Приговор № 1-2/2018 1-62/2017 от 13 февраля 2018 г. по делу № 1-2/2018

Дело № 1-2/2018


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Кослан 14 февраля 2018 года

Удорский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Мурзина Л.Ф., при секретаре судебного заседания Цуркан Л.С., с участием:

государственного обвинителя – заместителя прокурора Удорского района Республики Коми Голяк А.Я.,

потерпевших и гражданских истцов – ФИО13, ФИО14,

представителя потерпевшей и гражданского истца – адвоката адвокатского кабинета ФИО25,

потерпевшей – ФИО15,

защитника и представителя гражданского ответчика ФИО1 - адвоката Коллегии адвокатов «Алиби» Адвокатской палаты Республики Коми Головина М.Ю., представившего удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

подсудимого и гражданского ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>, ранее не судимого:

находящегося под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО1 совершил, нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

Согласно п.1.1 «Правил дорожного движения Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, (далее – Правила), <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Подсудимый ФИО1 вину в совершенном преступлении признал полностью, согласился с предъявленным обвинением. В последнем слове заявил о раскаянии в содеянном, выразил соболезнование и принес извинения потерпевшим.

Исследовав и оценив доказательства собранные по делу, суд находит вину подсудимого установленной показаниями подсудимого, потерпевших, свидетелей и другими материалами уголовного дела.

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении им вышеуказанного преступления подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями ФИО1, оглашенными, в соответствии с ч.1 ст. 276 УПК РФ, в связи с отказом от дачи показаний в судебном заседании на основании ст. 51 Конституции РФ, данными в ходе предварительного расследования (т.4 л.д. 205-208, т.5 л.д. 13-17), после разъяснения ст. 51 Конституции РФ и его прав, в присутствии защитника, <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Показаниями потерпевшей ФИО13 данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Представитель потерпевшей ФИО13 – адвокат ФИО25 в судебных прениях поддержал мнение потерпевшей относительно наказания ФИО1, пояснив также, что исправление ФИО1 и восстановление социальной справедливости возможно лишь при назначении отбывания наказания в виде лишения свободы в условиях исправительной колонии общего режима.

Показаниями потерпевшей ФИО15 данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями потерпевшей ФИО14 данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями потерпевшей ФИО21 данными в судебном заседании и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 126-129), подтвержденными ею, <данные изъяты>

Показаниями потерпевшей ФИО23, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями потерпевшей ФИО20, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями потерпевшей ФИО18 оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 91-93), <данные изъяты>

Показаниями потерпевшей ФИО22 данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями потерпевшего ФИО19, оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ, данными при производстве предварительного следствия (т.2 л.д. 116-118), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО26, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО30, оглашенными в судебном заседании в порядке п.1 ч.2 ст. 281 УПК РФ, данными в ходе предварительного следствия (т.2 л.д. 167-168), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО29, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО31, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО32, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Аналогичными по существу обстоятельств ДТП показаниями, данными в судебном заседании, свидетелей: ФИО33, ФИО34, ФИО35, подтвердившей оглашенные показания (т.2 л.д. 197-199), также пояснившим, что покинуть автобус им помог ФИО10 Н.И.; ФИО36, покинувшего автобус самостоятельно; ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО44, ФИО22, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, покинувших салон автобуса с помощью мужчин, при этом ФИО44 также пояснила, что паники особой в автобусе после ДТП не было, говорили довольно спокойно.

Также аналогичными, в части обстоятельств ДТП вышеизложенным, показаниями свидетеля ФИО45, данными в судебном заседании, согласно которым перед ДТП ссор и конфликтов в салоне автобуса не было, после ДТП паника выражалась в криках женщин о помощи и боли, физического насилия среди пассажиров не замечал.

Показаниями свидетеля ФИО46, данными в судебном заседании и оглашёнными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 244-246), в <данные изъяты>

В целом аналогичными по существу обстоятельств ДТП, оглашенными в судебном заседании, в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, показаниями свидетелей: ФИО47 (т.2 л.д. 169-170), ФИО31 (т.2 л.д. 171-172), ФИО48 (т.2 л.д. 178-180), ФИО49 (т.2 л.д. 181-183), ФИО50 (т.2 л.д. 189-190), ФИО51 (т.2 л.д. 194-196), ФИО52 (т.2 л.д. 203-205), ФИО53 (т.2 л.д. 206-208), ФИО54 (т.2 л.д. 215-217), ФИО55 (т.2 л.д. 227-229), ФИО56 (т.2 л.д. 230-232), ФИО57 (т.2 л.д. 241-243), ФИО58 (т.3 л.д. 9-11), ФИО59 (т.3 л.д. 12-17), ФИО60 (т.3 л.д. 26-28), ФИО61 (т.3 л.д. 29-31), ФИО62 (т.3 л.д. 40-42).

