Приговор № 1-49/2020 от 6 октября 2020 г. по делу № 1-49/2020

дело №1-49/2020


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

пос. Сернур 07 октября 2020 года

Сернурский районный суд Республики Марий Эл в составе председательствующего судьи Макматова А.А.,

при секретаре судебного заседания Малковой М.А.,

с участием государственного обвинителя Кибардина В.Н.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Васюкова И.А.,

представителей потерпевшего – администрации <данные изъяты> муниципального района Республики Марий Эл ФИО21

представителя потерпевшего МУП «<данные изъяты>» ФИО22

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1 ФИО23, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес><данные изъяты>: <адрес> не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ,

установил:

ФИО1 являясь директором муниципального унитарного предприятия «<данные изъяты>» (далее – МУП «<данные изъяты>») совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения, при следующих обстоятельствах.

Согласно абз.4 п.1 ст.2 Федерального закона от 14 ноября 2002 года №161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» имущество унитарного предприятия принадлежит ему на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления, является неделимым и не может быть распределено по вкладам (долям, паям), в том числе между работниками унитарного предприятия.

В соответствии с п.1 ст.25 Федерального закона от 14 ноября 2002 года №161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» руководитель унитарного предприятия при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах унитарного предприятия добросовестно и разумно.

Согласно п№ Устава МУП «<данные изъяты>», утвержденного постановлением администрации муниципального образования «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ года №далее – Устав), МУП «<данные изъяты>» находится в собственности муниципального образования «<данные изъяты>». Учредителем и собственником имущества МУП «<данные изъяты>» является администрация муниципального образования «<данные изъяты>».

В соответствие с п.№ Устава имущество МУП «<данные изъяты>» находится в собственности муниципального образования «<данные изъяты>». Осуществляя право хозяйственного ведения МУП «<данные изъяты>» владеет, пользуется и распоряжается закрепленным за ним имуществом в соответствии с целями и видами деятельности в пределах прав, предоставленных Учредителем.

Согласно п.№ Устава плоды, продукция и доходы от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении МУП «<данные изъяты>», а также имущество, приобретенное данным предприятием по договору или иным основаниям, являются собственностью муниципального образования «<данные изъяты>» и поступают в хозяйственное ведение данного предприятия.

В соответствие с п.№ Устава директор МУП «<данные изъяты>» является единоличным исполнительным органом данного предприятия, осуществляет руководство текущей деятельностью МУП «<данные изъяты>».

Согласно п№ Устава директор МУП «<данные изъяты>» наряду с другими полномочиями:

- издает приказы и указания, обязательные для всех работников МУП «<данные изъяты>»;

- осуществляет прием на работу и увольнение работников МУП «<данные изъяты>» в соответствии с трудовым законодательством в порядке и в пределах, установленных действующим законодательством и Уставом МУП «<данные изъяты>»;

- распределяет обязанности между работниками МУП «<данные изъяты>», утверждает должностные инструкции;

- применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания в отношении работников МУП «<данные изъяты>».

Согласно трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ФИО1, директор МУП «<данные изъяты>» среди прочих прав имеет право:

- действовать без доверенности от имени предприятия;

- распоряжаться имуществом и средствами предприятия в соответствии с законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, Республики Марий Эл и Уставом предприятия;

- осуществлять прием на работу работников предприятия, заключать с ними, изменять и прекращать трудовые договора;

- издавать приказы, давать указания, обязательные для исполнения работниками предприятия.

В соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ года, заключенным с ФИО1, директор МУП «<данные изъяты>» среди прочих обязанностей обязан:

- действовать в интересах предприятия добросовестно и разумно;

- обеспечивать использование имущества предприятия по целевому назначению в соответствии с видами деятельности предприятия, установленными Уставом предприятия.

В период времени с 01 июня 2017 года по 28 декабря 2017 года, точная дата и время не установлены, у ФИО1, заведомо знавшего об использовании в возглавляемом им МУП «<данные изъяты>» автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, возник корыстный преступный умысел, направленный на хищение, с использованием своего служебного положения, денежных средств МУП «<данные изъяты>» в сумме 60000 (шестьдесят тысяч) рублей, путем злоупотребления доверием работников возглавляемого им предприятия, посредством составления фиктивного договора аренды указанного транспортного средства, якобы заключенного между МУП «<данные изъяты>» и арендодателем в лице ФИО24., не осведомленным об указанных намерениях ФИО1, и последующего получения лично денежных средств по данному договору в размере 5000 (пять тысяч) рублей ежемесячно, начисляемых данным предприятием по указанному фиктивному договору в качестве арендной платы ФИО24., желая распорядиться ими по своему усмотрению и в личных целях.

С целью реализации преступного умысла ФИО1, являясь должностным лицом, 28 декабря 2017 года в рабочее время, то есть в период времени с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, находясь в помещении МУП «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> действуя умышленно, с использованием своего служебного положения, в нарушение своих должностных обязанностей, воспользовавшись сложившимися с подчиненным ему работником – юрисконсультом МУП «<данные изъяты>» ФИО26 доверительными отношениями, обусловленными вышестоящим служебным положением, дал незаконное устное указание ФИО26., не осведомленной о его преступных намерениях, составить договор аренды транспортного средства между МУП «<данные изъяты>» в лице ФИО1 и арендодателем ФИО24 в котором в качестве предмета аренды следовало указать автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, с указанием размера арендной платы в сумме 5000 (пять тысяч) рублей ежемесячно, получателем которых должен был выступать арендодатель в лице ФИО24 При этом ФИО1 заведомо не имел намерений исполнять обязательства по указанному выше договору по выплате ФИО24 денежных средств в качестве платежей за аренду автомобиля марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак №

ФИО26., будучи введенной в заблуждение своим непосредственным руководителем – ФИО1, исполняя его указания, не подозревая о преступных намерениях ФИО1, направленных на хищение денежных средств МУП «<данные изъяты>», 28 декабря 2017 года в рабочее время, то есть в период времени с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, находясь в вышеуказанном помещении МУП «<данные изъяты>», составила договор аренды транспортного средства, без номера, датировав его 28 декабря 2017 года, сроком действия до 31 декабря 2018 года, указав в качестве сторон по договору: арендатора – МУП «<данные изъяты>» в лице директора ФИО1, арендодателя – ФИО24 в соответствии с которым МУП «<данные изъяты>» принимал на себя обязательства по выплате арендодателю в лице ФИО24 платежей за аренду автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в размере 5000 (пять тысяч) рублей ежемесячно. Указанный договор аренды транспортного средства после его составления ФИО26 был передан ФИО1 на подпись. После этого ФИО1, продолжая реализовывать свои преступные намерения, направленные на хищение, с использованием своего служебного положения, денежных средств МУП «<данные изъяты>» в сумме 60000 (шестьдесят тысяч) рублей, лично передал данный фиктивный договор аренды транспортного средства в бухгалтерию МУП «<данные изъяты>» для последующего незаконного начисления арендных платежей по указанному договору.

В продолжение реализации своего преступного умысла, направленного на хищение, с использованием своего служебного положения, денежных средств МУП «<данные изъяты>» в сумме 60000 (шестьдесят тысяч) рублей, ФИО1, воспользовавшись сложившимися с подчиненным ему работником – контролером-кассиром МУП «<данные изъяты>» ФИО35 доверительными отношениями, обусловленными вышестоящим служебным положением, в январе 2018 года, точная дата не установлена, в рабочее время, то есть в период времени с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, находясь в помещении МУП «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> дал незаконное устное указание ФИО35 не осведомленной о его преступных намерениях, денежные средства, начисляемые в качестве арендной платы по вышеуказанному договору аренды транспортного средства, без номера, от 28 декабря 2017 года, предназначенные для выплаты арендодателю в лице ФИО24 передавать лично ФИО1 вместе с расходными кассовыми ордерами.

ФИО35., будучи введенной в заблуждение своим непосредственным руководителем – ФИО1, исполняя его указания, не подозревая об указанных преступных намерениях ФИО1, в период с января по декабрь 2018 года, в рабочее время, то есть в период времени с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, находясь в помещении МУП «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> по расходным кассовым ордерам №, ежемесячно с кассы МУП «<данные изъяты>» передавала ФИО1 денежные средства в сумме 5000 (пять тысяч) рублей, всего на общую сумму 60000 (шестьдесят тысяч) рублей, для передачи их в качестве арендной платы по договору аренды транспортного средства (автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №), без номера, от 28 декабря 2017 года, арендодателю в лице ФИО24 которые ФИО1 ФИО24 не передавались.

