Апелляционное определение № 33-16748/2026 от 19 апреля 2026 г.

Судья: ШМВ

Дело <данные изъяты>

УИД <данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 20 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Литвиновой М.А.,

судей: Баринова С.Н., Горячевой М.Н.,

при ведении протокола секретарем Григоренко И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по иску МДБ, МРИ к администрации городского округа <данные изъяты> о признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма, обязаниии предоставить жилое помещение по договору социального найма,

по апелляционной жалобе администрации городского округа Люберецкого городского суда Московской области от <данные изъяты>,

заслушав доклад судьи Литвиновой М.А.,

установила:

МДБРИ. обратились в суд с иском к администрации муниципального образования г.о. <данные изъяты> (администрация городского округа <данные изъяты>) о признании права пользовании жилым помещением – двумя комнатами жилой площадью 31,2 кв.м., общей площадью 56,8 кв.м. в <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, на условиях договора социального найма, обязании предоставить в связи с выселением из аварийного дома жилое помещение на условиях договора социального найма.

В обоснование заявленных требований указали, что в 1992 г. их семья (супруги МДБРИ три дочери) в связи с карабахским конфликтом вынуждена была оставить место постоянного проживания в Нагорном Карабахе и выехать в Российскую Федерацию.В августе 1992 г. статус беженца получила истица МДБ с тремя дочерьми, а в ноябре 1992 г. – истец МРИ После получения статуса беженцев семья зарегистрировалась на площади родного младшего брата истца МДБ – МКБ по адресу: <данные изъяты>. В сентябре 1992 г. МДБ была принята на работу на должность воспитателя в Томилинскую школу-интернат <данные изъяты>. Руководством школы ей и членам ее семьи было разрешено проживание в помещении «изолятора» школы. <данные изъяты> МДБ была переведена на работу в ГБОУ <данные изъяты> - санаторно-лесную школу <данные изъяты> также на должность воспитателя. В июне 1996 г. руководством санаторно-лесной школы <данные изъяты> истцу МДБ с семьей из 4-х человек (муж, три дочери: Диана, Кристина, Яна) были предоставлены для проживания две комнаты жилой площадью 31,2 кв.м., общей площадью 56,8 кв.м. в трехкомнатной <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, на основании договора, заключенного между МДБ, с одной стороны, и директором санаторно-лесной школы <данные изъяты> ВВИ, с другой стороны. По условиям данного договора на МДБ была возложена обязанность по оплате коммунальных платежей (отопление, вода, газ, радио и т.д.) по действующим тарифам. На основании данного договора на имя МДБ был открыт финансово-лицевой счет <данные изъяты>. В последующем ежегодно заключались аналогичные договоры. Срок проживания в договорах указывался: до конца года или до увольнения. Последний договор был заключен <данные изъяты>, в нем срок проживании дополнен – до «иных форсмажорных обстоятельств». <данные изъяты> ГБОУ <данные изъяты> - санаторно-лесная школа <данные изъяты> была переименована в ГБОУ санаторно-лесную школу <данные изъяты> Департамента социальной защиты <данные изъяты>. <данные изъяты> МДБ была уволена по сокращению штата работников организации (п.2 ч. 1 ст.81 ТК РФ), однако истцы продолжили проживать на спорной площади: вначале с дочерьми, а с 2011 г. – вдвоем. Оплату за пользование жилым помещением после 2013 г. производили на основании финансово-лицевого счет <данные изъяты>, открытого на имя МДБ <данные изъяты> в доме по адресу: <данные изъяты> произошел пожар, половина дома выгорела полностью, часть дома, в которой находится спорная квартира, также пострадала, но за неимением другой площади истцы продолжили проживание в ней. <данные изъяты> в доме были отключены все коммуникации, и проживание в нем стало невозможно. Сотрудники, отключившие коммуникации, сообщили, что дом признан непригодным для проживания. Истцы вынуждены были выехать и проживают у дочерей, родственников, при этом оплату за пользование спорной площадью продолжают производить. Постановлением администрации г.о. <данные изъяты> от <данные изъяты><данные изъяты>-ПА многоквартирный дом по адресу: <данные изъяты> признан аварийным и подлежащим сносу. Истцы являются беженцами. МРИ имеет инвалидность, получает пенсию по старости и инвалидности, общий его доход составляет 25 101,29 руб. Размер пенсии по старости, получаемой МДБ, составляет 27 727,35 руб. Никаких иных доходов семья не имеет. Никакой другой жилплощади супруги МРИ и Д.Б. не имеют. Истцы считают, что как лица, занимающие спорную жилплощадь на условиях договора социального найма, они имеют право на предоставление равнозначного жилого помещения в связи с выселением из подлежащего сносу аварийного дома также на условиях социального найма.

В судебное заседание истцы МРИ, Д.Б. не явились, извещены.

Представитель истцов по доверенности ГГВ исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить.

