Решение № 2-4218/2018 2-4218/2018~М-3955/2018 М-3955/2018 от 19 сентября 2018 г. по делу № 2-4218/2018

Дело № 2-4218/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 сентября 2018 г. г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи: Погореловой С.С.,

при секретаре: Новиковой А.П.,

с участием представителей ответчиков Главного управления МЧС России по Белгородской области, МЧС России - ФИО1 (по доверенностям), АО «Тандер» - ФИО2 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области, Отделу Государственного пожарного надзора г. Белгорода, Белгородскому филиалу АО «Тандер», МЧС России об устранении допущенных нарушений и взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

10 мая 2018 г. ФИО3 обратился к начальнику пожарного надзора г. Белгорода с жалобой, в которой просил провести проверку соблюдения противопожарного законодательства на универсаме «Магнит» по <адресу>, и автозаправке «Газпром» по <адресу>, г. Белгорода.

10 июля 2018 г. в магазине «Магнит» (в здании ТСЦ «Молодежный») по переулку <адресу>, он, как потребитель, приобрел продовольственные товары. Когда вышел из магазина, увидел рядом топливную заправку «Газпром», в отношении которой ранее он обращался в пожарную инспекцию с целью проверки противопожарного законодательства. Он померил расстояние рулеткой, по его измерениям расстояние от стенки ближайшей топливной колонки до окон магазина, из которого он только что вышел, составило 23,6 м (при минимально установленном законом - 25 м), а от резервуара с топливом - 18 м.

Дело инициировано иском ФИО3, в котором просит взыскать в его пользу с казны Российской Федерации, возложив эту обязанность на Министерство финансов Российской Федерации, как главного распорядителя бюджетных средств, 51000 руб. компенсации морального вреда, причиненного незаконным бездействием Отдела Государственного пожарного надзора г. Белгорода по непринятию до 10 июля 2018 г. мер к устранению нарушений противопожарных норм на Торговом центре «Молодежный» по <адресу>, г. Белгорода и автозаправке «Газпром» по <адресу>, г. Белгорода. Также просил обязать Отдел Государственного пожарного надзора г. Белгорода устранить допущенные нарушения закона. Взыскать в его пользу с Белгородского филиала АО «Тандер» 51000 руб. в счет компенсации морального вреда, причиненного ему нарушением прав потребителя на продажу товаров в условиях безопасности для потребителя.

Определением судьи от 28 августа 2018 г. МЧС России привлечено к участию в деле в качестве соответчика, как главный распорядитель бюджетных средств.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен заказным письмом с уведомлением (л.д. 39, 40), суд о причинах своей неявки не известил, просил рассмотреть дело в его отсутствие (л.д. 5).

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен лично в ходе проведения подготовки дела к судебному разбирательству 28 августа 2018 г. (л.д. 35), суд о причинах своей неявки не известил, о рассмотрении дела в его отсутствие не просил.

С учетом положений статьи 167 ГПК РФ суд не находит препятствий для рассмотрения дела в отсутствие истца и представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области.

В судебном заседании представители ответчиков Главного управления МЧС России по Белгородской области, МЧС России - ФИО1 (по доверенностям) и АО «Тандер» - ФИО2 (по доверенности) исковые требования не признали, возражали против их удовлетворения по доводам, изложенным в письменных возражениях, имеющихся в материалам дела.

Прокуратура г. Белгорода определением суда от 20 сентября 2018 г. исключена из числа лиц, участвующих в деле.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании установлено, что 10 мая 2018 г. в Отдел надзорной деятельности и профилактической работы г. Белгорода, УНД и ПР ГУ МСЧ России по Белгородской области поступило заявление от ФИО3 о нарушениях противопожарной безопасности на автозаправочной станции, расположенной на ул. <улице> в г. Белгороде, в части не соблюдения требований противопожарным расстояниям до прилегающим к автозаправочной станции общественным объектам.

Отделом надзорной деятельности и профилактической работы г. Белгорода рассмотрено обращение о нарушениях требований пожарной безопасности при эксплуатации автозаправочной станции, расположенной по адресу: <...>, проведена предварительная проверка поступившей информации.

В установленный законом срок ответ по результатам рассмотрения обращения был направлен по адресу, указанному в заявлении ФИО3, а именно: <адрес>, который был получен 20 июня 2018 г. (л.д. 26, 27, 28). В связи с чем несостоятельны доводы истца о том, что ему не был дан ответ на его жалобу от 10 мая 2018 г.

