В апелляционном представлении и.о. Волжского межрайонного прокурора Анисимова Н.Г. считает приговор Волжского городского суда Республики Марий Эл от 5 ноября 2020 года подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания. Судом установлено, что 15 сентября 2019 года около 18 часов между Н.А.Б. и ФИО1 произошел бытовой конфликт, в ходе которого Н.А.Б. ударила ФИО1 один раз в область лица аппликатором для нанесения мази. После чего ссора продолжилась, Н.А.Б. взяла металлическую блинницу, около 3 раз нанесла удары в область головы ФИО1 и положила блинницу на поверхность кухонного гарнитура. Затем ФИО1, действуя из личных неприязненных отношений, возникших вследствие обиды от полученных ударов, находясь позади Н.А.Б., проявив пренебрежение к последней, не имея при этом умысла на причинение смерти Н.А.Б., умышленно притянул Н.А.Б. и, удерживая с силой за руки, развернул ее спиной к окну кухни, а затем руками с силой толкнул Н.А.Б. в область передней поверхности грудной клетки, отчего последняя попятилась назад и ударилась левой боковой поверхностью тела о выступ кухонного подоконника, после чего присела на корточки и ФИО1 нанес ей один удар рукой в область головы. Из показаний <...> свидетелей А.В. и А.С. следует, что в тот день между Н.А.Б. и ФИО1 произошел конфликт, в ходе которого Н.А.Б. ударила <...> колпачком от мази в глаз, а затем блинницей по голове. После этого ФИО1 толкнул потерпевшую в грудь, от удара Н.А.Б. попятилась назад и ударилась левым боком об подоконник. Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что Н.А.Б. первая применила насилие в отношении ФИО1, нанеся ему удары аппликатором для нанесения мази, а затем металлической блинницей по голове, в связи с чем ФИО1, проявив неосторожность в форме преступной небрежности, применил насилие к Н.А.Б., в результате которого она получила телесные повреждения, в том числе <...>, приведшую к ее смерти. Однако, несмотря на установленные обстоятельства, судом в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ противоправность поведения потерпевшей не была признана обстоятельством, смягчающим наказание. Кроме того, из описательно-мотивировочной части приговора суда следует, что действиями ФИО1 потерпевшей причинены, в том числе <...>, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по этому критерию относятся к повреждениям, не причинившим вред здоровью, в причинной связи с наступлением смерти не состоят. Вместе с тем, как установлено в ходе судебного разбирательства, в том числе из показаний свидетелей, потерпевшей, со стороны ФИО1 какие-либо удары руками, ногами или иными предметами в область локализации указанных телесных повреждений не наносились. Объективных данных о причинении указанных телесных повреждений потерпевшей ФИО1 не установлено, в связи с чем они подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора. Просит приговор Волжского городского суда от 5 ноября 2020 года в отношении ФИО1 изменить: признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; исключить из описательно-мотивировочной части приговора на указание причинения ФИО1 потерпевшей в виде: <...>, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по этому критерию относятся к повреждениям, не причинившим вред здоровью, в причинной связи с наступлением смерти не состоят; смягчить назначенное ФИО1 наказание по ч. 1 ст. 109 УК РФ до 1 года 9 месяцев ограничения свободы.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Маясов С.В. выражает несогласие с приговором Волжского городского суда Республики Марий Эл от 5 ноября 2020 года в отношении ФИО1, считает его незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства. Считает, что вся доказательная база обвинения построена лишь на показания <...> свидетеля ФИО2 ситуационной судебно-медицинской экспертизе от 10 декабря 2019 года при обстоятельствах, при которых рассказал свидетель А.В., не исключается причинение Н.А.Б. телесных повреждений, причинивших ей смерть. Обращает внимание на то, что согласно показаниям ФИО1 и свидетелей, допрошенных в судебном заседании, А.В. <...> Ф.Х., <...>. При этом Ф.Х. неоднократно повторяла в суде, что <...>. Из видеозаписи проверки показаний на месте А.В. следует, что следственное действие было проведено с <...>. На этой записи А.В. самостоятельно <...>. Полагает, что данные обстоятельства свидетельствуют о том, что возможно вышеуказанные лица оговаривают ФИО1 Кроме того, <...> Н.А.Б. - А.С., также находящийся в момент ссоры <...> в <...>, видел ссору <...>, а также видел, как <...> ударила <...> колпачком, при этом он показал, что ФИО1 не толкал <...>, и та не ударялась об подоконник, здоровье <...> стало ухудшаться только через несколько дней. Сам ФИО1 давал подробные показания как в ходе предварительного следствия, так и в суде, вину не признал и показал, что действительно в тот день ссора между ним и Н.А.Б. была на почве того, что <...>. Н.А.Б. ударила его случайно колпачком от тюбика мази в лицо, но сам он к ней насилия не применял. ФИО1 рассказал, как <...> днем 15 сентября 2019 года в ходе <...>, когда спускалась с подоконника, поскользнулась и упала <...> на спинку стула. По просьбе следователя ФИО1 воспроизвел данные обстоятельства на месте происшествия с участием судебно-медицинского эксперта и с применением технических устройств. По результатам его показаний эксперт дал однозначное заключение <№> от 9 января 2020 года, что не исключается возможность образования <...> у Н.А.Б. при обстоятельствах, указанных ФИО1 Данное заключение эксперт подтвердила в судебном заседании. Обращает внимание, что на момент дачи им показаний и проверки их на месте с участием эксперта ему не была известна причина смерти Н.А.Б., что подтверждает достоверность его показаний. Считает, что догадки следователя в обвинительном заключении о том, что ФИО1 еще на стадии предварительной проверки была известна причина смерти Н.А.Б., что в дальнейшем при даче показаний и проверки показаний на месте позволило ему указать область соударения, расположенной в районе <...>, вводят суд в заблуждение. Потерпевшая Ф.Х. в судебном заседании пояснила, что справку о смерти <...> забирала лично она, ее она ФИО1 не показывала. Документов о смерти <...> она ФИО1 не показывала и о причинах смерти ему не говорила. ФИО1 также подтвердил, что он <...>, причину смерти узнал только от следователя при ознакомлении с экспертизой. Указанные обстоятельства, по мнению защитника, свидетельствуют о том, что смерть Н.А.Б. могла наступить при обстоятельствах, указанных свидетелем А.В., так и при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1, то есть достоверно обстоятельства наступления ее смерти, следствием не установлены. Показания ФИО1 в части произошедшего с <...> несчастного случая не опровергнуты. Свидетели <...>. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Считает, что вина ФИО1 в причинении смерти по неосторожности Н.А.Б. достоверно не доказана. Просит отменить приговор Волжского городского суда Республики Марий Эл от 5 ноября 2020 года в отношении ФИО1 и вынести в отношении него оправдательный приговор.