Представитель ответчика администрации г.о. <данные изъяты> исковые требования не признал, просил в иске отказать по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Представители 3-х лиц: администрации <данные изъяты>, Управления Росреестра по <данные изъяты> в судебное заседание не явились, извещены.

Представители 3-х лиц: ГБУ г. Москвы «Московский городской центр реабилитации», Департамента труда и социальной защиты населения г. Москвы, Департамента образования и науки г. Москвы в судебное заседание не явились, извещены, предоставили пояснения относительно перехода прав собственности на спорное жилое помещение, из которых следует, что жилой <данные изъяты>, расположенный по адресу: <данные изъяты>, является муниципальной собственностью г.о. Люберцы, решение вопроса оставили на усмотрение суда.

Решением Люберецкого городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> исковые требования удовлетворены. Суд признал за МДБ, МРИ право пользования двумя комнатами жилой площадью 31,2 кв.м., общей площадью 56,8 кв.м. в <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, на условиях договора социального найма; возложил обязанность на ответчика в связи с признанием многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу предоставить МДБ, МРИ другое благоустроенное помещение по договору социального найма, равнозначное по общей площади ранее занимаемому помещению.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить, указав на его незаконность и необоснованность по доводам апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда с учетом следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В силу норм ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Согласно ч. 1 ст. 328 ГПК РФ по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобу, представление без удовлетворения.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что в 1992 г. семья истцов (супруги МДБРИ три дочери) в связи с карабахским конфликтом вынуждена была оставить место постоянного проживания в Нагорном Карабахе и выехать в РФ.

Из справки, выданной председателем исполкома Чайлинского сельского совета 21.08. 1992, усматривается, что <данные изъяты><данные изъяты> было захвачено азербайджанскими агрессорами, принадлежащий МРИ собственный дом сожжен и полностью ограблен. В настоящее время он (МРИ) и его семья являются беженцами.

В августе 1992 г. статус беженца получила МДБ с тремя дочерьми, а в ноябре 1992 г. – МРИ, что подтверждается соответствующими удостоверениями.

После получения статуса беженцев в 1992 г. семья зарегистрировалась по адресу: <данные изъяты>, что подтверждается выпиской из домовой книги.

Как следует из объяснений представителя истца, данная площадь принадлежала родному младшему брата МДБ – МКБ, однако фактически на данную площадь семья истцов не вселялась. После того, как в сентябре 1992 г. МДБ была принята на работу на должность воспитателя в Томилинскую школу-интернат <данные изъяты>, руководством школы ей и членам ее семьи было разрешено проживание в помещении «изолятора» школы, а уже после перевода МДБ в санаторно-лесную школу <данные изъяты>, семье была предоставлена спорная площадь.

Из трудовой книжки МДБ усматривается, что в сентябре 1992 г. МДБ была принята на работу на должность воспитателя в Томилинскую школу-интернат <данные изъяты>.

<данные изъяты> МДБ была переведена на работу в ГБОУ <данные изъяты> - санаторно-лесную школу <данные изъяты> также на должность воспитателя.

В судебном заседании представитель истца пояснила, что в июне 1996г. в связи с трудовыми отношениями между МДБ и ГБОУ <данные изъяты> - санаторно-лесной школой <данные изъяты> семье МДБ, состоящей из 4-х человек (муж –МРИ (истец); три дочери: Диана, Кристина, Яна), было предоставлено спорное жилое помещение.

На основании данного договора на имя МДБ был открыт финансово-лицевой счет <данные изъяты>, по которому производилась соответствующая оплата.

В последующем ежегодно заключались аналогичные договоры.

Срок проживания в договорах указывался: до конца года или до увольнения.

Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах дела копиями договоров за 2004, 2012 г.г., из которых усматривается, что на МДБ была возложена обязанность по оплате коммунальных платежей (отопление, вода, газ, радио и т.д.) по действующим тарифам, плате за электроэнергию по показаниям счетчика в период проживания, а также квитанциями об оплате за коммунальные услуги, начиная с 1996 г., и не отрицаются ответчиком.

Срок проживания в договоре указывался: до конца года или до увольнения. В последнем договоре от <данные изъяты> срок проживания дополнен – до «иных форсмажорных обстоятельств».

Из трудовой книжки МДБ, документов, предоставленных третьими лицами, усматривается, что <данные изъяты> ГБОУ г. Москвы - санаторно-лесная школа <данные изъяты> была переименована в ГБОУ санаторно-лесную школу <данные изъяты> Департамента социальной защиты г. Москвы.

<данные изъяты> МДБ была уволена по сокращению штата работников организации (п.2 ч. 1 ст.81 ТК РФ).

Истцы продолжили проживать в указанном жилом помещении, производили оплату за пользование им, коммунальные услуги на основании финансового-лицевого счета, открытого на имя МДБ, что подтверждается предоставленными стороной истца квитанциями по оплате, справкой на лицевой счет <данные изъяты>, распечаткой по счету за период с 2019 г. (пять лет), справкой об отсутствии задолженности по счету.