Показаниями свидетеля ФИО63, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО64, данными в судебном заседании и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 147-149), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО66, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО67, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО68, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля - специалиста ФИО69, данными в судебном заседании и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 141-143), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО70 данными в судебном заседании и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.3 л.д. 18-21), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО71, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО72, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО73 данными в судебном заседании и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.3 л.д. 22-25), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО24 данными в судебном заседании и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.3 л.д. 55-58), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО76, данными в судебном заседании и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.3 л.д. 35-38), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО74, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Также вина подсудимого ФИО1 в совершении данного преступления подтверждается следующими письменными доказательствами:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В судебном заседании государственным обвинителем обвинение в отношении подсудимого поддержано в полном объеме по ч.5 ст. 264 УК РФ.

Сторона защиты квалификацию действий подсудимого оспаривала, считая ФИО1 невиновным, изменения, имевшиеся в автомашине под управлением ФИО1, не влияющими на безопасность дорожного движения, а ДТП - результатом несчастного случая, возникшего из-за недостатков в содержании автодороги.

Оценивая собранные по делу доказательства, несмотря на позицию стороны защиты, суд находит вину подсудимого ФИО1, в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц, установленной и доказанной в полном объеме, объективно вина подсудимого подтверждается подробными признательными показаниями самого подсудимого, которые он давал в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании о самостоятельном проведении им ремонтных работ и переоборудовании автомашины ФИО4, участвовавшей в ДТП ДД.ММ.ГГГГ, об управлении указанной автомашиной в погодных условиях с наличием снежного покрова на проезжей части, движении со скоростью ниже максимально установленной на данном участке дороги, наезде на выбоину, размеры которой были ему неизвестны, повлекшем последующее столкновение с рейсовым автобусом ПАЗ; показаниями потерпевших ФИО13, ФИО15, ФИО14, о ставших им известном от иных лиц факте ДТП, повлекшем гибель их близких – ФИО16, ФИО17; потерпевших ФИО20, ФИО18, ФИО23, ФИО22, ФИО19, ФИО21 и свидетелей - других пассажиров автобуса, об обстоятельствах их нахождения в салоне рейсового автобуса, отсутствии до ДТП факторов, отвлекающих внимание водителя от управления транспортным средством, последствиях ДТП; показаниями свидетеля ФИО26 о технической исправности автобуса ПАЗ, управлении этим автобусом ДД.ММ.ГГГГ ФИО16, прошедшем предрейсовый медицинский осмотр, движении автобуса, по утвержденным маршрутам на расстоянии не более 50 км. и в силу этого не оборудованного ремнями безопасности пассажиров, о прибытии на место ДТП и нахождении ФИО16 на водительском месте, пристегнутого ремнем безопасности, наличии договора ОСАГО в отношении пассажиров автобуса; показаниями свидетелей ФИО70, ФИО72, ФИО71, ФИО24, ФИО73 об обстоятельствах выпуска автомашины ФИО4 под управлением ФИО1 с территории ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, о доведении до ФИО10 Н.И. сведений о правилах эксплуатации переднего скоростного отвала, о наличии возможности у ФИО1 осмотра и обслуживания автомашины, отсутствии со стороны ФИО1 жалоб на состояние здоровья, не сообщении о наличии неисправностей транспортного средства и не высказывании отказов в этот день от выезда; свидетеля ФИО76, о периодических выездах ФИО1 на очистку дорог от снега, о имевших в его (ФИО2) практике место фактах наезда скоростным передним отвалом на неровности очищаемой проезжей части, приводившие к не контролируемому движению машины на полосу встречного движения; показаниями свидетелей ФИО64, ФИО63, ФИО68, ФИО66, ФИО67, описывающих обстановку на месте происшествия непосредственно после совершения ДТП и обстоятельства фиксации обстановки на месте ДТП, порядке оказания помощи пострадавшим, свидетеля – специалиста ФИО69, о порядке и результатах осмотра автомашины ФИО4, участвовавшей в ДТП, значении выявленных нарушений и неисправностей на безопасную эксплуатацию транспортного средства.

Показания указанных лиц стабильны, последовательны, логичны, согласуются между собой, дополняют друг друга, отражают все обстоятельства совершенного преступления, и позволяют суду воссоздать реальную картину происшедшего, кроме того подтверждаются письменными и исследованными в судебном заседании доказательствами по делу.

Нарушений норм УПК РФ при сборе доказательств не установлено.

Оснований не доверять показаниям потерпевших и свидетелей у суда не имеется.

В судебном заседании оснований для оговора подсудимого ФИО1 у потерпевших и свидетелей не установлено.

Оснований для самооговора у подсудимого ФИО1 судом не установлено.

Суд признает показания подсудимого, данные в период предварительного расследования допустимыми доказательствами, и кладет их в основу приговора, поскольку сведения, изложенные в них, согласуются с показаниями свидетелей, потерпевших, а также с иными письменными материалами по делу.

У суда нет оснований сомневаться в выводах экспертов, проводивших вышеуказанные экспертизы, поскольку они проведены квалифицированными экспертами, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, выводы каждого эксперта мотивированны и данные экспертиз согласуются с другими исследованными в суде доказательствами. Вышеуказанные экспертизы суд признает допустимыми и достоверными доказательствами по делу и принимает в основу приговора.

Таким образом, оценка всех исследованных по делу доказательств, отвечающих требованиям допустимости и достоверности, позволяют положить в основу обвинительного приговора суда показания подсудимого, показания потерпевших, свидетелей и письменные материалы уголовного дела.

Подсудимый ФИО1 на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, психическая полноценность и вменяемость подсудимого у сторон обвинения, защиты, а также у суда сомнений не вызывает.

Исходя из исследованных доказательств суд делает вывод о доказанности факта совершения преступных действий ФИО1 при обстоятельствах, изложенных в обвинении.

Незначительные неточности в показаниях свидетелей, явившихся пассажирами рейсового автобуса, в описании погодных условий, точных мест своего нахождения перед ДТП в салоне автобуса, процесса оказания им помощи при выходе из автобуса, не затрагивают юридически значимых обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, и исходя из этого данные доказательства судом признаются в полной мере отвечающими требованиям относимости, допустимости и достаточности.

Оценивая показания свидетеля ФИО73 в части возможной причастности иных лиц, а не водителя ФИО1 к блокировке работы регулятора тормозных усилий на автомашине ФИО4, участвовавшей в ДТП, суд отмечает, что сам свидетель не объяснил причин и оснований для такого вывода, вероятность же совершения таких действий посторонним лицом в отношении автомашины, обслуживаемой ФИО1, при отсутствии возможности наступления значимых последствий, как позитивных, так и негативных, ничтожно мала. В то же время, свидетелем информация о подобных действиях водителей грузовых автомашин, не желающих заниматься регулировкой данного узла, не опровергнута, тем самым, логический анализ всех данных, в том числе показаний самого свидетеля ФИО73, опровергает такой вывод, в связи с чем, в этой части показания свидетеля не принимаются судом в основу приговора.

Ссылка защитника на уверенность ФИО1 в исправности тормозной системы автомобиля ФИО4, исходя из самого факта реакции автомашины на нажатие педали тормоза, поскольку подсудимый механиком не является, противоречит материалам дела, в том числе должностной инструкции водителя 5 разряда и нормам ПДД РФ. ФИО1 проходил соответствующее обучение для получения права управления транспортными средствами, в программу которого входило и устройство автомобиля. Согласно должностной инструкции обязан знать устройство автомобиля и проводить его техническое обслуживание и в силу ПДД РФ обязан убедиться в исправности автомобиля. Фиксация регулятора изменений тормозных усилий в верхнем положении проволочной скруткой могла быть выявлена при простом визуальном осмотре и не требует знаний и умений механика, в связи с чем данный довод судом в основу приговора суда не принимается.

ФИО1 в неприязненных отношениях с работниками ФИО3 ДРСУч не состоял, лично проводил сезонное и текущее техническое обслуживание автомобиля, по их результатам не заявлял о наличии неисправностей, в последующем имел все возможности для осмотра автомобиля и в силу норм ПДД РФ, как водитель, до выезда транспортного средства обязан был проверить его техническое состояние, в связи с чем, осуществляя выезд ДД.ММ.ГГГГ на указанной автомашине, принимал ответственность за техническое состояние автомашины на себя.

В части оценки показаний свидетеля ФИО76 о возможном заносе автомашины, оснащенной скоростным передним отвалом из-за особенностей дорожного покрытия, что по мнению стороны защиты также подтверждает невиновность ФИО1 суд отмечает, что данные показания не опровергают выводов о виновности ФИО1, поскольку в своих показаниях свидетель ФИО76 сообщает о фактах управления автомобилем иной марки и модели, с иным типом привода и развесовкой массы автомобиля по его осям, при невыясненном техническом состоянии транспортного средства, оснащенного скоростным передним отвалом в заводских условиях, а также без точных данных о погоде, состоянии дорожного покрытия, скорости автомобиля. Все эти данные, в каждом конкретном случае могут свидетельствовать о различных причинах происшествия. В отношении же ДТП с участием ФИО1 совокупность всех исследованных судом доказательств, включая заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ прямо свидетельствует о том, что именно действия водителя ФИО1, нарушившего п. 10.1 ПДД РФ, явились причиной ДТП.

Ссылка стороны защиты на недопустимость в качестве доказательства протокола осмотра места происшествия и приложенной к нему схемы места совершения административного правонарушения на том основании, что расстояния на схеме отражены в масштабах одной десятой метра, то есть с погрешностью до 10 сантиметров, не основана на нормах закона и отвергается судом, поскольку уголовно-процессуальный закон требований о минимальных единицах измерения не содержит, размер дефекта дорожного покрытия проезжей части указан «1,25 м.», тем самым погрешность проведенных измерений не превышает 5 сантиметров, что при учете размеров транспортных средств, участвовавших в ДТП и размеров элементов дороги, превышающих каждый несколько метров, явно не несет характера критичных погрешностей, существенно влияющих на фиксацию положения объектов осмотра на местности.

