Решение № 2-807/2024 2-807/2024~М209/2024 М209/2024 от 10 декабря 2024 г. по делу № 2-807/2024

Дело № 2- 807/2024

УИД № 69RS0037-02-2024-000421-78


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 декабря 2024 года город Тверь

Калининский районный суд Тверской области

в составе председательствующего судьи Василенко Е.К.,

при ведении протокола судебного заседания в письменной форме и аудиопротоколирования помощником судьи Егоркиной А.А.,

с участием: представителя истца ФИО1 по доверенности адвоката Никитиной И.В., представителя ответчика ФИО2 по ордеру адвоката Теряева Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело (с перерывом с 5 на 11 декабря 2024 года на основании части 3 статьи 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о защите чести, достоинства и деловой репутации гражданина, признании несоответствующими действительности сведений, компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1, действуя через представителя по доверенности Никитину И.В., обратился в Калининский районный суд Тверской области с исковым заявлением к ФИО2, уточнив исковые требования 4 декабря 2024 года, окончательно просит: признать не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 сведения, опубликованные 18 декабря 2021 года в сети Интернет в социальной сети «В Контакте» на странице ФИО2, а именно:

<данные изъяты>»,

- взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Ссылаясь на положения статьи 23 Конституции Российской Федерации, статей 150, 152, 152.1, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации в обоснование исковых требований указывает, что 18 декабря 2021 года на странице «В Контанке», принадлежащей ФИО2 была размещена видео запись и публикация, касающаяся истца ФИО1, следующего содержания: «<данные изъяты>

Указанные в публикации сведения, по мнению истца, не соответствуют действительности, унижают его честь, достоинство, наносят ущерб его деловой репутации. Выражение «поставил на счетчик» употребляется в криминальной среде и обозначает, что поставленный на счетчик оказывается в финансово невыгодном положении, должен определенную сумму денег, на которую начисляется процент. Данное выражение и угрозы физической расправой формируют у неопределенного круга лиц мнение о противоправном характере поведения заявителя и носят оскорбительный характер. Ссылки о том, что на бизнесменов заводились уголовные дела, после их жалоб, а также указание на наличие доказательств преступной деятельности истца также формируют у неопределенного круга лиц впечатление о том, что деятельность истца сопряжена с совершением преступлений. Изложенная информация не указывает на то, что описанные факты носят характер предположений, ответчик оценивает поведение истца. Истец является уважаемым гражданином и меценатом города <данные изъяты> главой крупного предприятия, известного на федеральном уровне. Публикация представляет личность истца в отрицательном свете, порождающем сомнения в честности и добропорядочности истца, причиняют душевные и нравственные страдания, которые истец оценивает в 200 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, предал полномочия по представлению своих интересов в суде доверенному лицу.

Представитель истца адвокат Никитина И.В. в судебном заседании указала, что в контексте используемых ответчиком публикации фраз, выражений, содержится негативная информация в отношении истца.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, передал полномочия по представлению своих интересов в суде доверенному лицу.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 адвокат Теряев Ю.А. возражал против исковых требований по мотиву отсутствия в деле доказательств, подтверждающих размещение публикации ответчиком.

Третье лицо ООО «В Контакте» извещено о судебном заседании, представитель третьего лица не явился, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявляло.

На основании положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, не являлась препятствием для рассмотрения дела.

Выслушав представителя истца ФИО1 по доверенности адвоката Никитину И.В., представителя ответчика ФИО2 по ордеру адвоката Теряева Ю.А., исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Исходя из уточнённых исковых требований от 4 декабря 2024 года, истцом заявлено, что не соответствуют действительности, порочат честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 три фрагмента из письменного текста публикации группы «<данные изъяты>» от 17 декабря 2021 года, репост которой произвел пользователь «Е.В.» в социальной сети «ВКонтакте» от 18 декабря 2021 года, а именно:

«В <данные изъяты>.

В записанном видеоразговоре представитель власти угрожает им физической расправой.

«В случае необходимости предприниматели готовы представить в СК полную запись разговора, а также все доказательства, связанные с укрывательством преступлений со стороны этого «представителя власти».

Положения части 1 статьи 21, статей 23 и 34, статьи 45 и части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантируют каждому право на судебную защиту своей чести и доброго имени.

В силу предписания части 3 статьи 17, статьи 29 Конституции Российской Федерации устанавливается возможность выражения каждым своего мнения и убеждения любым законным способом, не нарушающим права и свободы других лиц.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемы и не передаваемы иным способом.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с пунктами 5, 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации обстоятельствами, имеющими значение для дела, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и не соответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчика оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если только они не носят оскорбительный характер.

Как указано в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

По правилам статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации оценочная характеристика личности истца не подлежит опровержению.

Как следует из материалов дела, 18 декабря 2021 года в 16 часов 26 минут в сети Интернет в социальной сети «ВКонтакте» в аккаунте пользователя «Е.В.» (<данные изъяты>) размещена публикация, которая представляет собой репост сообщения аккаунта (группы) «<данные изъяты>» от 17 декабря 2021 в 17:37 (содержит текст и видеозапись «video_2021»), который сопровождается текстом (комментарием) пользователя социальной сети «ВКонтакте» «Е.В.»: «<данные изъяты>», и публикацией группы «<данные изъяты>» от 17 декабря 2021 года, содержащей письменный текст: «<данные изъяты>».

Письменный текст публикации зафиксирован в виде изображения интернет-страницы социальной сети «ВКонтакте» в материалах дела, подтвержден протоколом осмотра доказательств с участием нотариуса 69 АА 2703368, скриншотами страниц с текстом оспариваемых публикаций. Из протокола осмотра доказательств, нотариусом в порядке обеспечения доказательств, нотариусом произведен осмотр интернет- ресурса «ВКонтакте» профиля пользователя «Е.В.», расположенного по указанному адресу: https://vk.com/vaszhe и зафиксировано содержание публикации, размещенной указанным пользователем 18 декабря 2021 года.

Определением Калининского районного суда Тверской области от 29 мая 2024 года по делу назначена судебная лингвистическая экспертиза, производство которой поручено эксперту ФГБУ Тверская ЛСЭ Минюста России ФИО3. По заключению эксперта в представленной на исследование публикации пользователя «Е.В.» в социальной сети «ВКонтакте» от 18 декабря 2021 года содержится негативная информация о ФИО4 в высказываниях: «<данные изъяты>». Негативная информация в данных высказываниях выражена в форме утверждения о фактах. Публикация не содержит высказываний со значением унизительной оценки лица.

Заключение судебной экспертизы по правилам статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд признает относимым и допустимым доказательством по делу. Оснований не доверять выводам эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, не заинтересованного в исходе дела в чью-либо пользу и обладающего специальными познаниями, соответствующей квалификацией, профессиональной подготовкой и достаточным стажем работы в этой области, у суда не имеется.

Оценивая заключение судебной лингвистической экспертизы, протокол осмотра доказательств 69 АА 2703368 от 28 декабря 2021 года с приложением, суд исходит из того, что в высказывании пользователя «Е.В.» под репостом публикации не содержится сведений, которые не соответствуют действительности, порочят честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, истцом данный комментарий не оспаривается, а оскорбительный характер размещенных сведений самой публикации не подтвержден лингвистическим исследованием.

При этом как по тексту публикации, так и в оспариваемых фрагментах не имеется указания на конкретное лицо, совершившее то или иное действие. Из содержания текстовой части публикации достоверно невозможно определить личность лица, не указано о месте его работы, его имя.

В тексте публикации аккаунта социальной сети «ВКонтакте» «<данные изъяты>» сообщается о некоем представителе власти в <данные изъяты> и его действиях в отношении местных предпринимателей. Имя представителя власти, о котором идет речь, не называется, но сообщается, что эта информация становится понятной только из видеозаписи, содержащейся в публикации, поскольку непосредственно в видеоролике содержится видеоизображение ФИО1, а в тексте публикации имеются ссылки на видеоразговор с лицом, о котором идет речь в публикации, то в этом контексте возможно соотнести, что им является ФИО1

Вместе с тем, в письменной публикации буквально сообщается:

- В <данные изъяты> представитель власти поставил «на счетчик» предпринимателей за то, что они рекламировали не только товары его фабрики, но и товары конкурентов,

- представитель власти угрожает им физической расправой.

- В случае необходимости предприниматели готовы предоставить в СК полную запись разговора, а также все доказательства связанные с укрывательством преступлений со стороны этого «представителя власти».

По заключению эксперта, данные высказывания представляют собой характеристику, являющуюся негативной, хоть она и выражена в форме утверждений о фактах.

Сама публикация либо оспариваемые истцом фрагменты публикации не содержат сведений, выраженных в неприличной противоречащей общепринятым нормам форме, унижающим человеческое достоинство или оскорбительных выражений.

В этой связи, суд полагает, что примененные в высказываниях речевые обороты и образы являются способом эмоциональной подачи взглядов и суждений, субъективное мнение автора публикации аккаунта социальной сети «ВКонтакте» «<данные изъяты>» относительно действий представителя власти и неких предпринимателей без конкретизации по интересующим вопросам, высказываний автора. Контекст оспариваемых высказываний в сопоставлении с видеосюжетом по своей смысловой нагрузке содержит выводы автора публикации о личности «представителя власти» и круга «предпринимателей», «бизнесменов», которые не конкретизированы, а используются как понятия в обобщенном смысле.

Учитывая, что прямых оскорбительных выражений с отрицательной характеристикой профессиональных и личностных качеств истца нет в тексте публикации, при отсутствии доказательств наличия умысла на оскорбления, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца, допущенные в тексте публикации высказывания не являются оскорбительными как следует из заключения лингвистической экспертизы, носят лишь негативный характер.

Вопреки утверждениям истца о порочащем характере сведений, сам по себе репост фрагментов публикации: «<данные изъяты> представитель власти поставил «на счетчик» предпринимателей за то, что они рекламировали не только товары его фабрики, но и товары конкурентов, представитель власти угрожает им физической расправой, в случае необходимости предприниматели готовы предоставить в СК полную запись разговора, а также все доказательства связанные с укрывательством преступлений со стороны этого «представителя власти» содержит оценочные сведения, связанные с восприятием и интерпретацией автора текста публикации - видеоролика, при этом спорные выражения, такие как: «поставил на счетчик предпринимателей», «предприниматели готовы предоставить в СК полную запись разговора», носят обобщённый характер как указание на определенный круг людей и не относятся непосредственно к конкретным личностям (персонам).

В контексте всей текстовой публикации, оспариваемые ФИО1 фрагменты публикации не содержат конкретных утверждений о нарушении именно им норм действующего законодательства, о совершении им нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении, о недобросовестности при осуществлении деятельности, которые умаляли бы его деловую репутацию, интерпретация отдельных выражений как негативных, сама по себе не свидетельствует о распространении порочащих сведений в смысле статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также судом приняты во внимание разъяснения, изложенные в абзаце пятом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», о том, что лицо, которое полагает, что высказанное оценочное суждение или мнение, распространенное в средствах массовой информации, затрагивает его права и законные интересы, может использовать предоставленное ему пунктом 3 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 46 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» право на ответ, комментарий, реплику в том же средстве массовой информации в целях обоснования несостоятельности распространенных суждений, предложив их иную оценку. ФИО1 не был лишен возможности использовать предоставленное ему право на ответ, комментарий, реплику в социальной сети, в целях изложения своей позиции по поднятому автором публикации в оспариваемых фрагментах вопросу, и обоснования своего несогласия с распространенными суждениями.

Следует обратить внимание и на то, что оспариваемые ФИО1 фрагменты публикации: «поставил на счетчик предпринимателей за то, что они рекламировали не только товары его фабрики, но и товары конкурентов», «в случае необходимости предприниматели готовы предоставить в СК полную запись разговора, а также все доказательства связанные с укрывательством преступлений со стороны этого «представителя власти» не поддаются вертификации, то ест проверке на соответствие с реальной действительностью.

Из содержания искового заявления и представленных в дело благодарственных писем, благодарностей, иного характеризующего ФИО1 материала следует, что истец является уважаемым гражданином и меценатом города <данные изъяты>, с 2017 года и на момент репоста публикации в 2021 году истец занимал должность председателя Совета директоров открытого акционерного общества «<данные изъяты>», являлся заместителем генерального директора открытого акционерного общества «<данные изъяты>», по итогам 2021 года решением Торжокской городской Думы ему присвоено звание «Новатор года», его возможно отнести к публичным фигурам и применении принципа более высокой степени терпимости как указано в разъяснениях, содержащихся в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» поскольку он активен в гражданской позиции и общественной жизни в сфере экономики, социальной сфере в городе Торжке Тверской области.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г., критика деятельности лиц, осуществляющих публичные функции, допустима в более широких пределах, чем в отношении частных лиц. Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (статьи 23, 24). При этом профессиональная сфера деятельности предполагает наличие определенных ограничений в осуществлении конституционных прав и свобод, что обусловлено исполнением особых публично-правовых обязанностей.

Принимая во внимание, что публикация от 18 декабря 2021 года, представляет собой репост сообщения аккаунта (группы) «Настоящий Торжок» от 17 декабря 2021 в 17:37 (содержит текст и видеозапись «video_2021»), ее размещение в сети Интернете в социальной сети «ВКонтакте» в аккаунте пользователя «Е.В.» (<данные изъяты>), который имеет 77 подписчиков, в данном случае возможно оценить как привлечение внимания общественности, в том числе жителей <данные изъяты>. Истец должен учитывать публичный характер сферы своей деятельности, пределы допустимой критики в отношении истца не исключают более пристальное внимание и является выше, чем в отношении обычных граждан.

Проверяя утверждения истца о принадлежности аккаунта пользователя «Е.В.» (<данные изъяты>), ответчику ФИО2 суд исходит из следующего.

По сообщению ООО «В Контакте» персональная страница <данные изъяты> была удалена ее владельцем. ООО «В Контакте» хранит сведения о пользователях в пределах объемов и в сроки установленные Федеральным законом от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», с учетом сроков хранения запрашиваемые судом сведения о наличии в социальной сети профиля (аккаунта) на имя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты> и данных протокола осмотра доказательств 69 АА 2703368 от 28 декабря 2021 года, отсутствуют в ООО «В Контакте».

Представитель ответчика ФИО2 – Теряев Ю.А. категорически отрицает, что сведения от имени пользователя «Е.В.» размещены именно ответчиком, поскольку не установлен владелец аккаунта, регистратор адреса, IP- адрес. Данные утверждения стороны ответчика материалами дела не опровергаются.

Допрошенный в судебном заседании специалист ФИО5 пояснил, что приложение телеграмм «VKHistoryRobot» по своей технологии представляет собой сервис поиска зафиксированных из других источников сети Интернет копии данных пользователя, это программное обеспечение которое глобально просто фотокамера, которая копирует открытые данные с открытых источников, канал коммуникации. Представленных данных недостаточно, чтобы утверждать, пользовался ответчик аккаунтом либо нет в спорный период.

Несмотря на предоставление ответчиком изображений страницы аккаунта пользователя «Е.В.» (<данные изъяты>), из сети «Интернет» на ресурсах www.foma.one, www.poiski.ru, pro.bazaman.ru, информации приложения телеграмм «VKHistoryRobot» об истории профиля пользователя, которая фиксирует из истории профиля за 2021 год только данные по состоянию на март 2021 года, то указанные доказательства однозначно не подтверждают, что владельцем аккаунта является ответчик, поскольку их недостаточно, неизвестен источник используемой указанными ресурсами информации, невозможно проверить дату размещения фотографий в профиле, при том, что ООО «В Контакте» указывает, что информация не сохранена, из представленных сведений невозможно проверить на момент публикации, кто являлся регистратором доменного имени пользователя при создании персональной страницы.

К показаниям свидетеля ФИО. о том, что она переписывалась через соцсеть «В Контакте» с ФИО2, когда он работал в компании, ему принадлежит страница с аватаркой на розовом фоне зеркальные очки, суд относится критически, поскольку данные показания сами по себе не подтверждают принадлежность аккаунта ФИО2, а относительно периода на декабрь 2021 года реальную возможность ФИО2 к доступу страницы пользователя «Е.В».

Поскольку истцом не представлено достаточной совокупности доказательств распространения именно ответчиком ФИО2 в отношении истца ФИО1 сведений каким-либо из вышеперечисленных способов, как и порочащий характер сведений, репост публикации аккаунта социальной сети «ВКонтакте» «<данные изъяты>» не должен расцениваться как неправомерное распространение информации, поскольку сами по себе оспариваемые фрагменты не поддаются проверке на соответствие с реальной действительностью, основания для удовлетворения требований, предъявленных к ответчику ФИО2, отсутствуют.

Согласно статье 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренные законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

В отсутствие достаточной совокупности доказательств нарушения прав истца, защита которых осуществляется в рамках и в порядке, предусмотренном статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за причинение морального вреда возникает на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть при наличии вины лица, причинившего вред, в связи с чем обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности.

Таким образом, предметом доказывания в настоящем деле в части требований о компенсации морального вреда являются факт причинения истцу морального вреда и наличие причинно-следственной связи между причиненным вредом и виновными действиями ответчика.

Доказательств того, что истец испытал нравственные страдания и глубокие переживания, распространенные сведения негативно сказались на репутации истца среди третьих лиц, истец, как руководитель, был вынужден дать объяснения своему коллективу по данному эпизоду, учитывая характер и содержание сведений, содержащихся в репосте в отношении истца, а также степень распространения сведений (у пользователя 77 подписчиков, страница удалена владельцем), суд не находит оснований для взыскания с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, поскольку как усматривается из материалов дела, совокупности условий, необходимых для взыскания компенсации морального вреда отсутствует, доказательств того, что в результате незаконных (виновных) действий ответчика истцу причинены нравственные страдания, нарушена личные неимущественные права, материалы дела не содержат, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

При отказе в иске понесенные судебные расходы заявителю не возмещаются.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, о признании не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведения, опубликованные 18 декабря 2021 года в сети Интернет в социальной сети «В Контакте» на странице ФИО2, а именно: «<данные изъяты> – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Калининский районный суд Тверской области.

Председательствующий: Е.К. Василенко

Решение в окончательной форме составлено 14 февраля 2025 года