Более того, в 2013 г. МДБ были заключены договоры с поставщиками ресурсов: энергоснабжения <данные изъяты> от <данные изъяты>; водоснабжения и водоотведения <данные изъяты> от <данные изъяты>

<данные изъяты> в доме по адресу: <данные изъяты> произошел пожар, в связи с последствиями которого <данные изъяты> в доме были отключены все коммуникации, и проживание в нем стало невозможно.

Постановлением администрации г.о. <данные изъяты> от <данные изъяты><данные изъяты>-ПА многоквартирный дома, расположенный по адресу: <данные изъяты>, признан аварийным и подлежащим сносу.

Указанным постановлением Управлению жилищной политики администрации поручено произвести расселение многоквартирного дома в порядке, предусмотренном действующим законодательством.

Факт проживания истцов в спорном жилом помещении с 1996 г. до момента отключения коммуникаций в мае 2025 г., т.е. т.е. на протяжении почти 30 лет, оплату ими квартплаты и коммунальных услуг по финансово-лицевому счету, открытому на имя МДБ, сторона ответчика не отрицала.

Никаких требований об освобождении спорной жилплощади после увольнения МДБ в мае 2014 г., т.е. на протяжении более 11 лет, к ним не предъявлялось.

Таким образом, суд пришел к выводу, что фактически между истцом МДБ и ГБОУ г. Москвы - санаторно-лесной школой <данные изъяты> сложились отношения по предоставлению жилого помещения на период трудовых отношений.

Распоряжением Департамента жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы <данные изъяты> от <данные изъяты><данные изъяты> передан в муниципальную собственность.

Разрешая настоящий возникший спор, суд первой инстанции руководствовался ст.ст. 60, 67, 85, 86 Жилищного кодекса РФ, ст. 20 Гражданского кодекса РФ, ст. 7 Федерального закона от <данные изъяты> N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса РФ", п. 2 постановления Верховного Совета РФ от <данные изъяты> N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в РФ на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе РФ, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность", разъяснениями, содержащимися в п.п. 11, 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ», и, дав оценку представленным доказательствам в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, принимая во внимание, что факт принадлежности спорного жилого помещения ответчику бесспорно подтверждается также принятием <данные изъяты> администрацией г.о. Люберцы Московской области постановления <данные изъяты>-ПА «О признании многоквартирного дома, расположенного по адресу: <данные изъяты>, аварийным и подлежащим сносу», учитывая, что жилое помещение по спорному адресу, ранее предоставленное истцам, как служебное, в связи с трудовыми отношениями с государственным образовательным учреждением, на данный момент передано в муниципальную собственность, пришел к выводу, что к отношениям по пользованию спорным помещением правомерным является применение норм Жилищного Кодекса РФ о договоре социального найма.

В указанной связи, оценив собранные по делу доказательства, суд пришел к выводу о том, что истцы приобрели право пользования жилым помещением на условиях договора социального найма.

В связи с изложенным суд признал несостоятельными доводы ответчика о том, что право пользования спорной жилой площадью на условиях договора социального найма истцы не приобрели, поскольку в установленном законом порядке жилая площадь на данных условиях им предоставлена не была.

Вместе с тем, суд принял во внимание, что сам по себе факт регистрации истцов по адресам родственников в период проживания в спорной квартире не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Суд указал, что в данном случае, будучи зарегистрированными по вышеуказанным адресам, истцы ни по одному из мест регистрации никогда не вселялись и с 1996 г. постоянно проживали по спорному адресу, несли все права и обязанности нанимателей указанного жилого помещения. Членами семьи собственников жилых помещений по месту регистрации не являлись и не являются, доказательств обратному не представлено.

Таким образом, принимая во внимание, что жилое помещение, занимаемое истцами на условиях договора социального найма, признано аварийным и подлежащим сносу, очередниками на улучшение жилищных условии семья истцов не является, суд сделал вывод о том, что в связи с выселением из признанного аварийным жилого дома истцам должно быть предоставлено в соответствии с требованиями закона другое жилое помещение по договору социального найма, благоустроенное применительно к условиям соответствующего населенного пункта, равнозначное по общей площади ранее занимаемому жилому помещению, отвечающее установленным требованиям, находящееся в границах данного населенного пункта.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на правильно установленных фактических обстоятельствах дела, верной оценке собранных по делу доказательств и правильно примененных нормах материального права.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованности выводов суда о том, что истцы занимали спорное жилое помещение на условиях социального найма, судебная коллегия отклоняет, как направленные на переоценку выводов суда, с которыми судебная коллегия соглашается.

Апелляционная жалоба не содержит доводов, влияющих на правильность принятого судом решения, и указывающих на обстоятельства, которые могли бы вовлечь безусловную отмену решения суда.

Таким образом, при рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, а поэтому оснований к отмене решения суда не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 199, 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Люберецкого городского суда Московской области от <данные изъяты> оставить без изменения, апелляционную жалобу администрации муниципального образования городского округа <данные изъяты> – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <данные изъяты>.

Председательствующий

Судьи