Указание защитника на проведение видеозаписи, приложенной к протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ фрагментарно, без предупреждения участников следственного действия о прерывании видеозаписи и без изложения причин приостановки видеозаписи, о составлении протокола осмотра места происшествия не на месте осмотра и лишь последующем подписании понятыми и участниками следственного действия этого протокола, об отсутствии на видеозаписи процесса разъяснения прав участвующим в осмотре специалистам, а не только понятым, что по мнению защитника влечет недопустимость протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в качестве доказательства, по мнению суда не основано на законе. Указанные доводы противоречат показаниям свидетелей ФИО66, ФИО67, участвовавших в данном следственном действии в качестве понятых, что исключало обязательность ведения видеофиксации хода и результатов всего следственного действия. Тем самым, видеозапись осуществлялась следователем лишь в целях последующей визуализации обстановки на месте происшествия и фраментарность видеозаписи не влечет недопустимости протокола указанного следственного действия, а показания понятых и участников осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ как и их собственноручные подписи в соответствующих графах протокола, свидетельствуют о разъяснении прав всем участникам осмотра места происшествия. Уголовно-процессуальный закон не содержит запрета на изготовление протокола следственного действия вне места его проведения, с использованием технических средств и отсутствие указания в тексте протокола о его изготовлении в кабинете следователя не влечет недопустимость такого документа в качестве доказательства по делу.

Ссылка защитника на относимость большинства письменных доказательств по делу лишь к самому факту ДТП, а не к доказательствам виновности ФИО1 в ДТП ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствует об излишнем исследовании доказательств по делу, несоблюдении принципа относимости доказательств, поскольку доказыванию, в силу закона, подлежит и сам факт совершения преступления – в данном случае дорожно-транспортного происшествия с участием 2 транспортных средств, исправность которых также может влиять на выводы о наличии вины водителей этих автомашин в совершении преступления.

Довод подсудимого и стороны защиты о взаимосвязи ДТП с ненадлежащим исполнением должностных обязанностей со стороны сотрудников ФИО3 ДРСУч, ответственных за выпуск на линию транспортных средств в технически исправном состоянии, а также о наличии прямой причинно-следственной связи с недостатками в содержании проезжей части, выразившимися в наличии выбоин на проезжей части и неровностей обочины автодороги, не принимается судом, поскольку согласно ч.1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Ссылка ФИО1 на выпуск автомашины под его управлением, в ненадлежащем техническом состоянии, руководством ФИО3 ДРСУч, не имеет правового значения, так как соблюдение закона является безусловной обязанностью, исполнение которой не может быть постановлено в зависимость от субъективной оценки виновным лицом отношения к установленным требованиям со стороны других лиц.

Довод ФИО1 о невозможности отказа от выезда на данной автомашине, из-за вероятности последующей потери работы не относится к обстоятельствам, исключающим уголовную ответственность, поскольку водитель транспортного средства в силу закона, не имеет права начать движение на транспортном средстве, не имеющем соответствующих документов и не находящемся в технически исправном состоянии, обстоятельств же, свидетельствующих о необходимости выезда в силу крайней необходимости, необходимой обороны, судом не установлено.

Выявленные недостатки в содержании автодороги на месте ДТП не могут являться доказательством невиновности ФИО1 в вышеуказанном ДТП, так как в силу норм Правил дорожного движения РФ, ФИО1, как водитель транспортного средства, должен был учитывать в том числе сложившиеся дорожные и метеорологические условия.

Ссылки стороны защиты на отсутствие вины ФИО1 в нарушениях пп. 9.1, 9.4, 10.1 ПДД РФ, иных нормативно-правовых актов в сфере обеспечения безопасности дорожного движения, отсутствии прямой причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти 2 человек, причинении тяжкого вреда здоровью 6 потерпевших, основаны на субъективном и одностороннем толковании исследованных судом обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и отвергаются судом, поскольку опровергаются заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и совокупностью полученных по делу доказательств.

Следует отметить, что ФИО1, являясь совершеннолетним дееспособным лицом, прошедшим обучение и получившим право управления транспортным средством, имел все возможности для ознакомления с правилами работы, инструкцией по эксплуатации в отношении переднего скоростного отвала ТоМеЗ-2800, и не был лишен возможности выполнять рекомендации завода – изготовителя навесного оборудования, обязан был учитывать особенности эксплуатации такого оборудования при движении по дорогам общего пользования, независимо от интенсивности дорожного движения на них.

Именно неверно выбранная водителем ФИО1 скорость движения, без учета всего комплекса дорожных, метеорологических условий, состояния транспортного средства и наличия на нем навесного агрегата, имеющего определенные условия эксплуатации, явились причиной повреждения асфальтового покрытия проезжей части и последующего столкновения с автобусом. Ссылка на неуправляемость автомашины после наезда передними колесами на поврежденный передний отвал, не учитывает, что причиной повреждения отвала в первую очередь являлась скорость движения транспортного средства под управлением ФИО1

Односторонность в оценке доказательств отмечается судом и в доводах защиты относительно выводов судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о причинах наличия в крови трупа ФИО16 этилового спирта, исходя из примечания к выводу эксперта в этой части, поскольку вывод эксперта в указанном заключении не носит какого-либо вероятностного характера, дословно звучит следующим образом: «При судебно-химическом исследовании в крови из синусов твердой мозговой оболочки и моче трупа ФИО16 обнаружен этиловый спирт в концентрации соответственно 0,3 г/л и 0,9 г/л, что соответствует состоянию трезвости на момент наступления смерти». Примечание, об интерпретации результатов анализа с учетом возможного образования этилового спирта в биоматериале за счет гнилостных процессов, не опровергает характера категоричного вывода эксперта о трезвости ФИО16, поскольку направлено лишь на разъяснение механизма образования спирта в представленных на исследование жидкостях. Таким образом, данный довод отвергается судом, как не основанный на доказательствах и фактически установленных обстоятельствах по делу.