В дополнении к апелляционной жалобе защитник – адвокат Маясов С.В. считает, что в ходе рассмотрения дела при исследовании доказательств были грубо нарушены требования УПК РФ, влекущие признание доказательств недопустимыми. 16 сентября 2020 года в нарушение требований закона и права на защиту подсудимого ФИО1 государственным обвинителем до допроса свидетелей и в их отсутствие в порядке ст. 285 УПК РФ были оглашены материалы дела, в том числе протокол проверки показаний свидетеля А.В. с применением фотосъемки от 25 ноября 2019 года, протокол проверки показаний свидетеля А.В. с применением видеозаписи от 29 января 2020 года и протокол проверки показаний на месте свидетеля А.С. с применением видеозаписи от 29 января 2020 года, а также до исследования показаний данных свидетелей в ходе предварительного следствия, что следует из протокола судебного заседания от 16 сентября 2020 года, при этом согласие сторон не выяснялось, а случаев, предусмотренных ч. 2 <...> ст. 281 УПК РФ, не имелось. Только 23 сентября 2020 года в судебном заседании были допрошены свидетели А.В. и А.С., после окончания их допросов в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены их показания, данные ими в ходе предварительного следствия, а именно показания А.В. и А.С. от 25 ноября 2019 года и 20 июня 2020 года. При этом указанные протоколы проверок данных показаний свидетелей А.В. и А.С. в их присутствии не оглашались и не исследовались, что следует из протокола судебного заседания. В дальнейшем протоколы проверок показаний на месте свидетелей А.В. и А.С. от 29 января 2020 года не исследовались. 29 октября 2020 года в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения, вопреки мнению стороны зашиты, были просмотрены диски с видеозаписями проверок показаний на месте <...> свидетелей А.В. и А.С. от 29 января 2020 года в отсутствии указанных лиц и, несмотря на то, что протоколы данных следственных действий в соответствии со ст. 281 УПК РФ в суде не исследовались и не оглашались. При этом суд, удовлетворяя в порядке <...> ст. 281 УПК РФ ходатайство государственного обвинителя, принял во внимание, что <...> свидетели были допрошены в ходе судебного разбирательства и в ходе их допросов были оглашены их показания, которые были зафиксированы на просматриваемых видеозаписях, в связи с чем повторный просмотр тех же самых доказательств не несет нарушений права на защиту. Защитник выражает несогласие с таким мнением государственного обвинителя и суда, так как это не соответствует действительности. В ходе допросов <...> свидетелей 23 сентября 2020 года были оглашены их показания, которые они давали в кабинете следователя без применения фотосъемки и видеозаписи. Протоколы следственных действий с показаниями свидетелей А.В. и А.С. на месте происшествия с применением фото и видеозаписи, а именно протоколы проверки их показаний на месте от 29 января 2020 года, в ходе их допроса не оглашались и по ним свидетели в суде не допрашивались. Поэтому полагает, что диски с видеозаписями следственных действий проверок показаний на месте А.В. и А.С. от 29 января 2020 года судом признаны вещественными доказательствами необоснованно и незаконно положены в основу приговора, как и сами протоколы данных следственных действий и протоколы проверки показаний на месте свидетеля А.В. от 25 ноября 2019 года, которые необходимо признать недопустимыми доказательствами. При таких обстоятельствах заключения ситуационных судебно- медицинских экспертиз от 10 декабря 2019 года <№> и от 19 марта 2020 года<№>, проведенные на основании протоколов проверки показаний на месте А.В. от 25 ноября 2019 года и 29 января 2020 года, также считает недопустимыми доказательствами. Несмотря на то, что указанные следственные действия и экспертизы должны быть исключены из приговора как доказательства обвинения, сторона защиты считает необходимым дать им правовую оценку. Обвинение построено лишь на показания свидетеля ФИО2 ситуационной судебно-медицинской экспертизе от 10 декабря 2019 года <№> при обстоятельствах, о которых рассказывает А.В. при проверке показаний на месте, не исключается причинение Н.А.Б. телесных повреждений, причинивших ей смерть. Обращает внимание, что данное следственное действие было проведено без участия эксперта, которая на месте не была и при воспроизведении событий не присутствовала, а экспертизу провела только по фотографиям. В тоже время, исходя из фото-таблицы к проверке показаний на месте, видно, что свидетель А.В., воспроизведя момент и позу, при которых потерпевшая Н.А.Б. якобы столкнулась с подоконником, показывает, что она ударилась левой рукой, а не боком. Исследованная в суде видеозапись проверки показаний на месте А.В. от 25 ноября 2019 года показала, что следственное действие было проведено с <...>. А.В. самостоятельно так и не смог показать, как <...> ударилась о подоконник. Указывает, что все данные противоречивые и непоследовательные показания свидетеля А.В. при воспроизведении обстоятельств произошедшего на месте свидетельствуют о том, что возможно он оговаривает ФИО1 из-за личной неприязни к нему с его стороны и со стороны <...>. А.С. видел ссору <...>, как <...> ударила <...> колпачком, при этом он говорит, что ФИО1 не толкал <...> и та не ударялась об подоконник. При этом на видеозаписи А.С. говорит, что <...> А.В. во время ссоры <...> находился рядом с ним, <...>, что опровергает показания А.В. о том, что он находился рядом с <...>. Также он говорил, что <...> здоровье стало ухудшаться только через несколько дней, и она не лежала <...> в тот вечер, что опровергает показания А.В. В тоже время суд, признавая допустимым доказательством заключение ситуационной судебно-медицинской экспертизы от 9 января 2020 года <№>, согласно которой потерпевшая Н.А.Б. могла получить телесное повреждение, причинившее ее смерть, при обстоятельствах указанных ФИО1 при проверке его показаний на месте 19 ноября 2019 года, указал, что данное заключение не свидетельствует о непричастности ФИО1 к совершению преступления. Суд не дал оценку тому, что свое заключение эксперт Е.Ю.Т. подтвердила в суде. Суд не дал оценку доводам защиты, что ФИО1 до проведения данного следственного действия не знал от чего конкретно скончалась Н.А.Б., в связи с чем не мог придумать обстоятельства произошедшего. Суд, оценивая заключение эксперта от 9 января 2020 года по показаниям ФИО1 и заключение эксперта 10 декабря 2019 года по показаниям А.В., пришел к выводу, что наиболее убедительны выводы эксперта об образовании <...> при обстоятельствах, указанных А.В. При этом суд указал, что наличие двух противоречивых заключений экспертиз не ставят под сомнение достоверность показаний <...> свидетелей и в целом не могут повлиять на выводы суда о виновности подсудимого. Суд, признавая допустимым доказательством заключение эксперта от 9 января 2020 года по показаниям ФИО1, и не опровергнув его, фактически допускает, что <...> могла быть причинена и при обстоятельствах, указанных ФИО1, то есть возникают сомнения. Показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия и в суде, также не опровергнуты. При наличии сомнений в виновности подсудимого они должны трактоваться в его пользу.

