Решение № 2-11/2019 2-1670/2018 от 21 мая 2019 г. по делу № 2-11/2019

Дело № 2-11/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 мая 2019 года г. Тверь

Центральный районный суд города Твери в составе

председательствующего судьи Солдатовой Ю.Ю.,

при секретаре Зиявудиновой А.А.,

с участием истца ФИО8, представителя истца ФИО9, представителей ответчиков ПАО «МРСК ЦЕНТРА» ФИО10, ФИО11, ФИО12, представителей ответчика АО «АТОМЭНЕРГОСБЫТ» ФИО13, ФИО14, третьего лица ФИО15,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ПАО «МРСК ЦЕНТРА», АО «АТОМЭНЕРГОСБЫТ» о взыскании ущерба, причиненного пожаром, издержек, компенсации морального вреда, расходов по уплате государственной пошлины,

у с т а н о в и л:

ФИО8 обратилась в суд с иском к ПАО «МРСК ЦЕНТРА» о взыскании ущерба в размере 25 069 429 руб. 38 коп., издержек, связанных с рассмотрением дела, в размере 8500 руб., компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб., расходов по оплате госпошлины в размере 60 000 руб.

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на то, что 15 марта 2017 года в жилом доме, принадлежащем истцу на праве собственности, расположенном по адресу: <адрес>, произошел пожар. Утром, 15.03.2017, сотрудники ответчика (ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19) производили работы на линии электропередач. В процессе работ было подано напряжение, превышающее допустимые нормы. Экспертизой были выявлены признаки протекания аварийных режимов работы, характерные для протекания сверхтоков. Пожаром истцу был причинен значительный ущерб: полностью уничтожен жилой дом, хозяйственная постройка с восточной стороны от дома - сарай-склад, частично повреждена баня и хозяйственная пристройка с северо-восточной стороны от дома. Уничтожены так же все вещи, мебель и оборудование и иное имущество, расположенное в указанном недвижимом имуществе и постройках, а так же культурные деревья и кустарники, частично уничтожена хозяйственная постройка рядом с домом. Ущерб истец оценивает в 25 069 429 руб. 38 коп. Требование истца от 29.12.2017 о возмещении ущерба истец добровольно не исполнил. Также истцом понесены издержки, связанные с рассмотрением дела, расходы на восстановление уничтоженных документов в размере 8500 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 60 000 руб. Истцу причинен моральный вред, она испытала физические и нравственные страдания, была уничтожена одежда, обувь, ткани для пошива, ювелирные украшения, личные вещи, которые создавались истцом на протяжении длительного времени, имеют высокую духовную ценность, такие как редкая духовная литература, иконы, церковный инвентарь, комплекты церковного облачения, памятные подарки от близких людей, семейный архив фотографий, библиотека с редкими художественными экземплярами. Сын истца, который является инвалидом, в результате пожара перенес большой стресс, отказывается жить с матерью. У истца не осталось личных вещей и одежды. На протяжении всей жизни истцом создавался уют и удобство для достойного уровня жизни, поднималось с «нуля» хозяйство, организовывалось молочное производство, для этого не единовременно, а постепенно закупалось необходимое оборудование и иное имущество, и все это было уничтожено пожаром, и ей необходимо все начинать сначала, а для всего созданного ранее и уничтоженного, ей понадобилась вся жизнь и здоровье. Ответчик отказался возмещать ущерб, что дополнительно причинило истцу моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, переживаниях по поводу возмещения ущерба истцу. Истец испытывает чувства страха, что вообще не удастся возместить ущерб, результатом чего явились бессонные ночи, постоянное пребывание в подавленном, пессимистическом настроении, снижении аппетита. Истец оценивает причиненный моральный вред на сумму 3 000 000 рублей.

Определением Лихославльского районного суда г. Твери от 10 мая 2018 года дело передано на рассмотрение в Центральный районный суд г. Твери.

В ходе рассмотрения дела истец требования уточнила, предъявив иск к ПАО «МРСК ЦЕНТРА» и АО «Атомэнергосбыт», просила взыскать с ответчиков солидарно сумму ущерба в размере 25 268 429 руб. 38 коп. Остальные требования оставила без изменения. В обоснование указала, что между ПАО "МРСК ЦЕНТРА" и АО «Атомэнергосбыт» заключен договор № оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.04.2014. Сетевая компания согласно условиям договора оказывает услуги по передаче электрической энергии потребителям. Согласно Уставу ПАО "МРСК ЦЕНТРА" одним из видов деятельности общества является обеспечение надежного и качественного энергоснабжения потребителей. В договоре заказчик и исполнитель согласовали следующие условия, п. 2.2.3 в редакции протокола разногласий: ответственность сторон за состояние и обслуживание объектов электросетевого хозяйства, которая определяется балансовой принадлежностью электрических сетей исполнителя (ТСО) и потребителя, в интересах которого заключен настоящий договор и фиксируется в акте разграничения балансовой принадлежности электрических сетей и акте эксплуатационной ответственности. Описание границ балансовой принадлежности сетей в отношении энергопринимающих устройств потребителей заказчика определено в приложении 3 к настоящему договору. Однако, ответчиками не представлено в материалы дела акта с описанием границ балансовой принадлежности сетей в отношении энергопринимающих устройств потребителей заказчика и исполнителя. В связи с этим истец считает, что ответчики должны нести ответственность за причинение вреда истцу вместе вследствие совместного причинения вреда. АО «Атомэнергосбыт», как гарантирующий поставщик, не обеспечило подачу качественного товара. Совместно с АО «Атомэнергосбыт» ПАО "МРСК ЦЕНТРА" совершило действия, в лице своих сотрудников, в результате которых возник пожар, а именно некачественно, с нарушением процедуры, проведены работы, приведшие к подаче тока, превышающего номинальное значение для электропровода (2 фазы). Вред, причиненный действиями ответчиков, является нераздельным, неделимым, так как последствие одно - уничтожение имущества истца пожаром. Наличие указанных признаков при совместном причинении вреда делает их солидарно ответственными перед потерпевшим, а обязательство по возмещению такого вреда – солидарным. Даже при отсутствии прямого договора между истцом и сетевой компанией возмездного оказания услуг по передаче электрической энергии истец не лишен, как потребитель электрической энергии, права обратиться к сетевой компании с требованием о возмещении вреда, вызванного ненадлежащим исполнением обязанности по обеспечению электрической энергией, так как действия сотрудников сетевой компании привели к возникновению пожара. В то же время, так как истец оплачивал поставляемую ему электроэнергию, и АО «АтомЭнергоСбыт» выставляет квитанции об оплате электроэнергии, то отношения сторон фактически сложились и был заключен договор энергоснабжения истцом с энергоснабжающей компанией. Факт ненадлежащего исполнения обязанности по обеспечению надежной и бесперебойной поставки ресурса подтвержден представленными в материалы дела доказательствами. Гарантирующий поставщик обязан обеспечить надежную и бесперебойную поставку покупателю энергии, качество и категория надежности которой должны соответствовать требованиям действующего законодательства.

Согласно представленному в материалы дела уточненному расчету ущерб, причиненный имуществу, находившемуся в бане, составил 1 797 600 руб., ущерб имуществу, находившемуся в жилом доме, составил 3 425 320 руб., ущерб от восстановления сгоревших документов – 20 000 руб., ущерб от сгоревшего инвентаря для пасеки, находившегося в сарае-складе, - 106 602 руб., ущерб от сгоревших ветеринарных препаратов, инструментов и добавок, - 66 477 руб., ущерб от сгоревшего в подвале - 300 000 руб., ущерб от сгоревшей бытовой техники – 289 300 руб., ущерб от сгоревшего садового и огородного инвентаря – 18 150 руб., ущерб от сгоревших растений – 26 400 руб., сгоревшие инструменты – 200 750 руб., ювелирные изделия – 500 000 руб., одежды и обуви – 700 000 руб., библиотеки – 1 000 000 руб., сгоревшие стройматериалы – 22 000 руб., прочий ущерб (газовые баллоны, ящики под газовые баллоны, горизонтальные морозилки, мясо в морозилках, стригальные машинки, комплекты запасных ножей, накопительный бак для воды в подвале, незамерзающая жидкость, весы для взвешивания ветеринарных добавок, сухие колотые дрова, сэндвичные панели для каркаса морозильной камеры, электропастухи, дизельная подстанция GEKO, сантехника, велосипеды, гладильная доска, преобразователь тока инстарт G200) – 2 414 070 руб., восстановительная стоимость сгоревших построек – 7 195 880 руб. 19 коп., стоимость сгоревших построек - 7 195 880 руб. 19 коп.

Определениями суда от 25 июня 2018 года, занесенными в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований в отношении предмета спора, привлечены ФИО20, ФИО15, ФИО18, ФИО21, ФИО16, ФИО22, ФИО19, ООО «КХ ЦАРЕВА», ГУ МЧС России по Тверской области.

Ответчиком АО «Атомэнергосбыт» представлены возражения на иск, согласно которым возложение ответственности на сбытовую организацию, закупающую на оптовом и розничных рынках качественную электроэнергию (мощность) и реализующую её потребителям не будет являться правомерным. В силу запрета и осуществляемой Обществом деятельности, АО «Атомэнергосбыт» не может иметь и не имеет электроэнергетической инфраструктуры, позволяющей передавать или принимать электрическую энергию и поддерживать её с учетом специфических свойств энергии в соответствии с обязательными требованиями по качеству. Следовательно, АО «Атомэнергосбыт» не является владельцем источника повышенной опасности. Обязанность по поддержанию качества и параметров надежности энергоснабжения возложена на производителя, сетевые организации (грузоперевозчика) и в части соблюдения установленного режима потребления и правил пользования электрической энергией - на самого потребителя. В связи с непрерывностью процесса снабжения электрической энергией потребителей, а также присвоением с 01.04.2014 Обществу статуса Гарантирующего поставщика, отношения с гражданами-потребителями строятся не напрямую, а посредством заключения в интересах потребителей договоров (возмездного оказания услуг по передаче энергии, купли-продажи, поставки, энергоснабжения) с сетевыми организациями либо исполнителями коммунальных услуг. В рамках указанных договоров и требований законодательства ответственными за качество и надежность передаваемой электроэнергии, а также надлежащее техническое состояние находящихся в собственности (на ином законном основании во владении, пользовании и пр.) сетей, энергопринимающих, передающих и иных устройств и оборудования, которые способны оказывать влияние на качество подаваемой гражданам электроэнергии являются сетевые организации и исполнители коммунальных услуг (по передаче электроэнергии, купле-продаже в целях оказания коммунальных услуг по электроснабжению, поставки, энергоснабжения и др). В указанное истцом дату и время электроэнергия была отпущена в сети сетевой организации надлежащего качества, и свои обязательства АО «Атомэнергосбыт», как гарантирующий поставщик, выполнило и выполняет надлежащим образом. С учетом обстоятельств дела можно говорить лишь о ненадлежаще оказанной услуге по передаче электроэнергии либо действиях третьих лиц, непреодолимой силы или виновных действий самого потерпевшего. В связи с этим АО «Атомэнергосбыт» полагает, что не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку вред имуществу причинен не вследствие недостатков товара. Из прилагаемых к исковому заявлению документов невозможно заключить, что причинение вреда произошло в тот период времени и по тому адресу, который заявляет истец, и именно вследствие повышенного напряжения в сети, а, следовательно, невозможно установить причинно-следственную связь между правонарушением (действием или бездействием ответчика) и возникшим вредом. Моральный вред подлежит компенсации только при наличии вины. В данном случае причинно-следственная связь между правонарушением и возникшим вредом не установлена, а, следовательно, не установлена и вина ответчика. В материалах дела отсутствуют объективные доказательства поставки 15.03.2017 истцу некачественной электрической энергии из внешних электрических сетей. Так, из заключения экспертов от 22.03.2017 № 149 судебной пожарно-технической экспертизы по материалам проверки КРСП № 6, выкопировки из оперативного журнала ПАО «МРСК Центра» однозначно следует, что причина возникновения пожара в доме истца находилась исключительно во внутридомовой электрической сети и не могла быть вызвана повышенным напряжением, возникшим в питающей сети. Граница балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон находится на границе земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>. Качество электрической энергии во внутридомовых сетях обеспечивается надлежащим содержанием потребителем своих сетей, используемого им оборудования, соблюдением правил установки, эксплуатации и обслуживания сертифицированной техники в соответствии с инструкциями и рекомендациями заводов-изготовителей. Истцом не представлены в материалы дела надлежащие доказательства принадлежности ему поврежденного имущества, в том числе, на сгоревшие жилой дом, баню и хозяйственные постройки. Выводы экспертов в заключении № 514/19 от 12.04.2019 подтверждают позицию ответчиков о том, что на момент возникновения и развития пожара электрическая энергия из внешней сети в жилой дом не поступала и не могла стать причиной пожара.

Ответчиком ПАО «МРСК Центра» представлены возражения на исковое заявление, из которых следует, что ПАО «МРСК Центра» не является энергосбытовой организацией и не осуществляет продажу электрической энергии потребителям, следовательно, ПАО «МРСК Центра» не заключает договоры энергоснабжения с потребителями, и не несет ответственности перед потребителями АО «АтомЭнергоСбыт». Спорные отношения возникли из договора энергоснабжения, заключенного между истцом и АО «АтомЭнергоСбыт», стороной которого ПАО «МРСК Центра» не является, и в силу п. 30 Основных положений не несет ответственности перед потребителями гарантирующего поставщика. Между ПАО «МРСК Центра» и истцом 16.07.2012 заключен договор 40579597 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям по III категории надежности. Из пункта 13 раздела 4 Договора об осуществлении технологического присоединения следует, что граница балансовой принадлежности установлена на границе земельного участка истца. Истец несет балансовую и эксплуатационную ответственность в границах своего земельного участка, сетевая организация - до границ участка заявителя. Отсутствие признаков протекания аварийных режимов работы электропровода подходящего к электросчетчику, а также отсутствие признаков сверхтоков на изоляционном слое электропроводки позволяет сделать вывод о том, что в зоне ответственности сетевой организации сети находились в исправном состоянии и никакого аварийного режима работы в линии электропередачи в ответственности сетевой организации не было. Отсутствие следов и признаков протекания аварийных режимов работы на приборе учета позволяет сделать вывод о том, что электрическая энергия ненадлежащего качества из зоны ответственности сетевой организации в дом не поступала. Следовательно, оснований утверждать об аварийном режиме работ электрооборудования в зоне ответственности сетевой организации оснований не имеется. Из объяснений сотрудников сетевой организации ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 следует, что линия была обесточена путем отключения коммутационного аппарата со стороны низкого и высокого напряжения на ТП-268, расположенной при въезде в д. Покровка. Факт отсутствия напряжения в сети подтверждается также объяснениями сотрудника истца - ФИО23 Отсутствие напряжения сети исключает замыкание в сети сетевой организации. Доказательств того, что прибор учета был укомплектован вводным коммутационным аппаратом, оснащенным защитой от короткого замыкания перегрузки в электрической сети, а также доказательств того, что установленный истцом аппарат защиты соответствовал нагрузке, потребляемой электрооборудованием, находящимся в доме, в материалы дела не представлено. Истцом в нарушение норм материального права не проявлена должная степень заботливости и осмотрительности в поддержание должного технического состоят внутридомовых сетей, что в соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ исключает ответственность ответчиков. Доказательств принадлежности истцу сгоревшего дома, бани, хоз.построек, также доказательств принадлежности истцу поврежденного имущества, факта нахождения данного имущества 15.03.2017 по адресу: <адрес>, в материалы дела не представлено. Истцом не доказан состав правонарушения, а именно не доказан факт неисправности сетей в зоне ответственности сетевой организации, не доказана вина ответчиков, причинно-следственная связь, не представлено доказательств, исключающих вину самого истца в произошедшем 15.03.2017 пожаре, а также доказательств, подтверждающих размер заявленных истцом убытков. Следов и признаков протекания аварийных режимов работы электрической проводки не установлено также и комплексной экспертизой ООО ГК «Эксперт». Актом исследования № 24 от 28.11.2018 АО «Нижегородское научно-производственное объединение имени М.В. Фрунзе» установлено, что по данным журнала превышение порога мощности за 15.03.2017 не зафиксировано. При этом, зафиксировано время выключения счетчика 15.03.2017 10:41:16. Дом истца был оборудован дизельной электростанцией, доказательств того, что в период отключения электроэнергии сотрудниками сетевой организации, указанная электростанция не работала, истцом не представлено. Защита, установленная в ВПУ истца, должна была обеспечить защиту от короткого замыкания внутри дома, а также от перегрузки внутри домовой электросети. Доказательств того, что устройство дома и внутренних сетей соответствовало требованиям Правил противопожарного режима в РФ, утвержденным Постановлением Правительства РФ № 390 от 25.04.2012, не представлено. Выводы эксперта ФИО3 носят предположительный характер, основаны на субъективных данных очевидцев, путем исключения иных версий. Вина сетевой организации в произошедшем пожаре не установлена. Доказательств причинения нравственных и физических страданий материалы дела не содержат.

В судебном заседании истец и представитель ООО «КХ ЦАРЕВА» ФИО8, представитель истца по доверенности ФИО9 поддержали заявленные требования с учетом уточненного расчета. Выводы судебной экспертизы не оспаривали. Дополнительно пояснили, что поскольку все документы сгорели, в настоящее время представление доказательств принадлежности имущества истцу невозможно. Все имущество, заявленное в перечне, принадлежало лично истцу, было приобретено на её денежные средства. В качестве доказательств стоимости представлены скриншоты на имущество по ценам на сегодняшний день. При этом, поскольку большая часть имущества уже в продаже отсутствует, выбор сделан с учетом примерных характеристик.

Представители ответчика ПАО «МРСК ЦЕНТРА» ФИО10, ФИО11, ФИО12, в судебном заседании возражали против удовлетворения иска по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Представители ответчика АО «АТОМЭНЕРГОСБЫТ» ФИО13, ФИО14 в судебном заседании возражали против удовлетворения иска по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Третье лицо ФИО15 поддерживал позицию истца.

Третьи лица ФИО19, ФИО18, ФИО17, ФИО22 в судебное заседание не явились, извещались о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, о причине неявки суду не сообщили, ранее представили письменные ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие.

В судебном заседании 27.08.2018, с перерывом до 03.09.2018, третье лицо ФИО17 суду пояснял, что было заявление истца на проведение работ по техническому присоединению, в связи с чем они поехали в д. Покровка. Документально работы оформлены не были. Руководил работами ФИО16, отключение подстанции производил ФИО24, поскольку у него имеется допуск. На момент начала пожара ФИО18 еще какие-то работы доделывал, подключение ТП произведено не было.

Третье лицо ФИО18 суду пояснял, что в тот момент, когда он еще находился на опоре, увидели задымление, затем вызвали пожарных. Линия была выключена.

Третьи лица ФИО20, ФИО16, представитель ГУ МЧС России по Тверской области в судебное заседание не явились, извещались о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, о причине неявки суду не сообщили.

В соответствии со ст. 117, 167 ГПК РФ, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, судом определено о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав участников процесса, изучив материалы гражданского дела, исследовав обстоятельства по делу, оценив все имеющиеся доказательства по делу, допросив свидетелей, заслушав пояснения экспертов ФИО2, ФИО3, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениям п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что истец ФИО8 на основании договора купли-продажи земельного участка с размещенными на нем объектами недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ является собственником земельного участка с кадастровым номером № площадью 4702+/-8 кв.м и жилого дома с хозпостройками, площадью 49,4 кв.м, кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>. Указанные обстоятельства подтверждаются договором купли-продажи и выписками из ЕГРН.

Как следует из представленных документов, 15 марта 2017 года в указанном жилом доме произошел пожар, в результате которого строение дома и хозяйственной постройки уничтожены полностью, повреждено строение бани с обрушением кровли. Указанные обстоятельства подтверждаются сообщением от 15 марта 2017 года, актом о пожаре (аварии) от 15 марта 2017 года, протоколом осмотра места происшествия с планом-схемой, фотографиями, объяснениями.

Из протокола осмотра места происшествия от 16 марта 2017 года следует, что он производился дознавателем ФИО7, с участием эксперта ФИО6 и в присутствии понятых. С места происшествия изъяты: 1. Фрагменты медного электропровода с помещения кухни; 2. Счетчик электрической энергии. 3. Фрагменты алюминиевого электропровода, подходящего к электросчётчику.

Из объяснений ФИО25 от 15 марта 2017 года следует, что он неофициально работал в КХ «ЦАРЕВА», в обязанности входил ремонт техники, уборка и заготовка сена, хозяйственные работы, топка котла, расположенного в доме №. 14.03.2017 в районе 17.00 он затопил котел, расположенный в доме №. Топку котла осуществлял пеллетами, заложил 7 мешков, по 20 кг. каждый, в бункер, автоматика сама регулировала подачу пеллетов в топку, после чего ушел из дома. В районе 20.00 ДД.ММ.ГГГГ заходил в дом проверить котел, все было нормально. 15.03.2017 в 08.00 пошел в дом, остановил автоматику (горелку), выключил питание котла, почистил горелку, после чего ушел. В районе 11.30 15.03.2017 он вернулся в д. Покровка и пошел в дом №, где проживает. На момент прибытия в <адрес> не было электроэнергии, так как электрики проводили работы на линии. В районе 12.30 15.03.2017 он, совместно с другими работниками, находился в доме №, обедал. В это время сообщили, что горит дом №. Выбежав на улицу, обнаружил, что из дымоходов и из-под крыши на правую сторону от входной двери, идет черный дым. В первом окне, с южной стороны от входной двери, увидел отблески пламени в районе подоконника. В дом никто не заходил, чтоб ограничить доступ кислорода. Он человек не курящий. Доступ в дом № был свободным, входная дверь никогда не закрывалась. Кроме него в дом никто не заходил. Он не видел, чтоб в дом заходил кто-то из рабочих. На момент возникновения пожара электроэнергии в деревне не было. Что могло послужить причиной пожара ему неизвестно.

В дополнительных объяснениях от 16 марта 2017 года ФИО5 пояснил, что сразу после сообщения о пожаре, они выбежали на улицу. В этот момент рядом с домом находились электрики (сколько человек не обратил внимания). Он хотел зайти в дом, но кто-то из электриков крикнул, чтоб не заходил, так как будет доступ кислорода и все начнет гореть сильнее. Тогда он подошел к окну, расположенному примерно в 1,5 южнее от входа в дом и увидел, что все внутренние помещения задымлены, а также наблюдалось горение в районе подоконника (с внутренней стороны). После этого один из электриков крикнул, что нужно залезть в окно, спасти документы, компьютер. ФИО5 разбил стекло на большом окне расположенном на северной стене дома № с западной стороны и помог одному из электриков залезть в дом через окно. Забравшись в дом, электрик сразу вылез назад, поскольку все в дыму, ничего не видно. Электрик сказал, чтобы срезали электросчетчик, расположенный на западной стене дома, примерно в 0,5 м от северного угла, примерно в 1,6 м от земли. Другие электрики выполнили его указание и срезали счетчик. На момент возникновения пожара электроэнергии в деревне не было. Были ли кратковременные включения электроэнергии непосредственно перед пожаром, он не знает и видеть этого не мог, так как в доме, где он находился все электроприборы и освещение были отключены.

Постановлением дознавателя отделения НД и ПР по г. Лихославль и Лихославльскому району УНД и ПР ГУ МЧС России по Тверской области от 15 мая 2017 в возбуждении уголовного дела отказано, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ, поскольку было установлено, что вероятной причиной возникновения пожара явилось воспламенение горючих конструкций помещения кухни жилого дома в результате воздействия пожароопасного аварийного режима работы электрической проводки и электрооборудования. Сведения об отмене постановления в материале проверки отсутствуют.

Из постановления следует, что 15 марта 2017 года в 12 час. 54 мин. на ЦППС ПСЧ-38 ФГКУ «13 ОФПС по Тверской области» поступило сообщение о пожаре в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>. Дом одноэтажный, деревянный (бревенчатый), крыша металлическая по деревянной обрешётке. Строение электрифицировано, газифицировано от баллона на сжиженном газе, отопление водяное от твердотоплевного котла. В результате пожара строение дома огнём уничтожено полностью, за исключением нижних венцов сруба, а также хозяйственная пристройка, расположенная с восточной стороны от дома. Огнём повреждено строение бани расположенное с западной стороны от дома и хозяйственная постройка с северовосточной стороны от дома на участке дома № Собственником дома является гр. ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Из объяснений одного из работников гр. ФИО5 известно, что он в момент возникновения пожара находился в соседнем доме - обедал. Около 12 час. 30 мин. в дом забежал один из работников и сообщил о задымлении в <адрес>. Выбежав на улицу, увидел, что в доме сильное задымление. Подбежав к дому, обнаружил, что дым идёт из помещения кухни. Подобные показания изложены в объяснениях электромонтеров ПАО «МРСК-Центра» гр. ФИО18 и гр. ФИО17 Также со слов гр. ФИО5 известно, что в его обязанности входила топка котла в доме №. Котёл, установленный в доме, представлял собой печь длительного горения, в качестве горючего материала использовались пеллеты (топливные гранулы из стружки твердых пород дерева для твердотопливных котлов). Вечером 14.03.2017 он загрузил в печь, имеющую автоматический принцип работы, 7 пачек пеллетов и включил топку. Топка продолжалась всю ночь до 08 часов утра. В 08 часов утра он остановил автоматику котла, выключил горелку и прочистил котёл, отключил электропитание котла. В помещении кухни находились электроприборы, включенные в электросеть. Из показаний гр. ФИО5 так же известно, что в дом 15.03.17 заходил только он, с целью обслужить котёл отопления. Сам он является человеком не курящим. Строение дома не застраховано.

Согласно заключению эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Тверской области ФИО6 № 149 в результате проведенного исследования объектов из пакетов № 1 и № 3 следов и признаков протекания аварийных режимов работы не было обнаружено. В результате проведенного исследования объектов из упаковки № 2 на фрагментах электропроводки были выявлены признаки протекания аварийных режимов работы, характерные для протекания сверхтоков (то есть, тока, превышающего номинальные значения тока для электропровода). Также на четырех фрагментах электропроводников, были выявлены следы аварийного режима работы в виде наличия локальных оплавлений. Металлографическим исследованием установлено, что данные оплавления характерны для вторичного короткого замыкания (то есть, замыкания, возникшего в условиях произошедшего пожара). Можно предположить, что очаг пожара мог находиться в объеме помещения кухни, то есть, в южной части дома, установить точнее место первоначального возникновения пожара в виду полного уничтожения конструкций дома не представилось возможным. Вероятной причиной возникновения пожара явилось воспламенение горючих конструкций помещения кухни жилого дома в результате воздействия пожароопасного аварийного режима работы электрической проводки или электрооборудования.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 пояснил, что для установления причины пожара применялся версионный метод, рассматривался каждый источник зажигания. В ходе экспертизы исследовалась вся совокупность доказательств, в том числе, пояснения очевидцев, был сделан вывод, что система отопления к пожару не причастна. Также исследовалось электрооборудование. Признаки вторичного короткого замыкания подтверждают, что объект во время пожара находился под напряжением.

Свидетель ФИО7 суду пояснил, что производил осмотр места пожара совместно с экспертом. Постановление было вынесено на основании заключения эксперта, с учетом показаний свидетелей. В ходе проверки был установлен факт проведения работ без должного разрешения.

Из объяснений сотрудников ПАО «МРСК-ЦЕНТРА» ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 от 17 марта 2017 года следует, что в районе 10.00-11.00 бригада в составе: главного инженера ФИО16, электромонтеров ФИО17, ФИО18, водителя ФИО19 прибыла в д. Покровка для проведения планового осмотра линии и установки СИПа (самонесущий изолированный провод). При прибытии деревню обесточили путем отключения коммутационного аппарата со стороны низкого и высокого напряжения на ТП-268, расположенной при въезде в д. Покровка, после чего приступили к работам рядом с домом №, с северо-восточной стороны. В процессе проведения работ в районе 12.30-12.35 в воздухе почувствовался едкий запах дыма (как будто горит толь или смола). По завершению работ, когда уже собирались подать напряжение и уехать, в районе 12.45 увидели, что из печной трубы, расположенной в южной части дома, а также из самой восточной стены (между венцами) пристройки к дому начал идти дым. После этого сказали мужчине, работающему рядом с домом №, что в доме сильно дымит. Он посмотрел на дом и пошел в рядом стоящий дом, из которого вышли двое мужчин и побежали к дому №. Один из мужчин хотел зайти в пристройку, электромонтер ФИО17 крикнул, чтоб не заходили, так как будет большой доступ кислорода и горение будет еще сильней. После этого вызвали пожарных. ФИО16 предложил залезть в дом, чтобы спасти имущество. Совместно с жителями деревни попытались сломать входную дверь в жилую часть дома, но ничего не вышло, тогда один из них разбил стекло на северной стене дома, после чего ФИО16 залез в окно. Когда он залез в дом через оконный проем, горения в жилой части дома еще не было, было сильное задымление. Он попытался дойти до входной двери, чтобы открыть её, но из-за сильного задымления не дошел, развернулся и через окно вылез на улицу. Электромонтер ФИО24 предложил снять электросчетчик, так как это имущество ПАО «МРСК-ЦЕНТРА», после чего счетчик был сорван подручными средствами. Его положили рядом с опорой, расположенной с северной части от дома. На момент снятия счетчик находился в удовлетворительном состоянии, без следов воздействия огня и высокой температуры. На момент возникновения пожара деревня была обесточена. Заходил ли кто-либо в дом или пристройку неизвестно, так как входная дверь располагалась с западной стороны дома, а работы осуществляли с северо-восточной стороны.

Из пояснений ФИО19 также следует, что с момента прибытия в деревню и отключения электроэнергии он находился в автомобиле, который оставил на площадке с северо-западной стороны от дома №, примерно в 40 м. За все время, что стоял на площадке не видел, чтобы кто-то заходил в дом № Электромонтеры осуществляли работы с северо-восточной стороны от дома №. В районе 12.30 электромонтеры закончили работы и махнули рукой, чтоб подъехал и забрал оборудование. Подъехав к ним, они загрузили в автомобиль оставшийся СИП, «кошки», после чего он отъехал обратно на площадку. В районе 12.45 он увидел, что работники и жители деревни начали бегать рядом с домом №. Он отогнал автомобиль, так как сказали, что горит дом №. На момент возникновения пожара деревня была обесточена.

Согласно сообщению начальника Лихославльского РЭС от 31.03.2017 № МР1-ТВ/Р30/47 на запрос дознавателя ФИО7 15.03.2017 в <адрес>п работала бригада под руководством производителя работ электромонтера Лихославльского РЭС ФИО22 и членов бригады, электромонтеров ФИО17 и ФИО18 Время начала выполнения работ 09:39 и время окончания 14:57. Выполнялся плановый осмотр ВЛ-0,4 кВ ТП 10/0,4 кВ д. Покровка. В ходе осмотра были выявлены нарушения на ВЛ отгорание провода на изоляторе опоры. Работы по наращиванию провода марки СИП выполнялись по распоряжению главного инженера ФИО16 Для выполнения работ по наращиванию провода марки СИП, ВЛ-0,4 кВ была отключена коммутационным автоматом, а также для обеспечения безопасного производства работ был отключен подстанционный разъединитель РЛК-630/10. В результате оперативных переключений населенный пункт был обесточен от электроэнергии 15.03.2017 г. в 10:22 с последующим включением в 16:37. Фиксация времени отключения и включения производится в оперативном журнале диспетчера ОТГ Лихославльского РЭС. Кратковременные подключения электроэнергии в период времени с 11:00 до 12:50 не производились. Отключение данного населенного пункта выполнял электромонтер Лихославльского РЭС ФИО26, а включение выполняла дежурная бригада ОВБ в составе электромонтеров ФИО26 и ФИО27 Прибор учета электрической энергии, который был установлен на фасаде дома <адрес> находится на балансе филиала ПАО «МРСК Центра»-«Тверьэнерго». В целях сохранения имущества филиала главный инженер принял решение демонтировать прибор учета для последующего монтажа на опоре ВЛ-0,4кВ.

