Решение № 2-289/2018 2-6/2019 2-6/2019(2-289/2018;2-7668/2017;)~М-7517/2017 2-7668/2017 2-9/2019 М-7517/2017 от 8 декабря 2019 г. по делу № 2-289/2018

Дело № 2-9/19


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Краснодар 09 декабря 2019 г.

Советский районный суд г. Краснодара в составе

судьи Скрипка О.В.

при секретаре Мацко Г.И.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующей на основании ордера № 749825 от 25.09.2017 г.,

ответчика ФИО3,

ответчика ФИО4,

ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Б. Е. Б., ФИО4, ФИО6 о признании завещания недействительным,

установил:

Истец обратился в суд с иском к Б. Е.Б., ФИО4, ФИО6, в котором с учетом исковых требований просит суд завещание № от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО6, зарегистрировано в реестре за № №, заверенное ВРИО нотариуса Краснодарского нотариального округа ФИО14 - ФИО5, оставленное ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем <адрес>, умершим ДД.ММ.ГГГГ, недействительным; признать завещание, № от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО4 (3/7 доли) и Б. Е. Б. (4/7 доли), зарегистрированное в реестре нотариуса Краснодарского нотариального округа ФИО8 за №, оставленное ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем <адрес> умершим ДД.ММ.ГГГГ, недействительным.

В обоснование требований указано, что ФИО1 является наследником по закону после смерти моего родного брата ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>. Иных наследников по закону у умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 нет, он не состоял в браке, не имел детей. Истцу в органах ЗАГС выдана справка о том, что ФИО7 скончался ДД.ММ.ГГГГ, причина смерти – злокачественное новообразование простаты, выдано свидетельство о смерти. ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к нотариусу ФИО9 с заявлением о вступлении в наследство как наследника по закону. Заведено наследственное дело №, из которого следует, что ФИО7 оставил два завещания: завещание № от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО6 и завещание № от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО4 (3/7 доли) и Б. Е.Б. (4/7 доли).

Истец считает, что данные завещания надлежит признать недействительными, как выданными тяжело больным наследодателем, в том числе страдающим <данные изъяты>. Завещания выданы в короткий срок между юридическими действиями по оформлению без надлежащего установления личности наследодателя, лишенного возможности передвижения, у разных нотариусов. Так, брат истца страдал тяжелыми заболеваниями, включая онкологию, с 1971 что видно из медицинской документации. В ДД.ММ.ГГГГ году вступил в брак (повторно) ФИО6 Он проживал в г. Краснодаре, по адресу: <адрес>, но был зарегистрирован в г. Мурманске, где проходил лечение в медицинских учреждениях. Истец проживала и работала в г. Мурманске. 16 июля 2014 года ФИО7 приехал ней в физически и психически ужасном состоянии, был выписан из ГКБ № г. Краснодара, плохие отношения с ФИО6 (брак с которой впоследствии расторгнут), не позволили ему реабилитироваться, восстанавливать здоровье в г. Краснодаре. На день подписания первого оспариваемого завещания 14.07.2014 наследодатель ФИО7 находился в клинической больнице, в связи с чем истец сомневается как в добровольности выдачи завещания, так и в его законности. При этом при визуальном осмотре завещания подпись ФИО7, сделана очень больным и плохо видящим человеком, при этом на момент подписания лечившемся в стационаре. По приезду ФИО32 в г. Мурманск, истец ухаживала за братом, восстанавливала его здоровье. Она видела, что он не понимал значения действий и не руководил ими, поскольку, когда возникла необходимость возврат из г. Мурманск в г. Краснодар, он ничего сам не смог сделать, был неадекватен, установлен очередной диагноз <данные изъяты>. Истец видела странное поведение ФИО7: неряшливость, нарушение речи, нарушение зрения. При общении с истца с неврологом, последний пояснял диагноз - <данные изъяты>, установленная у ФИО7, особенно сложна в лечении, так как неврологические расстройства более глубоки и необратимы. Плохое психолого-психологическое состояние ФИО7 видели очень многие люди, проживающие в г. Мурманске и г. Краснодаре, кто знает семью. ФИО7 длительное время были, еще с 1978 года, предписаны сильнодействующие, наркотические препараты, в связи с сильнейшими болями <данные изъяты>. Из-за постоянной стрессовой ситуации в связи с рядом хронических смертельных заболеваний, приемом указанных лекарств, влияющих на психическое состояние здоровья, <данные изъяты>., у ФИО7 стали все сильнее наблюдаться психические отклонения, которые по приезду истец сразу заметила. Агрессия внезапно сменялась подавленным состоянием, легкой внушаемостью, апатией к жизни, даже плаксивость. Он часто не узнавал ее, путал имена знакомых и родственников. О завещании в пользу ФИО6 брат ничего не сказал, полагает, он просто не помнил о факте подписания завещания, также он ничего не говорил о намерении составить новое завещание - в пользу ФИО4 и Б. Е.Б.Считает, что по сути оба оспариваемых завещания противоречат друг другу. Квартира по адресу: <адрес> приобретена ФИО32 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на его личные средства, а также не средства ФИО1 Квартира обставлена на денежные средства истца. Истец также указывает, что ФИО32 собирался переоформить квартиру на нее, предлагал ей пойти в МФЦ, выражал желание оставить ей наследство как единственной родственнице. Она ухаживала за братом, у них были доверительные отношения. Ответчики - внучатые племянницы ФИО7, ФИО4 и Б. Е.Б., приехавшие в 2015 году Россию из г. Бишкека, Киргизстан, проживали в квартире бывшей жены брата истца по адресу: <адрес>ёва, <адрес>. Ответчики никогда не ухаживали за ФИО7, были к нему равнодушны, создавали ему невозможные для проживания условия, что и побудило его, не смотря на болезнь искать другое жилье. Полагает, что оспариваемое завещание составлено под влиянием заблуждения, больным, в том числе психически больным человеком, не отдававшим отчета своим действиям и не руководивший ими.

