Решение № 2-1098/2017 2-1098/2017~М-637/2017 М-637/2017 от 28 мая 2017 г. по делу № 2-1098/2017

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2017 года <адрес>

Новочеркасский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Власовой О.А.,

при секретаре ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, третьи лица: УФССП России по <адрес>, Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по <адрес>, об освобождении имущества от ареста (исключении из описи), по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1, ФИО2, третьи лица: УФССП России по <адрес>, Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по <адрес> о признании недействительным договора купли-продажи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО6, ФИО7, третьи лица: УФССП России по <адрес>, Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по <адрес>, об освобождении имущества от ареста (исключении из описи). В обоснование исковых требований указала, что в производстве Новочеркасского городского отдела судебных приставов УФССП России по <адрес> находится исполнительное производство №-ИП от <дата> в отношении должника ФИО6

В рамках данного исполнительного производства <дата> судебным приставом-исполнителем Новочеркасского городского отдела УФССП по <адрес> ФИО8 по адресу: <адрес> был составлен акт описи и ареста имущества должника. Согласно данному акту, описи и аресту было подвергнуто следующее имущество: тумбочка коричневого цвета трехсекционная, стоимостью 500,00 руб.; стиральная машина белого цвета Веко, стоимостью 2 000,00 руб.; телевизор SHARP серебристого цвета, стоимостью 1 500,00 руб.; микроволновая печь серебристого цвета Samsung, стоимостью 700,00 руб.

ФИО6 самореализовал имущество, указанное в акте описи и ареста имущества должника от <дата>, что подтверждается ходатайством ФИО6 о самостоятельной реализации от <дата>, договором купли-продажи № от <дата>, заключенным между ФИО5 и ФИО6, актом приема – передачи к договору, квитанцией № РО 727315 от <дата> о внесении вырученных денежных средств на счет УФССП.

Истец ФИО5 просила суд исключить из акта описи и ареста имущества должника от <дата>, составленного судебным приставом-исполнителем Новочеркасского городского отдела УФССП по <адрес> ФИО8, <данные изъяты>

Ответчиком ФИО7 было подано встречное исковое заявление к ФИО5, ФИО6, третьи лица: УФССП России по Ростовской области, Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по Ростовской области о признании недействительным договора купли-продажи. В обоснование встречных исковых требований, ответчик указал, что он является взыскателем в исполнительном производстве №-ИП от <дата> в отношении должника ФИО6 Имущество должника было описано <дата> и об этом ФИО6 узнал в тот же день. Так как при составлении акта описи и ареста имущества должника, присутствовал ответственный хранитель ФИО9, позвонивший ФИО6 и поставший его в известность о том, что судебный пристав-исполнитель описывает (арестовывает) имущество. Затем ФИО9 передал мобильный телефон ФИО7, в разговоре с которым ФИО6 возмущался и угрожал ФИО7 Кроме того, при подаче ФИО9 апелляционной жалобы на решение Новочеркасского городского суда <адрес> от <дата>, ФИО6 писал заявление о том, что описанное имущество принадлежит ФИО9 Из указанного следует, что ФИО6 не только знал об аресте имущества весной-летом 2016 года, но и активно принимал участие в судьбе арестованного имущества. Полагал, что, при подаче ФИО6 ходатайства о самореализации имущества от <дата>, им был пропущен десятидневный срок для подачи такого ходатайства, установленный ст. 87.1. Федерального закона от <дата> N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве". При этом, в материалах исполнительного производства имеется постановление судебного пристава-исполнителя Новочеркасского городского отдела УФССП по <адрес> об отказе в удовлетворении ходатайства ФИО6 о самореализации имущества. Постановление об отложении мер принудительного исполнения судебным приставом-исполнителем Новочеркасского городского отдела УФССП по <адрес> не выносилось. Имущество, указанное в акте описи и ареста имущества должника от <дата>, должно быть передано взыскателю, потому, что <дата> судебным приставом-исполнителем предложено взыскателю оставить за собой нереализованное имущество. Данное предложение было принято ФИО7 <дата>. Считал, что квитанция об оплате долга в размере 4 700,00 руб. не является подтверждением самореализации. договор купли-продажи, заключенный между ФИО5 и ФИО6, фиктивный, а сделка мнимая, нарушающая права третьих лиц, совершена под влиянием заблуждения. Описанное судебным приставом-исполнителем имущество не может считаться свободным от прав третьих лиц, так как, при его продаже грубо нарушается право взыскателя на исполнение судебного решения. ФИО6 ввел в заблуждение ФИО5, сообщив ей, что ему разрешена самореализация описанного имущества и он правомочен его продавать. Просил суд признать договор купли-продажи от <дата>, заключенный между ФИО5 и ФИО6, недействительным, применить последствия недействительности сделки.