Из объяснений ФИО16, ФИО18, ФИО17 от 04 мая 2017 года следует, что 15.03.2017 в районе 09.00 бригада в составе электромонтеров ФИО17, ФИО18, ФИО22, водителя ФИО19 убыли для проведения планового осмотра линии (фидер № 21 Сосновицы). В районе 10.00 производили осмотр в д. Лисьи Горы. В это время приехал главный инженер ФИО16 на личном автомобиле и сказал, что надо ехать в д. Покровка устранять замечания по жалобе. После этого ФИО16 повез ФИО22 на базу в г. Лихославль, бригада ждала в д. Лисьи Горы. ФИО16 вернулся с бригадой ОВБ после чего поехали в д. Покровка, где остановились у ТП-268 и бригада ОВБ обесточила деревню, после чего они уехали. Отключение производил электромонтер ОВБ ФИО26 После этого провели осмотр линии и приступили к работе по восстановлению полнофазного режима.

Из объяснений ФИО26 от 12 мая 2017 года следует, что 15.03.2017 он находился на своем рабочем месте, в 09.00 в составе бригады ОВБ совместно с ФИО27 выехали по заявке в д. Жерехово Сосновицкого с/п. В районе 10.00 вернулись на базу в г. Лихославль. В пути следования навстречу попалась бригада электромонтеров во главе с главным инженером ФИО16 Куда они направлялись, ему неизвестно. В течение дня находился на базе, бригада осуществляет выезд только по команде диспетчера. Никаких указаний от диспетчера и руководства о том, что необходимо выехать и произвести отключение д. Покровка от электроэнергии он не получал и туда не выезжал. О пожаре узнал от диспетчера примерно в 12.00 15.03.2017. В районе 16.00 15.03.2017 от диспетчера поступила команда о том, что необходимо выехать в д. Покровка, произвести осмотр линии и при возможности включить её в работу. Совместно с ФИО27 выехал в д. Покровка. На момент прибытия установлено, что деревня обесточена путем отключения коммутационного аппарата со стороны низкого и высокого напряжения на ТП. Кто производил отключение неизвестно. После этого произвел осмотр линии и подключил её работу путем включения низковольтного автоматического выключателя на ТП по команде диспетчера.

Из объяснений ФИО16 от 12 мая 2017 года следует, что бригада ОВБ в составе ФИО26 к месту проведения работ в <адрес> 15.03.2017 не выезжала. По приезду в д. Покровка 15.03.2017 электромонтер ФИО17 обесточил населенный пункт путем отключения коммутационного аппарата со стороны низкого и высокого напряжения на ТП-268, после чего приступили к работам. Работы по наращиванию СИПа проводили без наряда, решение по его наращиванию на опорах № 9-№ 12 было его.

Из пояснений третьего лица ФИО22 в ходе рассмотрения дела следует, что было дано распоряжение бригаде под руководством ФИО16 на осмотр линии, никаких иных работ по распоряжению выполнять не должны были.

Свидетель Свидетель №1. суду пояснил, что он подключал электроэнергию в д. Покровка после пожара. Для проведения каких-либо работ отключение электроэнергии в д. Покровка не производил.

Оценивая показания свидетелей ФИО6, ФИО7, Свидетель №1, суд учитывает, что они были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем оснований не доверять показаниям данных свидетелей у суда не имеется.

Статьей 34 Федерального закона "О пожарной безопасности" предусмотрено, что граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В связи с наличием разногласий между сторонами относительно причины пожара и размера причиненного ущерба, определением суда по ходатайству стороны истца по делу назначена комплексная судебная пожарно-техническая, строительно-техническая, электро-техническая, оценочная экспертиза производство которой поручено ООО Группа Компаний «ЭКСПЕРТ» эксперту ФИО1 в части строительно-технической экспертизы, эксперту ФИО2 в части электро-технической экспертизы, эксперту ФИО3 в части пожарно-технической экспертизы, эксперту ФИО4 в части оценочной экспертизы.

Из заключения эксперта ФИО3 в части вопросов пожарно-технической экспертизы от 12 апреля 2019 года № 514/19 следует, что вероятной причиной пожара послужило воспламенение сгораемых конструкций помещения кухни в результате воздействия аварийного режима работы электропроводки или электрооборудования. Зона очага пожара располагалась в южной части дома (пристройке). Ввиду полного уничтожения строительных конструкций жилого дома, отсутствия в материалах дела информации о смонтированном отопительном оборудовании, дизельной электростанции, а также фактов выявления нарушений со стороны домовладельцев правилами их пользования установить какие именно нарушения были допущены, не представляется возможным. Факт причастности данного оборудования к возникновению пожара, произошедшего 15 марта 2017 года, в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, эксперт считает маловероятным.

В судебном заседании эксперт ФИО3 указанные выводы поддержал. Дополнительно пояснил, что пожар возник в результате аварийной работы проводки либо электроприбора. Из динамики развития пожара, с учетом видеосъемки, видно, что зоной возникновения пожара явилась южная часть здания. Печное отопление и пеллетный котел находятся рядом с перегородкой между южной и северной частями здания, а печь находится в северной части здания. Соответственно, данное оборудование не находилось в зоне пожара. На момент возникновения пожара напряжение в сети дома было, и как минимум был подключен один электроприбор. Напряжение могло быть отключено, потом включено. В заключении завода-изготовителя прибора учета указано, что есть время, в течение которого напряжение счетчиком не фиксируется.

Из заключения эксперта ФИО2 в части выводов электротехнической экспертизы следует, что на представленных в качестве вещественных доказательств элементах электрической проводки дома имеются значительные термические повреждения. Визуальный осмотр элементов с сохранившейся изоляцией не выявляет в них признаков протекания аварийных режимов. Электрические провода с утраченной изоляцией (представленные в материалах дела в качестве вещественных доказательств, а также обнаруженные в ходе выездной экспертизы на месте пожара) имеют значительные следы высокотемпературного воздействия и не позволяют достоверно установить факт протекания в данных проводах аварийных режимов. Как правило, при значительных пожарах, сходных с рассматриваемым в данном деле, электрическая проводка в месте предполагаемого очага возгорания, вызванного аварийным режимом, полностью утрачивается, что не позволяет сделать выводы о наличии следов аварийных режимов, а также о причинах их возникновения.

Потенциально некоторые аварийные режимы (короткое замыкание между фазным и нулевым проводом, короткое замыкание между фазным проводником и проводящим элементом или корпусом электроприбора, возникновение значительного тока утечки в электрической проводке или электроприборе с протеканием по корпусу электроприбора, значительное перенапряжение или импульсное напряжение, приведшее к пробою изоляции проводников электрической проводки или внутренних компонентов электроприборов) могли привести к возникновению и развитию дугового короткого замыкания сопровождающегося значительным возрастанием температуры в месте короткого замыкания с последующим развитием пожара. Однако, наличие и правильно выбранные номиналы защитных аппаратов во вводно-распределительном устройстве жилого дома (автоматические выключатели, дифференциальные выключатели, устройства защитного отключения (УЗО), ограничители перенапряжения (ОПН)), установка которых должна быть предусмотрена при организации электроснабжения жилого дома, позволили бы предотвратить развитие данных аварийных режимов и последующего пожара.

Представленные материалы дела не содержат достоверных свидетельств отклонения параметров качества электрической энергии, а также указаний, какие именно параметры могли быть причиной возникновения пожара. Прерывания напряжения, на которые указывают свидетели, не могут самостоятельно служить причиной возникновения аварийных режимов электропроводки или электроприборов, которые могли бы стать причиной пожара. Возможные ошибки при коммутации, а также неправильное соединение электропроводов (перепутанные провода разных фаз и/или фазного и нулевого проводов) не относятся к событиям, описываемым критериями качества электрической энергии в соответствии с ГОСТ 32144-2013 «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Нормы качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения».

Так как в материалах дела, а также методами фото- и видеофиксации не установлен объём и место проведения работ по «наращиванию провода марки СИП», достоверно ответить на вопрос о том, мог ли аварийный режим работы электрической проводки и электрооборудования в доме явиться следствием проведения работ по наращиванию провода СИП, не представляется возможным. При ошибочных действиях при коммутации, а также при неправильном соединении электропроводов внешней относительно дома системы электроснабжения (перепутанные провода разных фаз и/или фазного и нулевого проводов, в случае, когда не была проведена фазировка) возможно протекание аварийных режимов в ряде внутридомовых электроприборов, для которых является принципиальным правильность подключения фазного и нулевого проводников. Тем не менее, при правильно организованной системе защиты во вводно-распределительном устройстве произошло бы отключение внутридомовой системы электроснабжения, что предотвратило бы формирование и развитие пожароопасной ситуации.

В связи с полной утратой защитной и коммутационной аппаратуры, установленной ранее во вводно-распределительном устройстве (ВРУ) внутри дома, установить, каким образом была выполнена защита групповых сетей энергопринимающих устройств жилого дома от токов перегрузки и короткого замыкания не представляется возможным. Защита внутридомовых сетей от вышеуказанных токов с помощью автоматического выключателя марки TDM модели ВА47-100, установленного совместно со счётчиком на внешней стене жилого дома, не позволит обеспечить высокую чувствительность к токам короткого замыкания и перегрузки, так как данный выключатель имеет достаточно большие токи срабатывания.

Наличие отдельной линии питания от резервного источника электрической энергии (дизель-генератора), а также наличие схемы переключения с внешней питающей сети на резервный источник электрической энергии в условиях утраты внутренней схемы электрической проводки дома подтвердить или опровергнуть невозможно.

По причине отсутствия проектной документации по присоединению к электрическим сетям рассматриваемого жилого дома, а также достоверных доказательств соответствия существовавшей на момент пожара системы электроснабжения жилого дома проектной документации, сделать вывод о наличии или отсутствии нарушения установленных правил пользования услугой по электроснабжению (действующих нормативных документов, регламентирующих организацию внутренней системы электроснабжения жилого дома) не представляется возможным.

В связи с утратой внутренней системы электроснабжения (электрической проводки) и внутридомовых защитных и коммутационным аппаратов, а также электроприёмников и мест их подключения сделать вывод о соблюдении потребителем требований нормативно-технической документации при организации внутридомовой сети (электрической) не представляется возможным.

Эксперт ФИО2 в судебном заседании выводы экспертизы полностью подтвердил.

У суда отсутствуют основания не доверять заключению экспертов ООО Группа Компаний «Эксперт». Экспертиза проведена квалифицированными специалистами, выводы экспертов мотивированы, подробно приведен механизм исследования. Эксперты были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы в совокупности с иными доказательствами по делу, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, является мотивированным, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы.

На основании изложенного, суд признает экспертное заключение ООО Группа Компаний «Эксперт» № 514/19 от 12 апреля 2019 года допустимым доказательством по делу и полагает возможным положить выводы заключения в основу решения суда.

Согласно ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со статьей 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Согласно ч.1 ст.542 ГК РФ качество подаваемой энергии должно соответствовать требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в том числе с обязательными правилами, или предусмотренным договором энергоснабжения.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, поставщиком электроэнергии для истца является АО «АтомЭнергоСбыт» в лице ОП «ТверьАтомЭнергоСбыт», которое получает от истца плату за потреблённую электроэнергию, что подтверждается открытым на имя ФИО8 лицевым счётом.

Электроэнергия передается по сетям ПАО «МРСК-Центра» от поставщика к потребителям на основании договора № оказания услуг по передаче электрической энергии от 01 апреля 2014 года, заключенного между ОАО «АтомЭнергоСбыт» с ОАО «МРСК-Центра».

16.07.2012 между ОАО «МРСК-Центра» и ФИО8 заключен договор № об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям по III категории надежности. Технологическое присоединение осуществлено в отношении жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.

На основании п. 2 ст. 543 ГК РФ в случае, когда абонентом по договору энергоснабжения выступает гражданин, использующий энергию для бытового потребления, обязанность обеспечивать надлежащее техническое состояние и безопасность энергетических сетей, а также приборов учета потребления энергии возлагается на энергоснабжающую организацию, если иное не установлено законом или иными правовыми актами.

По правилам ст. 547 ГК РФ в случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору энергоснабжения сторона, нарушившая обязательство, обязана возместить причиненный этим реальный ущерб (пункт 2 статьи 15).

Исходя из положений ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» субъектами розничных рынков являются: потребители электрической энергии; поставщики электрической энергии (энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики, производители электрической энергии, не имеющие права на участие в оптовом рынке в соответствии со статьей 35 настоящего Федерального закона); территориальные сетевые организации, осуществляющие услуги по передаче электрической энергии; субъекты оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике, осуществляющие указанное управление на уровне розничных рынков.

В силу ч. 1 ст. 38 указанного Закона субъекты электроэнергетики, обеспечивающие поставки электрической энергии потребителям электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики и территориальные сетевые организации (в пределах своей ответственности), отвечают перед потребителями электрической энергии за надежность обеспечения их электрической энергией и ее качество в соответствии с требованиями технических регламентов и иными обязательными требованиями.

Согласно пункту 28 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, по договору энергоснабжения гарантирующий поставщик обязуется осуществлять продажу электрической энергии (мощности), а также самостоятельно или через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям, а потребитель (покупатель) обязуется оплачивать приобретаемую электрическую энергию (мощность) и оказанные услуги.

Согласно п. 30 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442, в рамках договора энергоснабжения гарантирующий поставщик несет перед потребителем (покупателем) ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору, в том числе за действия сетевой организации, привлеченной для оказания услуг по передаче электрической энергии, а также других лиц, привлеченных для оказания услуг, которые являются неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям. Гарантирующий поставщик в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации имеет право обратного требования (регресса) к лицам, за действия (бездействия) которых он несет ответственность перед потребителем (покупателем) по договору энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности)).

Из анализа указанных норм следует, что ответственность перед потребителем за исполнение и (или) ненадлежащее исполнение обязательств по договору энергоснабжения несет гарантирующий поставщик (энергосбытовая организация).

На основании ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет. Правила, предусмотренные данной статьей, применяются лишь в случаях приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги) в потребительских целях, а не для использования в предпринимательской деятельности.

Согласно ст. 1098 ГК РФ продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

В соответствии с п. 5 ст. 14 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Согласно разъяснению, содержащемуся в абзаце первом п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14, п. 5 ст. 23.1, п. 6 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 ГК РФ).

Следовательно, бремя доказывания того, что вред имуществу потребителя электроэнергии был причинен не в результате ненадлежащего исполнения энергоснабжающей организацией своих обязанностей по договору энергоснабжения, а вследствие иных причин, возлагается на такую энергоснабжающую организацию.

Однако, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, ответчиками не представлено доказательств, подтверждающих надлежащее исполнение энергоснабжающей организацией своих обязательств по договору энергоснабжения, а также принятие мер по надлежащему осуществлению производимых работ по наращиванию провода СИП, с целью предотвращения электрического перенапряжения, вызвавшего аварийный режим работы электропроводки или электрооборудования в доме истца.

Вопреки доводам стороны ответчиков, акт исследования № 24 комиссионной судебно-технической экспертизы прибора учета электрической энергии СЭБ-1ТМ.02.М.06, № 1210120687, согласно которой счетчик учета электрической энергии был отключен 15.03.2017 в 10:41:16, не может свидетельствовать об отсутствии вины ответчиков в причинении ущерба истцу.

Согласно сообщению АО «Нижегородское научно-производственное объединение имени М.В. Фрунзе» начальный запуск счетчика СЭБ-1ТМ.02.М.06 не превышает 5 секунд после подачи электрической энергии, фиксация журнальных событий счетчика происходит после завершения процедуры начального запуска. В случае кратковременного включения электрической энергии, при условии, что период включения был менее длительный, чем процедура начального запуска, в журнале событий счетчика может быть не зафиксировано событие «подача питания».

В соответствии со ст. 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (п. 2 ст. 401 ГК РФ).

В материалах дела отсутствуют доказательства иной причины пожара в доме истца, в том числе, сведения о нарушении правил пользования истцом услугой по электроснабжению либо нарушений со стороны истца правил пожарной безопасности. Факт причастности к пожару отопительных печей, твердотопливного котла либо дизельной электростанции, в ходе рассмотрения дела не выявлен.

При этом, из заключения судебной экспертизы и пояснений эксперта ФИО3 следует, что в момент пожара электрическая энергия в доме была и как минимум один прибор был подключен к сети.

Ответчиками не предоставлено доказательств, что подача электроэнергии осуществлялась по исправным электрическим сетям, ответственность за состояние которых не снимается с гарантирующего поставщика и сетевой организации, поскольку договор энергоснабжения в силу закона заключается с абонентом при наличии у него отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, и другого необходимого оборудования.

Судом нарушений электробезопасности в доме истца не выявлено, после тушения пожара и осмотра места пожара сотрудниками органа дознания также никаких нарушений со стороны потребителя не зафиксировано.

Таким образом, при отсутствии доказательств подтверждающих, что пожар возник в результате виновных действий иных лиц, либо по вине истца, суд приходит к выводу о том, что ответственность по возмещению ущерба, причиненного имуществу истца, следует возложить на АО «АтомЭнергоСбыт», которое является гарантирующим поставщиком, в силу п.1 ст.547 ГК РФ, ст. 1095 РФ, п.2 ст. 14 Закона РФ «О защите прав потребителей» несет ответственность за ненадлежащее исполнение условий договора о качестве передаваемой электроэнергии в зоне своей ответственности, следовательно, за причинение вреда.

Вопреки доводам истца, ПАО «МРСК Центра» является сетевой организацией и не отвечает перед истцом, как потребителем, за качество электрической энергии, в связи с чем оснований для солидарного взыскания ущерба с данного ответчика, суд не усматривает.

В соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При отсутствии доказательств грубой неосторожности в действиях истца, не имеется оснований для применения ст. 1083 ГК РФ.

Разрешая требования истца о возмещении вреда, причиненного пожаром, суд исходит из следующего.

В подтверждение размера причиненного ущерба истцом представлено заключение эксперта ООО «Центр оценки» Свидетель №4 № 30/05-17 от 19 мая 2017 года, которым оценены стоимость восстановления в первоначальное состояние жилого дома 10 м*13 м, пристройки к основному строению 10 м*8 м, бани 5,6 м*6,3 м, сарая-склада 10,5 м*7,3 м. По результатам осмотра установлено, что в результате термического воздействия несущие и ограждающие конструкции построек: жилой дом с пристройкой, сарай были полностью уничтожены огнем. Несущие и ограждающие конструкции бани в результате термического воздействия были нарушены и восстановить их не представляется возможным, так как материал, из которого выполнены несущие конструкции (стены, перекрытия, фундамент) на 50 % прогорел, остальная часть сильно повреждена и не может обеспечивать несущую способность от собственного веса бани, а также иных нагрузок (снеговая нагрузка, ветровая нагрузка и т.д.). Общая стоимость работ по восстановлению строений на земельном участке по адресу: <адрес>, составит 7 195 880 руб. 19 коп.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках жилого дома от 14.02.2017 объект с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> одноэтажный и имеет площадь 49,4 кв.м.

В соответствии с данными технического паспорта домовладения по адресу: <адрес> по состоянию на 27 декабря 2001 года, выполненного Лихославльским бюро технической инвентаризации установлено, что жилой дом состоял из основного строения и двух пристроек. Технические характеристики жилого дома в соответствии с данными технического паспорта по состоянию на 27 декабря 2001 года: фундамент- деревянные стулья; наружные стены- бревенчатые; перекрытия - деревянные; кровля - шифер. Размеры по наружному обмеру: основное строение лит. А - 6,20 х 9,8 м; пристройка лит.а - 6,20 х 3,60 м; пристройка лит.а1 - 3,60 х 3,80 м. Отопление печное. Печи расположены в основном строении лит.А, печь кирпичная размером 1,55 х 1,45м и печь кирпичная размером 1,15 х 0,5 м. В состав домовладения в соответствии с данными технического паспорта по состоянию на 27 декабря 2001 года входили три сарая с техническими характеристиками: фундамент – деревянные стулья, наружные стены – бревенчатые, перекрытия – деревянные, кровля – толевые. Размеры по наружному обмеру: сарай лит. Г - 6,60 х 11,0 м; сарай лит.Г1 - 4,0 х 2,5 м; сарай лит.Г2 - 4,20 х 3,20 м.

Из экспертного заключения № 514/19 в части выводов строительно-технической экспертизы следует, что на момент проведения экспертизы на обследуемом земельном участке остатки трех обгоревших строений. На расстоянии 7,0 м от дороги расположены остатки строительных конструкций жилого дома. Несущие ограждающие конструкции полностью выгорели, присутствуют незначительные фрагменты обгоревших бревен. Кирпичная отопительная печь размером 1,55 х 1,45м на 60 % разрушена, печь кирпичная размером 1,15 х 0,5 м разрушена на 90%. Цокольная часть дома кирпичная. Оставшаяся часть цоколя, подвергшаяся горению, местами разрушена до уровня земли. Несущая способность цокольной части полностью утрачена. По внутреннему периметру цокольной части расположены остатки деформированного стального трубопровода системы отопления с остатками отопительных приборов. Натурные замеры произведены по наружным обмерам оставшейся части цоколя жилого дома. Структурно остатки здания делятся на две части: размеры основного строения составляют 10,0 х 13,0 м; размеры пристройки составляют 10,0 х 8,0 м. С правой стороны от остатков жилого дома (вид со стороны дороги), на расстоянии 4 м расположены остатки цокольной части и ленточного фундамента строения (со слов истца бани). Обгоревшие стены бани полностью демонтированы. Цокольная часть находится в полуразрушенном состоянии. По натурным наружным замерам цокольной части: размеры бани составляют 6,3 х 6,2 м. С левой стороны от остатков жилого дома (вид со стороны дороги), на расстоянии 5 м расположены остатки цокольной части строения (со слов истца хозяйственной постройки сарая-склада). Стены бревенчатые полностью выгорели. Цокольная часть находится в полуразрушенном состоянии. По натурным наружным замерам цокольной части: размеры хозяйственного строения (сарая-склада) составляют 10,5 х 7,0 м. Техническое состояние несущих и ограждающих деревянных конструкций жилого дома, бани и сарая в соответствии с положениями СП 13-102-2003, оценивается как аварийное, не подлежащее восстановлению; в результате анализа зафиксированных повреждений и деформаций обследованных несущих и ограждающих конструкций жилого дома, бани и сарая дальнейшая эксплуатация жилого дома является не возможной. Несущие и ограждающие конструкции деревянного жилого дома, бани и сарая подлежат восстановлению с их полной заменой включая фундамент и цоколь.

На основании результатов технического обследования и исходя из представленных в дело материалов, установлено, что характеристики объекта (домовладения), его площадь, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №, на дату осмотра, не соответствует характеристикам, указанным в правоустанавливающих и технических документах. По данным технического паспорта по состоянию на 27 декабря 2001г. площадь жилого дома составляла 49,4 кв.м. На основании натурных размеров площадь 1-го этажа жилого дома (с пристройкой) на момент обследования составляла (по наружным замерам) 210 кв.м. (при условии наличия мансардного этажа, пригодного для проживания общая площадь жилого дома составляла 420 кв.м). На основании обследования установлено, что: произведена реконструкция жилого дома, с увеличением площади; установлена пристройка, которая квалифицируется как вновь возведенная; строения (баня и сарай-склад) так же квалифицируется как вновь возведенные.

Стоимость восстановительного ремонта (домовладения) расположенного по адресу: <адрес>, (с учетом его характеристик на дату осмотра и со слов истца), после повреждений, полученных в результате пожара, имевшего место 15 марта 2017 года на основании сметы «Восстановление строений после пожара» составляет 6 686 282,52 руб. Смета составлена ресурсным методом в ценах 4-го квартала 2018г., разработанных Государственным бюджетным учреждением Тверской области «Тверской региональный центр по ценообразованию в строительстве».

Согласно заключению дополнительной экспертизы № 523/19 от 07 мая 2019 года стоимость восстановительного ремонта домовладения, расположенного по адресу: <адрес> (с учетом его характеристик на дату осмотра и данных технического паспорта на домовладение по состоянию на 27 декабря 2001 года), после повреждений, полученных в результате пожара, имевшего место 15 марта 2017 года на основании локальной сметы «восстановление строений после пожара» составляет 845 446 руб. 82 коп.: жилой дом, размером 6,2 м*9,8 м – 314 117 руб. 50 коп.; пристройка к основному строению, размером 6,2 м*3,6 м – 113 777 руб. 31 коп., пристройка к основному строению, размером 3,8 м*3,6 м – 35 384 руб. 67 коп., инженерные сети жилого дома и пристройки – 93 961 руб. 35 коп., сарай, размером 6,6 м* 11,0 м + 1,8 * 2,5 м – 185 180 руб. 94 коп., сарай размером 4,0 м* 2,5 м – 66 883 руб. 23 коп., сарай размером 4,2 м * 3,2 м – 36 141 руб. 82 коп.

У суда отсутствуют основания не доверять заключению эксперта ФИО1 в части выводов строительно-технической экспертизы. Квалификация эксперта подтверждается представленными документами и не вызывает у суда сомнений. Экспертиза проведена по поручению суда, что свидетельствует об отсутствии у эксперта заинтересованности в результате экспертизы. Эксперт был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Экспертное заключение в указанной части отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, является мотивированным, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. В ходе рассмотрения дела экспертное заключение сторонами не оспорено.

Экспертное заключение ООО «Центр оценки» № 30/05-17 от 19 мая 2017 года, представленное стороной истца, не принимается судом в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку экспертиза была проведена на основании договора, заключенного с истцом. Эксперт не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В разъяснениях п. 11, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В соответствии с Инструкцией о проведении учета жилищного фонда Российской Федерации, утвержденной приказом Минземстроя России от 4 августа 1998 г. N 37, домовладением признается жилой дом и обслуживающие его строения и сооружения, находящиеся на обособленном земельном участке.

В соответствии с положениями п.1 ст.131 ГК РФ, право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Исходя из смысла и содержания приведенных выше норм, субъектом права на возмещение вреда является собственник (или иной титульный, то есть, законный владелец), который должен доказать незаконность действий лица, нарушившего его право, а также объем нарушенного права.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств принадлежности ей на момент пожара на праве собственности либо ином законном праве реконструированного жилого дома с пристройкой, бани и сарая-склада, входящих в состав домовладения.

Документов, подтверждающих факт создания истцом объектов недвижимости, с учетом технических характеристик на момент пожара, получение необходимой разрешительной технической документации, суду не представлено.

С учетом изложенного, суд полагает возможным взыскать в пользу истца стоимость восстановительного ремонта, с учетом характеристик домовладения по данным технического паспорта и сведений из ЕГРН, а именно: жилой дом, размером 6,2 м*9,8 м – 314 117 руб. 50 коп.; пристройка к основному строению, размером 6,2 м*3,6 м – 113 777 руб. 31 коп., пристройка к основному строению, размером 3,8 м*3,6 м – 35 384 руб. 67 коп., инженерные сети жилого дома и пристройки – 93 961 руб. 35 коп.

Как установлено судом и не оспаривалось истцом, сарай, размером 6,6 м* 11,0 м + 1,8 * 2,5 м, сарай размером 4,0 м* 2,5 м, сарай размером 4,2 м * 3,2 м на момент пожара были снесены. Таким образом, оснований для взыскания их стоимости в пользу истца суд не усматривает.

Истцом также представлен список имущества, находившегося в бане, жилом доме, сарае-складе, подвале, растений, ветеринарных препаратов, бытовой техники, садового и огородного инструмента, сгоревших инструментов, библиотеки, стройматериалов, которые были уничтожены в результате пожара. В подтверждение стоимости имущества истцом представлены фотографии и скриншоты из интернета со сведениями о стоимости имущества, обладающего примерно такими же характеристиками, как утраченное в результате пожара.

Также истцом заявлены требования о взыскании ущерба от уничтоженных ювелирных изделий в общей сумме 500 000 рублей, без указания конкретного списка изделий, и сгоревший одежды и обуви в общей сумме 700 000 рублей, без указания списка предметов.

Исходя из предмета доказывания и характера заявленных требований, при определении размера ущерба, причиненного истцу в результате пожара имеющими значение для дела, обстоятельствами являются - принадлежность указанного в исковом заявлении имущества истцу, гибель данного имущества в результате пожара и стоимость этого имущества.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, в том числе показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №5, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказан факт принадлежности ей указанного выше имущества, а также его гибели при пожаре в указанном объеме.

Также истцом не представлены доказательства несения расходов по восстановлению сгоревших документов на сумму 20 000 рублей.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в указанной части.

Таким образом, в пользу ФИО8 с ответчика АО «АтомЭнергоСбыт» подлежит взысканию сумма ущерба в размере 557 240 рублей 83 коп.

Согласно ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 г. № 2300-1 моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии с п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

В ходе судебного заседания установлен факт нарушения прав истца, как потребителя, в связи с чем, с учетом конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, характера причиненных нравственных и физических страданий, суд полагает возможным взыскать с ответчика АО «АТОМЭНЕРГОСБЫТ» в пользу истца в счет компенсации морального вреда 5000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с подп. 4 п. 2 и п. 3 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о защите прав потребителей, если цена иска не превышает 1 000 000 руб.

В соответствии со статьями 88 и 94 ГПК РФ расходы на оплату услуг представителя, по уплате госпошлины, а также иные расходы, необходимые для восстановления нарушенного права истца, отнесены к судебным расходам.

Доказательств несения истцом издержек в размере 8500 рублей суду не представлено, в связи с чем не имеется оснований для их взыскания с ответчика.

Истцом понесены расходы по оплате судебной экспертизы в размере 98 000 рублей, а также расходы по оплате госпошлины в сумме 60 000 рублей.

Указанные расходы понесены истцом в связи с необходимостью обращения в суд для восстановления нарушенного права и подлежат взысканию с ответчика. Исходя из процента удовлетворенной части требований (2,20%) в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату судебной экспертизы в размере 2156 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 1320 рублей.

Как следует из ходатайства ООО Группа Компаний «Эксперт» обязанность по оплате дополнительной судебной экспертизы истцом не исполнена, в связи с чем экспертное учреждение просит взыскать расходы по проведению судебной экспертизы в размере 9000 рублей. Указанная сумма подлежит взысканию в пользу экспертного учреждения, с ответчика АО «АТОМЭНЕРГОСБЫТ» в сумме 198 рублей и с истца пропорционально размеру требований, в удовлетворении которых отказано, - 8802 рубля.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО8 к ПАО «МРСК ЦЕНТРА», АО «АТОМЭНЕРГОСБЫТ» о взыскании ущерба, причиненного пожаром, издержек, компенсации морального вреда, расходов по уплате государственной пошлины – удовлетворить частично.

Взыскать с АО «АТОМЭНЕРГОСБЫТ» в пользу ФИО8 сумму ущерба в размере 557 240 рублей 83 коп., компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, расходы на оплату судебной экспертизы в размере 2156 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 1320 рублей.

В остальной части требований, а также в иске к ПАО «МРСК ЦЕНТРА» – отказать.

Взыскать с АО «АТОМЭНЕРГОСБЫТ» в пользу ООО Группа Компаний «ЭКСПЕРТ» расходы за проведение дополнительной экспертизы в размере 198 рублей.

Взыскать с ФИО8 в пользу ООО Группа Компаний «ЭКСПЕРТ» расходы за проведение дополнительной экспертизы в размере 8802 рубля.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Центральный районный суд г. Твери в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Ю.Ю. Солдатова

Решение в окончательной форме изготовлено 30 мая 2019 года

Председательствующий Ю.Ю. Солдатова