В возражении на апелляционную жалобу защитника – адвоката Маясова С.В. государственный обвинитель Плакса В.Н. просит апелляционную жалобу и дополнения к ней оставить без удовлетворения, изменить приговор от 5 ноября 2020 года в отношении ФИО1 по доводам апелляционного представления.

В суде апелляционной инстанции прокурор Леонтьева А.В. поддержала доводы апелляционного представления, считая доводы апелляционной жалобы адвоката Маясова С.В. несостоятельными, полагала, что апелляционное производство по доводам апелляционного представления и по доводам апелляционной жалобы подлежит прекращению в связи со смертью осужденного ФИО1 Защитник – адвокат Сушков А.В. поддержал доводы апелляционной жалобы адвоката Маясова С.В., полагая доводы апелляционного представления несостоятельными.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, изучив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора.

По смыслу положений п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и ст. 389.21 УПК РФ, с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированных в постановлении от <дата> № <...>, приговор суда подлежит проверке в апелляционном порядке и в отношении осужденного, умершего после провозглашения приговора, если имеется апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос о признании незаконным и необоснованным постановленного в отношении него приговора. Такая проверка необходима в целях установления оснований для возможной реабилитации умершего лица.

С учетом приведенных правовых положений уголовное дело в отношении ФИО1, который, как следует из сообщения отдела ЗАГС администрации городского округа «<...>» Республики Марий Эл от <дата>, умер <дата> (запись акта о смерти от <дата>), подлежит рассмотрению судом в апелляционном порядке, что необходимо в целях защиты конституционных прав личности и установления оснований для возможной реабилитации умершего ФИО1

Выводы суда о виновности ФИО1 в причинении смерти по неосторожности Н.А.Б. соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности тщательно исследованных судом доказательств.