В судебном заседании истец ФИО5 исковые требования поддержала в полном объеме. Повторяя доводы, изложенные в иске, пояснила, что знала об исполнительном производстве в отношении должника ФИО6 и об акте описи и ареста имущества должника от <дата>. После решения Ростовского областного суда от <дата>, которым оставлено без изменения решение Новочеркасского городского суда <адрес> от <дата> об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО9 к ФИО6, третьи лица: ФИО7, судебный пристав-исполнитель Новочеркасского городского отдела УФССП по Ростовской области об исключении имущества из акта описи (ареста), признании права собственности, а апелляционная жалоба ФИО9 без удовлетворения, она предложила ФИО6 купить у него имущество, на которое <дата> судебным приставом-исполнителем был наложен арест. Указала, что тумбочка, стиральная машина, телевизор, микроволновая печь ей необходимы, ранее она ими пользовалась, поэтому не хотела, чтобы данное имущество изъяли судебные приставы-исполнители. ФИО5 сама составила и распечатала ФИО6 ходатайство о самореализации имущества от <дата>. О результатах рассмотрения ходатайства ФИО6 о самореализации имущества она до заключения <дата> договора купли-продажи в Новочеркасском городском отделе УФССП по <адрес> не интересовалась. ФИО6 сообщил ей, что ему разрешили реализовать данное имущество. Встречные исковые требования ФИО7 не признала в полном объеме. Указала, что срок на подачу ходатайства о самореализации имущества ФИО6 не пропущен, так как окончательное решение было принято <дата>. Считала, что действия ФИО6 по самореализации имущества правомерны, соответствуют положениям ст. 87.1. Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве". Права ФИО7, как взыскателя, в результате заключения между ФИО5 и ФИО6 договора купли-продажи имущества от <дата> не нарушены, так как деньги, вырученные ФИО2 от продажи вещей, внесены на депозитный счет УФССП.

Просила суд удовлетворить исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, в удовлетворении встречных исковых требований отказать.

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признал в полном объеме. Повторяя доводы, изложенные во встречном исковом заявлении, указал, что была нарушена процедура самореализации имущества, и ФИО2 не имел право продавать имущество. Полагал, что ФИО1 злоупотребляет своим правом, так как заключила сделку, которой быть не должно. В соответствии со ст. 174.1 ГК РФ, договор купли-продажи имущества является недействительной сделкой, потому, что заключен с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного судебным приставом-исполнителем. ФИО1 является недобросовестным приобретателем, так как знакома с процедурой самореализации, знала об исполнительном производстве в отношении должника ФИО2 и аресте имущества, заключая сделку не убедилась в правомочиях ФИО2 по отчуждению имущества. Полагал, что нарушены его права как взыскателя на исполнение судебного решения, поскольку до настоящего времени исполнительное производство не окончено, решение суда не исполнено. Незаконная самореализация ФИО2 описанного (арестованного) имущества препятствует реализации его права на удовлетворение своих требований за счет спорного имущества. Внесение ФИО2 денежных средств в счет погашения долга является его обязанностью как должника в исполнительном производстве и не свидетельствует о действительности сделки. В настоящее время ФИО2 скрывается, снялся с регистрационного учета, его местонахождение неизвестно, а в телефонном режиме он сообщил, что не собирается погашать долг. Просил суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме. Встречные исковые требования удовлетворить, применить последствия недействительности сделки.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО7, действующий на основании доверенности, ФИО10 исковые требования ФИО5 не признал в полном объеме, считая ее недобросовестным приобретателем. Так как перед заключением договора купли-продажи от <дата> ФИО5 не поинтересовалась у судебных приставов-исполнителей снят ли арест с имущества, знала о том, что исполнительное производство не окончено. Кроме этого, показания ФИО5 и свидетелей об обстоятельствах заключения договора различны. Просил суд в удовлетворении исковых требований ФИО5 отказать в полном объеме. Встречные исковые требования удовлетворить, применить последствия недействительности сделки.

В судебное заседание ответчик ФИО6 не явился. Неоднократно надлежащим образом извещался судом о времени и месте рассмотрения дела по адресу, указанному истцом в исковом заявлении. Из материалов дела следует, что извещения о судебных заседаниях направлялись ответчику заблаговременно до рассмотрения дела, и вернулись в суд с отметкой "истек срок хранения" в качестве причины невручения. Таким образом, судом предприняты все возможные меры к надлежащему извещению ответчика о дате, времени и месте судебного разбирательства.

Согласно адресной справке отдела по вопросам миграции МУ МВД России по <адрес> «Новочеркасское», место жительства ответчика неизвестно (л.д.106).

В силу ст.119 ГПК РФ, при неизвестности места пребывания ответчика суд приступает к рассмотрению дела после поступления в суд сведений об этом с последнего известного места жительства ответчика.

В связи с чем, ответчику ФИО6 был назначен адвокат, в порядке ст.50 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО6 адвокат Пищейко Д.Ф. обратил внимание суда на то, что подписи ФИО6 в договоре купли-продажи от <дата> и в акте приема – передачи к договору купли-продажи от <дата> различны, в связи с чем, не представляется возможным установить: подписывал ли данные документы ответчик. Просил суд принять решение в соответствии с требованиями действующего законодательства.

В судебном заседании представитель третьих лиц УФССП России по Ростовской области, Новочеркасского городского отдела судебных приставов УФССП России по Ростовской области, заместитель начальника Новочеркасского городского отдела судебных приставов УФССП России по Ростовской области ФИО11 полагал, что исковые требования ФИО5 не подлежат удовлетворению, в связи с тем, что договор купли-продажи был составлен в нарушение действующего законодательства. Самостоятельная реализация имущества ФИО6 не была проведена надлежащим образом, документы, подтверждающие право ФИО6 на реализацию имущества, отсутствуют. Что также подтверждается отсутствием в материалах исполнительного производства, настоящего дела постановления судебного пристава-исполнителя Новочеркасского городского отдела УФССП по Ростовской области об отложении мер принудительного исполнения и предоставлении ФИО6 десятидневного срока для внесения денежных средств, полученных от самореализации на депозитный счет Новочеркасского городского отдела судебных приставов УФССП России по Ростовской области. Напротив, постановлением судебного пристава-исполнителя Новочеркасского городского отдела УФССП по <адрес> от <дата> ФИО6 было отказано в удовлетворении его ходатайства о самореализации имущества. С учетом изложенного, внесенные ФИО6 денежные средства в размере 4 700,00 руб. не являются денежными средствами, внесенными в качестве денежных средств, вырученных от самостоятельной реализации имущества. Встречные исковые требования считал подлежащими удовлетворению, так как договор купли-продажи является ничтожной сделкой.

Изучив материалы дела, исполнительное производство №-ИП от <дата>, материалы гражданского дела №, заслушав выступления лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу ст. 2 Федерального закона от <дата> N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - ФЗ "Об исполнительном производстве"), задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

Исполнительное производство осуществляется на принципах законности; своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения; уважения чести и достоинства гражданина; неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи; соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения (ст. 4 ФЗ "Об исполнительном производстве").

Согласно ч. 1 cт. 64 ФЗ "Об исполнительном производстве", исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

В соответствии с положениями ст. 68 ФЗ "Об исполнительном производстве", мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, денежных средств, подлежащих взысканию по исполнительному документу. Мерами принудительного исполнения, в том числе, является наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества.

Судом установлено и следует из материалов дела, что <дата> мировым судьей судебного участка № Новочеркасского судебного района <адрес> был выдан исполнительный лист серии ВС № по гражданскому делу № о взыскании с ФИО6 в пользу ФИО7 неустойки и задолженности по арендной плате в размере 47 950,00 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 1 639,00 руб., а всего 49 589,00 руб. (л.д.45-46).

На основании указанного исполнительного листа 13.04.2016 судебным приставом-исполнителем Новочеркасского городского отдела судебных приставов УФССП России по Ростовской области ФИО12 было возбуждено исполнительное производство №-ИП (л.д.49-50).

В рамках указанного исполнительного производства, <дата> судебным приставом-исполнителем Новочеркасского городского отдела УФССП по <адрес> ФИО8 был составлен акт описи и ареста имущества должника. Согласно данному акту, описи и аресту было подвергнуто следующее имущество: <данные изъяты>

В силу ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество может быть приобретено на основании договора купли-продажи, иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п.1 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании ч. 1 ст. 119 ФЗ "Об исполнительном производстве", в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от <дата> "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", по смыслу статьи 119 Федерального закона "Об исполнительном производстве" при наложении ареста в порядке обеспечения иска или исполнения исполнительных документов на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо, в частности невладеющий залогодержатель) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста.

Из анализа указанных норм права и разъяснений следует, что правом на обращение в суд с иском об освобождении имущества от ареста и исключения его из описи обладает лицо, не являющееся должником по исполнительному производству, но обладающее правом собственности на имущество, на которое наложен арест, либо являющееся законным владельцем данного имущества.

Предметом иска об освобождении имущества от наложения ареста является собственно арестованное имущество. В то же время одним из условий удовлетворения иска об освобождении имущества от ареста является подтверждение истцом права собственности на арестованное имущество.

Бремя доказывания принадлежности имущества, на которое наложен арест, лежит на лице, обратившемся с требованиями об освобождении имущества от ареста.

Заявляя исковые требования об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) ФИО5 ссылается на заключенный с должником ФИО6 договор купли-продажи № 1 от 14.10.2016 (далее – Договор купли-продажи), по условиям которого, ФИО6 продал, а ФИО5 купила имущество, которое было описано (арестовано) судебным приставом-исполнителем Новочеркасского городского отдела УФССП по <адрес> ФИО8 <дата> в рамках исполнительного производства №-ИП от <дата>, а именно: тумбочку коричневого цвета трехсекционную, стоимостью 500,00 руб.; стиральную машину белого цвета Веко, стоимостью 2 000,00 руб.; телевизор SHARP серебристого цвета, стоимостью 1 500,00 руб.; микроволновую печь серебристого цвета Samsung, стоимостью 7 000,00 руб. (л.д. 13-14, 67).

Из акта описи и ареста имущества должника от <дата> усматривается, что арест произведен в форме объявления запрета распоряжения имуществом и установлен режим хранения арестованного имущества с правом беспрепятственного пользования. Ответственным хранителем назначен ФИО9, который был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 312 УК РФ за растрату, отчуждение, сокрытие или незаконную передачу имущества, подвергнутого описи и аресту, и вверенного ему имущества.

Наложение ареста на имущество предполагает запрет ФИО6 реализовать правомочия, принадлежащие собственнику, в частности, лишение возможности отчуждать арестованное имущество. Таким образом, должник не вправе был распоряжаться имуществом путем совершения сделок с ним.