Своими преступными действиями ФИО1 причинил имущественный ущерб МУП «<данные изъяты>» на сумму 60000 (шестьдесят тысяч) рублей.

Подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении признал в полном объеме, от дачи показаний отказался, представил суду квитанцию о возмещении причиненного ущерба.

Вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия.

Показаниями представителя потерпевшего ФИО22 который в судебном заседании показал, что он в настоящее время исполняет обязанности директора МУП «<данные изъяты>». В 2017 году на их предприятии были проблемы с транспортом, в связи с чем велись поиски транспортного средства для перевозки рабочих. В мае – июне 2017 года <адрес> у ФИО42. нашли автомобиль <данные изъяты>, который решили использовать на запасные части, так как автомобиль был не исправен, не заводился. Инициатива по поиску транспортного средства исходила от директора МУП «<данные изъяты>» ФИО1. Был разговор, что автомобиль приобретается за 35000 рублей. Он (ФИО22 не может пояснить, как происходила сделка по приобретению транспортного средства, позже ему (ФИО22 стало известно, что автомобиль брался в аренду, как передавались денежные средства ему (ФИО22 также не известно. Автомобиль был отбуксирован на территорию МУП «<данные изъяты>», силами работников предприятия был отремонтирован, денежные средства на ремонт автомобиля брались под отчет в кассе предприятия. Автомобиль на предприятии использовали до октября 2018 года. Ущерб был причинен МУП «<данные изъяты>», в настоящее время ущерб предприятию возмещен в полном объеме, претензий нет.

Показаниями свидетеля ФИО42 оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, который в ходе производства предварительного следствия пояснял, что он в апреле – мае 2012 года за 45000 рублей у своего знакомого ФИО24 приобрел транспортное средство – автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № (<данные изъяты>), белого цвета. Автомобиль своим ходом был доставлен по месту его (ФИО42 жительства по адресу: <адрес> Договор купли-продажи не составлялся, была оформлена у нотариуса доверенность на право пользования автомобилем. Договор купли-продажи решили оформить позже, при этом ФИО24 устраивало, что он (ФИО42 владел автомобилем по доверенности. Автомобиль им использовался редко на протяжении примерно двух лет, после чего не эксплуатировался и стоял у него на земельном участке по адресу: <адрес> На автомобиле были неисправны коробка передач, стартер, электропровода, аккумулятор был в плохом состоянии, а также сгорали предохранители, и был в неисправном состоянии генератор. Автомобиль стоял у него на личном земельном участке до июня 2017 года. Примерно в 2017 году он (ФИО42) приехал в <адрес> где случайно встретился с директором МУП «<данные изъяты>» ФИО1, с которым договорились, что ФИО1 приобретет указанный автомобиль на запчасти за 35000 рублей. После этого, примерно в мае 2017 года, к нему приехал ФИО1 с ФИО22 и еще другим работником МУП «<данные изъяты>», которого он не знает, для осмотра автомобиля. Осмотрев автомобиль, ФИО1 сказал, что приобретает указанный автомобиль на запчасти для МУП «<данные изъяты>» за 35000 рублей, указанный разговор слышал ФИО22 При этом он (ФИО42 сообщил ФИО1, что собственником автомобиля является ФИО24 и что вопрос о снятии с учета, перерегистрации и списании автомобиля необходимо решать с ФИО24 На следующий день после осмотра приехал ФИО1, также приехал автомобиль марки <данные изъяты> который в последующем отбуксировал транспортное средство – автомобиль марки «<данные изъяты> на базу МУП «<данные изъяты>». После этого он (ФИО42 передал ФИО1 полный пакет документов на транспортное средство, в том числе доверенность на транспортное средство, заключенную между ним (ФИО42 и ФИО24.. ФИО1 предложил ему произвести оплату не сразу, а частями, на что он (ФИО42 согласился. Непосредственно при передаче автомобиля ФИО1 денежные средства за автомобиль не передавал, из каких средств и в какой период ФИО1 намеревался передавать денежные средства за автомобиль, ФИО1 не пояснял. В конце мая 2017 года к нему позвонил директор МУП «<данные изъяты>» ФИО1, и сказал, что необходимо заключить договор аренды транспортного средства на <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, так как у него с ФИО24. истек срок доверенности, и что ФИО1 необходимо придать законный вид сделки. Он предложил ФИО1, чтобы все вопросы по автомобилю решались через ФИО24 на что ФИО1 ответил, что это никакой роли в их организации при заключении договор аренды не играет, и что, сославшись на доверенность он (ФИО1) заключит с ним (ФИО42 договор аренды транспортного средства и ежемесячно до 31 декабря 2017 года выплатит ему денежные средства в размере 35000 рублей. В июне 2017 года он (ФИО42 приехал в МУП «<данные изъяты>», чтобы заключить договор аренды транспортного средства. В кабинете у ФИО1 он увидел договор аренды транспортного средства, без номера, от 01 июня 2017 года, заключенный с арендодателем в лице ФИО24. Он (ФИО42 у ФИО1 спросил, почему заключается договор аренды с ФИО24 если договорились по доверенности заключить договор аренды транспортного средства с ним (ФИО42 На что ФИО1 пояснил, что никакой роли не играет, кто указан арендодателем в договоре аренды транспортного средства, и в течение 2017 года выплатит ему (ФИО42 денежные средства за проданное им на запчасти в МУП «<данные изъяты>» транспортное средство – автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. Он подписал предоставленный ему договор аренды транспортного средства, без номера, от 01 июня 2017 года, копию договора себе не брал, в составлении договора участия не принимал. В договоре по просьбе ФИО1 поставил свою подпись на последнем листе в разделе «Арендодатель», а именно в графе «ФИО24», при этом подпись ФИО24 он (ФИО42 не изображал, не подражал ее, а поставил именно свою подпись. 13 сентября 2017 года ФИО1 привез ему (ФИО42 денежные средства в размере 10000 рублей, и предоставил расходный кассовый ордер, в котором в качестве получателя денежных средств стояла фамилия «ФИО24 После этого ФИО1 дважды передавал ему денежные средства по 10000 рублей, в двадцатых числах октября 2017 года, и в середине ноября 2017 года. Один раз 5000 рублей ФИО1 передал ему в конце декабря 2017 года, таким образом, рассчитавшись за проданный им (ФИО42) автомобиль. Каждый раз при передаче ему (ФИО42) денежных средств ФИО1, он (ФИО42 расписывался в расходном кассовом ордере за получение денежных средств, в которых в качестве получателя денежных средств также был указан ФИО24 В представленных ему (ФИО42 расходных кассовых ордерах: № от 13 сентября 2017 года, № от 23 октября 2017 года, № от 14 ноября 2017 года, и № от 22 декабря 2017 года его (ФИО42) подпись. Также ФИО1 привез ему ФИО42 договор аренды транспортного средства и сказал, что старый договор он (ФИО1) испортил, а договор необходимо вложить в документы. Он подписал представленный ФИО1 договор, который он (ФИО42) не читал, не обращал внимания на дату заключения договора, так как поверил ФИО1, и был уверен, что ФИО1 предлагает надлежащую копию подписанного ранее договора аренды транспортного средства, без номера, от 01 июня 2017 года. В 2018 году несколько раз ФИО1 приезжал к нему (ФИО42 и предлагал также расписаться в расходных кассовых ордерах за получение денежных средств, в каких именно, он (ФИО42.) уже не помнит. Он расписывался в расходных кассовых ордерах, которые касались арендной платы за транспортное средство – автомобиль <данные изъяты>. При этом вопросов ФИО1 не задавал, так как не считал нужным, но никаких денежных средств от ФИО1 в 2018 году он (ФИО42 не получал. Относительно предоставленных ему расходных кассовых ордеров за аренду автомобиля <данные изъяты>: №, он с уверенностью может сказать, что подписи в них не ставил, потому что они отличаются от тех подписей, которые он ставит. В представленном на обозрении расходном кассовом ордере № от 25 января 2018 года стоит его подпись. Подписи в договорах аренды транспортного средства, без номера, от 01 июня 2017, и в договоре аренды транспортного средства, без номера, от 28 декабря 2017, он узнает, они поставлены им (ФИО42 Договор от 28 декабря 2017 года он (ФИО42 подписал, не читая, при обстоятельствах изложенных выше, при этом договор аренды транспортного средства им (ФИО42.) не заключался, никаких денег от ФИО1 по данному договору аренды он (ФИО42) в 2018 году не получал. С ФИО24. он (ФИО42 вопрос по продаже автомобиля не согласовывал, также не согласовывал вопрос об аренде автомобиля, о том, что продал автомобиль МУП «<данные изъяты>» сообщил ФИО24 примерно в 2018 году, точное время не помнит, когда ФИО24. сообщил о имеющейся задолженности по налогу за транспортное средство (т.№).

