Решение № 03800/2023 2-4483/2023 2-519/2024 2-519/2024(2-4483/2023;)~03800/2023 от 29 июля 2024 г. по делу № 03800/2023

УИД 56RS0042-01-2023-006158-33

дело № 2-519/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 июля 2024 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Илясовой Т.В.,

при секретаре Литовченко Е.А.,

с участием помощника прокурора Центрального района г. Оренбурга Пивоваровой О.К., представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Газпром страхование» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда и штрафа,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ООО СК «Газпром страхование», указав, что 28.06.2019 года между ФИО3 и ООО СК «ВТБ Страхование» был заключен договор страхования жизни и от несчастных случаев № по программе «Оптима» сроком страхования с 29.06.2019 года по 28.06.2024 года. Страховыми рисками по договору являются, в том числе «наступление смерти в результате несчастного случая и болезни». Страховая сумма по договору определена в размере 376114,70 рублей.

В период действия договора страхования наступил страховой случай, а именно смерть ФИО3 16.02.2020 года.

Являясь наследником застрахованного лица, 16.06.2020 года она обратилась к страховщику в рамках договора добровольного страхования с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения.

19.11.2020 года страховщиком отказано в выплате страхового возмещения ввиду того, что в соответствии с правилами страхования у страховщика не наступила обязанность по осуществлению страхового возмещения, при наличии исключения из страхового покрытия (пункт 4.5 Правил).

Полагает, что отказ ответчика в страховой выплате является неправомерным, поскольку заболевание, от которого наступила смерть ее супруга, была выявлена в период страхования, в связи с чем ответчик при наступлении страхового случая обязан произвести страховую выплату.

Решением финансового уполномоченного от 24.10.2023 года № У-23-104150/8020-003 производство по ее обращению прекращено.

Уточнив заявленные требования в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец просит суд взыскать в ее пользу с ответчика страховое возмещение в размере 376 114,70 рублей, штраф в размере 50 % от присужденной судом суммы, почтовые расходы в размере 300 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 40000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен Банк ВТБ (ПАО).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании заявленные требования подержал с учетом их уточнения, пояснив, что по результатам судебной экспертизы установлено, что впервые заболевание, явившееся причиной смерти ФИО3, было диагностировано в период страхования. При этом, указанное заболевание не поименовано в правилах страхование в качестве исключения из страхового покрытия, в связи с чем страховая компания необоснованно отказала его доверителю в признании наступившего события страховым случаем и выплате страхового возмещения. Просил заявленные требования удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Страховая компания «Газпром страхование» в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Ранее в представленном отзыве просили в иске отказать, а в случае удовлетворения требований применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представитель третьего лица Банка ВТБ (ПАО), а также привлеченный к участию в дело в качестве заинтересованного лица финансовый уполномоченный по правам потребителей страховых услуг в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного заседания надлежащим образом.

Выслушав пояснения представителя истца, заключение прокурора, полагавшего, что иск ФИО1 подлежит удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему выводу.

Пунктом 1 статьи 2 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее - Закон № 4015-I) установлено, что страхование - это отношения по защите интересов физических и юридических лиц при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий, а также за счет иных средств страховщиков.

Согласно пункту 2 статьи 4 Закона № 4015-I объектами страхования от несчастных случаев и болезней могут быть имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью граждан, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни.

В соответствии со статьей 9 вышеуказанного закона страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату.

Следовательно, содержанием отношений по страхованию является защита имущественных интересов застрахованного путем выплаты страхового возмещения при наступлении предусмотренного договором события - страхового случая.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом и добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая).

Таким образом, по договору личного страхования страхуются интересы, связанные с событиями, причиняющими вред личности.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что стороны договора добровольного личного страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны таковыми.

В соответствии со статьей 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

При заключении договора страхования страхователь и страховщик могут договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования и о дополнении правил.