В судебном заседании истец и ее представитель поддержали исковые требования, настаивали на их удовлетворении в полном объеме. Полагали, что по делу необходимо назначить повторную экспертизу, поскольку наследодатель страдал <данные изъяты>, которая поставлена ему за 15 лет до составления завещания. Считали, что завещания составлены с пороком воли наследодателя. Истец является единственной родственницей умершего ФИО32, ответчики родственниками умершего наследодателя не являются. Просили принять во внимание показания свидетелей.

Ответчики в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных отзывах. Считали что назначение повторной экспертизы не целесообразно, дело длится уже третий год. ФИО32 не лежал в психиатрической больнице, не состоял на учете у нарколога, он сам ходил в магазин, трижды совершал сделки купли-продажи недвижимости, сам сдавал квартиры, подписывал документы. При этом бабушка ФИО4 и Б. также является сестрой ФИО32. С дедушкой (ФИО32) у них были хорошие отношения, они за ним ухаживали.

Третьи лица - нотариус ФИО8 и нотариус ФИО9 в судебное заседание не явились, были надлежащим образом уведомлены о месте и времени слушания дела, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Суд, выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, пришел к следующему.

Согласно ст.1111 Гражданского кодекса Российской Федерации ( далее – ГК РФ), наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с п.5 ст. 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно п.2 ст.1118 ГК РФ завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

В силу п.1 ст.1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Согласно разъяснениям, данным в абз.3 п.27 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании», завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (п.2 ст. 1118 ГК РФ).

Согласно п.1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действия или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует. Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 приходится сестрой ФИО7, что подтверждается свидетельствами о рождении.

Согласно свидетельству о смерти № ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ

Судом исследовано наследственное дело № о наследовании имущества, оставшегося после смерти ФИО7

Из указанного наследственного дела следует, что ФИО1 обратилась с заявлением в нотариальную контору о принятии наследства, оставшегося после смерти ФИО7

С заявлением о принятии наследства также обратились: ФИО6 по завещанию, удостоверенному ФИО5, ФИО4 – по завещанию, удостоверенному нотариусом ФИО10 – по завещанию, удостоверенному ФИО8

Согласно завещанию № № от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного ВРИО нотариусом ФИО5, следует, что ФИО7, находясь в здравом уме и твердой памяти, действуя добровольно, настоящим завещанием распорядился все его имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы оно не находилось, завещал ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения. Природа. Характер и правовые последствия настоящего завещания, а также содержание ст. 1149 ГК РФ нотариусом разъяснены и понятны.

Согласно завещанию № № от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом ФИО8, следует, что ФИО7, настоящим завещанием сделал распоряжение, что все его имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы оно не находилось, завещано ФИО4 – 3/7 доли, Б. Е.Б. – 4/7 доли. Личность завещателя установлена, дееспособность его проверена.

Истец считает, что указанные завещания являются недействительными, так как совершено с нарушениями требований действующего законодательства, а именно: выдано тяжело больным наследодателем, в том числе страдающим психическим заболеванием, онкологическим заболеванием, атеросклерозом, принимавшего сильнодействующие препараты, сильнодействующие психотропные средства, а также страдавшего катарактой и глаукомой глаз, нуждавшимся в постоянном уходе. Завещания выданы в короткий срок между юридическими действиями по оформлению без надлежащего установления личности наследодателя, лишенного возможности передвижения, у разных нотариусов. Кроме этого, ответчики не являются родственниками наследодателя.

Для определения состояния ФИО7 в момент оформления оспариваемых завещаний, в ходе судебного разбирательства по делу назначена комплексная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза.

Как следует из сообщения экспертов Краснодарской краевой психиатрической больницы от 26.02.2019 г. № 19, комиссия приходит к заключению, что на поставленный вопрос в отношении ФИО7 ответить не предоставляется возможным, так как на протяжении своей жизни. В период ближайший к моменту составлении завещаний, а также в юридически значимый период (14 июля и 27 ноября 2014 г.) он психиатрами не осматривался, в период пребывания в стационарах соматического профиля его не осматривал невролог, консультация психиатра ему не назначалось, в представленной медицинской документации отсутствует его психическое состояние.

В судебном заседании от 23.04.2019 г. представителем истца заявлено ходатайство о назначении повторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы (посмертной) с учетом предоставленной медицинской документации. Перед экспертом просила поставить вопросы, указанные в письменном ходатайстве.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

Вопросы экспертам-психиатрам:

1. Учитывая индивидуально-психологические, психиатрические особенности, эмоциональное состояние подэкспертного ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и конкретные условия, в которых происходили события -

- составление Завещания № от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО6;

- составление Завещания №, ДД.ММ.ГГГГ, в пользу ФИО4 (3/7 доли) и Б. Е. Б. (4/7 доли),

мог ли ФИО7 понимать характер и значение своих действий и руководить ими?

2. Учитывая особенности познавательной сферы, состояние в момент составления завещаний 14.06.14 и 27.11.2014, внешние условия, в которых происходило принятие решения, а также индивидуальную значимость последствий завещаний, имелось ли у подэкспертного ФИО7 адекватное представление о существе сделок?

3. Находился ли подэкспертный ФИО7 в момент составления завещаний и их подписания в таком состоянии, когда он не был способен осознавать фактическое содержание своих действий и руководить ими?

4. Находился ли ФИО7 в момент подписания завещаний в состоянии, которое может быть отнесено к порокам воли?

5. Если ФИО7 находился в момент подписания завещаний в состоянии порока воли, то чем это состояние могло быть вызвано?

6. Если ФИО7 страдал психиатрическим расстройством, какова длительность периода развития психического неудовлетворительного состояния?

7. Свойственна ли подэкспертному ФИО7 повышенная внушаемость в связи с онкологическим хроническим заболеванием, ДЭП III степени?

8. Находился ли подэкспертный ФИО7 в моменты подписания завещаний в состоянии физиологического аффекта в связи с онкологическим хроническим заболеванием, его медикаментозным лечением, дисциркуляторной энцефалопатией III степени, его медикаментозным лечением, старческим возрастом? Влияли ли принимаемые медицинские препараты, назначенные ФИО7 для постоянного приема на его психическое состояние?

9. Понимал ли подэкспертный ФИО7, подписывая завещания и значение своих действий, мог ли руководить при этом своими действиями?

Вопросы эксперту-психологу:

1. Учитывая индивидуальные и возрастные особенности подэкспертного ФИО7, и конкретные условия, в которых происходили события, мог ли он правильно воспринимать важные для дела обстоятельства - подписание завещаний 14.07.14, 27.11.14?

2. Обладал ли подэкспертный ФИО7 чувствительностью зрительного, слухового анализатора, достаточной для восприятия юридически- значимых событий? Каковы были зрение и слух ФИО7? Мог ли он свободно передвигаться?

3. Имелись ли у подэкспертного ФИО7 признаки повышенной внушаемости?

4. Находился ли подэкспертный ФИО7 в моменты подписания завещаний в состоянии физиологического аффекта в связи с онкологическим хроническим заболеванием, его медикаментозным лечением, дисциркуляторной энцефалопатией III степени, его медикаментозным лечением?

5. Находился подэкспертный ФИО7 в моменты подписания завещаний в эмоциональном состоянии (стресс, фрустрация, растерянность), которое могло существенно повлиять на его сознание и деятельность?

6. Мог ли, подэкспертный ФИО7, учитывая его индивидуально-психологические особенности, правильно оценить ситуацию, принять правильное решение и реализовать его?

Из сообщения экспертов Краснодарской краевой психиатрической больницы от 04.09.2019 г. № 281, следует, что комиссия экспертов пришла к заключению, что ответить на поставленные вопросы не представляется возможным, так как нет документально подтвержденных данных, что при жизни ФИО7 врачами психиатрами осматривался, в том числе и на юридически исследуемый период времени (14.07.2014 г., 27.11.2014 г.) и на ближайшие к нему периоды. В представленной медицинской документации отсутствует подробное описание психического состояния ФИО7 на исследуемый период времени и на ближайшие к нему периоды. Показания свидетелей из протоколов судебного заседания от 23 апреля 2019 г. (л.д. без номера), малоинформативны, в связи с чем не позволяют достоверно оценить психическое состояние ФИО7 в период оформления завещаний 14.07.2014 г. и 27.11.2014 г., а также в период предшествовавший его смерти. Однако имеются данные о наличии диагноза: «Дисциркуляторная энцефалопатия 3 степени», выставленный 21.02.2015 г. Необходимо отметить, что в представленной медицинской документации диагноз «дисциркуляторная энцефалопатия» приводится без описания психического состояния. Следует отметить, что соотношение неврологических и психопатологических расстройств неоднозначно оценивается в различных научных исследованиях. Один из наиболее распространенных диагнозов, который ставится больным пожилого и старческого возраста с органическим поражением головного мозга - «<данные изъяты>» той или иной стадии. В соответствии с данными неврологов ФИО16 (1999, 2005), ФИО17, ФИО18 (2006) наличие у больного дисциркуляторной энцефалопатии III стадии однозначно соответствует диагноз) сосудистой деменции. В то же время, по данным ФИО19 (1999), ФИО20. ФИО21, ФИО22 (2000), однозначная взаимосвязь между установлением диагноза дисциркуляторной энцефалопатии III стадии и сосудистой деменцией отсутствовала. В качестве критериев дисциркуляторной энцефалопатии III стадии в первую очередь выделялись грубые неврологические нарушения, а формирование сосудистой деменции расценивалось лишь как один из вариантов исхода (Руководство по судебной психиатрии под ред. д-ра мед. наук, проф. ФИО11. - М.: Издательство Юрайт, 2012. - 959 с. Серия: Настольная книга специалиста). Таким образом, при имеющихся исходных данных ответить на поставленные перед экспертами вопросы не представляется возможным.

Предоставленный материал содержит крайне и противоречивую информацию возможных индивидуально-психологических и возрастных особенностях ФИО7 По имеющимся данным ответить на поставленные вопросы не представляете возможным.

Предметом доказывания по правилам п.1 ст. 177 ГК РФ является неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими, медицинский критерий данному доводу определяется именно посредством проведения судебной психолого -психиатрической экспертизы. В настоящем случае сообщение экспертов о наличии у ФИО7 нарушение интеллектуального или волевого уровня не содержит.