Вопреки доводам жалобы защитника – адвоката Маясова С.В., приведенные судом в приговоре в обоснование виновности ФИО1 в совершении преступления доказательства, в том числе те, на которые обращено внимание в жалобе, были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются допустимыми и получили надлежащую оценку суда первой инстанции.

Оснований подвергать сомнению правильность изложенных в приговоре выводов суд апелляционной инстанции не находит.

Виновность ФИО1, несмотря на отрицание им своей вины в инкриминируемом ему преступлении, о чем указал в апелляционной жалобе защитник, подтверждается показаниями потерпевшей Ф.Х., свидетелей А.В., А.С., Н.М.Е., эксперта Е.Ю.Т., протоколами осмотра места происшествия, проверки показаний свидетеля А.В. на месте, заключениями экспертиз, в том числе заключениями ситуационных судебно-медицинских экспертиз от 10 декабря 2019 года <№> и от 19 марта 2020 года <№> и иными доказательствами, изложенными в приговоре.

Судом тщательно исследовались представленные доказательства, они проанализированы, проверены судом в соответствии с правилами ст. 87 УПК РФ, в том числе, путем их сопоставления и им дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а всех собранных доказательств в совокупности - достаточности для разрешения данного уголовного дела. При этом в приговоре полно и правильно изложено содержание всех исследованных по делу доказательств, приведены выводы, касающиеся проверки и оценки каждого из них, в том числе показаний ФИО1, заключения ситуационной судебно-медицинской экспертиз от 9 января 2020 года <№>.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей Ф.Х. и свидетелей, в том числе свидетеля А.В., принятых за основу приговора, у суда обоснованно не имелось, их показания непротиворечивы по существенным обстоятельствам, согласуются друг с другом, дополняют друг друга, конкретизируют обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, в судебном заседании не было установлено данных о заинтересованности их в оговоре осужденного.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для оговора осужденного ФИО1 потерпевшей Ф.Х. и свидетелем А.В.

Исследованная в суде первой инстанции совокупность доказательств обосновано признана судом достаточной для принятия по делу итогового решения.

Доводы адвоката Маясова С.В., приведенные в жалобе, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка в приговоре, выводы мотивированы, суд апелляционной инстанции соглашается с ними.

Проанализировав и оценив собранные доказательства в их совокупности, верно установив обстоятельства совершения преступления, подробно изложив в приговоре мотивы принятого решения, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности.

Оснований для иной оценки доказательств суд апелляционной инстанции не находит. Мотивы принятия судом решения подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора, оснований сомневаться в их правильности суд апелляционной инстанции не усматривает.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Маясова С.В., для вынесения в отношении ФИО1 оправдательного приговора.

Вместе с тем, с учетом того, что ко времени рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции ФИО1 скончался, обвинительный приговор в отношении него подлежит отмене.

Согласно ст. 389.21 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор суда первой инстанции и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных ст. 24 УПК РФ, в частности в предусмотренном п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ случае смерти подозреваемого или обвиняемого при условии, что отсутствует необходимость в продолжении производства по уголовному делу для реабилитации умершего.

Учитывая, что действия ФИО1 находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти Н.А.Б., в связи с отсутствием оснований для постановления оправдательного приговора в отношении ФИО1, в связи с отменой приговора и прекращения уголовного дела доводы кассационного представления об исключении из описательно-мотивировочной части приговора указание на причинение ФИО1 потерпевшей иных телесных повреждений, о признании смягчающего наказание обстоятельства и смягчении наказания рассмотрению не подлежат.

С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.21, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Волжского городского суда Республики Марий Эл от 5 ноября 2020 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью.

Апелляционную жалобу защитника – адвоката Маясова С.В. оставить без удовлетворения, апелляционное представление и.о. Волжского межрайонного прокурора Анисимовой Н.Г. – без рассмотрения.

Председательствующий А.В. Иваков