Судом установлено, что 28.06.2019 года между ФИО3 и Банком ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор №, согласно которому заемщику были предоставлены денежные средства в размере 376114,70 рублей на срок 60 месяцев, то есть до 28.06.2024 года с уплатой за пользование кредитом процентов в размере 12,5% годовых в случае осуществления заемщиком страхования жизни и здоровья, или 18 % годовых при его отсутствии.

28.06.2019 года между ФИО3 и ООО СК «ВТБ Страхование» был заключен договор страхования жизни и от несчастных случаев № по программе «Оптима», сроком страхования с 29.06.2019 года по 28.06.2024 года.

В подтверждение заключения договора страхования выдан полис страхования № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что данный договор заключен в соответствии с особыми условиями страхования по страховому продукту «Финансовый резерв», по программе «Финансовый резерв Профи».

Страховыми рисками по договору являются, в том числе «наступление смерти в результате несчастного случая и болезни».

Страховая сумма по договору определена в размере 376114,70 рублей, размер страховой премии составляет 54161 рубль и выплачивается единовременно, но не позднее даты выдачи полиса страхователю.

Обстоятельства уплаты страховой премии при выдаче полиса страхования сторонами по делу не оспаривалось.

Согласно пункту 3.1 особых условий объектом страхования по договору являются не противоречащие законодательству имущественные интересы застрахованного, связанные с причинением вреда его здоровью, а также с его смертью в результате несчастного случая или болезни.

Выгодоприобретателем по договору является застрахованный, а в случае его смерти - наследники.

Как установлено судом, 16.02.2020 года, то есть в период действия договора страхования ФИО3 умер, о чем 18.03.2020 года выдано свидетельство о смерти серии II-PA №.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти от ДД.ММ.ГГГГ серии 53421119 № смерть ФИО3 наступила результате болезни, вызванной № с проявлениями микобактериальной инфекции.

После погашения задолженности по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № согласно справке Банка ВТБ (ПАО) истец ФИО1, что в соответствии со статьей 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, свидетельствует о фактическом принятии истцом как наследником первой очереди наследства после смерти заемщика ФИО3, истец 16.06.2020 года обратилась к страховщику с заявлением о наступлении страхового случая.

Страховщиком отказано в страховой выплата со ссылкой на то обстоятельство, что в соответствии с пунктами 4.5, 4.7.2 условий страхования смерть, наступившая в результате заболевания, передающегося половым путем, в том числе №, не относится к страховому случаю.

Направленная истцом претензия также оставлена ответчиком без удовлетворения.

Решением финансового уполномоченного от 24.10.2023 года № У-23-104150/8020-003 производство по обращению истца прекращено.

Между тем, обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец ссылается на то обстоятельство, что на момент заключения договора добровольного страхования ФИО3 не было известно о наличии заболевания, приведшего к его смерти. До заключения договора страхования такое заболевание, как №, ему не диагностировалось.

Исходя из приведенных выше норм закона, при рассмотрении дел по спорам о взыскании страхового возмещения выгодоприобретатель доказывает факт наступления страхового случая, страховщик - наличие оснований для освобождения его от обязанности произвести страховую выплату.

Таким образом, проверяя доводы истца, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 4.1 особых условий страхования по страховому продукту «Финансовый резерв» (далее – особые условия) страховым риском по договору страхования является предполагаемое событие, на случай наступления которого заключается договор страхования, обладающее признаками вероятности и случайности.

Страховым случаем в силу пункта 4.2 указанных условий признается в том числе смерть застрахованного лица в результате несчастного случая или болезни (подпункт 4.2.1).

В соответствии с разделом вторым особых условий страхования под болезнью (заболеванием) понимается установленный медицинским учреждением диагноз на основании определения существа и особенностей отклонения состояния здоровья застрахованного от нормального после проведения его всестороннего исследования, впервые диагностированный врачом после вступления договора страхования в силу.

Согласно пункту 4.3 особых условий события, предусмотренные пунктами 4.2.1, 4.2.2 особых условий и явившиеся следствием несчастного случая или болезни, произошедших в период действия договора страхования, также признаются страховыми случаями, если они наступили в течение одного календарного года со дня наступления несчастного случая или болезни, вне зависимости от того, истек период страхования по договору страхования на момент наступления страхового события или нет.

