Апелляционное определение № 33-1084/2025 от 2 декабря 2025 г.

СудьяКаманина Н.П. Дело№33-1084/2025

Номер дела в суде первой инстанции № 2-123/2024

УИД 37RS0022-01-2023-002024-02


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

3 декабря 2025 года городИваново

Судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда в составе:

председательствующего судьи Хрящевой А.А.,

судей Тимофеевой Т.А., Дорофеевой М.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Орловой В.О.,

с участием прокурора Пуховой И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Хрящевой А.А.

дело по апелляционным жалобам ФИО1, Областного бюджетного учреждения здравоохранения «Ивановская областная клиническая больница», Областного бюджетного учреждения здравоохранения «Кинешемская центральная районная больница» на решение Фрунзенского районного суда г. Иваново от 12 ноября 2024 года по исковому заявлению ФИО1 к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Ивановская областная клиническая больница», Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Кинешемская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница», ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что ФИО1 является сыном ФИО11 В связи с <данные изъяты> ФИО11 находилась <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 <данные изъяты> В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 умерла, согласно <данные изъяты> заключению <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ по заявлению ФИО1 Ивановским филиалом АО «Страховая компания «Согаз-Мед» проведена экспертиза качества оказанной ФИО11 <данные изъяты>, по результатам которой <данные изъяты>. <данные изъяты>. Истец просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решением Фрунзенского районного суда г. Иваново от 12 ноября 2024 года заявленные ФИО1 исковые требования удовлетворены частично, с ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» взысканы компенсация морального вреда в размере 50000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 150 рублей; с ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница» взысканы компенсация морального вреда в размере 100000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 150 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. В удовлетворении заявлений ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница», ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» о взыскании судебных расходов отказано.

С решением суда не согласился ответчик ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница», в апелляционной жалобе, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального и процессуального права, недоказанность установленных судом обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, взыскать с ФИО1 в пользу ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» расходы по оплате <данные изъяты> в размере 62547 рублей 75 копеек.

С решением суда не согласился ответчик ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница», в апелляционной жалобе, указывая на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, недоказанность установленных судом обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, взыскать с ФИО1 в пользу ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница» расходы по оплате <данные изъяты> в размере 62547 рублей.

С решением суда также не согласился истец ФИО1, в апелляционной жалобе, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит решение суда изменить, взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.

В судебное заседание третьи лица ФИО5, ФИО8, ФИО9 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке главы 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Судебное извещение, направленное в адрес третьего лица ФИО9, возвращено в суд с отметкой организации связи об истечении срока хранения. В соответствии со статьей 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала судебное извещение доставленным адресату. Руководствуясь частью 3 статьи 167, частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав объяснения истца ФИО1, поддержавшего доводы поданной им жалобы и возражавшего на жалобы ответчиков, представителя ответчика ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» по доверенности ФИО2, представителя ответчика ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница» по доверенности ФИО3, поддержавших доводы жалобы ответчиков и возражавших на жалобу истца, представителя третьего лица АО «Страховая компания «Согаз-Мед» по доверенности ФИО4, полагавшей жалобу истца подлежащей удовлетоврению и возражавшей на жалобы ответчиков, заключение прокурора Пуховой И.С., полагавшей обоснованными выводы суда о наличии у истца права на возмещение морального вреда, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 является сыном ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 умерла.

Согласно акту <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенному <данные изъяты>, смерть ФИО11 наступила в результате <данные изъяты>.

По результатам проведенного АО «Страховая компания «Согаз-Мед» на основании обращения ФИО1 контроля качества оказанной ФИО11 <данные изъяты> установлены <данные изъяты>.

В ходе судебного разбирательства по делу в суде первой инстанции назначена <данные изъяты>, проведение которой поручено <данные изъяты>

Согласно заключению экспертов <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 151, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения заявленных исковых требований о компенсации морального вреда, поскольку <данные изъяты>. Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчиков, суд учитывал требования разумности и справедливости, характер допущенных каждым из ответчиков нарушений, фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, индивидуальные особенности истца, степень вины причинителей вреда.

В апелляционных жалобах ответчики указывают, что <данные изъяты>. Ответчики также полагают, что судом при вынесении решения проигнорировано заключение проведенной по делу судебной экспертизы, выполненной экспертами <данные изъяты>, согласно которому <данные изъяты>

Оспаривая принятое судом решение, истец указывает, что заключение <данные изъяты> экспертизы, выполненное экспертами <данные изъяты> является недостоверным доказательством, в обоснование чего истцом в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции представлено заключение специалиста <данные изъяты>, согласно которому квалификация экспертов, проводивших судебную экспертизы, документами не подтверждена, согласно представленным экспертным учреждением сведениям в составлении заключения участвовали эксперты разных специализаций, однако, сведения о выводах, к которым пришел каждый из экспертов, в заключении в нарушение статьи 23 Федерального закона от 31.05.2001 года № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» не приведены, полноценная исследовательская часть заключения отсутствует, эксперт с необходимой для проведения экспертизы специализацией <данные изъяты> не привлекался, экспертное заключение является перепечаткой материалов дела и <данные изъяты> документации без разъяснения, почему эксперты пришли к тем или иным выводам. Истец также указывает, что <данные изъяты>.

Проанализировав содержание заключения <данные изъяты> экспертизы <данные изъяты> в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами, в частности с представленными АО «Страховая компания «Согаз-Мед» экспертными заключениями по результатам оценки качества <данные изъяты>, учитывая, что в заключении <данные изъяты> экспертизы не приведено обоснование выводов об <данные изъяты>, выявленных экспертами, привлеченными АО «Страховая компания «Согаз-Мед», а также с учетом представленного истцом заключения специалиста <данные изъяты> о недостоверности выводов экспертов, проводивших <данные изъяты> экспертизу, с целью устранения имеющихся противоречий в заключении <данные изъяты> экспертизы и экспертных заключениях, выполненных по поручению <данные изъяты> требующего специальных знаний, полного установления юридически значимых обстоятельств для правильного разрешения спора при наличии соответствующих доводов и возражений лиц, участвующих в деле, определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 2 июня 2025 года по делу назначена повторная <данные изъяты> экспертиза, проведение которой поручено <данные изъяты>.

Как следует из заключения повторной <данные изъяты> экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертами <данные изъяты> исследование проведено экспертами на основании <данные изъяты>. <данные изъяты>

Заключение экспертов <данные изъяты> принимается судом апелляционной инстанции в качестве допустимого и достоверного доказательства, поскольку заключение составлено экспертами, обладающими необходимыми специальными знаниями в порученной им области исследования, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертное заключение соответствует требованиям действующего законодательства, содержит подробное описание проведенного исследования и обоснование сделанных экспертами выводов, изложенные в заключении выводы последовательны, логичны, не противоречат материалам дела. Доказательств, подтверждающих недостоверность экспертного заключения, выполненного экспертами <данные изъяты> опровергающих выводы экспертов, суду апелляционной инстанции не представлено.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, объяснения сторон, а также учитывая выводы, содержащиеся в заключении судебной экспертизы <данные изъяты> судебная коллегия приходит к выводу о том, что совокупность представленных в материалы дела доказательств свидетельствует о наличии непрямой (косвенной) причинно-следственной связи между действиями ответчика <данные изъяты>, и наступившими последствиями <данные изъяты>

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41 Конституции Российской Федерации).

В пункте 21 части 1 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Доводы жалоб ответчиков об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований и взыскания с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда ввиду отсутствия установленной по результатам проведенных судебных экспертиз прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами (недостатками) оказания <данные изъяты> подлежат отклонению.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Таким образом, наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным моральным вредом означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь (правовая позиция, изложенная в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2022 года № 18-КГПР22-28-К4).

Как следует из материалов дела, в ходе проведения повторной судебной экспертизы экспертом<данные изъяты> ФИО6 установлены недостатки оказания ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» <данные изъяты>

Таким образом, несмотря на то, что выявленный в результате проведения повторной судебной экспертизы недостаток (дефект) <данные изъяты>, оказанной ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница», в прямой причинно-следственной связи с <данные изъяты> не находится, проведение ответчиком своевременных и полных <данные изъяты>.

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

<данные изъяты>

При проведении исследования эксперт <данные изъяты> ФИО6 руководствовался <данные изъяты>, оснований не доверять выводам эксперта, сделанным на основании изучения материалов дела и <данные изъяты> ФИО11, а также вышеприведенных <данные изъяты>, не имеется, доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины в причинении вреда, ответчиком ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» в нарушение статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации не представлено.

Выводы эксперта <данные изъяты> ФИО7, вопреки доводам ответчика, отсутствие вины ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» в ненадлежащем оказании ФИО11 <данные изъяты> не подтверждают. Как следует из экспертного заключения, <данные изъяты>. При этом оба эксперта и ФИО7, и ФИО6 пришли к общему выводу об отсутствии прямой причинно-следственной связи между выявленными недостатками <данные изъяты> и наступившей смертью ФИО11 <данные изъяты> Эксперт ФИО6 с учетом имеющейся квалификации <данные изъяты> помимо иных дефектов <данные изъяты> усмотрел также неполноту проведенных ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» <данные изъяты>, что с учетом положений действующего законодательства свидетельствует о наличии косвенной причинно-следственной связи между действиями лечебного <данные изъяты> и является основанием для присуждения в пользу истца компенсации морального вреда

С учетом изложенного, а также исходя из установленных в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции обстоятельств, выводов судебной экспертизы <данные изъяты> судебная коллегия не может согласиться с выводами суда в части размера присужденной компенсации морального вреда с ответчика ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» и находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы ФИО1 о несоответствии суммы компенсации морального вреда, взысканной с указанного ответчика, требованиям разумности и справедливости, обстоятельствам причинения морального вреда, а также степени причиненных истцу действиями указанного ответчика нравственных страданий.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

В пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Жизнь и здоровье человека относятся к числу нематериальных благ, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. При нарушении прав гражданина в сфере охраны здоровья, причинении вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, а также при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи члены семьи такого гражданина с учетом сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, претерпевают нравственные страдания, обусловленные ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО11 Согласно исковому заявлению, объяснениям истца в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, не опровергнутым ответчиками, ФИО1 проживает и работает в <адрес>, постоянно приезжал на выходные к матери в <адрес>, созванивался с ней, поддерживал близкие родственные отношения, других близких родственников у истца нет. В связи со смертью матери, осознанием, что <данные изъяты> учреждениями не были приняты все возможные меры для оказания ей необходимой и своевременной <данные изъяты>, принятие которых могло бы предотвратить ухудшение состояния ее здоровья и наступление смерти, истец испытывает сильные переживания.

Принимая во внимание характер допущенных ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» нарушений при оказании <данные изъяты> матери истца, установленную непрямую (косвенную) причинно-следственную связь таких нарушений с наступлением смерти <данные изъяты>, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, который потерял близкого родственника, учитывая, что смерть матери в силу сложившихся между ними родственных связей является для истца невосполнимой утратой, влекущей глубокие переживания, судебная коллегия приходит к выводу, что обжалуемое решение подлежит изменению в части размера взысканной судом компенсации морального вреда с ответчика ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела с принятием в измененной части нового решения о взыскании с ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 250000 рублей. Указанная сумма компенсации в полной мере учитывает обстоятельства дела, характер допущенных ответчиком нарушений прав истца и в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости. Оснований для взыскания суммы компенсации как в большем, так и меньшем размере судебная коллегия по доводам жалоб с учетом установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств не усматривает. Вопреки доводам жалобы ответчика ОБУЗ «Ивановская областная клиническая больница», отсутствие у истца полной информации о поставленном ФИО11 <данные изъяты>, не свидетельствует об отсутствии близких, родственных отношений истца с матерью, в том числе с учетом отсутствия у ФИО1 <данные изъяты> образования.

С выводами суда первой инстанции в части, касающейся взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда с ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница», судебная коллегия соглашается.

Согласно выводам повторной судебной экспертизы <данные изъяты> экспертами установлены дефекты оказания ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница» <данные изъяты> Вместе с тем, вопреки доводам ответчика, отсутствие прямой причинно-следственной связи между недостатками оказанной ФИО11 <данные изъяты> и наступившими последствиями основанием для освобождения ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница» от обязанности по выплате истцу компенсации морального вреда не является, обязанность ответчика по выплате компенсации обусловлена положениями статей 2, 4, 19, 37, 98 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в силу которых <данные изъяты>. Судебная коллегия принимает во внимание, что <данные изъяты>, в целом свидетельствуют о невыполнении требований к качеству <данные изъяты>

При разрешении требования о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием <данные изъяты>, юридическое значение имеет не только прямая причинная связь, но и косвенная (опосредованная) причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, если дефекты (недостатки) оказания работниками <данные изъяты> могли способствовать ухудшению <данные изъяты> и привести к неблагоприятному для него исходу. При этом <данные изъяты> причиняет страдания как самому <данные изъяты> так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Вопреки доводам жалоб сторон, оценка характера и степени причиненного морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела исходя из положений статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. Взысканный судом первой инстанции с ОБУЗ «Кинешемская центральная районная больница» размер компенсации морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости, фактическим обстоятельствам дела, степени и характеру нравственных страданий истца.

Принимая во внимание, что требования о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда удовлетворены, оснований для возложения на истца обязанности по возмещению ответчикам расходов на оплату <данные изъяты> экспертизы не имеется.

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Фрунзенского районного суда г. Иваново от 12 ноября 2024 года изменить в части размера компенсации морального вреда, определенного к взысканию с Областного бюджетного учреждения здравоохранения «Ивановская областная клиническая больница».

В измененной части принять по делу новое решение, изложив абзац второй резолютивной части решения в следующей редакции: «Взыскать с Областного бюджетного учреждения здравоохранения «Ивановская областная клиническая больница» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 250000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 150 рублей».

В остальной части решение Фрунзенского районного суда г. Иваново от 12 ноября 2024 года оставить без изменения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.12.2025 года