Таким образом, в представленных медицинских документах отсутствует описание психического состояния ФИО7 за весь период наблюдения, решить вопрос о наличии психического расстройства, препятствующего возможности распоряжаться собственным имуществом на момент составления завещания не представляется возможным. При этом суд принимает во внимание, что медицинская документация психологического состояния не описывает. В случае отсутствия достаточного материала и документов, ответить на вопрос о внушаемости также не представляется возможным.

В силу ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

Суд не находит оснований для назначения повторной экспертизы, поскольку основным доводом истца о назначении повторной экспертизы суд усматривает ее недоверие экспертным учреждениям города Краснодара и назначении экспертизы в институт им. Сербского.

При этом судом исследована медицинская документация на имя ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

В данном случае лечащими ФИО7 врачами ни разу не было описано его психическое состояние, только основное заболевание. Никаких рекомендаций по поводу консультации ФИО7 психиатра не было. Из представленной медицинской документации усматривается, что при жизни ФИО7 не осматривался врачом-психиатром, в связи с чем суд приходит к выводу, что необходимости в этом не было.

Действительно, экспертами отмечено данные о наличии диагноза у умершего ФИО7 - <данные изъяты>, выставленный ДД.ММ.ГГГГ При этом в представленной медицинской документации данный диагноз проводится без описания психического состояния.

Дисциркуляторная энцефалопатия – это синдром хронического прогрессирующего поражения головного мозга сосудистой этиологии, который развивается в результате хронической недостаточности кровоснабжения головного мозга и/или повторных острых нарушений мозгового кровообращения (при этом острые нарушения мозгового кровообращения могут протекать с клиникой инсультов или без таковой, так называемые «немые» инфаркты, выявляемые с помощью нейровизуализации – компьютерной рентгеновской или магнитно-резонансной томографии головного мозга) и проявляющийся клинически неврологическими, нейропсихологическими и/или психическими нарушениями (по определению ФИО24).

При этом, суд принимает во внимание, что экспертами дано обоснованное описание данного диагноза с указанием различных подходов, при которых в одних случаях однозначная взаимосвязь между установлением диагноза дисциркуляторной энцефалопатии III стадии и сосудистой деменцией отсутствовала. В тоже время, однозначная взаимосвязь между установлением диагноза дисциркуляторной энцефалопатии III стадии и сосудистой деменцией отсутствовала. В качестве критериев дисциркуляторной энцефалопатии III стадии в первую очередь выделялись грубые неврологические нарушения, а формирование сосудистой деменции расценивалось лишь как один из вариантов исхода.

В ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля допрошен ФИО25, который показал, что является племянником умершего ФИО7 У ФИО32 болела нога, в последствии ее ампутировали. При оформлении ФИО32 инвалидности он проходил медкомиссию, прошел обследование и получил две коляски. Он (ФИО32) адекватно реагировал, во времени и пространстве не терялся. Он был общительный много читал. Звонил Б. и ФИО4, спрашивал из паспортные данные, для чего – не сказал.

Свидетель ФИО26 показала в судебном заседании, что на с мужем арендовала квартиру у ФИО7 в апреле 2016 г. Оплату перечисляла на карту, по этому адресу он выписывал газету, она потом ее приносила. Они обсуждали вопрос об установке сплит системы. Он был в здравом уме, адекватно реагировал на все.

Свидетель ФИО27 показал, что знал ФИО7 с 2015 г., который был его соседом. Они встречались, здоровались, общались. Рослее того как ФИО32 потерял ногу, стали встречаться реже.

Свидетель ФИО28 показала, что работала фельдшером на скорой помощи, неоднократно выезжала к ФИО7 как к тяжелому больному, указала признаки <данные изъяты>

Свидетель ФИО29 показал, что ФИО7 страдал потерей памяти, каждый раз знакомился при встрече.

Свидетель ФИО30 показала, что знала ФИО7 как продавец магазина. Показала, что он плохо слышал. Не помнил, что хотел купить, зачем пришел в магазин. Видела, как ФИО7 забыл где живет, дошел до инвалидной коляски на костылях. Сел и не знал, куда ехать.