При этом, пунктом 4.5 особых условий предусмотрено, что события, указанные в пункте 4.2.1 – 4.2.4, 4.2.6 особых условий, не признаются страховыми, если они произошли в результате обстоятельств, предусмотренных настоящим пунктом: совершения или попытки совершения страхователем, застрахованным или выгодоприобретателем умышленного преступления, находящегося в прямой причинно-следственной связи со страховым случаем; алкогольного, наркотического или токсического опьянения и/или отравления застрахованного, либо токсического или наркотического опьянения и/или отравления застрахованного в результате добровольного применения им наркотических, токсических, сильнодействующих и психотропных веществ без предписания врача; любых иных умышленных действий страхователя, застрахованного лица или выгодоприобретателя по договору страхования, направленных на наступление страхового случая; любых повреждений здоровья, вызванных радиационным облучением или наступивших в результате использования ядерной энергии; причин, прямо или косвенного вызванных психическим заболеванием застрахованного, параличей, эпилептических припадков, если они не являлись следствием несчастного случая; венерических заболеваний; управления застрахованным лицом любым транспортным средством без права управления либо в состоянии алкогольного или наркотического опьянения либо передачи застрахованным управления лицу, не имевшему права на управление транспортным средством или находившемуся в состоянии алкогольного или наркотического опьянения; лечения заболеваний или последствий несчастного случая, имевших место до начала или после окончания периода действия договора страхования; участия в любых авиационных перелетах, за исключением полетов в качестве пассажира авиарейса, лицензированного для перевозки пассажиров и управляемого пилотом, имеющим соответствующий сертификат, а также непосредственного участия военных маневрах, учениях, испытания военной техники или иных подобных операций в качестве военнослужащего либо гражданского служащего.

Также в соответствии с пунктом 4.6 особых условий, события, указанные в пунктах 4.2.1 - 4.2.4, 4.2.6, не являются страховыми, если они произошли в период нахождения застрахованного в местах лишения свободы.

В силу пункта 4.10 особых условий в дополнение к пунктам 4.5 – 4.9 особых условий не являются страховыми случаями события, указанные в пунктах 4.2.1 – 4.2.6 особых условий, если на дату вступления в силу страхования застрахованный по программе «Финансовый резерв Профи»: состоял на учете в наркологическом и/или психоневрологическом диспансере; являлся инвалидом или подавал документы на установление инвалидности; страдал от онкологического заболевания, сахарным диабетом, заболеваниями, вызванными воздействием радиации, сердечными заболеваниями, а именно перенесенными в прошлом (до даты заключения договора страхования): инфаркт миокарда (включая установление диагноза «ишемическая болезнь сердца»), инсульт – острое нарушение мозгового кровообращения, инфаркт головного мозга, атеросклероз сосудов головного мозга; был осведомлен о том, что является носителем ВИЧ-инфекции или имеет иные заболевания, связанные с вирусом иммунодефицита человека; находился в течение последних шести месяцев на стационарном лечении по поводу вышеуказанных заболеваний.

Как следует из медицинской стоматологической карты на имя ФИО4, последний обращался на прием к врачу 14.08.2018, 26.06.2018 года с жалобами на ноющую боль в области верхней челюсти слева, наличие разрушенного зуба на верхней челюсти слева. При приеме отрицал наличие туберкулеза, вирусного гепатита, ВИЧ. Более карта записей не содержит.

Из медицинской амбулаторной карты № №, усматривается, что последний обратился в медицинское учреждение 30.12.2019 года с повышением температуры тела, который заболел около месяца назад, по результатам анализа тест на №. Выставлен диагноз №, стадия вторичных заболеваний - №, фаза прогрессирования в отсутствие №. Вероятный путь передачи № парентеральный. Ориентированный срок инифицирования 2009. Источник не установлен. ДД.ММ.ГГГГ госпитализирован в №» с лихорадкой неясной этиологии. ДД.ММ.ГГГГ переведен в ГБУЗ «№» диагнозом №.

Сведений о том, что ФИО3 до 30.12.2019 года диагностировался № медицинская документация не содержит.

Из медицинской карты и истории болезни № № следует, что ФИО3 до 14.01.2020 года в туберкулёзном диспансере на учете не состоял и не лечение не проходил. ДД.ММ.ГГГГ его поступление первичное.

Из медицинской карты № стационарного больного №, также усматривается, что первичный прием ФИО3 произведен 04.01.2020 года.

С учетом пояснений истца, а также данных медицинской документации, учитывая, что страховщик отрицал факт наступления страхового случая, то юридически значимым обстоятельством, подлежавшим установлению по делу, является определение заболевания, явившееся причиной смерти ФИО3, момент его диагностирования впервые, а также является ли заболевание, ставшее причиной смерти, исключением, предусмотренным пунктом 4.5 особых условий.

В целях установления вышеуказанных обстоятельств, определением суда от 05.03.2024 года была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено эксперту №» ФИО8 Также при проведении экспертизы судом по ходатайству эксперта ФИО8 в состав экспертной комиссии привлечен врач-инфекционист ФИО9

Согласно выводам экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ № причиной наступления смерти ФИО3 явилось заболевание № с развитием в качестве вторичного заболевания генерализованного туберкулеза, прогрессирование которого вызвало его смерть 16.02.2020 года. Экспертами также указано, что согласно представленным медицинским документам, заболевание, явившееся причиной смерти ФИО3, было впервые диагностировано врачом в установленном законом порядке 30.12.2019 года.

При ответе на вопрос, является ли заболевание, явившееся причиной наступления смерти ФИО3, № заболеванием, эксперты указали, что № - это хроническое инфекционное заболевание, медленно прогрессирующее и характеризующееся поражением № с развитием синдрома приобретенного иммунного №), когда из-за ослабленной иммунной системы человек становиться беззащитным перед любыми инфекциями. Заболевание, явившееся причиной наступления смерти ФИО3 16.02.2020 года, не является венерическим.

Заключение экспертов №» соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Экспертиза проведена в соответствии со статьями 79 - 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение мотивировано, обосновано ссылками на методические руководства и специальную литературу.

Какие-либо обоснованные доводы и возражения по заключению судебной экспертизы №» сторонами суду не представлено. Надлежащих доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, не имеется.

Таким образом, оценивая всю совокупность доказательств, представленных сторонами и исследованных в судебном заседании в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным принять в качестве доказательства экспертное заключение экспертов №». Оснований для назначения повторной либо дополнительной экспертизы не имеется.

Принимая во внимание представленные медицинские документы, в которых отсутствуют сведения о диагностировании ФИО3 ранее 30.12.2019 года диагноза №, выводы судебно-медицинской экспертизы, суд приходит к выводу о том, что причиной смерти ФИО3 является заболевание, которое впервые было диагностировано застрахованному лицу 30.12.2019 года, то есть после заключения договора страхования, что соответствует термину болезнь (заболевание), установленному разделом 2 особых условий.

При этом, указанное заболевание не относится к тем заболеваниям, которые в силу подпункта 4.5.6 особых условий исключают возможность признания наступившего события страховым случаем.

Ссылки же ответчика на подпункт 4.7.2 особых условий, предусматривающий исключение из страхового покрытия событий, произошедших в результате заболеваний, передающихся половым путем, в том числе №, как на основание для отказа в признании вышеуказанного события страховым случаем, суд признает необоснованными, поскольку в силу пункта 4.7 особых условий, данные исключения распространяются на события, указанные в пунктах 4.2.3 – 4.2.4 особых условий, к которым событие «смерть в результате несчастного случая и болезни» (пункт 4.2.1) не относится.

Доказательств того, что смерть застрахованного ФИО3 наступила в результате иных обстоятельств, перечисленных в пункте 4.5 особых условий, в материалы дела ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Также, согласно пункту 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из Обзора практики рассмотрения судами споров, возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019 года, сообщение заведомо недостоверных сведений о состоянии здоровья застрахованного при заключении договора добровольного личного страхования является основанием для отказа в выплате страхового возмещения, а также для признания такого договора недействительным, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в части 1 статьи 944 данного Кодекса. При этом страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных частью 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть 3 статьи 944 настоящего Кодекса). Однако для этого необходимо, чтобы заболевание, в связи с которым наступил страховой случай, было получено до заключения договора.

Как следует из условий стархования по программе «Профи» на страхование принимаются лица осведомленные о том, что они являются носителями ВИЧ-инфекции, имеющие иные заболевания, связанные с вирусом иммунодефицита человека, но если будет установлено, что договор страхования заключен в пользу лица, указанного в пункте 3.2 Особых условий, без согласия страховщика, страховщик праве потребовать признания договора страхования недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из полиса добровольного страхования усматривается, что при заключении договора страхования ФИО3 подтвердил страховщику, что не осведомлен о том, что на дату заключения договора страхования является носителем № и не имеет иных заболеваний, связанных с вирусом иммунодефицита человека.

Как указано выше, впервые указанное заболевание диагностировано застрахованному лицу 30.12.2019 года, иного медицинские документы не содержат.

Доказательств того, что о наличии заболевания, повлекшего смерть застрахованного лица, последнему было известно до заключения договора страхования, и он умышленно скрыл данную информацию от страховщика, суду не представлено.

Также основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены также статьями 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 964 указанного Кодекса, если законом или договором страхования не предусмотрено иное, страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения и страховой суммы, когда страховой случай наступил вследствие: воздействия ядерного взрыва, радиации или радиоактивного заражения; военных действий, а также маневров или иных военных мероприятий; гражданской войны, народных волнений всякого рода или забастовок.

Доказательств наличия таких обстоятельств, дающих основания для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, в материалы дела ответчиком не представлено.

Руководствуясь приведенными выше нормами закона и разъяснениями по их применению, исходя из выводов судебной экспертизы о том, что причиной смерти ФИО3 явилось заболевание, диагностированное впервые в период действия договора страхования, о котором последний не мог знать при заключении договора страхования, как и сообщить об этом страховщику, а указание при выявлении данного заболевания ориентировочного срока инфицирования в 2009 году не подтверждается медицинскими исследованиями (анализами) и документацией, и не свидетельствует об умысле клиента на сообщение заведомо ложных сведений с учетом впервые выставленного диагноза, исходя из согласованных сторонами правил страхования, суд приходит к выводу о том, что заявленное истцом событие – смерть ФИО3 16.02.2020 года в результате заболевания является страховым случаем по заключенному между ним и ООО СК «Газпром страхование» (ранее - ООО СК «ВТБ Страхование») договору личного страхования от 28.06.2019 года, а ответ страховщика об обратном противоречит условиям заключенного с ФИО3 договора.

Поскольку оснований для освобождения страховой компании от выплаты страхового возмещения ФИО1, как наследнику умершего застрахованного лица, в связи с наступлением страхового случая не имеется, доказательств того, что договор страхования является недействительным ввиду сообщения застрахованным лицом страховщику заведомо ложных сведений в соответствии со статьей 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду не представлено и о признании данного договора недействительным страховщиком при разрешении настоящего спора не заявлено, то отказ страховой компании в признании вышеуказанного события страховым случаем и выплате страхового возмещения его наследнику является необоснованным, а требования ФИО1 о взыскании с ответчика страхового возмещения в связи с наступлением страхового случая по факту смерти застрахованного лица ФИО3 подлежат удовлетворению.

В связи с чем суд взыскивает с ответчика ООО «Страховая компания «Газпром страхование» в пользу истца невыплаченное страховое возмещение в размере 376114,70 рубля.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда и штрафа, предусмотренных Законом о защите прав потребителей, суд приходит к следующему.