Из материалов дела следует, что должник ФИО6 <дата> подал в Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по <адрес> ходатайство о самостоятельной реализации арестованного имущества (л.д. 65).

Постановлением судебного пристава-исполнителя Новочеркасского городского отдела УФССП по Ростовской области ФИО13 от <дата> ФИО6 отказано в удовлетворении указанного ходатайства (л.д.66).

Несмотря на данный отказ, ФИО6 и ФИО5 заключили Договор купли-продажи.

В силу ч.2 ст.87.1. ФЗ "Об исполнительном производстве", при поступлении от должника ходатайства о самостоятельной реализации имущества, стоимость которого не превышает 30 000 рублей, судебный пристав-исполнитель выносит постановление об отложении применения мер принудительного исполнения, в котором определяет, что денежные средства в размере, указанном в постановлении об оценке такого имущества, вырученные должником от реализации, должны быть перечислены им на депозитный счет подразделения судебных приставов в срок, не превышающий десяти дней со дня вынесения постановления, и предупреждает должника об ответственности за совершение незаконных действий в отношении такого имущества и о последствиях его нереализации.

Таким образом, законом предусмотрен определенный порядок, при котором должнику судебным приставом-исполнителем может быть разрешена реализация арестованного имущества, однако самостоятельная реализация такового законом не предусмотрена.

В деле отсутствуют доказательства того, что по ходатайству ФИО6 было вынесено постановление об отложении применения мер принудительного исполнения. Напротив, в материалах дела имеется постановление судебного пристава-исполнителя Новочеркасского городского отдела УФССП по Ростовской области об отказе в удовлетворении ходатайства ФИО6 о самостоятельной реализации арестованного имущества.

Следовательно, суждения ФИО5 относительно реализации ФИО6 своего права по продаже принадлежащего ему имущества не могут быть признаны доказанными и основаны на неправильном понимании закона.

Наличие ходатайства ФИО6 о самостоятельной реализации от <дата>, Договора купли-продажи, акта приема – передачи к договору, квитанции № РО 727315 от <дата>, на которые указывает истец в своем иске, не свидетельствуют о правомерности самореализации должником арестованного имущества.

Иных, помимо Договора купли-продажи, доказательств принадлежности спорного имущества ФИО5 не представлено, в материалах дела не имеется.

При таком положении, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об отказе в освобождении имущества от ареста в связи с недоказанностью его принадлежности истцу.

Разрешая встречные исковые требования ФИО7 к ФИО5, ФИО6, третьи лица: УФССП России по Ростовской области, Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по Ростовской области о признании недействительным договора купли-продажи, суд приходит к следующему.

В силу ч.3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Cогласно п. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

В силу п. 3 ст. 10 ГК РФ, в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм права, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст.ст. 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ, cделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п. 3 ст. 166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу п.1 cт. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2 cт. 167 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст.174.1 ГК РФ, сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180).

Cогласно п. 95 Постановления Пленума Верховного суда РФ от <дата> № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в силу положений пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ в случае распоряжения имуществом должника с нарушением запрета права кредитора или иного управомоченного лица, чьи интересы обеспечивались арестом, могут быть реализованы только в том случае, если будет доказано, что приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете на распоряжение имуществом должника, в том числе не принял все разумные меры для выяснения правомочий должника на отчуждение имущества.

Применяя указанные положения закона и разъяснения к спорным правоотношениям, юридически значимым обстоятельством по делу является вопрос о добросовестности ФИО5 при приобретении имущества по Договору купли-продажи.

В процессе рассмотрения дела ФИО5 не отрицала, что знала о наличии исполнительного производства в отношении должника ФИО6, а также знала и была ознакомлена с актом описи и ареста имущества должника от <дата> в отношении имущества, являющегося предметом Договора купли-продажи.

Однако, данные обстоятельства не побудили ее отказаться от заключения сделки, более того, как пояснила ФИО5, именно она была ее инициатором и лично составляла ФИО6 ходатайство о самореализации имущества и Договор купли-продажи.

ФИО5 не отрицала того, что до заключения Договора купли-продажи не обращалась в Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по Ростовской области для получения информации о результатах рассмотрения ходатайства ФИО6 о самостоятельной реализации арестованного имущества.

Вышеприведенные обстоятельства, а также отсутствие в материалах дела доказательств того, что, заключая Договор купли-продажи истец приняла все разумные меры для выяснения полномочий продавца на отчуждение имущества, свидетельствуют о допущенной истцом неосмотрительности и недобросовестности ФИО5 при заключении сделки.

При таком положении, суд считает, что заключение Договора купли-продажи является способом вывести имущество из под ареста и направлено на неисполнение решения суда по возврату суммы долга взыскателю.

Данное обстоятельство не отрицалось самой ФИО5, пояснившей в судебном заседании, что она предложила ФИО6 заключить Договор купли-продажи c целью избежать его изъятия судебными-приставами исполнителями.

Таким образом, продажа имущества, на которое судебным приставом был наложен арест нарушает права и законные интересы взыскателя, имеющего право на удовлетворение своих требований за счет спорного имущества.

Сторонами по делу не оспаривалось то обстоятельство, что до настоящего времени исполнительное производство №-ИП от <дата> в отношении должника ФИО6 не окончено, решение суда не исполнено.

Суд отклоняет как несостоятельные доводы ФИО5 о том, что права взыскателя не нарушены, потому, что денежные средства, полученные ФИО6 по Договору купли-продажи, были внесены на депозит Новочеркасского городского отдела УФССП по Ростовской области.

Поскольку внесенные ФИО6 денежные средства в размере 4 700,00 руб. не являются денежными средствами, внесенными в качестве денежных средств, вырученных от самостоятельной реализации имущества, так как судебным приставом-исполнителем было отказано должнику в самостоятельной реализации имущества.

Кроме этого, доказательств того, что внесенные ФИО6 денежные средства на депозит Новочеркасского городского отдела УФССП по Ростовской области получены в счет Договора купли-продажи, суду не представлено.

Как пояснила ФИО5, Договор купли-продажи был подписан сторонами не в помещении Новочеркасского городского отдела УФССП по Ростовской области. При этом, согласно п. 3 Договора купли-продажи, покупатель оплачивает стоимость приобретенного товара при подписании договора.

Показания свидетелей ФИО14 и ФИО15, допрошенных в судебном заседании <дата> по ходатайству ФИО5, также не подтверждают обстоятельства, на которые ссылается ФИО5

При этом суд критически оценивает показания указанных свидетелей, полагая, что они не отвечают требованиям относимости и допустимости доказательств, установленным ст.ст. 59, 60 ГПК РФ, являются противоречивыми, не соответствуют показаниям самой ФИО5, не подтверждены материалами дела, в связи с чем, позволяют сомневаться в их правдивости.

Вместе с тем, суд отмечает, что внесение ФИО6 денежных средств в счет погашения долга является его обязанностью как должника в исполнительном производстве и не свидетельствует о действительности сделки, заключенной между ним и ФИО5

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания данной сделки ничтожной, применении последствий недействительности ничтожной сделки, и удовлетворении встречных исковых требований ФИО7

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 ФИО16 к ФИО6 ФИО17, Сколкову ФИО18, третьи лица: УФССП России по Ростовской области, Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по Ростовской области, об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) – отказать.

Исковые требования Сколкова ФИО19 к ФИО5 ФИО20, ФИО6 ФИО21, третьи лица: УФССП России по Ростовской области, Новочеркасский городской отдел судебных приставов УФССП России по Ростовской области о признании недействительным договора купли-продажи - удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи № от <дата>, заключенный между ФИО5 ФИО22 и ФИО6 ФИО23. Вернуть стороны в первоначальное состояние.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Новочеркасский городской суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено <дата>.

Судья О.А. Власова