Из показаний свидетеля ФИО26 данных ей в ходе производства предварительного следствия, оглашенных в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что она (ФИО26 работает в МУП «<данные изъяты>» в должности юрисконсульта. Директором МУП «<данные изъяты>» является ФИО1. В ее (ФИО26 должностные обязанности, кроме прочего, входит разработка и принятие участия в разработке документов правового характера на предприятии. В конце мая 2017 года, точное время не помнит, директор МУП «<данные изъяты>» ФИО1 вызвал ее (ФИО26) к себе в служебный кабинет, который находится в административном здании МУП «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> где передал ей (ФИО26 копию доверенности на транспортное средство – автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № заключенную между ФИО24 и ФИО42., также вместе передал паспорт транспортного средства и свидетельство о регистрации транспортного средства, где ФИО24 был указан собственником. ФИО1 передав документы, дал ей (ФИО26 указание составить договор аренды транспортного средства, в котором в качестве арендодателя указать ФИО42 срок действия аренды установить до 31 декабря 2017 года, сумму арендных платежей определить в размере 5000 рублей, которая должна выплачиваться ежемесячно в течение действия договора. Вернувшись на свое рабочее место, она стала изучать вышеуказанные документы, переданные ей директором МУП «<данные изъяты>» ФИО1, в ходе изучения вышеуказанных документов, она увидела, что доверенность была выдана ФИО42 в 2012 году сроком на три года, заверена нотариусом, срок доверенности истек в 2015 году. В этот же день, после изучения переданных документов, она (ФИО26 пошла в служебный кабинет ФИО1, которому сообщила, что срок доверенности, выданной ФИО24 ФИО42, истек, владельцем транспортного средства является ФИО24, по причине чего заключение договора аренды транспортного средства между МУП «<данные изъяты>» и ФИО42 невозможен. На что ФИО1 ответил, что если владельцем является ФИО24, то оформляй договор аренды транспортного средства с ФИО24 После этого она (ФИО26.) на своем рабочем месте составила договор аренды транспортного средства, без номера, от 01 июня 2017 года. Договор аренды был составлен на автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № 2001 года выпуска, снежно-белого цвета, арендодателем указан ФИО24 арендатором был указан МУП «<данные изъяты>» в лице директора ФИО1. В договоре была отражена оплата в размере 5000 рублей, срок оплаты – ежемесячно до истечения срока действия договора. Данные арендодателя в договор были внесены с доверенности, которую передал ФИО1. Письменного разрешения на оформление договора аренды транспортного средства со стороны администрации МО «<данные изъяты>» не было. Заключение договора аренды транспортного средства происходило строго по устному указанию директора МУП <данные изъяты>» ФИО1. Кто ставил подписи в указанном договоре, сказать не может, так как после составления договор аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, без номера, передала директору МУП «<данные изъяты>» ФИО1 лично в руки в его (ФИО1) служебном кабинете. После этого указанный договор больше не видела. Оплата по указанному договору производилась из кассы МУП «<данные изъяты>» в наличной форме. Кто получал денежные средства, не знает, так как это в ее (ФИО26 обязанности не входит. 28 декабря 2017 года в рабочее время, то есть в период с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, ее (ФИО26 к себе в рабочий кабинет вызвал директор МУП «<данные изъяты>» ФИО1, который сказал, что срок действия договора аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, без номера, истек, и что необходимо перезаключить договора аренды транспортного средства на следующий год. Никаких возражений в адрес ФИО1 по этому поводу она (ФИО26 не высказала, пошла к себе на рабочее место, и по совету главного бухгалтера МУП «<данные изъяты>» ФИО176 поменяла способ оплаты в договоре аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, указав, что оплата аренды осуществляется арендатором путем перечисления платежным поручением причитающейся суммы на банковский счет. Сумму и сроки оплаты оставила прежними, как в договоре от 01 июня 2017 года, без номера, а также поменяла дату на момент составления договора аренды – 28 декабря 2017 года. Все данные арендодателя остались прежними, срок договора аренды был определен до 31 декабря 2017 года, арендная плата по договору также составляла 5000 рублей, которая должна была производиться ежемесячно не позднее 15 числа месяца путем перечисления платежным поручением причитающейся суммы на банковский счет. В этот же день, после составления договора аренды транспортного средства, без номера, от 28 декабря 2017 года, составленный договор аренды транспортного средства она (ФИО26 передала ФИО1 лично в руки в служебном кабинете ФИО1. В ее (ФИО26 присутствии лица, указанные в договоре аренды, своих подписей не ставили. После передачи договора аренды транспортного средства, без номера, от 28 декабря 2017 года ФИО1, данный договор она (ФИО26) уже не видела. Кто ставил в последующем подписи в нем, не знает. Перечислялись ли денежные средства на банковский счет арендодателя, не знает, о том, что денежные средства в последующем получали в кассе, также не знает. Кто получал денежные средства в кассе МУП «<данные изъяты>», ей (ФИО26) неизвестно. Когда заключался договор аренды в мае 2017 года, она поняла из пояснений ФИО1, что автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, предприятие приобретет у ФИО42 за 35000 рублей, но ей (ФИО26 неизвестно, почему данную сделку ФИО1 решил оформить договором аренды.

28 декабря 2017 года по поводу заключения ФИО1 нового договора аренды этого же транспортного средства на 2018 год, у нее (ФИО26.) с главным бухгалтером предприятия ФИО176 состоялся разговор, в ходе которого последняя была удивлена тем, что ФИО1 снова берет в аренду эту технику, объясняя это тем, что фактически в период с июня по декабрь 2017 года за этот автомобиль МУП «<данные изъяты>» уже расплатился перед ФИО42.. ФИО176 не понимала, кому в 2018 году за автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № их предприятием будут выплачиваться арендные платежи. В связи с чем ФИО176 посоветовала в новом договоре аренды транспортного средства заменить способ оплаты, указав – «путем перечисления платежным поручением на банковский счет арендодателя», вместо ранее указанного – «из кассы организации». Однако, в данный договор, ввиду отсутствия, реквизиты банковского счета арендодателя не включала. Об изменении способа оплаты по договору ФИО1 ничего не объясняла, но после составления этот договор (на бумажном носителе) она (ФИО26 передала лично в руки ФИО1. Договор аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 был составлен в двух экземплярах, оба экземпляра (на бумажном носителе) передала лично в руки ФИО1. После составления вышеуказанных договоров аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года и от 28 декабря 2017 года, никто ни разу не говорил, что данные договора потерялись. Повторно эти договора не распечатывала и не составляла. Представленные на обозрения договора аренды транспортного средства, без номеров, от 01 июня 2017 года и 28 декабря 2017 года, предметом аренды по которым выступает автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, являющиеся приложением к протоколу осмотра документов от 03 июля 2020 года, она составляла по указанию своего руководителя ФИО1 (т.№

Показаниями свидетеля ФИО35 оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, которая в ходе производства предварительного следствия поясняла, что она (ФИО35 работает в МУП «<данные изъяты>» с мая 2016 года. Занимает должность контролера водопроводного хозяйства, и с 19 сентября 2016 года приказом на нее (ФИО35 возложены обязанности контролера – кассира, которые выполняла вплоть до ухода в декретный отпуск 03 июня 2019 года. В ее обязанности в качестве контролера – кассира, кроме прочего, входило: ведение кассовых операций, составление авансовых отчетов, выдача денежных средств под отчет, прием денежных средств, составление кассовой книги, при необходимости снятие денежных средств с банковских счетов. В ноябре 2016 года директором МУП «<данные изъяты>» был назначен ФИО1. В июне-июле 2017 года, точную дату не помнит, в рабочие часы, то есть в период с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, точное время не помнит, в ее служебный кабинет, находящийся в здании МУП «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> подошел ее непосредственный руководитель – ФИО1, который, зайдя в ее ФИО35 кабинет, сообщив, что в пользовании МУП «<данные изъяты>» появилось транспортное средство – автомобиль «<данные изъяты>», которое находится в аренде, и что за аренду согласно договору аренды транспортного средства от 01 июня 2017 надо будет выплачивать ежемесячно арендные платежи по 5000 рублей наличными путем оформления расходных кассовых ордеров. Также ФИО1 пояснил, что когда именно необходимо будет выдавать эти деньги за аренду автомобиля, будет сообщать дополнительно лично. В этот же день либо через несколько дней после этого, но было это до первой выплаты денег за аренду автомобиля «<данные изъяты>», ФИО1, находясь в помещении МУП «<данные изъяты>», передал ей (ФИО35 оригинал экземпляра договора аренды данного транспортного средства, без номера, датированный 01 июня 2017 года. Согласно указанного договора арендованным транспортным средством являлся автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № по договору арендодателем выступал ФИО24 Указанный автомобиль она видела до осуществления первой выплаты, поскольку автомобиль стоял на территории МУП «<данные изъяты>». Спустя несколько дней, в рабочее время, то есть в период с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, директор МУП «<данные изъяты>» ФИО1 вызвал ее (ФИО35 к себе в рабочий кабинет, где дал указание составить расходный кассовый ордер по договору аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, и принести денежные средства ему (ФИО1). После этого, в этот же день, выполнив устное распоряжение своего руководителя – ФИО1, в своем рабочем кабинете с использованием своего рабочего компьютера (программы 1 С Бухгалтерия) составила расходный кассовый ордер. Данные в этот ордер брала с договора аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, указывала получателем – «ФИО24», основание – «Арендная плата за транспортное средство <данные изъяты>, с указанием оплачиваемого периода». После составления расходного кассового ордера она (ФИО35 в этот же день передала ФИО1 составленный расходный кассовый ордер и денежные средства по нему, принадлежащие МУП «<данные изъяты>», в сумме 5000 рублей наличными, которые взяла с кассы. Выдаваемый расходный кассовый ордер при этом подписей не имел. После этого, либо в этот же день, либо через 1-2 дня, ФИО1 отдал ранее предоставленный вышеуказанный расходный кассовый ордер, который уже содержал подписи – от имени получателя денежных средств ФИО24 и директора ФИО1. Она (ФИО35.) считала, что выданные по расходному кассовому ордеру денежные средства ФИО1 были направлены арендодателю, то есть ФИО2. Аналогичным образом расходные кассовые ордера по договору аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года она составляла в течение всего срока действия данного договора, то есть до 31 декабря 2017 года. При этом, каждый раз на необходимость выдачи денежных средств по данному договору и составления расходного кассового ордера ей (ФИО35 указывал директор МУП «<данные изъяты>» ФИО1. Данные расходные кассовые ордера составляла, как правило, ежемесячно, но бывали случаи, что при отсутствии денежных средств в кассе предприятия, составляла непосредственно после появления денег на кассе, и выдаваемая сумма в этом случае была больше, то есть за два месяца – 10000 рублей. Все эти денежные средства, принадлежащие МУП «<данные изъяты>», получателем которых согласно расходных кассовых ордеров был ФИО24., выдавала лично в руки ФИО1. Вопросов ФИО1 не задавала, выполняла все его указания, так как опасалась, что иначе может потерять работу. Кроме ФИО1, денежные средства по договору аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, без номера, получателем которых выступал ФИО24 никому не давала ни разу, поскольку ФИО1 велел деньги по этому договору выдавать лично ему, и никому другому. Через некоторое время, после того, как она (ФИО35 собрала расходные кассовые ордера за несколько месяцев по договору аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, она (ФИО35 заметила, что подписи в данных ордерах, выполненные от имени получателя денежных средств – ФИО24 разняться между собой. По этому поводу обратилась к главному бухгалтеру МУП «<данные изъяты>» ФИО176 но что ФИО176 сказала, что говорить об этом ФИО1 бесполезно, так как ничего не поймет. Больше по поводу разных подписей в расходных кассовых ордерах никому не обращалась. В итоге по договору аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, без номера, с кассы МУП «<данные изъяты>» были выплачены все денежные средства, в полном объеме в сумме 35000 рублей. Но получал ли фактически ФИО24 денежные средства, ей (ФИО35 не известно, так как в кассу получать денежные средства ФИО24 ни разу не приходил. В конце декабря 2017 года, точное время не помнит, но было это в рабочее время, то есть в период с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, к ней (ФИО35 в кассу МУП «<данные изъяты>» подошел директор предприятия ФИО1, который принес новый оригинал договора аренды транспортного средства, датированный 28 декабря 2017 года. Договор был без номера, содержал подписи от имени ФИО1 и арендодателя ФИО24 Согласно указанного договора арендованным транспортным средством являлся тот же самый автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, по договору арендодателем выступал ФИО24 Срок действия договора составлял до 31 декабря 2018 года. В этом договоре, в отличие от договора аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, были изменены условия относительно способа оплаты по договору, а именно, оплата должна была осуществляться путем перечисления платежным поручением причитающейся суммы на банковский счет арендодателя. Через несколько дней после того, как ФИО1 принес договор аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, в январе 2018 года, точную дату не помнит, но было это в рабочие часы, то есть в период с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, ее (ФИО35 в свой рабочий кабинет вызвал директор МУП «<данные изъяты>» ФИО1, который сказал, что по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года надо будет выплачивать ежемесячно по 5000 рублей, также наличными путем оформления расходных кассовых ордеров, и что эти денежные средства надо будет передавать лично ему (ФИО1), и что в последующем он (ФИО1) денежные средства сам передаст арендодателю ФИО24.. Также ФИО1 отметил, что когда именно необходимо будет выдавать денежные средства за аренду автомобиля, он (ФИО1) будет сообщать дополнительно лично ей ФИО35.). Через несколько дней после указанных событий, в январе 2018 года, в рабочее время, то есть в период с 07 часов 45 минут по 16 часов 45 минут, директор МУП «<данные изъяты>» ФИО1 вызвал ее (ФИО35 к себе в рабочий кабинет в помещении МУП «<данные изъяты>», где дал указание составить расходный кассовый ордер по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, и принести денежные средства ему (ФИО1). После этого, она аналогичным способом, как и ранее по договору от 01 июня 2017 года изготовила расходный кассовый ордер, который вместе с денежными средствами в сумме 5000 рублей наличными передала ФИО1. Данные в расходный кассовый ордер были внесены с договора аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, где было указано, что получателем является ФИО24., арендная плата в сумме 5000 рублей производится за транспортное средство <данные изъяты> Выдаваемый расходный кассовый ордер подписей не имел. После этого, либо в этот же день, либо через 1-2 дня, ФИО1 отдал ей ранее предоставленный ему вышеуказанный расходный кассовый ордер, который уже содержал подписи – от имени получателя денежных средств ФИО24 и директора ФИО1. Аналогичным образом расходные кассовые ордера по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 она составляла в течение всего срока действия данного договора, то есть до 31 декабря 2018 года. При этом она считала, что выданные по расходному кассовому ордеру денежные средства ФИО1 были направлены арендодателю, то есть ФИО24 Каждый раз на необходимость выдачи денежных средств по данному договору и составления расходного кассового ордера указания ей (ФИО35 давал директор МУП «<данные изъяты>» ФИО1. Расходные кассовые ордера по договору от 28 декабря 2017 года она (ФИО35 составляла ежемесячно по указанию ФИО1. Все эти денежные средства, принадлежащие МУП «<данные изъяты>». При этом ФИО1 каждый раз говорил, что деньги сам увезет ФИО24 Она (ФИО35 вопросов ФИО1 не задавала, выполняла все указания ФИО1, так как опасалась, что иначе может потерять работу. Кроме ФИО1, денежные средства по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, без номера, получателем которых выступал ФИО24 она (ФИО35.) никому не давала ни разу, поскольку ФИО1 велел деньги по этому договору выдавать лично ему (ФИО1), и никому другому. Подписи в расходных кассовых ордерах, составленных по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, выполненные от имени получателя денежных средств – ФИО24., также разнились. Но с этим вопросом она (ФИО35 ни к кому не обращалась. В итоге по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, без номера, с кассы МУП «<данные изъяты>» были выплачены все денежные средства, в полном объеме, на общую сумму 60000 рублей, которые получал лично ФИО1, но получал ли фактически ФИО24 денежные средства, ей (ФИО35.) не известно, так как к ней в кассу получать денежные средства ФИО24 ни разу не приходил. Почему ФИО1 требовал выдачу денежных средств по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года в наличной форме, тогда как в данном договоре стояла форма оплаты – перечислением на банковский счет арендодателя ФИО24 не знает, вопросов по этому поводу ФИО1 не задавала. Все действия выполняла строго по указанию ФИО1, возражать ему не пыталась, так как боялась потерять свою работу, так как ранее были намеки, то что легко можно потерять работу. После того как ФИО1 возвращал расходные кассовые ордера, она (ФИО35 в них расписывалась в графе «<данные изъяты>», ставя свою подпись. После этого эти ордера подшивала в кассовые книги, которые в дальнейшем носила главному бухгалтеру предприятия ФИО176 которая в этих расходных кассовых ордерах также расписывалась в графе «<данные изъяты>». На вышеуказанный автомобиль <данные изъяты>» в процессе его эксплуатации с кассы МУП «<данные изъяты>» она (ФИО35.) также выдавала денежные средства в под отчет для ремонта.

Она выдавал денежные средства ФИО1 с кассы МУП «<данные изъяты>» по договору аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года по представленным ей на обозрение кассовым ордерам: № от 13 сентября 2017 года№ от 23 октября 2017 года, № от 14 ноября 2017 года, и № от 22 декабря 2017 года.

Также она выдавал денежные средства ФИО1 с кассы МУП «<данные изъяты>» по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года в 2018 году по представленным ей на обозрение кассовым ордерам№

Из показаний свидетеля ФИО176 данных ей в ходе производства предварительного следствия, оглашенных в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что она (ФИО176) работает главным бухгалтером МУП «<данные изъяты>» с 01 августа 2002 года по настоящее время. В ее обязанности, кроме прочего, входит организация работы по ведению бухгалтерского учета в МУП «<данные изъяты>». Учредителем МУП «<данные изъяты>» является администрация <данные изъяты> Республики Марий Эл, что отражено в Уставе их предприятия. С учетом специфики их предприятия, вопросы приобретения и отчуждения их предприятием основных средств, любых транспортных средств, должны проводиться с согласия учредителя, то есть администрации <данные изъяты> муниципального района. Данное согласие должно быть в письменной форме. С 11 ноября 2016 по настоящее время директором МУП «<данные изъяты>» является ФИО1. В настоящее время с 04 февраля 2020 года обязанности директора осуществляет главный инженер <данные изъяты> В конце мая 2017 года, точную дату не помнит, от директора ФИО1 ей (ФИО176) стало известно, что ФИО1 намерен для нужд МУП «<данные изъяты>» приобрести автомобиль марки «<данные изъяты>» у ФИО42 за 35000 рублей. ФИО1 сообщил, что автомобиль пока оформит в аренду МУП «<данные изъяты>», и за это время по частям в виде арендной платы рассчитается с продавцом ФИО42 оформив в последующем автомобиль в собственность МУП «<данные изъяты>». Через некоторое время после этого, в июне 2017 года, дату не помнит, в своем рабочем кабинете в папке договоров, которые принесла юрист предприятия ФИО26 увидела договор аренды вышеуказанного транспортного средства – автомобиля марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, от 01 июня 2017 года. Ознакомившись в это же время с текстом данного договора, обратила внимание, что в нем в качестве арендодателя указан не ФИО42 а ФИО24 В договоре было указано, что ежемесячная плата по договору составляет 5000 рублей, срок действия договора ограничен 31 декабря 2017 года, то есть исходя из срока действия договора следовало, что общая сумма за автомобиль как раз составляет 35000 рублей. После этого подошла к юристу предприятия ФИО26., у которой спросила, в связи с чем, в договоре аренды в качестве арендодателя указан ФИО24 а не ФИО42 На что ФИО26 ответила, что этот договор составила по указанию ФИО1, и что ФИО1 ей дал указание в качестве арендодателя указать именно ФИО24., поскольку исходя из имеющихся на данный автомобиль документов, среди которых была, в том числе, доверенность на ФИО42 истек срок действия доверенности. Она (ФИО176 документы на данный автомобиль не видела, вопросов ФИО1 относительно арендодателя не задавала, поскольку инициатива составления этого договора исходила от самого ФИО1, перечить которому было бессмысленно. После заключения договора аренды вышеуказанного транспортного средства от 01 июня 2017 года, бухгалтерией, на основании данного договора, по расходным кассовым ордерам производились выплаты арендной платы арендодателю, которым, как ей уже было известно, фактически выступал ФИО42 Оплата по данному договору производилась с кассы предприятия, наличными денежными средствами. При этом, со слов работавшей в тот период кассиром ФИО35 ей (ФИО176 было известно, что арендную плату по вышеуказанному договору, вместе с расходными кассовыми ордерами, фактически она (ФИО35 выдавала лично в руки директору МУП «<данные изъяты>» ФИО1, по его указанию. Она (ФИО176) предполагала, что в последующем ФИО1 эту арендную плату отдавал ФИО42 Денежные средства с кассы МУП «<данные изъяты>» по договору аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, из-за отсутствия их в кассе предприятия, выдавались не ежемесячно, а с опозданием, и соответственно в большей сумме, но фактически за весь срок действия этого договора МУП «<данные изъяты>» было выплачено 35000 рублей, и уже на декабрь 2017 года обязательства МУП «<данные изъяты>» в части оплаты за автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, были исполнены в полном объеме. В период действия договора аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, спрашивала у ФИО1, имеется ли разрешение администрации <данные изъяты> района на аренду автомобиля. На что ФИО1 ответил, что этот вопрос решит. Ближе к окончанию срока действия договора аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, то есть в конце декабря 2017 года, к ней (ФИО176 подошла юрист ФИО26 которая сообщила, что ФИО1 дал ей (ФИО26 указание составить второй договор аренды транспортного средства – автомобиля марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № В этот момент ее (ФИО176.) это очень удивило, потому что она (ФИО176 знала, что вся сумма за данную технику ФИО42 в размере 35000 рублей была выплачена в декабре 2017 года. Подобный шаг ФИО1, связанный с заключением нового договора аренды вышеуказанного транспортного средства, ее насторожил, потому что не могла понять, кому предприятие будет выплачивать арендную плату, если перед ФИО42 обязательства были выполнены. В связи с этим в это же время она (ФИО176 подошла к директору ФИО1, у которого спросила, почему на 2018 год снова заключается договор аренды этого же транспортного средства, если они уже в 2017 году полностью выплатили ФИО42 за указанной автомобиль 35000 рублей. В ответ ФИО1 сказал, что так надо, ему (ФИО1) виднее. После этого вопросов ФИО1 относительно нового договора аренды не задавала. Однако, сразу после этого попросила ФИО26 в новом договоре аренды этого же транспортного средства заменить способ оплаты, указав – «путем перечисления платежным поручением на банковский счет арендодателя», вместо ранее указанного – «из кассы организации». Тем самым рассчитывала на то, что деньги по новому договору аренды транспортного средства будут уходить арендодателю, указанному в договоре, то есть ФИО24 ФИО26. согласилась. В январе 2018 года при обработке кассовых документов за январь 2018 года, она (ФИО176 увидела расходный кассовый ордер за этот месяц, из содержания которого следовало, что ФИО24 выплачено 5000 рублей за аренду автомобиля марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года. В это же время ознакомилась с содержанием нового договора аренды транспортного средства - автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № от 28 декабря 2017, который лежал в папке в бухгалтерии, где увидела, что способ оплаты был заменен на «путем перечисления платежным поручением на банковский счет арендодателя», однако в реквизитах арендодателя счета не были указаны. Она (ФИО176 была удивлена этому, потому что способ оплаты фактически снова был из кассы МУП «<данные изъяты>», но уже к директору ФИО1 с этим вопросом не подходила, так как ФИО1 ранее дал ей (ФИО176 понять, что ему (ФИО1) виднее. К ФИО26 по поводу указанного в договоре способа оплаты также не подходила. Но после этого еще больше появились сомнения относительно фактического получателя денежных средств по новому договору аренды. В итоге в течение 2018 года по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года МУП «<данные изъяты>» по расходным кассовым ордерам ежемесячно по 5000 рублей выплачивалась арендная плата. При этом получателем этих денежных средств в расходных кассовых ордерах был указан ФИО24 Также в 2018 году со слов работавшей в тот период кассиром ФИО35 было известно, что арендную плату (денежные средства наличными) по вышеуказанному договору аренды от 28 декабря 2017 года, вместе с расходными кассовыми ордерами, ФИО35 фактически выдавала лично в руки директору МУП «<данные изъяты>» ФИО1, по указанию ФИО1. Но кому в последующем ФИО1 передавал эти денежные средства, и вообще передавал ли их, не знает. Ни ФИО24 ни ФИО42 в предприятии в 2018 году не видела. Всего из средств МУП «<данные изъяты>» по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, в качестве арендной платы за период с января по декабрь 2018 года были выплачены денежные средства в сумме 60000 рублей. Эти денежные средства являются собственностью МУП «<данные изъяты>», потому что получены от хозяйственной деятельности предприятия. Фактически в распоряжение предприятия автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, поступил либо в конце мая 2017 года, либо в начале июня 2017 года. Автомобиль на протяжении всего срока эксплуатации ломался, МУП <данные изъяты>» выделялись денежные средства на ремонт данного автомобиля. В последующем приобретенные на эти деньги материалы (запасные части) списывались на затраты предприятия. Хотя, при всем при этом, данный автомобиль на балансе МУП «<данные изъяты>» не стоял, а потому производимые списания были не совсем правильные. Указанные списания влекли увеличение затрат предприятия. Денежные средства на приобретение запасных частей для ремонта автомобиля марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, выделялись из кассы МУП «<данные изъяты>» наличными. Получателем этих денежных средств являлся главный инженер их предприятия ФИО22 который в период эксплуатации автомобиля заведовал всем автопарком МУП <данные изъяты>». Запасные части для автомобиля марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № приобретал в последующем либо сам ФИО22 либо водитель ФИО224 за которым и был закреплен автомобиль. Список приобретенных на автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № запасных частей, в период эксплуатации данного автомобиля, отражен в лимитно-заборных карточках водителей, которые предприятием весной 2020 года по запросу были предоставлены в МО МВД России «<данные изъяты>». Она (ФИО176 никогда не слышала, чтобы ФИО1 на свои денежные средства приобретал для техники предприятия запасные части; такого не было. Все расходные кассовые ордера по договорам аренды вышеуказанного транспортного средства от 01 июня 2017 года и от 28 декабря 2017 года, проходили через нее (ФИО176), она в них ставила свою подпись, но не непосредственно перед выдачей денежных средств с кассы предприятия, а после того как эти документы вместе с другими кассовыми документами приносила кассир ФИО35 При этом данные расходные кассовые ордера уже были подписаны директором МУП <данные изъяты>» ФИО1, кассиром ФИО35 и получателем денежных средств ФИО24 При ознакомлении с данными расходными кассовыми ордерами за 2018 год увидела расхождения в подписях, выполненных от имени получателя денежных средств, то есть в ордерах часть этих подписей отличались друг от друга. По причине этого у нее (ФИО176 возникали сомнения в подлинности подписей, выполненных от имени получателя денежных средств, и появились сомнения относительно того, что эти деньги доходят до ФИО24 Весной 2020 года при опросе ее сотрудником полиции ей (ФИО176.) стало известно, что денежные средства в сумме 60000 рублей, выплачиваемые предприятием по договору аренды транспортного средства от 28 декабря 2017 года, в 2018 году, ни ФИО42, ни ФИО24., фактически не получали. Исходя из этого она предполагает, что эти денежные средства ФИО1 либо оставлял себе, либо передавал какому-то иному лицу. В расходных кассовых ордерах представленных ей на обозрение: № в графе «Руководитель организации ФИО1», стоит подпись директора МУП «<данные изъяты>» ФИО1. Большая часть подписей в расходных кассовых ордерах за 2018 год в графе получателя денежных средств схожа с подписью ФИО1, но кто расписался от имени получателя денег, не знает. Вышеуказанные договора аренды транспортных средств от 01 июня 2017 года и от 28 декабря 2017 года на предприятии не терялись, они все время лежали в папке «Договора» в бухгалтерии МУП «<данные изъяты>». Письменного согласия от администрации <данные изъяты> района на аренду вышеуказанной техники считает, что не было, потому что таких документов она не видела, ей их никто не показывал. В собственность МУП «<данные изъяты>» автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, по настоящее время не оформлен, договор купли-продажи на эту технику не составлялся. Данное транспортное средство по сей день продолжает стоять на территории базы МУП «<данные изъяты>», но эта машина уже не эксплуатируется (т.№).

Показаниями свидетеля ФИО24 оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, который в ходе производства предварительного следствия пояснял, что примерно с 2007 года по 2011 год в его личном пользовании имелось транспортное средство – автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № снежно-белого цвета, на 13 мест. В 2011 году, точно не помнит, решил продать вышеуказанный автомобиль ФИО42 за 45000 рублей. Между ними у нотариуса была оформлена доверенность в нотариальной организации (где точно уже не помнит), на вышеуказанное транспортное средство, с целью последующего оформления договора купли-продажи. Через некоторое время об оформлении договора купли-продажи они забыли. Вышеуказанное транспортное средство по договоренности переходило ФИО42 во владение. После того как у нотариуса была оформлена доверенность, все имеющиеся документы на вышеуказанное транспортное средство передал ФИО42 В 2016 году или в 2017 году, точно не помнит, у него (ФИО24.) стали арестовывать заработную плату с расчетного счета, открытого в ПАО «<данные изъяты>». Он (ФИО24) в налоговой инспекции узнал, что имеется налоговая задолженность за вышеуказанное транспортное средство, в каком размере, точно сказать уже не может, так как прошло много времени. После того как узнал о налоговой задолженности, сразу позвонил ФИО42 чтобы узнать, почему вышеуказанное транспортное средство в его собственности, почему ФИО42 его не переоформил. ФИО42 ему в ответ сообщил, что срок действия доверенности истек в 2013 году, поэтому в настоящее время юридической силы не имеет, обещал погасить налоговую задолженность, которую погасил в период с 2016 года по 2019 год. По предоставленным ему договорам аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, без номера, от 28 декабря 2017 года, без номера, может пояснить, что между ним и МУП «<данные изъяты>» в лице директора ФИО1 вышеуказанные договора аренды транспортного средства не заключались, про указанные договора он слышит впервые. Паспортные данные арендатора в указанных договорах совпадают с его старым паспортом, срок действия которого истек в 2013 году. Он (ФИО24) предполагает, что паспортные данные в МУП «<данные изъяты>» передал ФИО42 так как в выданной им доверенности, были указаны паспортные данные с паспорта с истекшим сроком. В договорах аренды транспортного средства от 01 июня 2017 года, без номера, и от 28 декабря 2017 года, без номера, подписи ставил не он (ФИО24.), и от его (ФИО24) подписи они сильно отличаются. Денежные средства по вышеуказанным договорам аренды транспортного средства ему (ФИО24 никто не приносил в наличной форме, не переводил и не перечислял в безналичной форме. Разрешения и согласия на заключение договора аренды транспортного средства от своего имени, никому не давал. В расходных кассовых ордерах: №, его (ФИО24) подписи отсутствуют. Подписи в указанных ордерах, выполненные от его (ФИО24 имени – в графе за получателя денежных средств, не его (ФИО24), что он (ФИО24 так никогда не расписывался и не расписывается. Денежные средства по данным расходным кассовым ордерам не получал. За автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, от МУП «<данные изъяты>», от ФИО1, от иных работников данного предприятия, никогда никакие денежные средства не получал. В аренду МУП «<данные изъяты>» данный автомобиль технику никогда не передавал.

Где находится в настоящее время автомобиль ему (ФИО24) неизвестно. В последний раз, когда приезжал разбираться по поводу задолженности в МУП «<данные изъяты>» летом 2019 года, транспортное средство находилось справой стороны на базе вышеуказанного предприятия. Он (ФИО24 обращался в МУП «<данные изъяты>» по поводу задолженности, так как ФИО42 сообщил, что вышеуказанное транспортное средство продал в МУП «<данные изъяты>» на запчасти, за какую сумму, не помнит, так как прошло много времени (т№).

Согласно сведениям ГИБДД собственником автомобиля <данные изъяты> государственный номер № является ФИО24. (т.№).

Письменным заявлением представителя администрации <данные изъяты> Республики Марий Эл ФИО21 о преступлении от 15 мая 2020 года, согласно которому заявитель просит провести проверку по факту составления договоров аренды транспортного средства <данные изъяты>, государственный номер № руководителем МУП «<данные изъяты>» ФИО1, правомерности их заключения, а также по факту произведенной оплаты арендодателю транспортного средства и возможного причинения ущерба в сумме 95000 рублей указанному предприятию, а равно и собственнику в лице администрации <данные изъяты> района (т№

Письменным заявлением представителя МУП «<данные изъяты>» ФИО22 от 01 июня 2020 года, в котором заявитель просит провести проверку по факту хищения денежных средств в размере 60000 рублей, совершенного путем предоставления подложного договора аренды транспортного средства без номера от 28 декабря 2017 года директором МУП «<данные изъяты>» ФИО1, виновных лиц просит привлечь к уголовной ответственности (т.№), который исполняет обязанности директора МУП «<данные изъяты>» (т.№).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 23 июля 2020 года, осмотрено здание МУП «<данные изъяты>», в том числе кабинет директора, кабинеты бухгалтерии, касса, а также прилегающая к нему территория, расположенные по адресу: <адрес> где на открытом участке, в числе прочей техники, стоит автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, находящийся в нерабочем состоянии (т.№).

Из протокола осмотра предметов от 03 июля 2020 года следует, что осмотрены бухгалтерские документы МУП «<данные изъяты>» приобщенные в качестве вещественных доказательств:

- сшив документов «<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В указанных расходных кассовых ордерах имеется подпись директора МУП «<данные изъяты>» ФИО1, подпись главного бухгалтера ФИО176 подпись кассира ФИО35. и подпись получателя денежных средств – ФИО24, которому на основании договора аренды транспортного средства без номера от 28 декабря 2017 в качестве арендной платы за автомобиль <данные изъяты> ежемесячно выдались денежные средства в сумме 5000 рублей;

В сшивах документах «МУП «<данные изъяты>» Касса сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2017 год», имеются расходные кассовые ордера, которые содержат подпись директора МУП «<данные изъяты>» ФИО1, подпись главного бухгалтера ФИО176 подпись кассира ФИО35 и подпись получателя денежных средств – ФИО24 которому на основании договора аренды транспортного средства без номера от 01 июня 2017 в качестве арендной платы за автомобиль <данные изъяты> выданы денежные средства в общей сумме 35000 рублей;

Также были осмотрены:

- договор аренды транспортного средства без номера от 01 июня 2017 года, заключенный между ФИО24 и МУП «<данные изъяты>» в лице директора ФИО1, по которому ФИО24 предоставляет МУП «<данные изъяты>» с момента его подписания и до 31 декабря 2017 года за плату в 5000 рублей ежемесячно во временное владение и пользование транспортное средство – автомобиль марки № государственный регистрационный знак № 2001 года выпуска, имеющее идентификационный номер № оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации для использования МУП «<данные изъяты>» в своей хозяйственной деятельности;

- договор аренды транспортного средства без номера от 28 декабря 2017 года, заключенный между ФИО24. и МУП «<данные изъяты>» в лице директора ФИО1 по которому ФИО24 предоставляет МУП <данные изъяты>» с момента его подписания и до 31 декабря 2018 года за плату в 5000 рублей ежемесячно во временное владение и пользование транспортное средство – автомобиль марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № 2001 года выпуска, имеющее идентификационный номер № без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации для использования МУП «<данные изъяты>» в своей хозяйственной деятельности.

Кроме этого были осмотрены сшивы документов «МУП <данные изъяты>» Счета, авансовые отчеты с июня 2017 года по декабрь 2018 год», в которых содержатся авансовые отчеты, документы, подтверждающие получение денежных средств, в том числе на запасные части для ремонта автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № 2001 года выпуска.

Осмотренные документы приобщены в качестве вещественных доказательств (т.№

Заключением эксперта № от 21 июля 2020 года, согласно которому сумма денежных средств, выплаченных МУП <данные изъяты>» в качестве арендной платы по договору аренды транспортного средства без номера от 01 июня 2017 года составила 35000 рублей, сумма денежных средств, выплаченных МУП «<данные изъяты> в качестве арендной платы по договору аренды транспортного средства без номера от 28 декабря 2017 года составила 60000 рублей. Для арендованного автомобиля марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, за период с 01 июня 2017 года по 31 декабря 2018 года было отпущено запасных частей на сумму 88196 рублей 50 копеек (т№

Заключением эксперта № от 20 июля 2020 года, согласно которому стоимость автомобиля марки <данные изъяты>, 2001 года выпуска в связи с утилизацией на 01 июня 2017 года на момент оценки, с учетом округления составляет 21700 рублей, стоимость автомобиля марки <данные изъяты> 2001 года выпуска в связи с утилизацией на 19 мая 2020 года на момент оценки, с учетом округления составляет 21700 рублей (т.№

Факт использования автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № МУП «<данные изъяты>» подтверждается сведениями о привлечении к административной ответственности водителя МУП «<данные изъяты>» ФИО224 путевым листом, полисом ОСАГО, административными материалами (т.№

ФИО1 назначен директором МУП «<данные изъяты>» 11 ноября 2016 года (т.№).

Из п.п. № Устава МУП «<данные изъяты>», утвержденного постановлением администрации муниципального образования «<данные изъяты><данные изъяты> от 11 ноября 2014 года № (т.№ трудового договора № от 11 ноября 2016 года (№ следует, что:

- директор МУП «<данные изъяты>» обладает организационно-распорядительными функциями;

- имущество, приобретенное данным предприятием, являются собственностью муниципального образования «<данные изъяты>» и поступают в хозяйственное ведение данного предприятия;

- директор вправе распоряжаться имуществом и средствами предприятия в соответствии с законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, Республики Марий Эл и Уставом предприятия;

- директор обязан обеспечивать использование имущества предприятия по целевому назначению в соответствии с видами деятельности предприятия, установленными Уставом предприятия.

В судебном заседании установлено, что ущерб причинен МУП «<данные изъяты>», так как похищенные денежные средства были в распоряжении МУП «<данные изъяты>», из Устава МУП <данные изъяты>» следует, что МУП «<данные изъяты>» владеет, пользуется и распоряжается закрепленным за ним имуществом в соответствии с целями и видами деятельности.

Исследованные доказательства получены с соблюдением норм УПК РФ, являются допустимыми.

Совокупностью исследованных судом доказательств вина подсудимого ФИО1 в совершении действий, изложенных в описательной части приговора, полностью установлена.

Действия ФИО1 образуют состав мошенничества с использованием служебного положения, так как в судебном заседании установлено, что ФИО1 являясь руководителем предприятия, используя служебное положение, злоупотребляя доверим своих подчиненных работников, дал указание подготовить фиктивный договор аренды без номера от 28 декабря 2017 года, и по указанию ФИО1 из кассы предприятия для оплаты указанного договора выдавались денежные средства, которые ФИО1 похитил.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч.3 ст.159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенное с использованием своего служебного положения.

ФИО1 на учете у врача-психиатра-нарколога не состоит, имеет <данные изъяты> №), поэтому суд не находит оснований сомневаться в психическом состоянии подсудимого ФИО1 и признает его вменяемым.

При назначении наказания подсудимому суд руководствуется ст.ст. 6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, смягчающие обстоятельства и отсутствие отягчающих обстоятельств, данные о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Согласно справкам о результатах проверки ФИО1 не судим, сведений о привлечении его к административной ответственности не имеется, привлекался к уголовной ответственности, на момент совершения преступления не судим (т.№).

В составе семьи ФИО1 <данные изъяты> ФИО271., ДД.ММ.ГГГГ (т№

Как личность, ФИО1 по месту жительства характеризуется положительно, <данные изъяты> (т.№

По месту работы ФИО1 характеризуется положительно, <данные изъяты> (т.№).

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО1, суд признает:

- в соответствии с ч.1 ст.61 УК РФ: добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления;

- в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ: признание вины, положительные характеристики, состояние здоровья подсудимого.

Оснований для применения в отношении подсудимого положений ст.64 УК РФ не имеется, так как обстоятельств, существенно снижающих общественную опасность содеянного ФИО1, в судебном заседании не установлено.

С учетом фактических обстоятельств совершения подсудимым преступления, наличия смягчающих вину обстоятельств и отсутствие отягчающих вину обстоятельств, характеризующие данные на ФИО1, суд полагает, что следует назначить подсудимому наказание в виде в виде лишения свободы без дополнительных видов наказания с применением ст.73 УК РФ, то есть условно, что будет соответствовать принципу справедливости и целям наказания. При этом оснований для применения положений, предусмотренных ст.53.1 УК РФ, не имеется.

При определении размера наказания в виде лишения свободы суд применяет положения, предусмотренные ч.1 ст.62 УК РФ в связи с наличием смягчающего обстоятельства, предусмотренного п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ.

Судом обсужден вопрос о возложении на ФИО1 исполнения определенных обязанностей.

Вместе с тем с учетом фактических обстоятельств совершенного ФИО1 преступления и степени его общественной опасности, учитывая отсутствие отягчающих вину обстоятельств, наличие совокупности смягчающих вину обстоятельств, в том числе полное возмещение причиненного ущерба добровольно, отсутствие претензий по причиненному ущербу со стороны признанных органом предварительного следствия потерпевших МУП «<данные изъяты>» и администрации муниципального образования «<данные изъяты>», суд на основании ч.6 ст. 15 УК РФ приходит к выводу об изменении категории преступления совершенного ФИО1 с тяжкого на средней тяжести.

Прокурором Сернурского района Республики Марий Эл, действующим в интересах МУП «<данные изъяты>», заявлен гражданский иск о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, к ФИО1 на сумму 60000 рублей (т.№).

Судом установлен ущерб, причиненный МУП «<данные изъяты>» в размере 60000 рублей.

С учетом добровольного возмещения причиненного ущерба суд считает, что исковые требования не подлежат рассмотрению.

ФИО1 ранее к уголовной ответственности не привлекался, характеризуется положительно как по месту жительства, так и по месту работы, причиненный ущерб добровольно возмещен в полном объеме, судом принято решение об изменении категории совершенного ФИО1 преступления с тяжкого на средней тяжести.

Совокупность изложенных обстоятельств позволяет суду прийти к выводу о возможности освобождения ФИО1 от отбывания назначенного наказания в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в соответствие со ст.76.2 УК РФ.

При определении размера назначаемого ФИО1 судебного штрафа, суд исходит из требований ст.104.5 УК РФ.

При этом суд принимает во внимание обстоятельства и тяжесть совершенного ФИО1 преступления и его имущественное положение, который <данные изъяты> (т.№).

По настоящему делу постановлением Сернурского районного суда Республики Марий Эл от 18 июня 2020 года в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска и взыскания штрафа разрешено наложение ареста на принадлежащее ФИО1 нежилое здание, расположенное по адресу: <адрес> площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый номер <данные изъяты> кадастровой стоимостью <данные изъяты>; а также на денежные средства ФИО1 в пределах <данные изъяты> копеек, находящиеся на его банковском счете №№, открытом в ПАО «<данные изъяты>» (т№

В силу ч.9 ст.115 УПК РФ арест, наложенный на имущество, либо отдельные ограничения, которым подвергнуто арестованное имущество, отменяются на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении данной меры процессуального принуждения либо отдельных ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, отпадает необходимость.

В связи с тем, что ФИО1 возмещен причиненный ущерб, иск не подлежит рассмотрению, судом принято решение об освобождении ФИО1 от отбывания назначенного наказания в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в соответствие со ст.76.2 УК РФ, который должен был уплачен добровольно, то основания для сохранения ареста на денежные средства ФИО1 и нежилого здания, принадлежащего ФИО1, отпали, арест подлежит отмене.

Судом разрешены вопросы о вещественных доказательствах в соответствии со ст.81 УПК РФ, а также о мере пресечения.

Согласно постановлению о выплате процессуальных издержек от 17 июня 2020 года, в ходе производства предварительного следствия эксперту <данные изъяты> производившей товароведческую экспертизу, выплачено 15000 рублей 00 копеек. Данные выплаты отнесены к процессуальным издержкам (т.№

Обсуждая вопрос о взыскании процессуальных издержек израсходованных на производство судебной экспертизы суд приходит к следующим выводам.

По смыслу п.7 ч.2 ст.131 УПК РФ, положения которого следует рассматривать в системном единстве с п.4 ч.2 ст.131 УПК РФ, и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» в состав процессуальных издержек не входят суммы, израсходованные на производство судебной экспертизы в государственных экспертных учреждениях, поскольку их деятельность финансируется за счет средств федерального бюджета или бюджетов субъектов Российской Федерации.

Согласно заключению эксперта № от 20 июля 2020 года и договора на проведение экспертизы № от 21 мая 2020 года производство экспертизы было поручено следователем Союзу «Торгово-промышленная палата Республики Марий Эл».

Мотивы, по которым производство экспертизы не могло быть поручено специализированному государственному учреждению соответствующего профиля, находящемуся по месту расследования уголовного дела, в судебном заседании не приведены.

Взыскание с осужденного процессуальных издержек, связанных с производством экспертизы, будет вызвано именно с их проведением в негосударственном учреждении, в то время как при производстве экспертизы в государственном специализированном учреждении такая обязанность на осужденного не могла быть возложена.

При указанных обстоятельствах оснований для возложения на осужденного обязанности возмещения расходов на производство экспертизы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307 – 309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 ФИО23 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 (одного) года лишения свободы.

С применением ст.73 УК РФ назначенное осужденному ФИО1 ФИО23 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком на 2 (два) года.

Обязать ФИО1 ФИО23 в период испытательного срока: являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного один раз в месяц в установленные указанным органом сроки.

В соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ изменить категорию преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, совершенного ФИО1, с тяжкого преступления на преступление средней тяжести.

На основании ст.76.2 УК РФ освободить ФИО1 ФИО23 от отбывания назначенного наказания в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 60000 (шестьдесят тысяч) рублей, который должен быть уплачен в срок до 31 декабря 2020 года.

Информация для перечисления суммы судебного штрафа:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Разъяснить ФИО1 ФИО23 необходимость представления сведений об уплате судебного штрафа судебному приставу-исполнителю в течение 10 дней после истечения срока, установленного судом для уплаты судебного штрафа. В случае неуплаты судебного штрафа, назначенного в качестве меры уголовно-правового характера, суд по представлению судебного пристава-исполнителя в порядке, установленном ч.ч. 2, 3, 6, 7 ст.399 УПК РФ, отменяет постановление о прекращении уголовного дела или уголовного преследования и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа и направляет материалы для дальнейшего производства по уголовному делу в общем порядке.

Меру пресечения ФИО1 ФИО23 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Гражданский иск прокурора Сернурского района Республики Марий Эл оставить без рассмотрения.

Отменить разрешенный постановлением Сернурского районного суда Республики Марий Эл от 18 июня 2020 года арест на:

- денежные средства ФИО1 в пределах <данные изъяты>, находящиеся на его банковском счете №, открытом в ПАО «<данные изъяты>»;

- принадлежащее ФИО1 нежилое здание, расположенное по адресу: <адрес> площадью <данные изъяты>.м., кадастровый номер №, кадастровой стоимостью <данные изъяты> копеек.

В соответствии со ст.81 УПК РФ после вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: сшив документов «МУП «<данные изъяты> – вернуть по принадлежности представителю потерпевшего МУП «<данные изъяты>».

Процессуальные издержки, предусмотренные ст.131 УПК РФ, возместить за счет средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Марий Эл в течение десяти суток со дня его провозглашения.

Председательствующий судья Макматов А.А.