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства установлено нарушение прав истца страховой компанией ввиду невыплаты в установленные договором сроки страхового возмещения по наступившему страховому случаю, суд приходит к выводу, что требования ФИО1, как потребителя страховых услуг, о взыскании компенсации морального вреда с ответчика подлежат частичному удовлетворению в размере 10000 рублей, который отвечает требованиям разумности и справедливости.

Согласно части 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

По смыслу вышеприведенной нормы материального права основанием для применения данной штрафной санкции является неисполнение ответчиком в добровольном порядке тех требований потребителя, которые были предъявлены ему до обращения в суд, которые могли и должны были быть исполнены ответчиком в силу закона.

Таким образом, в пользу ФИО1 со страховой компании подлежит взысканию штраф в размере 238057,35 рублей, из расчета: (376 114,70 рублей + 10 000 рублей) х 50%.

При этом оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшения размера взыскиваемого штрафа суд не усматривает.

Так, в силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Поскольку штраф, предусмотренной статьей 13 Закона о защите прав потребителей, является мерой гражданско-правой ответственности, то есть одной из разновидности неустойки, то вышеуказанные положения закона также применимы к нему.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 года № 263-О), предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Положения пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат не право, а обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Вопрос о наличии или отсутствии оснований для применения указанной нормы суд решает с учетом представленных доказательств и конкретных обстоятельств дела.

На это же обстоятельство неоднократно обращал внимание и Верховный Суд Российской Федерации, отмечая, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно лишь в исключительных случаях, по заявлению ответчика с указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера штрафа является допустимым и бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75).

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое уменьшение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

При этом уменьшение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, в частности с потребителями финансовых услуг, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.

Таким образом, обстоятельства, которые могут служить основанием для уменьшения размера неустойки, имеют существенное значение для дела и должны быть поставлены судом на обсуждение сторон, установлены, оценены и указаны в судебных постановлениях (часть 2 статьи 56, статья 195, часть 1 статьи 196, часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценивая обстоятельства рассматриваемого дела, а также принимая во внимание, что страховщиком обязательства по выплате страхового возмещения в связи с наступлением смерти застрахованного лица в период действия договора страхования не исполнены, при этом последний не был лишен возможности на основании медицинской документации определить момент диагностирования заболевания, и тем самым признать наступление страхового случая, что подтверждено также результатами судебной экспертизы, то суд не усматривает оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера штрафа.

В силу части 1 статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (статья 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Истец понес расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей, что подтверждается договором об оказании юридических услуг от 05.07.2023 года.

Из договора следует, что исполнитель обязуется оказать следующие юридические услуги: ознакомление с документами, консультирование заказчика, подготовка досудебной претензии, искового заявления, составление иных процессуальных документов, представление интересов заказчика в судебных заседаниях, получение копии решения суда и исполнительного листа.

Таким образом, исходя из объема работы, проделанной представителем истца, по изучению представленных документов, подготовке искового заявления, уточненного иска, представлению интересов истца судебных заседаниях, их продолжительность, учитывая характер спора и его сложность, с учетом принципа разумности и справедливости суд считает необходимым определить размер расходов на оказание юридической помощи и подлежащих компенсации истцу в размере 25 000 рублей. При этом оснований для снижения заявленных расходов в большем размере с учетом их чрезмерности, о чем не заявлено со стороны ответчика, суд не усматривает.

Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей.

Также в связи с обращением в суд истец была вынуждена понести почтовые расходы на сумму 300 рублей, которые суд находит обоснованными и связанными с рассмотрением данного дела и подлежащими возмещению истца с ответчика в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 -198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Газпром страхование» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда и штрафа удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Газпром страхование», №, в пользу ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, паспорт №, страховое возмещение в размере 376114,70 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, штраф в размере 238057,35 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Газпром страхование» в пользу ФИО1 в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя 25000 рублей, почтовые расходы в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья подпись Т.В. Илясова

В окончательной форме решение принято 06 августа 2024 года.

Судья подпись Т.В. Илясова