Все лица, допрошенные судом в качестве свидетелей были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307, ст. 308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний.

Суд исследовал и оценил показания свидетеля на основании ст. 67 ГПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу, при этом принимает во внимание, что показания свидетелей ФИО28, ФИО29 И ФИО31 дали пояснения о событиях на момент 2016 г. (когда произошла ампутация конечности), а не на момент составления завещаний 2014 г. На момент 2014 г. указанные свидетели о состоянии ФИО7 пояснений не давали.

Таким образом, ФИО7 на дату составления завещания был полностью дееспособен и правоспособен, сам подписывал банковские документы, распоряжался своим банковским счетом (пластиковой картой), брал квартплату с квартирантов, делал нотариальную доверенность на представление его интересов другим лицам. Более того, ФИО7 в 23.06.2015г. приобрел на свое имя квартиру по адресу : г. Краснодар, <адрес> При этом, ФИО7, находясь в полном здравии и способности осознавать свои действия, подписывал договор купли-продажи квартиры.

Рассматривая доводы истца о том, что ФИО7 15 лет страдал ДЭП, суд принимает во внимание, что наличие указанного истцом диагноза не мешало ФИО7 управлять автомобилем, что сторонами не оспорено, соответственно проходить медицинскую комиссию.

Доводы о том, что на момент составления завещания от 14.07.2014 г. ФИО7 находился в больнице – ГКБ № 3 (с 26.06.2014 г. -16.07.2014 г.) опровергаются данными выписки из карты №, согласно которой дата выписки – 16.06.2014 г. При этом суд отмечает, что в дате выписке имеются исправления.

В силу ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

Таким образом, доводы истца о том, что она является единственной родственницей умершего ФИО32, ответчики родственниками умершего наследодателя не являются, суд считает несостоятельными в силу положений ст. 1119 ГК РФ.

Оспариваемые завещания составлены в соответствии со ст. 1124 ГК РФ (Общие правила, касающиеся формы и порядка совершения завещания).

В соответствии со ст. 1130 ГК РФ завещатель вправе отменить или изменить составленное им завещание в любое время после его совершения, не указывая при этом причины его отмены или изменения. Для отмены или изменения завещания не требуется чье-либо согласие, в том числе лиц, назначенных наследниками в отменяемом или изменяемом завещании.

Завещание, составленное на имя ответчиков, наследодателем не отменено.

Основания для отмены завещания: неспособность человека составить завещание по причине психического расстройства, то есть отсутствие понимания значения совершаемых действий, слабоумие; если при составлении завещания человек находился в наркотическом, алкогольном опьянении, или же в состоянии тяжелой болезни; при несоответствии воли наследодателя его настоящей воле; при незаконном содержании завещания: при оформлении завещания в ненадлежащей форме, - судом не установлены.

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности доказательства по делу, суд пришел к выводу в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, поскольку суд не находит оснований для признания недействительным завещаний ФИО7 от 14.11.2014 года и 27.11.2014 г. по основаниям, предусмотренным п.1 ст. 177 ГК РФ. Сам по себе факт наличия у ФИО7 заболевания ДЭП 3 степени и его пожилой возраст, о пороке воли наследодателя и отсутствии у него свободного волеизъявления на передачу принадлежащего ему имущества после смерти ответчикам свидетельствовать не могут. ФИО7 на учете в психиатрической клинике или на каком-либо учете в наркологической клинике не состоял. В ходе рассмотрения настоящего дела доказательств, отвечающих критериям относимости и допустимости, в подтверждение того, что ФИО7 не мог понимать значение своих действий и руководить ими истцом не представлено, а судом не добыто.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (ст. 195 ГПК РФ).

Суд на основании ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Б. Е. Б., ФИО4, ФИО6 о признании завещания недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Советский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Судья Советского

районного суда г. Краснодара О.В. Скрипка

Мотивированное решение изготовлено 16.12.2019 г.

Судья Советского

районного суда г. Краснодара О.В. Скрипка