Доводы адвоката Головина М.Ю. о наличии в действиях ФИО16 и произошедшим ДТП прямой причинно-следственной связи, поскольку последний не предпринял мер к аккуратному проезду мимо машины ФИО1, с включенным оранжевым проблесковым маячком, увеличении скорости движения, также прямо противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, опровергаются заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, сведениями о скорости движения автобуса, согласно данным системы Глонасс, в связи с чем отвергаются судом.

Доводы защитника о возможных последствиях ДТП в виде причинения пассажирам автобуса вреда здоровью различной степени тяжести из-за паники, возникшей непосредственно после ДТП, аффективном состоянии лиц, находившихся в салоне автобуса и стремившихся его покинуть, в том числе путем применения насилия, ходьбы по лежащим внизу людям, носят явно надуманный характер, поскольку в показаниях подавляющего большинства свидетелей данных о ссорах до ДТП, панике после ДТП, не имеется. Свидетель ФИО44 отмечает, что паники практически не было, свидетель ФИО45 отмечает, что паника заключалась в криках о помощи и боли, но физического насилия между пассажирами он не видел. Показания потерпевшей ФИО21 о наличии у пассажиров паники приводятся защитой без учета всего объема показаний потерпевшей, также сообщившей что люди, после ДТП умышленно друг друга не били. В вину ФИО1 вменяются последствия дорожно-транспортного происшествия в виде смерти 2 человек и причинения тяжкого вреда здоровью 6 человек, характер телесных повреждений которых, исходя из общеизвестных сведений, не может образоваться от действия конечностей человека, пробирающегося по лежащим под ним людям, даже если принять за основу версию событий, представленную защитой. В этой части доводы стороны защиты в основу приговора суда не принимаются.

Ссылка стороны защиты на акт служебного расследования ФИО3 ДРСУч от ДД.ММ.ГГГГ, комиссии в составе ФИО70, ФИО71, ФИО73 об отсутствии вины водителя ФИО1 в ДТП ДД.ММ.ГГГГ не принимается судом в основу приговора, так как текст указанного акта не содержит сведений о надлежащем исследовании членами комиссии места ДТП, проведении замеров, осмотре транспортных средств, участвовавших в ДТП, получении объяснений водителя, очевидцев. Схема, приложенная к акту содержит лишь один замер – 2 800 м. от автомашины ФИО4 до перекрестка Кослан-Усогорск-Макар-Ыб. То есть выводы комиссии не основываются ни на фактические данные, ни на нормативно-правовые акты, и обоснования вывода акт не содержит, что исключает возможность использования данного документа в качестве доказательства невиновности ФИО1, но свидетельствует о качестве мер, принимаемых должностными лицами ФИО3 ДРСУч по недопущению подобных фактов, причем стоит отметить, что часть мер, предложенных комиссией, действительно направлена на профилактику ДТП со стороны автотранспорта ФИО7.

Судом достоверно установлено, что ФИО1, управляя транспортным средством – автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> техническое состояние которого не соответствовало требованиям нормативно-правовых актов в сфере обеспечения безопасности дорожного движения, допустил нарушение правил дорожного движения, а именно 10.1 ППД РФ, двигаясь по прямому участку автомобильной дороги в светлое время суток, не учел дорожные и метеорологические условия (скользкость дорожного покрытия из-за наличия снега и мокрого снега) и, в результате ослабленного внимания за дорогой, допустил преступную небрежность, когда он не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности он должен был и мог их предвидеть, не приняв должных мер к выбору скорости движения, которая обеспечивала бы ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства и позволила бы ему вовремя обнаружить опасность для движения, не приняв возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, двигаясь в отсутствие посторонних дорожных помех, не справился с управлением транспортным средством, потерял контроль над его движением, в результате чего совершил столкновение с автобусом ПАЗ, который двигался по правой по ходу движения половине проезжей части указанной автомобильной дороги во встречном к ФИО1 направлении. В результате допущенных водителем ФИО1 нарушений вышеуказанных правил дорожного движения произошло дорожно-транспортное происшествие – столкновение, в результате которого погибли 2 человека и 6 человек получили тяжкий вред здоровью. Между произошедшим дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде смерти двух лиц, тяжкого вреда здоровью 6 пассажиров имеется прямая причинно-следственная связь.

Считая вину подсудимого доказанной, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч.5 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Основания для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности, постановления приговора без назначения наказания, а также для освобождения его от наказания отсутствуют, и он подлежат наказанию за совершенное преступление.

При назначении наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории преступления средней тяжести, личность подсудимого <данные изъяты>

Обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ, суд признает оказание иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления, в качестве которых суд оценивает просьбу о вызову скорой помощи к лицам, присутствовавшим на месте ДТП и непосредственное оказание помощи пассажирам автобуса, покидавшим салон.

В качестве иных смягчающих наказание обстоятельств, согласно ч.2 ст. 61 УК РФ суд учитывает у подсудимого наличие на иждивении несовершеннолетнего лица.

Ссылка стороны защиты и подсудимого на полное признание вины ФИО1, раскаяние, принесение извинений потерпевшим, заявление ходатайства об особом порядке судебного разбирательства, отсутствии судимости, не принимаются судом и указанные обстоятельства не могут быть признаны смягчающими наказание обстоятельствами, поскольку ФИО1 заявление о полном признании вины сделал запись лишь при ознакомлении с материалами уголовного дела и после оглашения обвинения в судебном заседании, но фактически на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства придерживался позиции о частичном признании своей вины, что в целом исключало и возможность рассмотрения уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства. Заявление подсудимого в последнем слове о раскаянии в содеянном, извинении перед всеми потерпевшими, без совершения, в период 9 месяцев с момента ДТП, каких-либо действий, свидетельствующих о таком раскаянии, без принятия даже минимальных мер, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, по мнению суда недостаточно для учета подобных обстоятельств в качестве смягчающих наказание. Отсутствие судимости, учитывая, что преступление совершено по неосторожности, не свидетельствует о влиянии такого фактора на мотивы совершения преступления и на необходимость учета подобного обстоятельства при назначении наказания.

Довод защитника о признании в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, суд находит несостоятельным, так как таких обстоятельств в ходе судебного разбирательства не установлено. Активных действий виновного лица, направленных на сотрудничество с правоохранительными органами, с помощью которых были установлены неизвестные до этого существенные обстоятельства дела, ФИО1 не совершалось. Преступление произошло в условиях очевидности и никаких новых сведений, имеющих значение для расследования дела, ФИО1 сотрудникам правоохранительных органов не сообщил.

Изложение стороной защиты сведений о нахождении ФИО16 в состоянии опьянения, как уже ранее отмечалось судом, противоречит фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем, каких-либо оснований признать версию защиты обоснованной и в свою очередь, учесть в качестве обстоятельства смягчающего наказание ФИО1, не имеется.

Ссылка государственного обвинителя на отсутствие оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ «оказание иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления», действий ФИО1 по отношению к потерпевшим после дорожно-транспортного происшествия, поскольку обязанность принимать меры для оказания первой помощи пострадавшим в ДТП, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию прямо возложена на водителя пунктом 2.6 Правил дорожного движения, по мнению суда несостоятельна. По смыслу закона оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после содеянного означает, что виновный добровольно совершает активные действия по оказанию помощи (например, извлекает потерпевшего, вызывает ему скорую помощь, доставляет в больницу и т.д.), то есть стремиться максимально уменьшить причиненный вред. В данном случае, на месте ДТП имелось более 40 человек, пассажиров автобуса, в различной степени пострадавших от ДТП. В такой обстановке, ФИО1, предпринимал достаточно разумные меры, направленные на извлечение пассажиров из салона автобуса, без их деления по тяжести полученных повреждений и то обстоятельство, что часть потерпевших и свидетелей не может описать подобных действий ФИО1, или не может идентифицировать мужчину оказывавшего им помощь, направленную на извлечение из салона автобуса, не свидетельствует об отсутствии таких действий со стороны ФИО1 Последующее осуществление таких действий иными лицами и сотрудниками МЧС также не позволяют признать деяния ФИО1 по оказанию помощи пострадавшим незначительными, исключающими добровольность совершенных действий или совершение их только в исполнение обязанности, поскольку исполняя обязанность ФИО1 мог прекратить свои действия уже после первого излеченного из салона автобусаострадавшего, но показания свидетелей подтверждают факт неоднократного оказания помощи ФИО1 пострадавшим в ДТП пассажирам автобуса.

Безадресная просьба ФИО1 о вызове скорой помощи, в этих условиях, даже при наличии у него самого средства мобильной связи, также не свидетельствует лишь об исполнении ФИО1 обязанности, предусмотренной ПДД РФ, поскольку эти действия сопровождались и иными активными действиями, ранее изложенными судом.

Ссылка потерпевшей ФИО13 на уровень дохода ФИО1 исключающий возможность содержания иждивенца, не принимается судом, поскольку совместное проживание подсудимого и ведение общего семейного бюджета, проявление им определенной заботы о несовершеннолетней сторонами не оспариваются, а размер дохода в таком случае законодательно не определен и может быть приравнен с суммам МРОТ или прожиточного минимума.

Суд отмечает, что недостатки в части содержания автодороги, не находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, не исключают виновности ФИО1, поскольку последний, как водитель транспортного средства, исходя из сложившейся дорожной обстановки обязан был избрать скорость движения автомобиля, обеспечивающую возможность контроля направления его движения и, в случае, возникновения необходимости, его полной остановки перед препятствием. При этом оснований для признания данного факта в качестве самостоятельного основания, смягчающего наказание подсудимого, суд не находит, так как эти обстоятельства, в силу ранее приведенных норм Правил дорожного движения, подлежали учету водителем – ФИО1

Представленные суду обращения жителей Удорского района в адрес прокурора Республики Коми также не могут быть признаны обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, поскольку текст данных обращений фактически содержит просьбу о привлечении к ответственности должностных лиц, на которых возложена обязанность содержания автомобильных дорог в нормативном состоянии.

Обстоятельств, отягчающих наказание, в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом у подсудимого ФИО1 не установлено.

Наступление тяжких последствий в виде смерти потерпевших является квалифицирующим признаком преступления, поэтому в силу ст. 63 ч. 2 УК РФ не может учитываться в качестве отягчающего наказание обстоятельства, и таким образом, ухудшение состояния здоровья близких родственников погибших, перенесение ими тяжелых нравственных страданий, учитывая, что указанные лица являются совершеннолетними и трудоспособными людьми, не может быть отнесено к самостоятельному обстоятельству, отягчающему наказание подсудимого ФИО1, предусмотренному п. «б» ч.1 ст. 63 УК РФ - наступление тяжких последствий в результате совершения преступления. Последствия преступления в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевших, несмотря на длительность лечения, потерпевших, трудности, и в некоторых случаях невозможность ведения прежнего образа жизни, также относится к квалифицирующим признакам состава данного преступления, в связи с чем, данный довод представителя потерпевшей ФИО13 – адвоката ФИО25, подлежит отклонению.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, личность подсудимого ФИО1, впервые совершившего неосторожное деяние, относящееся к категории преступления средней тяжести, несмотря на наличие совокупности смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, отмечая характеризующие данные ФИО1 зарекомендовавшего себя по месту жительства и по месту работы положительно, поддерживающего фактические брачные отношения, имеющего на иждивении несовершеннолетнее лицо, трудоустроенного, заявившего о полном признании вины, состояние его здоровья, возраст, имеющего постоянное место жительства, ранее не судимого, условия его жизни, но также принимая во внимание, что подсудимый в течение года не привлекался к административной ответственности, конкретные обстоятельства уголовного дела, характер совершенного преступления и его последствия, в целях восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения новых преступлений и достижения целей наказания суд находит необходимым назначить ему наказание в виде реального лишения свободы, при этом не усматривая достаточных оснований для применения к ФИО1 положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, учитывая при этом, что размер назначенного в отношении него наказания не скажется существенным образом на условиях жизни его и его семьи.

Оснований для применения в отношении ФИО1 иного, чем лишение свободы, наказания, не имеется и довод защитника - адвоката ФИО77 в этой части, в том числе в отношении применения норм ст. 73 УК РФ суд считает необоснованным, сделанным без учета всех сведений характеризующих личность подсудимого, тяжести наступивших последствий.

Оснований для назначения наказания в виде принудительных работ, а также замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, предусмотренном ст. 53.1 УК РФ суд не находит, учитывая проанализированные ранее сведения о личности ФИО1, характеристики преступного деяния и его последствия, что в совокупности исключает вывод о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы.

Учитывая, что преступление было совершено ФИО1 в момент управления им транспортным средством и при этом он нарушил Правила дорожного движения, что повлекло за собой дорожно-транспортное происшествие, исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, суд признает невозможность сохранения за ним права заниматься определенной деятельностью, и считает необходимым назначить в качестве дополнительного вида наказания, лишение права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

По мнению суда именно вышеуказанное наказание будет отвечать целям восстановления социальной справедливости, исправления виновного и предупреждения совершения новых преступлений, позволит привить ФИО1 навыки законопослушного поведения.

Суд отмечает, что мнение потерпевших о наказании в отношении ФИО1 не является обязательным для суда, поскольку при рассмотрении уголовного дела публичного обвинения, вид и мера ответственности лица, совершившего преступление, должны определяться исходя из публично-правовых интересов, а не частных интересов потерпевшего, а определение пределов уголовной ответственности и наказания не может обусловливаться волеизъявлением потерпевших.

При определении размера наказания судом принимаются во внимание положения ч.1 ст. 62 УК РФ согласно которым срок наказания не может быть выше двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного ч.5 ст. 264 УК РФ, а также учитываются принципы разумности, справедливости, соразмерности содеянного виду и размеру наказания.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступной деятельности, поведением подсудимого которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного подсудимым, по делу не имеется, и в этой связи, несмотря на доводы защитника ФИО77, нет оснований для применения ст.ст. 15 ч.6, 64 УК РФ.

Согласно пункта «а» части 1 статьи 58 УК РФ, отбывание лишения свободы подсудимому ФИО1 назначается в колонии-поселении.

Довод представителя потерпевшей ФИО13 – адвоката ФИО25 о возможности исправления ФИО1 только в условиях исправительной колонии общего режима, суд отвергает как не учитывающий всей совокупности данных характеризующих личность подсудимого и криминологические характеристики его деяния, совершенного по неосторожности.

Учитывая обстоятельства совершения преступления, криминологические данные о личности подсудимого, разрешая ходатайство государственного обвинителя об изменении ФИО1 меры пресечения, суд учитывает, что статьей 75.1 УИК РФ предусмотрено самостоятельное следование осужденного в колонию-поселение за счет государства после получения им предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы. При этом ч. 4 ст. 75.1 УИК РФ предусматривает ограниченный перечень оснований, позволяющих суду принять решение о заключении осужденного под стражу и направлении его в колонию-поселение под конвоем (уклонение от следствия или суда, нарушение меры пресечения или отсутствие у осужденного постоянного места жительства на территории Российской Федерации). Однако из материалов дела не усматривается каких-либо оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку ФИО1 нарушений ранее избранной меры пресечения не допускал, имеет постоянное место жительства, от следствия и суда не уклонялся, в связи с чем оснований для изменения ранее избранной ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста суд не находит.

Гражданскими истцами заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда причиненного гибелью близких родственников – ФИО13 к АО «ФИО9 дорожная компания» на сумму <данные изъяты> рублей (т.5 л.д. 177-181); ФИО14 к ФИО10 Н.И. и АО «ФИО9 дорожная компания» на сумму <данные изъяты> рублей (т.2 л.д. 66), а также о компенсации морального вреда, в связи с причинением тяжкого вреда здоровью – ФИО20 к АО «ФИО9 дорожная компания» на сумму <данные изъяты> рублей (т.5 л.д. 191-192); ФИО23 к АО «ФИО9 дорожная компания» на сумму <данные изъяты> 000 рублей.

Представитель гражданского истца ФИО13 – адвокат ФИО25 поддержал заявленный иск.

Подсудимый и гражданский ответчик ФИО1, заявлений по гражданскому иску не сделал.

Защитник и представитель гражданского ответчика – адвокат ФИО77, с заявленной суммой требований не согласился, просил передать иски на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Представители гражданского ответчика АО «Коми дорожная компания» в удовлетворении исковых требований просили отказать.

Суд, руководствуясь положениями ч.2 ст. 309 УПК РФ, учитывая целесообразность истребования дополнительных документов, подтверждающих оправданность требований гражданских истцов, в том числе их обоснованности с учетом получения страховых выплат, принимая во внимание наличие сведений о нахождении источника повышенной опасности – автомобиля, участвовавшего в ДТП, в собственности иного предприятия, что согласно требований ст.1079 ГК РФ о солидарной ответственности владельцев источников повышенной опасности, потребует отложения судебного разбирательства для решения вопроса о привлечении в качестве соответчиков других лиц и организаций, производства дополнительных расчетов, связанных с гражданским иском, считает необходимым признать за гражданскими истцами ФИО13, ФИО14, ФИО20, ФИО23 право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Решая вопрос о распределении процессуальных издержек по уголовному делу состоящих из средств по оплате услуг адвоката Фридрих Н.С., осуществлявшего защиту прав и законных интересов ФИО1 в период следствия на общую сумму <данные изъяты> рублей (т.5 л.д. 76, 241), суд учитывает, что уголовное дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства, заявлений об отказе от услуг защитника от ФИО1 не поступало, но материальных накоплений он в настоящее время не имеет, фактически с 26.04.2017 г. не работает, иных источников дохода не имеет, что свидетельствует об имущественной несостоятельности ФИО1, в связи с чем, руководствуясь ч.6 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки взысканию с подсудимого не подлежат и возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Решая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд считает необходимым, руководствуясь ст.81 УПК РФ: <данные изъяты>

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 264 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на <данные изъяты>, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок <данные изъяты>, с отбыванием наказания в виде лишения свободы, в колонии-поселении.

ФИО1 разъясняется, что согласно ст. 75-1 УИК РФ осужденный следует в колонию-поселение для отбывания наказания в виде лишения свободы самостоятельно, за счет государства, в соответствии с предписанием, которое он обязан получить по вступлении приговора суда в законную силу в уголовно-исполнительной инспекции.

Срок наказания в виде лишения свободы ФИО1, исчислять со дня прибытия в колонию-поселение, с зачетом времени следования к месту отбытия наказания в соответствии с предписанием, из расчета день за один день.

Зачесть в срок отбытия наказания в виде лишения свободы содержание под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 оставить прежней в виде домашнего ареста.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами распространяется на все время отбывания наказания в виде лишения свободы, но при этом его срок исчисляется с момента его отбытия.

Признать за гражданскими истцами – ФИО13, ФИО14, ФИО20, ФИО23 право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Процессуальные издержки по уголовному делу, состоящие из средств по оплате услуг адвоката Фридрих Н.С., на общую сумму <данные изъяты> рублей (т.5 л.д. 76, 241), возместить за счет средств федерального бюджета.

Вещественные доказательства: <данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Коми в течение 10 суток со дня постановления приговора, через Удорский районный суд, осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, представления прокурором или апелляционной жалобы иными участниками, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, указав это в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья: Л.Ф. Мурзин