Решение № 2-1388/2024 2-1388/2025 2-1388/2025~М-283/2025 М-283/2025 от 6 апреля 2025 г. по делу № 2-1388/2024

УИД 66RS0006-01-2025-000311-58 Дело № 2-1388/2024


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 07 апреля 2025 года

Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе:

председательствующего судьи Делягиной С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Гладковой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Е.М.С. в лице законного представителя ФИО1 к ФИО2, З.В.Д. о признании утратившим, не приобретшим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета,

по встречному исковому заявлению ФИО2 к Е.М.С. в лице законного представителя ФИО1 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

Е.М.С. в лице своего законного представителя ФИО1 изначально обратился с иском к ФИО2 о признании его утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета.

В обоснование иска указано, что вышеуказанное жилое помещение находится в муниципальной собственности, было предоставлено на основании ордера М.Н.Б. Нанимателем в квартиру были вселены свои сыновья – Е.С.В. и ФИО2 М.Н.Б. умерла 19.08.2009, Е.С.В. умер 12.11.2024. При жизни Е.С.В. в качестве члена своей семьи им в жилое помещение был вселен сын – Е.М.С., < данные изъяты > г.р., который до настоящего времени проживает в нем со своей матерью – ФИО1 Ответчик ФИО2 фактически в вышеуказанной квартире длительное время не проживает, оплату коммунальных услуг не производит; добровольно выехал из жилого помещения, в дальнейшем совместно с супругой приобрел в собственность иную жилую недвижимость, где и проживает в настоящее время со своей семьей. Ссылаясь на то, что фактически ответчик какую-либо связь со спорным жилым помещением утратил, истец просил признать ФИО2 утратившим право пользования квартирой, расположенной по адресу: < адрес >, а также снять его с регистрационного учета в ней.

В ходе рассмотрения дела истцом увеличены заявленные исковые требования (приняты к производству определением суда от 18.03.2025); дополнительно заявлено требование о признании несовершеннолетнего З.В.Д., < данные изъяты > г.р., не приобретшим право пользования квартирой по < адрес >. Указано, что З.В.Д. является несовершеннолетним сыном ФИО2, был зарегистрирован в спорном жилом помещении отцом 20.11.2024 после смерти брата – Е.М.С., без согласования с другими зарегистрированными и проживающими в квартире лицами. Фактически З.В.Д. никогда не вселялся в квартиру и не проживал в ней, его регистрация в жилом помещении носит формальный характер.

Ответчик ФИО2 иск не признал, обратился со встречным иском об устранении препятствий в пользовании спорным жилым помещением путем возложения на Е.М.С. в лице законного представителя ФИО1 обязанности передать ключи от замков входной двери для свободного доступа в квартиру (принято к производству суда определением от 20.02.2025). В обоснование иска указано, что квартира по < адрес > была предоставлена М.Н.Б. на основании обменного ордера от 16.08.1990. В качестве членов семьи нанимателя в жилое помещение были вселены и зарегистрированы ее дети – Е.М.С. и ФИО2 После смерти матери, последовавшей 20.08.2009, в квартире остались проживать ее сыновья; одну комнату занимал Е.С.В. вместе со своей сожительницей ФИО1 и сыном Е.М.С., в другой – ФИО2 12.11.2024 Е.С.В. умер. ФИО1, пользуясь отсутствием ФИО2 в связи с его нахождением в очередной командировке, установила в квартире новую входную дверь, не предоставив ключей от нее ответчику. Ввиду отсутствия доступа в жилое помещение, ФИО2 02.12.2024 обратился в Администрацию Орджоникидзевского района г.Екатеринбурга с заявлением о заключении с ним договора социального найм. В предоставлении муниципальной услуги было отказано в связи с отсутствием контрольного талона к ордеру, что в свою очередь явилось основанием для обращения ФИО2 с исковым заявлением о признании за ним права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма. Именно подача указанного искового заявления явилась поводом для обращения ФИО1 с настоящим иском. При жизни Е.М.С. между братьями сложился порядок пользования квартирой, который никем не оспаривался, с требованиями о выселении из жилого помещения к ФИО2 никто не обращался. Периодическое отсутствие ответчика в квартире обусловлено его трудовой деятельностью, регулярными, но не долгосрочными командировками. Фактически из спорного жилого помещения ФИО2 никогда не выселялся, связь с квартирой не утрачивал, на законных основаниях зарегистрировал в жилом помещении своего несовершеннолетнего сына. Приобретение права собственности на иное жилое помещение само по себе не свидетельствует об утрате права пользования спорной квартирой.

Определением суда от 28.03.2025 к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ТОИОГВ СО – Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 23.

При рассмотрении исковых требований по существу законный представитель истца Е.М.С. – ФИО1, представитель ФИО4 заявленные ими исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении. Указали, что ФИО2 выехал из спорного жилого помещения в 2008 г. и забрал свои вещи, вступил в брак с ФИО5, с которой вместе воспитывает ребенка – З.В.Д. В период брака ответчиком с супругой приобретена квартира, в которой они в настоящее время и проживают, до этого проживали в ином жилом помещении. Иногда ответчик приходил в спорную квартиру, проживал в ней по 2-3 дня, потом возвращался к семье. В период с 2009 г. по 2022 г. бывал в жилом помещении примерно 4 раза; имел от квартиры ключи. Бремя несения расходов по жилому помещению ответчик не нес, коммунальные услуги не оплачивал, его личные вещи в квартире отсутствуют. Факт смены двери и отсутствия ключей от нее у ответчика истцом не оспаривается; указано, что замена входной двери была запланирована давно, связана с проведением Е.М.С. ремонтных работ в отношении спорного жилого помещения. В связи со смертью Е.М.С. и началом судебных разбирательств ключи ответчику ФИО1 не передала. Против удовлетворения встречного иска возражали.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО6 против удовлетворения первоначального иска возражали, свои исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении. Указали, что ответчик вселен и фактически проживает в спорной квартире с 05.05.1996 как член семьи нанимателя, был включен в ордер, зарегистрирован в жилом помещении по месту жительства, обучался в школе, постановлен на воинский учет, получал и до сих получает медицинскую помощь по месту жительства. Постановка 20.11.2024 на регистрационный учет в спорном жилом помещении несовершеннолетнего З.В.Д. выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, возникающего независимо от факта его вселения в такое помещение. Родители несовершеннолетнего З.В.Д., также как в свое время родители несовершеннолетнего Е.М.С., заключили между собой соглашение о месте жительства своего ребенка в спорной квартире, одним из доказательств наличия которого является регистрация З.В.Д. в жилом помещении. Доказательств, безусловно свидетельствующих о добровольном выезде ФИО2 из квартиры, не представлено. Вместе с тем действия ФИО2, направленные на заключение договора социального найма, обращение с иском о признании права пользования жилым помещением, постановка на регистрационный учет своего сына, подача встречного иска об устранении препятствий в пользовании квартирой свидетельствуют об отсутствии намерений у ФИО2 отказаться от пользования квартирой. Погашение в свое время образовавшейся задолженности по оплате найма и коммунальных услуг с продолжением внесения платы в настоящее время, свидетельствует о том, что ФИО2 интересует судьба квартиры и намерений о выезде из нее он не имел и не имеет. Наличие другого жилого помещения в собственности правового значения не имеет. ФИО2 с регистрационного учета из спорной квартиры не снимался, в другое жилое помещение в установленном порядке вселен не был, коммунальные услуги по другому адресу не оплачивал. Согласно заключенному с супругой брачному договору, собственником приобретенной жилой недвижимости является ФИО5, брак с которой, по сути, был заключен лишь формально, для рождения ребенка в семье с юридической точки зрения; фактически совместный быт супруги не ведут, вместе никогда не проживали. Несение ФИО1 расходов по оплате коммунальных услуг обусловлено их с сыном проживанием в жилом помещении; при наличии претензий к ФИО2 относительно невнесения платы за квартиру, истец не лишен возможности требовать взыскания компенсации в судебном порядке. Убедительных доказательств, свидетельствующих о длительном отсутствии ФИО2 в спорном жилом помещении, стороной истца не представлено. Периодическое отсутствие ответчика в квартире обусловлено его разъездным характером трудовой деятельности. Представленными доказательствами подтверждается, что ФИО2 прикреплен к поликлинике по месту жительства, где ему на постоянной основе оказывалась медицинская помощь. Отчет о поездках Яндекс Go, предоставленный с 28.09.2020 свидетельствует не только о частых поездках ФИО2 на железнодорожный вокзал, откуда начинаются и где заканчиваются его командировки, но и о том, что поездки совершались либо заканчивались по месту жительства по адресу: < адрес >. Наличие препятствий в пользовании жилым помещением подтверждается обращением ФИО2 в правоохранительные органы; то обстоятельство, что обращение последовало лишь в марте 2025 г., объясняется необходимостью предоставления документов, свидетельствующих о наличии прав в отношении квартиры, которые у него отсутствовали ввиду чинимых препятствий в доступе в жилое помещение. Поскольку права несовершеннолетнего З.В.Д. производны от прав его отца, то он вправе реализовывать свои права в отношении спорного жилого помещения, в котором не проживает по независящим от него обстоятельствам, а именно ввиду несовершеннолетнего возраста, проживания с другим родителем, наличия у отца препятствий в пользовании квартирой. Как указывает истец, ответчик выехал из квартиры в 2008 г., вместе с тем обращение с настоящим иском последовало только в 2025 г., что свидетельствует о пропуске срока исковой давности.

Законный представитель несовершеннолетнего ответчика З.В.Д. – ФИО5 против удовлетворения первоначального иска возражала, поддержав позицию ответчика ФИО2 и его встречный иск. Указала, что брак с ответчиком был заключен формально, с целью рождения в браке ребенка. Ее супруг проживал и проживает по < адрес >, вместе они никогда не проживали, совместное хозяйство и быт не вели. С момента рождения ее сын проживал с ней, в спорную квартиру фактически никогда не вселялся, был зарегистрирован в ней по месту жительства в 2024 г. по инициативе ФИО2; в настоящее время не исключена ситуация того, что сын может переехать жить к отцу. Квартира была приобретена ими в ипотеку, поскольку банк не одобрял кредит на ее имя в силу отсутствия официального трудоустройства. Фактически жилое помещение приобретено, а кредит выплачен за счет ее личных средств и средств ее матери; впоследующем это явилось поводом для заключения брачного договора. Поскольку каждый из сыновей нанимателя зарегистрировал в спорной квартире своего ребенка, полагает, что оснований для удовлетворения требований Е.М.С. не имеется.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования Е.М.С. не подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Установлено, что спорным жилым помещением является двухкомнатная квартира площадью 42,3 кв.м, расположенная по адресу: < адрес >

Указанная квартира на основании обменного ордера < № > от 16.08.1990 (л.д. 7 т.1) была предоставлена М.Н.Б. на семью из трех человек; в качестве членов семьи в ордер были включены: сыновья Е.С.В. (отец истца) и ФИО2 (ответчик).

Наниматель М.Н.Б. умерла 19.08.2009; Е.С.В. умер 12.11.2024 (л.д. 11 т.1), в связи со смертью указанные лица сняты с регистрационного учета по данному адресу (л.д. 38 т.1).

В настоящее время в спорной квартире зарегистрированы: истец Е.М.С., < дд.мм.гггг > г.р., - с 08.09.2009 (вселен в жилое помещение своим отцом Е.С.В., с которым проживал до его смерти), ответчик ФИО2 – с 05.05.1996 и его сын З.В.Д., < дд.мм.гггг > г.р., - с 20.11.2024.

Обращаясь с настоящими требованиями, истец Е.М.С. в лице законного представителя ФИО1 просит признать ответчика ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением в связи с его добровольным выездом из квартиры, неисполнением обязанностей нанимателя по договору социального найма, а его сына З.В.Д. – не приобретшим право пользования спорным жилым помещением.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также положений ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий, в том числе предусмотренных ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам.

Согласно Конституции Российской Федерации (ч. 3 ст. 17) осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Ст. 1 Закона Российской Федерации «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» установлено, что каждый гражданин Российской Федерации имеет право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства. Однако, это право с учетом приведенного выше положения Конституции Российской Федерации может быть реализовано при условии, что в результате не будут нарушены права других лиц.

Согласно ст. 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с п. 1 ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. Наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

Согласно ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения.

Если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.

Согласно ч. 3 ст. 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма (ст. 71 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Указанные положения закона подлежат применению с учетом разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», согласно которым при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 ЖК РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО2 был зарегистрирован в спорном жилом помещении 05.05.1996, где изначально проживал вместе с матерью М.Н.Б. и братом Е.С.В.

Никем не оспорено, что после смерти нанимателя в 2009 г. в квартиру Е.С.В. была вселена сожительница ФИО1 (брак с которой зарегистрирован не был), а впоследствии вселен и зарегистрирован по месту жительства родившийся у них ребенок – Е.М.С., < дд.мм.гггг > г.р.

Согласно ответу Отдела ЗАГС Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга от 13.02.2025 на судебный запрос, 21.07.2010 ФИО2 зарегистрирован брак с ФИО7 (после заключения брака – ФИО3) С.Г., от брака имеется сын – З.В.Д., < дд.мм.гггг > г.р.

К доводам о том, что брак ФИО2 был заключен формально, лишь в целях рождения в официальном браке ребенка, суд относится критически.

Как следует из материалов дела, брак между ФИО2 и ФИО5 был зарегистрирован 21.07.2010, т.е. за 5 месяцев до рождения ребенка, когда решение вопросов об оформлении отцовства, очевидно, являлось преждевременным.

Супругой ответчика взята фамилия мужа. В период брака в общую совместную собственность приобретено недвижимое имущество – квартира площадью 62,6 кв.м с кадастровым номером < № > по < адрес > (л.д. 59 т.1).

Как следует из договора купли-продажи от 21.08.2023, в качестве покупателей жилого помещения были указаны как ФИО5, так и ФИО2, стоимость квартиры – 6500000 руб., из которых 100000 руб. оплачиваются за счет собственных средств покупателей до подписания договора, 5400000 руб. – с использованием номинального счета ООО «Домклик» за счет собственных денежных средств покупателей до подписания договора и 1000000 руб. оплачивается за счет целевых кредитных денежных средств, предоставленных ФИО2 в соответствии с кредитным договором < № > от 21.08.2023 сроком на 360 мес. (л.д. 109-111 т.1).

Учитывая, что брак ФИО2 был зарегистрирован задолго до рождения ребенка и до настоящего времени не расторгнут, ФИО7 (в настоящее время – ФИО3) С.Г. взята фамилия мужа, в браке родился совместный ребенок, в воспитании которого участвуют оба родителя, супругами в общую собственность приобретено недвижимое имущество, суд приходит к выводу о том, что семья фактически и юридически была создана

Из пояснений законного представителя истца – ФИО1 следует, что ответчик, зарегистрировав брак, изначально проживал у супруги по < адрес >, что согласуется с представленными в материалы дела документами о наличии в собственности ФИО5 (1/2 доля в праве) квартиры по < адрес >. Впоследующем семья переехала в приобретенную квартиру по < адрес >.

Из объяснений ФИО1, проживающей в спорной квартире вместе с сыном, а также показаний допрошенных свидетелей Б.М.С., В.О.Ю., В.М.С. (л.д. 147-149 т.1), К.А.С. (л.д. 25-26 т.2) следует, что после смерти М.Н.Б. в спорной квартире проживали лишь Е.С.В. со своей семьей – сожительницей ФИО1 и сыном Е.М.С. У семьи сложился порядок пользования жилым помещением: в большой комнате проживали взрослые – Е.С.В. и ФИО1, в маленькой комнате – ребенок Е.М.С. Как пояснили указанные свидетели, ответчик ФИО2 в спорной квартире длительное время не проживает, дополнительное спальное место, какие-либо вещи, наличие которых свидетельствовало бы о проживании в жилом помещении иного лица (ответчика), в квартире отсутствовали.

Как указала свидетель К.Т.Б. (тетя Е.С.В. и ФИО2), после рождения Е.М.С. ее иногда просили посидеть с ребенком, после того как ребенок пошел в школу в спорной квартире свидетель была 2-3 раза, при этом во время прихода в квартиру ответчика она ни разу не видела; вещи, которые могли бы указывать на проживание ФИО2 в жилом помещении назвать не смогла. При этом свидетель указала, что ей было известно, что в маленькой комнате проживает Е.М.С. Как следует из показаний свидетеля, об обстоятельствах жизни племянников она достоверно осведомлена не была, при осведомленности о наличии у ФИО2 сына вопросами их совместного проживания, в т.ч. с женой, воспитания ребенка она не интересовалась, несмотря на наличие родственных отношений.

Свидетель К.И.В. указал, что знает ФИО2 со школы, находится с ним в дружеских отношениях. Как известно свидетелю, ответчик проживает по < адрес >, при этом в гостях у него там не был. Поскольку они проживают в одном дворе, иногда там встречаются, согласовывая время встречи. О проживании ответчика по указанному адресу он судит по встречам с ФИО2 во дворе дома, наличии у него доступа в подъезд, по разговорам с ответчиком о том, что тот дома и может спуститься во двор. При наличии дружеских отношений, осведомленности о наличии жены и ребенка, о проживании ответчика с семьей, как указал свидетель, ему ничего неизвестно, на данные темы они не общаются. Однажды свидетель заезжал домой к супруге друга, ФИО5 с ребенком была дома, а ответчик находился в командировке; цель приезда пояснить затруднился.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу, что ответчик добровольно выехал из спорной квартиры ориентировочно в 2009-2010 гг. в связи с изменением места жительства и созданием семьи, рождением ребенка; ни правовую, ни фактическую брачно-семейную связь с супругой и ребенком не утратил; использует правовой институт семьи в целях вступления в гражданско-правовые отношения; в браке с ФИО5 в общую совместную собственность приобрел недвижимое имущество, до настоящего момента брак не расторг.

В спорной квартире с момента выезда ответчика проживал его брат Е.С.В. со своей семьей, которые осуществляли ремонт жилого помещения (на что указали свидетели), оплачивали коммунальные услуги, имели сложившийся порядок пользования квартирой между членами семьи.

Судом установлено, что спальное место у ответчика в квартире отсутствует, его личных вещей, необходимых для постоянного использования, в спорном жилом помещении нет, соседей по лестничной клетке он не знает, как и они его (в частности допрошенные свидетели Б.М.С., В.О.Ю., В.М.С.).

Доказательств надлежащего исполнения обязанностей по договору социального найма ответчиком не представлено. В подтверждение несения расходов по жилому помещению представлены лишь квитанции об оплате жилищно-коммунальных услуг за 2010 г. и 2025 г.

Каких-либо достоверных, однозначных и убедительных доказательств, свидетельствующих о том, что непроживание ответчика в спорной квартире по < адрес > все это время носит вынужденный и временный характер, обусловленный в т.ч. тем, что ему чинились препятствия в пользовании жилым помещением, при наличии у нее соответствующих намерений в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Как следует из объяснений ответчика, новая дверь в квартиру была установлена лишь в ноябре 2024 г., до указанного времени у него были ключи от жилого помещения; вместе с тем предпринимать активные действия по вселению в квартиру, в т.ч. путем обращения в правоохранительные органы по вопросу чинения препятствий в доступе в жилое помещение по < адрес > (заявление подано 10.03.2025 – л.д. 213-216 т.1), ФИО2 начал лишь после обращения Е.М.С. с настоящим иском, а именно с марта 2025 г., из чего суд делает вывод, что объективной необходимости в проживании в спорном жилом помещении, в личных вещах, документах которые могут находиться в квартире у лица, постоянно в ней проживающего, у ответчика не было.

Таким образом, ответчик добровольно устранился от реализации принадлежащих ему жилищных прав в отношении спорного имущества, что в совокупности с установленными обстоятельствами свидетельствует о расторжении ФИО2 в отношении себя договора социального найма.

Из обстоятельств дела, очевидно, следует, что все действия по восстановлению утраченной связи с жилым помещением он начал осуществлять после смерти брата Е.С.В. (12.11.2024), зарегистрированного и проживающего в спорной квартире со своей семьей.

Так, в частности, 20.11.2024 ответчик ФИО2 обратился в Администрацию Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга с заявлением о предоставлении муниципальной услуги «Оформление дубликата договора социального найма (л.д. 162 т.1), в этот же день зарегистрировал в жилом помещении по месту жительства своего несовершеннолетнего сына З.В.Д. (л.д. 38 т.2), 09.01.2025 в Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга им был подан иск о признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма (карточка дела № 2-1144/2025), после подачи иска и в ходе рассмотрения настоящего дела начал вносить оплату коммунальных услуг (л.д. 141-143 т.1), в ходе рассмотрения настоящего дела подал встречный иск об устранении препятствий в пользовании жилым помещением (л.д. 55-58 т.1).

К брачному договору, заключенному между ФИО2 и ФИО5 21.02.2025, которым в отношении приобретенной квартиры ими был установлен режим раздельной собственности (единоличная собственность супруги), суд относится критически, поскольку указанный договор был заключен в период рассмотрения настоящего дела, после поступления в материалы настоящего дела сведений о наличии в собственности ответчика жилого помещения, приобретенного в период брака (ответ на запрос от 11.02.2025 и после ознакомления с делом представителя ответчика (согласно справочному листу – 12.02.2025)).

Кроме того, согласно п. 6 брачного договора, ФИО2 и ФИО5 указанным договором установили, что все остальное имущество, не названное в договоре, приобретенное супругами в период брака, как до заключения настоящего договора, так и после его заключения, в т.ч. движимое, недвижимое имущество, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или иные коммерческие организации, средства, внесенные в качестве вклада в строительство объектов недвижимого имущества, а также доходы от этого имущества, являются совместной собственностью ФИО2 и ФИО5 (л.д. 91-94 т.1). Таким образом, как прямо следует из брачного договора, режим раздельной собственности супругами был установлен только в отношении квартиры, в отношении иного имущества сохранен режим совместной собственности, что противоречит доводам ответчика о формальности брачных отношений.

Представленные ответчиком документы о поездках в такси Яндекс Go в сентябре-октябре 2020 г., в апреле-мае 2022 г. (л.д. 217-247 т.1), не свидетельствуют о проживании ответчика в спорном жилом помещении на постоянной основе, согласуются с доводами ФИО1 о периодическом временном проживании ФИО2 в течение 2-3 дней в спорной квартире, кроме того, часть поездок из приведенных построена по маршруту от или к адресу: < адрес >, где, как было указано выше, ФИО5 на праве собственности принадлежало жилое помещение и где проживала семья ответчика (жена, сын) в тот период.

Названные выводы согласуются и с показаниями свидетеля К.Т.Б. о том, что иногда она видела ответчика на остановке около дома < адрес >, а также с показаниями свидетеля К.И.В. о том, что они с ответчиком периодически встречаются во дворе дома.

Что касается документов об обучении в школе, постановке на воинский учет, то указанные документы, по сути, относятся к периоду, проживание ответчика в течение которого в спорной квартире никем не оспаривается.

Ссылки на прикрепление к медицинской организации и получении медицинской помощи по адресу регистрации, при установленных в ходе рассмотрения настоящего дела обстоятельствах сами по себе о проживании ответчика на постоянной основе в квартире по < адрес > не свидетельствуют.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением и удовлетворения в связи с этим первоначально заявленных исковых требований в указанной части.

Что касается требований, заявленных к несовершеннолетнему З.В.Д., суд приходит к следующему.

Никем по делу не оспаривается, что в спорное жилое помещение З.В.Д. для проживания никогда не вселялся, как указано самим законным представителем, ребенок с рождения и до настоящего момента проживает с матерью.

Исходя из установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что до регистрации в 2024 г. своего сына З.В.Д. по месту жительства в спорной квартире его отец совершил юридически значимые действия, а именно: добровольно выехав из спорного жилого помещения, создав другую семью, с которой проживал по другому адресу, отказался от права пользования спорным жилым помещением, из чего следует, что ФИО2 до регистрации сына в квартире по < адрес > утратил право пользования спорным жилым помещением, следовательно, не мог определить его местом жительства ребенка З.В.Д., так сам к этому моменту уже утратил права в отношении квартиры, добровольно выехав из нее.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО2, реализовав свое право выбора постоянного места жительства, добровольно отказавшись от прав на спорную квартиру, фактически расторг договор найма этого жилого помещения в отношении себя, утратив право пользования спорной квартирой. Учитывая, что ФИО2 утратил свое право пользования жилым помещением еще до регистрации сына в спорном жилом помещении, З.В.Д. не мог приобрести право пользования данной квартирой, так как его право в данном случае является производным от права его отца, который еще до его оформления регистрации несовершеннолетнего сына прекратил пользование спорным жилым помещением.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об удовлетворении первоначально заявленных исковых требований.

В соответствии с подп. «е» п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года № 713, признание гражданина утратившим или не приобретшим право пользования жилым помещением, на основании вступившего в законную силу решения суда, является основанием для снятия гражданина с регистрационного учета по месту жительства.

В связи с изложенным, решение суда о признании ответчика ФИО2 утратившим, а З.В.Д. – не приобретшим право пользования спорным жилым помещением, является основанием для их снятия с регистрационного учета из спорного жилого помещения.

С учетом установленных обстоятельств, оснований для удовлетворения встречного искового заявления суд не находит.

Из положений статьи 46 Конституции Российской Федерации и требований части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что судебная защита прав заинтересованного лица возможна только в случае реального нарушения права, свобод и законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

В силу положений статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации защите подлежит только нарушенное право.

Таким образом, по смыслу положений закона защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов истца посредством предусмотренных действующим законодательством способов защиты.

Соответственно, оспаривание тех или иных юридических или фактических действий должно иметь своей целью восстановление нарушенного в результате незаконных действий права, нуждающегося в судебной защите.

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с пунктом 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Поскольку судом было установлено, что ответчик право пользования спорной квартирой утратил более 15 лет назад, расторгнув в отношении себя договор социального найма, суд полагает, что в данном случае истец не является тем лицом, которое вправе ставить вопрос об устранении препятствий в пользовании жилым помещением путем передачи ему дубликата ключей от него.

Таким образом, разрешая спор, суд, оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения первоначально заявленных исковых требований и отказа в удовлетворении встречного иска.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования Е.М.С. в лице законного представителя ФИО1 к ФИО2, З.В.Д. о признании утратившим, не приобретшим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета ? удовлетворить.

Признать ФИО2 (паспорт < № >, выдан Орджоникидзевским РУВД г. Екатеринбурга 26.05.2004) утратившим, а З.В.Д. (паспорт < № >, выдан ГУ МВД России по Свердловской области 13.01.2025) не приобретшим право пользования жилым помещением – квартирой площадью 42,3 кв.м, расположенной по адресу: < адрес >.

Вступившее в законную силу решение суда является основанием для снятия ФИО2 (паспорт < № >, выдан Орджоникидзевским РУВД г. Екатеринбурга 26.05.2004), З.В.Д. (паспорт < № >, выдан ГУ МВД России по Свердловской области 13.01.2025) с регистрационного учета по адресу: < адрес >.

Встречное исковое заявление ФИО2 к Е.М.С. в лице законного представителя ФИО1 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г.Екатеринбурга в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда будет изготовлено в течение десяти рабочих дней.

Председательствующий С.В. Делягина

Решение суда в мотивированном виде изготовлено 21.04.2025.

Председательствующий: С.В. Делягина