Апелляционное постановление № 22-569/2017 от 9 апреля 2017 г. по делу № 22-569/2017

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Ивановский областной суд в составе председательствующего судьи ФИО9,

при секретаре ФИО1,

с участием прокурора ФИО7,

осуждённого ФИО8 и его защитников – ФИО2, адвокатов ФИО3 и ФИО5,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осуждённого ФИО8, адвокатов ФИО3 и ФИО5, защитника ФИО2, потерпевшего Г. на приговор Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО8

осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года в колонии-поселении с лишением права управления транспортными средствами на срок 2 года.

Приговором постановлено о самостоятельном следовании осуждённого к месту отбывания наказания, разрешен гражданский иск потерпевшего Г., в пользу которого с осуждённого взыскано 600000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Изучив материалы дела и заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 признан виновным в том, что, управляя автомобилем, допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО8 вину в совершении преступления признал частично.

В апелляционных жалобах:

- осуждённый ФИО8 просит отменить приговор и прекратить уголовное дело. Считает, что причина столкновения его автопоезда с автомобилем «Газель» не установлена. Указывает, что ехал с низкой скоростью и следил за дорожной обстановкой, а вывод суда о том, что он отвлек свое внимание на зеркало заднего вида и это находится в причинно-следственной связи с ДТП, не соответствует действительности. Ссылается на то, что столкновение с автомобилем «Газель» произошло не на обочине, как указано в приговоре, а на дороге, транспортные средства оказались на обочине после столкновения, подтверждением чему являются следы удара автомобиля «Газель», расположенные по центру тягача автопоезда. Полагает, что суд не учел влияние назначенного наказания на условия жизни его семьи, полностью находящейся у него на иждивении, а также просьбу потерпевшего не лишать его свободы. Указывает, что лишение свободы и права управления транспортными средствами исключает саму возможность помогать семье погибшего, поскольку трудоустройство будет затруднительно;

- адвокат ФИО3 в интересах осуждённого просит изменить приговор, назначив ФИО8 наказание с применением положений ст. 73 УК РФ. Считает, что судом не установлено место столкновения автопоезда под управлением ФИО8 с автомобилем «Газель», ссылаясь на предположительные выводы заключения автотехнической экспертизы, полагая, что осколки стекла и пластика автомобилей, обнаруженные на встречной для ФИО8 полосе движения, однозначно не могут свидетельствовать о столкновении именно на этой полосе. Указывает на возможность неисправности тормозной системы автопоезда, поскольку специалист Х. показал, что приборы, проверяющие отсутствие неполадок, могут давать сбой. Находит показания свидетеля К. необъективными, ввиду того, что он не мог видеть полную картину происшествия, так как обзор ему закрывал ехавший впереди автомобиль, а, кроме того, по показаниям ФИО8 К., успокаивая его после случившегося, говорил, что тот не виноват. Указывает, что на возникновение заноса автопоезда, даже при небольшой скорости, существенно могло повлиять наличие глубокой лужи и других дефектов дорожного полотна, а согласно показаниям ФИО8, работники скорой медицинской помощи в течение 40 минут после приезда не оказывали помощь пострадавшему, который был еще жив, в связи с чем считает, что суд необоснованно отказал в вынесении частных постановлений в адрес руководства дорожных служб и станции скорой помощи. Находит назначенное наказание несправедливым, ссылаясь на отсутствие у ФИО8 судимостей, положительные характеристики, болезнь супруги, небольшую заработную плату, а также примирение с потерпевшим и частичное возмещение ему морального вреда. Указывает, что суд не принял во внимание и не отразил в приговоре просьбу потерпевшего не лишать ФИО8 свободы и права управления транспортными средствами, ввиду того, что это единственный источник заработка осуждённого; не учел наличие у ФИО8 троих несовершеннолетних детей, один из которых малолетний, находящихся, как и его супруга, у него на иждивении, проявив тем самым обвинительный уклон. Полагает, что у суда, с учетом смягчающих обстоятельств, отсутствовали основания для назначения ФИО8 наказания в виде лишения свободы, которое, по его мнению, не будет способствовать исправлению осуждённого. Считает, что суд безосновательно отверг показания ФИО8 о том, что административные правонарушения совершены не им, а его сменщиком по работе, и учел это обстоятельство при назначении дополнительного наказания. Находит необоснованным отказ суда в удовлетворении ходатайства потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон. Выражает несогласие с указанием в приговоре на возмещение морального вреда потерпевшему не в полном объеме, ссылаясь на достигнутую между осуждённым и потерпевшим договорённость о возмещении вреда. Указывает, что суд, в нарушение требований ч. 5 ст. 292 УПК РФ, прервал выступление адвоката в прениях сторон ввиду его излишней эмоциональности;

- защитник ФИО4 просит приговор отменить и направить дело на новое рассмотрение, указывая, что был допущен в судебное заседание в качестве защитника ФИО8, но не смог принять участие в прениях сторон в связи с болезнью. Однако суд, несмотря на то, что ФИО8 не был заявлен отказ от защитника в соответствии с положениями ч. 1 ст. 52 УПК РФ в письменном виде, продолжил судебное разбирательство, чем нарушил право подсудимого на защиту;

- потерпевший Г. просит изменить приговор, назначив ФИО8 наказание, не связанное с лишением свободы, и без применения дополнительного наказания. Ссылается на принесение ему ФИО8 извинений, частичное возмещение морального вреда, достижение соглашения о добровольном возмещении оставшейся части суммы компенсации, наличие у осуждённого на иждивении троих несовершеннолетних детей и жены. Указывает, что его (Г.) семье необходимы денежные средства, а назначенное наказание – лишение свободы и лишение права управления транспортными средствами, может затруднить выплату компенсации морального вреда осуждённым, который имеет лишь одну профессию водителя;

- адвокат ФИО5 просит приговор отменить и прекратить уголовное дело. Ссылаясь на показания осуждённого ФИО8, согласно которым столкновение с автомобилем «Газель» произошло на дороге, а не на обочине, свидетеля К. о том, что автомобиль «Газель» после столкновения отбросило на правую обочину, вероятностный характер выводов автотехнической экспертизы, результаты осмотра места происшествия, находит вывод суда о месте столкновения автомобилей не подтверждённым исследованными доказательствами. Указывает на противоречия в описательно-мотивировочной части приговора, где суд, перечислив нарушенные ФИО8 пункты ПДД, впоследствии, давая юридическую оценку действиям осуждённого, указал их не все, уменьшив объем обвинения, что должно было повлиять на вид и размер наказания; кроме того, нормы ПДД приведены с сокращениями по усмотрению следователя, что не предусмотрено законом. Ссылается на отсутствие процессуального решения в отношении действий водителя автомобиля «Газель». Отмечает, что, обосновывая назначение ФИО8 наказания в виде лишения свободы, суд учитывал, в том числе, тяжелые последствия преступления, что не соответствует требованиям закона, поскольку последствия деяния, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, составляют объективную сторону данного преступления.

Государственный обвинитель ФИО6 в возражениях на апелляционные жалобы потерпевшего Г., защитника ФИО2 и адвоката ФИО3 считает изложенные в них доводы несостоятельными и просит оставить приговор без изменения.

В заседании суда апелляционной инстанции осуждённый ФИО8 и его защитники – ФИО4, адвокаты ФИО3 и ФИО5 доводы апелляционных жалоб поддержали в полном объеме.

Прокурор ФИО7 просила оставить апелляционные жалобы без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, проверив законность, обоснованность и справедливость судебного решения в установленном ч. 7 ст. 38913 УПК РФ порядке, исследовав дополнительно представленные материалы, не усматривает оснований для отмены или изменения приговора.

Вопреки доводам апелляционных жалоб виновность ФИО8 в совершении преступления, за которое он осуждён, установлена совокупностью приведенных в приговоре доказательств, которые проверены и оценены судом в полном соответствии с требованиями ст. ст. 87-88 УПК РФ, в том числе:

- показаниями самого осуждённого о том, что когда тягач его автомобиля проехал лужу на дороге, он посмотрел в зеркало заднего вида на полуприцеп, после чего неожиданно увидел перед собой автомобиль «Газель», с которым произошло столкновение;

- результатами осмотра места происшествия, в ходе которого определены расположение автомобилей после ДТП, осколков их стекла и пластика, локализация повреждений, образовавшихся на транспортных средствах в результате столкновения;

- заключением автотехнической экспертизы, согласно выводам которой, место столкновения автомобилей наиболее вероятно находилось на встречной для автопоезда ФИО8 стороне дороге;

- показаниями свидетеля К., из которых следует, что «фуру» после проезда лужи её прицепом стало заносить на встречную полосу движения, затем она столкнулась с автомобилем «Газель», который отбросило на обочину, там же остановилась и «фура».

Ссылки в апелляционных жалобах на неустановление судом действительного места столкновения транспортных средств являются безосновательными.

О том, что столкновение автомобилей произошло на обочине встречной для осуждённого полосы движения, прежде всего свидетельствуют результаты осмотра места происшествия, в ходе которого было установлено, что автомобили, осколки стекла и пластика, след воздействия на металлическое ограждение данного участка дороги и след на поверхности грунта, расположены исключительно на обочине дороги, а на проезжей части какие-либо значимые следы столкновения автомобилей отсутствуют.

Доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО3 о том, что осколки стекла и пластика могли осыпаться с автомобилей после их столкновения в месте, куда они сместились в результате удара, носят явно предположительный характер и объективного подтверждения в материалах дела не находят.

Вероятностные выводы заключения автотехнической экспертизы также не подтверждают версию стороны защиты об ошибочном определении места столкновения транспортных средств, поскольку данное заключение оценено судом путём сопоставления с другими доказательствами, совокупность которых позволила сделать правильный вывод о виновности ФИО8 в совершении преступления.

Вопреки доводам адвоката ФИО5, показания свидетеля К. о том, что автомобиль «Газель» после удара отбросило на обочину, установленным обстоятельствам происшествия не противоречат и об ином месте столкновения не свидетельствуют.

Оснований сомневаться в достоверности показаний указанного свидетеля не имеется, поскольку они согласуются с другими доказательствами по делу, а мнение адвоката ФИО3 о том, что свидетель плохо видел происходящее из-за ехавшего впереди автомобиля, является предположением автора жалобы, поскольку сам К. об этом при допросе не сообщал.

Доводы осуждённого о том, что в процессе движения он внимательно следил за дорожной обстановкой и не отвлекался, противоречат его же собственным показаниям, из которых следует, что столкновение произошло неожиданно, сразу после того, как он посмотрел в зеркало заднего вида на полуприцеп. Как установлено, дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие потери ФИО8 контроля над управлением транспортным средством с последующим выездом на полосу встречного движения, с чем суд апелляционной инстанции согласен.

Утверждение адвоката ФИО3 об отсутствии достоверных сведений, подтверждающих исправность тормозной системы автомобиля ФИО8 суд находит голословным, поскольку техническое состояние указанного транспортного средства должным образом проверялось, кроме того, согласно показаниям самого ФИО8 после того, как он заметил лужу на дороге, он затормозил и снизил скорость на спуске дороги, что свидетельствует об исправности тормозной системы его автомобиля.

Доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО5 об отсутствии в материалах дела процессуального решения в отношении водителя автомобиля «Газель» М., нарушившего, по мнению защитника, п. 10.1 ПДД РФ несостоятельны, так как причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение требований ПДД РФ осуждённым, а не погибшим водителем автомобиля «Газель».

Ссылка в апелляционной жалобе адвоката ФИО3 на неоказание медицинской помощи пострадавшему при ДТП несостоятельна, поскольку согласно карте вызова скорой медицинской помощи смерть М. наступила еще до её приезда.

Вопреки мнению адвоката ФИО3 суд обоснованно не усмотрел оснований для вынесения частных постановлений в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ, так как обстоятельств, которые бы способствовали совершению ФИО8 преступления, нарушений прав и свобод граждан, а также других нарушений закона, при рассмотрении уголовного дела не установлено.

Наказание ФИО8 назначено в соответствии с законом, с учетом характера, степени общественной опасности и конкретных обстоятельств содеянного, личности осуждённого, установленных смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи, поэтому не может быть признано чрезмерно суровым.

Все юридически значимые обстоятельства, влияющие на определение вида и размера наказания, в том числе и те, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах, судом учтены, с мотивированными выводами о возможности достижения указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ целей наказания только в условиях реального отбывания ФИО8 лишения свободы и об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд апелляционной инстанции согласен.

Мнение потерпевшего по вопросам определения вида и размера наказания согласно положениям ч. 3 ст. 60 УК РФ не отнесено к числу обстоятельств, учитываемых судом при назначении наказания, поэтому ссылки на это в апелляционных жалобах, как на повод к смягчению наказания, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Представленные стороной защиты в суд апелляционной инстанции дополнительные сведения о состоянии здоровья супруги осуждённого, по мнению суда апелляционной инстанции, не дают оснований для смягчения назначенного ФИО8 наказания, которое является справедливым и соразмерным содеянному.

Так как дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, предусмотрено уголовным законом за совершённое ФИО8 преступление в качестве обязательного, а основания для применения положений ст. 64 УК РФ отсутствуют, доводы апелляционных жалоб о возможности не лишать осуждённого специального права беспредметны.

Вопреки мнению адвоката ФИО3, суд обоснованно не усмотрел оснований для освобождения ФИО8 от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, поскольку одним из обязательных условий применения ст. 76 УК РФ является заглаживание причиненного потерпевшему вреда, чего ФИО8, исходя из наличия заявленного потерпевшим гражданского иска, сделано не было.

При назначении наказания суд обоснованно учитывал сведения о неоднократном привлечении ФИО8 к административной ответственности за нарушения правил дорожного движения, правильно сочтя недостоверными показания осуждённого о том, что правонарушения совершены его сменщиком по работе ввиду отсутствия каких-либо объективных сведений, подтверждающих доводы осуждённого.

Размер компенсации морального вреда определен судом в соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ с учетом характера нравственных страданий потерпевшего, обусловленных гибелью сына, и, по мнению суда апелляционной инстанции, полностью отвечает принципам разумности и справедливости; выводы суда в части решения по гражданскому иску надлежащим образом мотивированы.

Каких-либо противоречий, в том числе указанных в апелляционной жалобе адвоката ФИО5, описательно мотивировочная часть приговора не содержит. Установленные обстоятельства содеянного осуждённым изложены в приговоре в соответствии с требованиями положений ст. 307 УПК РФ, оснований полагать, что судом был уменьшен объем предъявленного ФИО8 обвинения, суд апелляционной инстанции не находит.

Вопреки доводам адвоката ФИО5, наступление тяжёлых необратимых последствий преступления указывает на характер его общественной опасности, который, согласно ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывается судом при назначении наказания.

Кроме того, в данном случае суд учёл указанное в апелляционной жалобе защитника обстоятельство применительно к разрешению вопроса о возможности назначения ФИО8 наказания с учётом положений ст. 73 УК РФ, а не при определении его вида и размера.

Вопреки мнению защитника ФИО2 нарушения права на защиту ФИО8 судом не допущено, поскольку в отсутствие ФИО2 защиту осуждённого осуществлял адвокат по соглашению, который, как и сам ФИО8, не настаивал на необходимости участия в судебном разбирательстве защитника наряду с адвокатом.

Оснований полагать, что указанные в апелляционной жалобе адвоката ФИО3 действия председательствующего по руководству судебным заседанием совершены в нарушение положений ч. 5 ст. 292 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит.

Как видно из протокола судебного заседания, дело рассмотрено всесторонне, полно и объективно, нарушения принципа состязательности сторон и процессуальных прав участников, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Ввиду изложенного, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО8 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ.