Решение № 2-277/2018 2-277/2018 ~ М-74/2018 М-74/2018 от 29 мая 2018 г. по делу № 2-277/2018

ДЕЛО № 2-277/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 мая 2018 года г. Рославль

Рославльский городской суд Смоленской области в составе судьи Лакеенковой Е.В., при секретаре Давыденковой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по уточненному в порядке ст. 39 ГПК РФ иску ФИО1 к МО МВД России «Рославльский», УМВД России по Смоленской области, Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации о возмещении ущерба,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании с отдела полиции, за счет казны стоимости уничтоженного оружья в размере 16 625, 00 рублей, компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей и судебных расходов.

В обоснование иска указано, что она является наследником после смерти мужа ФИО4, которому принадлежало охотничье ружье <данные изъяты>, вступила на него в наследство, получив свидетельство о праве на наследство по закону.

Апелляционным определением Смоленского областного суда от 17.10.2017 данное оружие не было признано бесхозяйным, однако было уничтожено УМВД России по Смоленской области как технически неисправное, с чем она не согласна, просит взыскать причиненный ей ущерб, и так как сотрудниками МО МВД России «Рославльский» ей был причинен моральный вред, просит его компенсировать.

В судебном заседании истица ФИО1 и её представитель Захаренко И.А. иск поддержали, дополнив, что она неоднократно обращалась к сотруднику разрешительной системы МО МВД «Рославльский» ФИО6 о возврате ей оружия, так как она нашла покупателя, ей не отказывали, но и не возвращали, в последствии она узнала, что ружье уничтожено.

ФИО6 при изъятия оружия осматривал его в её присутствии, составлял акт, который она подписала, оружие было исправно, муж охотился с ним, и умер на охоте, ружье не могло быть технически неисправно. Просит удовлетворить её требования.

Представитель ответчика - МО МВД России «Рославльский» - ФИО2 поддержала свои письменные возражения, в которых указано, что 18 июля 2014 года инспектором лицензионно-разрешительной работы отдела полиции было изъято охотничье оружие марки <данные изъяты>, ранее принадлежавшее ФИО4, умершему 03 ноября 2013 года. Данное оружие изымалось по акту по месту проживания ФИО4 в присутствии его жены, следовательно, она знала о месте нахождения оружия и должна была принять меры для разрешения вопроса о передаче оружия в собственность.

ФИО1 получив свидетельство о праве на наследство по закону 10 ноября 2014 года, в адрес МО МВД России « Рославльский» не обращалась. Оружие хранилось в МО МВД России « Рославльский» до 15 сентября 2016 года (два года и три месяца). После чего оружие во исполнение решения Рославльского городского суда Смоленской области от 11 декабря 2015 года было передано на склад УМВД России по Смоленской области, по приемному акту от 16.09.2016 №. Данное оружие было признано технически неисправным и подлежало уничтожению в установленном порядке.

В соответствии с актом № оружие было списано. Проверка технического состояния оружия и его технических характеристик было проведено в установленном законом порядке (п. 145 Инструкции по организации работы органов внутренних дел по контролю за оборотом гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, утвержденной приказом МВД России от 12.04.1999 № 288). По итогам данной проверки оружие было отнесено к пятой категории (технически неисправное, непригодное к дальнейшей эксплуатации), а потому подлежащее уничтожению. Действия сотрудников МО МВД России « Рославльский» незаконными в установленном порядке не признавались, соответственно в силу ст. 1069 ГК РФ отсутствует обязать по возмещению ущерба, заявленного истицей. Просит в иске отказать.

Соответчик МВД России по Смоленской области иск не признал, поддержав письменные возражения, из которых усматривается, что в соответствии с п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действия ( бездействий) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличия убытков.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04 июня 2009 года № 1005-О-О « Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью « Уния» на нарушение конституционных прав и свобод статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации» по своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного актами органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (статья 1064 ГК Российской Федерации). В частности статья 1069 ГК РФ содержит конкретную норму об ответственности за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами. Применение данной нормы предполагает наличие как общих условий деликтной (то есть внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий. Ответственность за вред, причиненный актами правоохранительных органов и суда, в качестве особого вида деликтного обязательства регламентируется статьей 1070 ГК Российской Федерации, согласно которой установлен исчерпывающий перечень оснований для возмещения вреда, причиненного гражданину независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокураты и суда.

Так как заявляемый ФИО1 вред не вытекает из правоотношений указанных в ст. 1070 ГК РФ, то лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправными поведением органа власти или его должностного лица и возникшими убытками должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Действующее законодательство исходит из признания вины в качестве обязательного условия гражданско-правовой ответственности государства.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 25 января 2001 года № 1-П указал, что отсутствие в ст.52 и 53 Конституции РФ непосредственного указания на необходимость вины соответствующего должностного лица или лиц, выступающих от имени органа государственной власти, как на условие возмещения государством причиненного вреда не означает, что вред возмещается государством независимо от наличия их вины. Наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, то есть закреплено непосредственно.

Само по себе то обстоятельство, что правомерно изъятое и в последствии переданное в УМВД России по Смоленской области оружие, в установленном законном порядке и уничтоженное в соответствии с имеющимся вступившим в законную силу решением суда, не может явиться основанием для вывода о виновности должностных лиц и незаконности их действий в причинении истцу вреда, так как действия должностных лиц МО МВД России «Рославльский», УМВД России по Смоленской области осуществлялись в соответствии с их должностными обязанностями, при строгом соблюдении норм законодательства. В судебном порядке их действия незаконными не признаны. Должностные лица МО МВД России « Рославльский», УМВД России по Смоленской области при наличии вступившего в законную силу решения суда произвели правомерные и законные действия, следствием которых явилось уничтожение спорного оружия истца, ввиду его технической непригодности.

Отсутствуют основания для взыскания судебных расходов, поскольку не представлено соглашение на оказание адвокатом услуг. С учетом обстоятельств дела, отсутствуют правовые основания для взыскания с МВД России, УМВД России по Смоленской области заявленного ФИО1 имущественного и морального вреда, а также судебных расходов, так как истец доказательств в обоснование заявленных требований не предоставил, не видны и не установлены объективные и достоверные данные, подтверждающие требования ФИО1, а именно: в чем МВД России, УМВД России по Смоленской области совершили незаконные и неправомерные действия в отношении истца, причинно-следственную связь между якобы незаконными действиями, а также подтверждающих наступления тех страданий, которые возможно отнести к моральному вреду, что является основанием к отказу в иске.

Представитель соответчика, привлеченного судом к участию в деле, - Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации (Росгвардия) - ФИО3 иск не признала, поддержав свои письменные возражения, дополнив, что оружие относится к имуществу, ограниченному в обороте, и не может свободно передаваться от одного лица к другому. ФИО1, имея свидетельство о праве на наследство по закону на спорное оружие, длительное время не исполнила возложенную на неё обязанность и не уведомила уполномоченные органы о вступлении в наследство. Сама лицензию не получила, данное оружие не могло быть реализовано в торговой организации, так как является не пригодным и было уничтожено, что предусмотрено п. 83 Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, утвержденных Постановлением № 814 от 21.07.1998. Просит в иске отказать.

Суд, заслушав стороны, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ст. 1180 Гражданского кодекса Российской Федерации принадлежавшее наследодателю оружие входит в состав наследства и наследуется на общих основаниях, установленных ГК РФ. На принятие наследства, в состав которого входят такие вещи, не требуется специального разрешения. Меры по охране входящих в состав наследства ограниченно оборотоспособных вещей до получения наследником специального разрешения на эти вещи осуществляются с соблюдением порядка, установленного законом для соответствующего имущества. При отказе наследнику в выдаче указанного разрешения его право собственности на такое имущество подлежит прекращению в соответствии со статьей 238 настоящего Кодекса, а суммы, вырученные от реализации имущества, передаются наследнику за вычетом расходов на его реализацию.

Статьей 20 Федерального закона от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» предусмотрены особенности оборота оружия. В соответствии с этой статьей наследование гражданского оружия, зарегистрированного в органах внутренних дел, производится при наличии у наследника лицензии на приобретение гражданского оружия.

В случае смерти собственника гражданского оружия до решения вопроса о наследовании имущества и получения лицензии на приобретение гражданского оружия указанное оружие незамедлительно изымается для ответственного хранения органами внутренних дел, его зарегистрировавшими.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» изъятие оружия и патронов к нему производится: федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере оборота оружия, в случаях, в том числе смерти собственника гражданского оружия или смерти гражданина, имевшего на законном основании боевое или служебное оружие;

В соответствии с ч. 2 ст. 27 указанного закона, порядок изъятия оружия и патронов к нему определяется Правительством Российской Федерации.

Об изъятии оружия и патронов составляется протокол (акт), в котором указываются вид, тип, модель, калибр, серия и номер изымаемого оружия, а также вид и количество патронов либо делается соответствующая запись в протоколах об административном правонарушении, о досмотре вещей или административном задержании в случаях, предусмотренных федеральным законодательством. Протокол (акт) составляется в порядке, установленном федеральным законодательством.

Из материалов дела видно, что 18 июля 2014 года инспектором лицензионно- разрешительной работы МО МВД России «Рославльский» ФИО6 было изъято охотничье оружие марки <данные изъяты>, ранее принадлежавшее ФИО4, умершему 03 ноября 2013 года. Данное оружие изымалось по акту от 10.07.2014 года в присутствии ФИО1, из которого усматривается, что ружье технически исправно ( л.д. 111).

Тогда же был составлен акт осмотра оружия и указано, что недостатки не выявлены ( л.д. 112).

После чего данный сотрудник подал рапорт на имя начальника отдела полиции, в котором указывает, что в связи со смертью владельца им изъято спорное оружие, в данном рапорте не имеется сведений о том, что оно технически не исправно или имеет какие-либо недостатки ( л.д. 109).

Затем по квитанции № оружие сдается в комнату хранения с пометкой «тех. исправно» ( л.д. 114).

Таким образом, суд приходит к выводу, что изъятое у ФИО1 после смерти её мужа ФИО4 оружие было технически исправно, другого ответчики суду не представили. Имеющийся в материалах дела отчет об оценке оружия, составленный экспертом-оценщиком ФИО9 для нотариуса, в части описания ружья судом не принимается, поскольку оценщик на дату оценки оружие не осматривал и не мог его осматривать, оно в это время находилось в отделе полиции, в отличие от сотрудника лицензионно-разрешительной работы - ФИО6

Пояснения свидетеля ФИО6 и представителей ответчиков о том, что он только визуально осмотрел оружие, не разбирал его, поэтому не увидел недостатков в виде скола лакокрасочного покрытия приклада, коррозии и ржавчины внутренней части ствола, суд находит надуманными, поскольку ФИО6 являлся на то время и является в настоящее время сотрудником лицензионно-разрешительной работы, в чьи прямые обязанности входило изъятие оружия, его осмотр, а из пояснений свидетеля ФИО10 - старшего эксперта ЭКЦ УМВД России по Смоленской области - недостатки в виде скола лакокрасочного покрытия приклада, коррозии внутренней части ствола можно увидеть визуально, не разбирая оружия, не требуется специальных познаний.

Представленное отделом полиции заключение от 17.07.2014 о наличии на спорном ружье недостатков в виде сколов лакокрасочного покрытия приклада, коррозии и ржавчины внутренней части ствола при приеме в комнату хранения оружия, суд ставит под сомнение, поскольку все указанное опровергается квитанцией № ( л.д. 114).

Из поданного отделом полиции иска в Рославльский городской суд Смоленской области от 17.11.2015 о признании оружия бесхозяйным имеется ссылка на заключение технической комиссии о том, что на оружии имеются следы коррозии, его реализация невозможна, однако, как выяснилось в суде, такое заключение отсутствует, само оружие никакой комиссией не осматривалось, и вообще нет сведений о том, что оно после сдачи в комнату хранения МО МВД «Рославльский» до направления в УМВД России по Смоленской области кем-то осматривалось ( письменные доказательства отсутствуют).

В решении Рославльского городского суда от 11 декабря 2015 года, в последствии отмененном апелляционным определением Смоленского областного суда от 17.10.2017, не дается оценка техническому состоянию спорного оружия и нет выводов о его уничтожении ( л.д. 6-10).

Пояснения свидетеля ФИО11, который с января 2016 года по июнь 2017 года исполнял обязанности специалиста по оружию, о том, что на оружии, изъятом у ФИО4 в связи с его смертью, имелась ржавчина в канале ствола и в верхней части затвора, что он увидел, не разбирая, опровергаются письменными доказательствами, а именно: актом осмотра оружия, произведенным сотрудником лицензионно-разрешительной работы (ЛРР) ( л.д. 112), который, как и ФИО11 не разбирал оружия, но его осматривал и не увидел недостатков.

Из пояснений ФИО11 также усматривается, что поскольку оружие суд признал бесхозяйным, то оно подлежит утилизации, поэтому он сразу направил ружье на утилизацию ( л.д. 126).

Из письма заместителя начальника тыла УМВД России по Смоленской области усматривается, что оружие <данные изъяты>, было принято на утилизацию 16 сентября 2016 года и в последствии уничтожено 24.04.2017 по акту № (л.д. 172, 182). Из акта № технического состояния изъятого оружия от 24.04.2017 в разделе «Техническое состояние данного оружия» указано: решение суда (г. Рославль).

Из пояснений свидетеля ФИО10, который участвовал в осмотре спорного оружия, следует, что сколы приклада и коррозию канала оружия можно определить визуально, никаких специальных познаний не требуется. При поступлении данного оружия на утилизацию, он его разбирал, и возможно была коррозия, что можно признать как технически неисправное оружие. При неправильном хранении коррозия прогрессирует, увеличивается, её можно убрать с помощью подручных средств - наждачной бумагой или специальных средств, но все зависит от интенсивности коррозии.

В акте № он не указал в чем неисправность, по какой причине не знает ( л.д.74).

По мнению суда, изъятие оружия было произведено без нарушений и в этой части действия органов внутренних дел истицей не оспариваются, она не согласна с тем, что в последствии оружие было уничтожено как неисправное и не пригодное для эксплуатации.

Исходя из анализа всех представленных сторонами доказательств, суд считает факт нахождения изъятого оружия в неисправном и не пригодном для эксплуатации состоянии недоказанным. И поскольку уничтожение оружия производилось органами внутренних дел, обязанность доказать законность и обоснованность действий, связанных с уничтожением оружия, в соответствии со ст. ст. 12, 56 ГПК РФ, возлагается на ответчиков.

Такие доказательства в деле отсутствуют.

В соответствии с п. 83 Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, изъятые оружие и патроны, технически непригодные для эксплуатации, самодельные или переделанные, а также запрещенные к обороту на территории Российской Федерации уничтожаются органами внутренних дел в порядке, установленном Министерством внутренних дел Российской Федерации.

Из содержания приведенной нормы следует, что изъятое в установленном порядке оружие может быть уничтожено при условии его технической непригодности к эксплуатации.

Между тем, имеющиеся в деле документы не свидетельствуют с достоверностью о технической непригодности изъятого у истца оружия. Из акта № о техническом состоянии оружия видно, что нет описания неисправности, в отличие от других ружей, в разделе его технического состояния, указано просто - решение суда. Поэтому суд критически относится к пояснения свидетеля - эксперта ЭКЦ УМВД России по Смоленской области, что данное оружие осматривалось и разбиралось, в акте приема № отсутствует описание оружия, нет указания на то, в чем выявилась непригодность, неисправность ( л.д. 74, 182-183).

Свидетель ФИО11, который по сопроводительной направил ружье сразу на утилизацию, пояснил, что основанием для утилизации явилось решение суда, однако решением суда ружье только признавалось безхозяйным.

При этом суд отмечает, что с момента изъятия спорное оружие оно находилось в районном отделе милиции до принятия на склад УМВД России по Смоленской области и ответственность за его сохранность и техническое состояние возлагалась на орган внутренних дел. В соответствии со ст. 27 ФЗ «Об оружии» оружие и патроны к нему, изъятые в связи со смертью собственника, находятся на хранении в органе внутренних дел до решения вопроса о наследовании имущества и получении права на владение оружием либо до отчуждения оружия, но не более одного года. По истечении одного года органом внутренних дел принимаются установленные гражданским законодательством меры по принудительному отчуждению указанных оружия и патронов к нему.

В соответствии с п. 82 главы 14 Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 21.07.1998 № 814, п. 116 Приказа № 288 от 12.04.1999 «О мерах по реализации постановления Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 года № 814» (действовавшего на момент изъятия оружия, утратил силу Приказом МВД России от 30.12.2014 № 1149) при разрешении вопроса о наследовании, оружие и патроны выдаются наследникам хозяйственными подразделениями органов внутренних дел, осуществляющими их ответственное хранение, после оформления лицензий на приобретение и получения разрешений на хранение или хранение и ношение данного оружия и патронов.

В случаях, когда наследник не имеет права на использование оружия либо при добровольном отказе от наследования оружия и патронов по письменному его заявлению оружие и патроны передаются для комиссионной продажи организации, имеющей право ведения торговли ими, другому лицу, которому предоставлено право их приобретения, или в Музейный фонд Российской Федерации либо уничтожаются в установленном порядке.

При таких обстоятельствах, суд считает, что ответчиками доказательств технической непригодности к эксплуатации изъятого у истицы оружия не приведено, в связи с чем не было оснований для его уничтожения, следовательно, иск подлежит удовлетворению, оценка уничтоженного оружия никем не оспорена и составляет 16 625,00 рублей, достоверных доказательств иной стоимости уничтоженного охотничьего ружья ответчиками не приведено.

В силу п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, предусматривающей общие основания ответственности за причинение вреда, установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с пунктами 1 и 2 Указа Президента Российской Федерации от 5 апреля 2016 г. № 157 «Вопросы Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации» образована Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации, внутренние войска Министерства внутренних дел Российской Федерации преобразованы в войска национальной гвардии Российской Федерации.

Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации является правопреемником Министерства внутренних дел Российской Федерации в отношении передаваемых ей органов управления, объединений, соединений, воинских частей, военных образовательных организаций высшего образования и иных организаций внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации (пункт 11 Указа Президента Российской Федерации).

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 03.07.2016 № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» контроль за соблюдением законодательства Российской Федерации в области оборота оружия и в области частной охранной деятельности относится к компетенции войск национальной гвардии Российской Федерации.

В соответствии с пп. 19 п. 9 Положения о Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 30.09.2016 № 510, Федеральная служба национальной гвардии Российской Федерации организует и осуществляет выдачу в установленном порядке гражданам и организациям лицензий, разрешений и иных видов документов, связанных с оборотом оружия и частной охранной деятельностью; ведет в соответствии с законодательством Российской Федерации учет оружия и патронов к нему.

Из изложенного следует, что Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации является правопреемником Министерства внутренних дел Российской Федерации в части указанных правоотношений, тем более что оружие изымал сотрудник лицензионно-разрешительной работы.

Согласно ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

В силу статьи 165 БК РФ именно на Федеральную службу войск национальной гвардии Российской Федерации, а не на иные органы власти, может быть возложена обязанность по исполнению данного судебного акта.

В то же время суд не находит оснований для удовлетворения иска о взыскании морального вреда, поскольку ФИО1 был причинен имущественный вред в результате уничтожения оружия, и положения ст. 151 ГК РФ на данные случаи не распространяется.

Истцом при рассмотрении дела было заявлено требование о возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей и расходов по оплате государственной пошлины в размере 665,00 рублей. Данные расходы на основании ст. 98 ГПК РФ также подлежат взысканию в пользу истца. В силу статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

При рассмотрении настоящего дела интересы ФИО1 представлял адвокат Захаренко И.А., которому она заплатила 5 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 19.04. 2018 ( л.д. 156).

Данная сумма является разумной, не завышенной с учетом количества судебных заседаний, объема проведенной адвокатом работы.

Доводы ответчика МВД о том, что истица не предоставила письменное соглашение с адвокатом, не могут быть приняты во внимание, поскольку при разрешении вопроса о возмещении стороне, в пользу которой состоялось решение суда, расходов на оплату услуг представителя, юридически значимым является факт несения таких расходов, подтвержденный надлежащими доказательствами.

Исходя из материалов дела, оценив вышеуказанную квитанцию, суд считает, что данные письменные документы являются надлежащими доказательствами, подтверждающими факт несения ФИО1 расходов по оплате юридических услуг в рамках данного гражданского дела, а непредставление в суд письменного договора между адвокатом и истицей не может являться основанием для отказа в возмещении понесенных заявителем расходов на оплату оказанных юридических услуг.

Доводы ответчиков о необходимости освобождения от уплаты государственной пошлины суд находит несостоятельными.

Действительно, в силу пп. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ освобождаются от уплаты государственной пошлины государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, в качестве истцов (административных истцов) или ответчиков (административных ответчиков). Данная норма регулирует отношения, связанные с уплатой или взысканием государственной пошлины в соответствующий бюджет.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ уплаченная истцом государственная пошлина относится к судебным расходам. Действующее процессуальное законодательство (ст. 98 ГПК РФ) не содержит исключений для возмещения судебных расходов стороне, в пользу которой состоялось решение, и в том случае, когда другая сторона в силу закона освобождена от уплаты государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 стоимость уничтоженного ружья - <данные изъяты> - в размере 16 625,00 рублей, стоимость услуг представителя - в сумме 5 000,00 рублей, расходы по оплате государственной пошлины - в размере 665,00 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к МО МВД России «Рославльский», УМВД России по Смоленской области, Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании ущерба отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Смоленский областной суд через Рославльский городской суд.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 5 июня 2018 года.