В соответствии с действующим законодательством Российской Федерации противопожарные расстояния от автозаправочных станций на территориях населенных пунктов регламентируются статьей 71 Федерального закона от 22 июля 2008 г. № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности». В соответствии с частью 2 статьи 71 данного Федерального закона противопожарные расстояния от автозаправочных станций моторного топлива до соседних объектов должны соответствовать требованиям, установленным в таблице 15 приложения к Федеральному закону от 22 июля 2008 г. № 123-ФЗ. В соответствии с указанной таблицей расстояние должно составлять не менее 25 метров.

По результатам предварительной проверки, проведенной сотрудниками ОНД и ПР г. Белгорода, установлено, что расстояние от автозаправочной колонки до общественного здания составляет 25 м 60 см.

Истец также ссылается на несоответствие расстояния от резервуаров до общественного здания. При разрешении заявленных требований в данной части суд учитывает, что при размещении автозаправочных станций на территориях населенных пунктов противопожарные расстояния следует определять от стенок резервуаров (сосудов) для хранения топлива и аварийных резервуаров наземного оборудования, в котором обращаются топливо и (или) его пары. Однако автозаправочная станция, расположенная по вышеуказанному адресу, как установлено в судебном заседании, имеет конфигурацию расположения резервуаров в подземном исполнении, в связи с чем расстояние от подземных топливных резервуаров не берется в расчет.

В силу положений статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со статьей 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 ГК РФ).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», при решении вопроса о компенсации морального вреда суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя (пункт 3 указанного постановления).

Для наступления ответственности за причинение морального вреда необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда; вину причинителя вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из вышеназванных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о возмещении вреда.

Следовательно, возможность возмещения причиненного вреда жизни или здоровью, в том числе и компенсация морального вреда, на основании главы 59 ГК РФ исключается, если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину.

На основании вышеизложенного, для возложения на Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области обязанности компенсации морального вреда необходимо наличие вины Отдела Государственного пожарного надзора г. Белгорода и причинно-следственной связи между наступившим вредом и действиями указанного ответчика.

При этом суд учитывает, что до настоящего времени какие-либо действия (бездействие) Отдела Государственного пожарного надзора г. Белгорода относительно АЗС, расположенной по адресу: ул. <адресу> 1, г. Белгорода, истцом не обжалованы в установленном законом порядке.

Каких-либо доказательств, которые свидетельствовали бы о том, что при осуществлении эксплуатации вышеуказанной АЗС будет причинен вред безопасности жизни и здоровью ФИО3, не представлено в материалы дела.

В силу статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разрешая заявленные требования, принимая во внимание установленные обстоятельства дела и положения вышеприведенных норм права, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований, предъявленных к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области, Отделу Государственного пожарного надзора г. Белгорода.

Что касается требований, предъявленных к АО «Тандер», то они, по мнению суда, также не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Предъявляя требования к данному ответчику ФИО3 не указывает, какой конкретно вред был ему причинен, в чем он заключается, выражается. Чувство страха, возникшее у истца в результате посещения магазина «Магнит», само по себе не доказывает причинение вреда его нематериальным благам, а именно: жизни и здоровью.

В судебном заседании установлено, что АО «Тандер» осуществляет свою коммерческую деятельность в полном соответствии с требованиями законодательства. Разрешение на ввод в эксплуатацию здания, расположенного по <адресу>, г. Белгорода, полученное в порядке и в соответствии со статьей 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации, подтверждает соответствие данного здания строительным нормам и правилам и иным техническим регламентам, в том числе, и нормам пожарной безопасности (л.д. 72-73).

Доказательств совершения АО «Тандер» неправомерных действий или бездействия истцом, вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ, не представлено.

Кроме того, к возникшим правоотношениям сторон Закон РФ от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» не применим. Настоящий Закон, согласно преамбуле, регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав. При этом потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что Закон РФ «О защите прав потребителей» применяется в случае недостатка (качества и безопасности) конкретного товара, приобретенного в магазине, а не к отношениям, связанным с посещением торговой точки.

При таких обстоятельствах в удовлетворении исковых требований ФИО3 следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области, Отделу Государственного пожарного надзора г. Белгорода, Белгородскому филиалу АО «Тандер», МЧС России об устранении допущенных нарушений и взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья