Апелляционное определение № 33-15157/2025 от 16 декабря 2025 г.

Дело № 33-15157/2025 (№ 2-2850/2025)

УИД 66RS0005-01-2025-002759-42

Мотивированное
апелляционное определение

изготовлено 17.12.2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 03.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Калимуллиной Е.Р., судей Юсуповой Л.П., Пожарской Т.Р., при ведении протокола помощником судьи Нефедковой В. Н., рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Свердловского областного суда

гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Лаванда» о защите прав потребителя,

по апелляционной жалобе истца ФИО3 на решение Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 16.07.2025.

Заслушав доклад судьи Юсуповой Л.П., объяснения истца ФИО3, представителей ответчика ФИО1 и ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ООО «Лаванда» о взыскании компенсации морального вреда, стоимости услуги 15300 рублей, обосновывая свои требования причинением вреда ее здоровью вследствие недостатков оказанной косметологической услуги по контурной пластике коррекции губ препаратом «Belotero intense», и ссылаясь на положения ст. 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО3 на исковых требованиях настаивала, отказалась от иска в части возмещения вреда здоровью. Определением суда от 18.06.2025 производство по делу прекращено в части возмещения вреда здоровью вследствие недостатков оказанной услуги в связи с принятием частичного отказа истца от исковых требований (л.д. 41-43).

Ответчик возражал против удовлетворения иска, указывая, что косметологическая услуга оказана надлежащего качества, врачом-косметологом, который имеет все необходимые документы об образовании и квалификации. Ответчик имеет соответствующую лицензию на оказание медицинских услуг по профилю косметология. Услуга оказана по адресу, указанному в лицензии. Используемый при проведении процедуры препарат безопасен и эффективен, что подтверждается регистрационным удостоверением. Истец дала добровольное информированное согласие на проведение процедуры, истцу была разъяснена суть медицинского вмешательства, возможные риски и осложнения, о том, что проведение процедуры не дает 100% гарантии на достижение планируемого результата, необходимость строгого соблюдения рекомендаций врача. Факт поведения эстетического вмешательства и субъективное неудовлетворение результатом сам по себе не свидетельствует о некачественности оказанной услуги (л.д.30,31).

Решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 16.07.2025 исковые требования ФИО3 к ООО «Лаванда» оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе истец ФИО3 просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новое решение о полном удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы указывает, что судом неправильно применены нормы материального права. В силу ст. 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель в случае обнаружения недостатка оказанной слуги вправе требовать безвозмездного устранения недостатка выполненной работы. В письменной претензии она просила ответчика исправить результат или вернуть уплаченные денежные средства. Однако ответчик отказался выполнять претензионные требования. Судья необоснованно требовала с нее доказательства в виде справки от другого врача, подтверждающие причиненный вред здоровью и диагноз. Данные доказательства не являются законными, так как требовалось проведение медицинской экспертизы. По закону о защите прав потребителей истец ничего не должен доказывать, а должен уведомить исполнителя о желании изменить результат услуги, при отказе исполнителя - написать претензию, в случае ее неудовлетворения - обратиться в суд с иском о возврате денежных средств за услугу и требовать моральной компенсации (л.д. 98,99).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО3 поддержала доводы апелляционной жалобы, просила считать не принятым отказ от части исковых требований, ссылаясь на то, что суд вынудил ее отказаться от части исковых требований. Недостаток оказанной услуги, по ее мнению, заключается в неравномерном введении препарата по контуру губ, в с вязи с чем ее не устроил эстетический результат.

Представители ответчика возражали против удовлетворения исковых требований повторяя доводы возражений на иск, указали, что процедура коррекции контура губ была проведена 24.01.2025. На повторном приеме 07.02.2025 врачом-косметологом отмечалось уменьшение припухлости губ по сравнению с состоянием сразу после проведения процедуры, оставались небольшие постинъекционные гематомы, была выписана мазь, рекомендована повторная явка на прием через 1 месяц, однако истец на повторный прием не явилась.

Заслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения.

В силу п. 3 ст. 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

На основании п. 2 ст. 1096 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

В силу п. 9 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Закон об основах охраны здоровья) пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ч. 1 статьи 1068 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

В п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.6.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» содержится разъяснение о том, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Согласно п. 1 ст. 29 Закона РФ О защите прав потребителей» Потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 24.01.2025 между ФИО3 и ООО «Лаванда» заключен договор возмездного оказания медицинских услуг на основании имеющейся у исполнителя лицензии от 03.06.2022 и обращения истца за оказанием услуги (л.д.36).

В клинике ООО «Лаванда» 24.01.2025 истцу ФИО3 оказана косметологическая услуга по проведению контурной пластики (коррекции) губ препаратом «Belotero intense».

Стоимость данной процедуры составила 15 300 рублей и была оплачена истцом в полном объеме. На имя истца заведена медицинская карта.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ 18.02.2022 ООО «Лаванда» зарегистрировано в качестве юридического лица. Обществу выдана лицензия № Л041-01021-66/00393812 на осуществление медицинской деятельности, в том числе в области косметологии, срок действия лицензии – бессрочно.

Перед проведением процедуры 24.01.2025 ФИО3 было заполнено информированное добровольное согласие на проведение ООО «Лаванда» контурной пластики (коррекции) препаратом «Belotero intense Lidocaine, 1 ml»; заполнено информированное добровольное согласие на виды медицинских вмешательств, включенных в перечень определенных видов медицинских вмешательств, на которые граждане дают информированное добровольное согласие при выборе врача и медицинской организации, в котором пациент ФИО3 дала согласие на проведение медицинской процедуры врачом ФИО1 (л.д.62, 63).

07.02.2025 ФИО3 обратилась к ответчику с претензий о возврате денежных средств, уплаченных за косметологические услуги ненадлежащего качества, предъявлены жалобы на нарушение технологии введения филлера, утрату нормальной подвижности и функциональности губ (л.д.13).

В ответе от 15.02.2025 на претензию ответчиком даны рекомендации, направленные на полное устранение остаточных гематом, рекомендован осмотр через месяц (л.д.12).

Из заполненного истцом информированного добровольного согласия на проведение контурной пластики (коррекции) губ следует, что 24.01.2025 ФИО3 была введена общая доза 1 мл инъекций препаратом «Belotero intense Lidocaine», пациент была проинформирована о методике применения препарата в эстетической медицине. При этом пациент была ознакомлена с тем, что контурная пластика (коррекция) – это способ устранения косметических дефектов с помощью подкожных инъекций гелей с гуалуроновой кислотой. Метод основан на введении стерильного биогеля, содержащего стабилизированную гиалуроновую кислоту неживотного происхождения, с целью удаления морщин (придания меньшей выраженности), коррекции складок, а также изменения формы и увеличения объема губ, т.е. с целью придания в необходимых участках дополнительного объема. ФИО3 была проинформирована о длительности косметического эффекта, который зависит от места инъекции, типа кожи и техники инъекции, и может составлять от 3 до 18 месяцев. Длительность косметического эффекта носит строго индивидуальный характер, периодическое повторение процедур, поддерживает желаемую степень коррекции.

Из инструкции по применению препарата «Belotero intense» (л.д.67-70) судом установлено, что данный препарат показан для инъекции в глубокий слой кожи для коррекции носогубных складок и морщин, а также для увеличения губ. Данный препарат показан для введения в глубокий слой кожи официально уполномоченными практикующими врачами, имеющими соответствующую подготовку, опыт, знания анатомии в месте инъекции и вокруг него чтобы минимизировать риск возможных осложнений. Подслизистое или подкожное введение рекомендовано для увеличения губ.

Кроме того, в инструкции по применению препарата «Belotero intense» имеется перечисление побочных действий от препарата, такие как: в месте инъекции могут возникнуть после введения в кожу, реакции – отек, узелок или припухлость/опухоль, кровоподтеки, пурпура, гематома, экхимоз, уплотнение, покраснение, покалывание, порастезию, онемение, гипестезия, образование корки, след от иглы, дискомфорт и раздражение. Данные реакции должны исчезнуть самопроизвольно через несколько дней.

При подписании согласия ФИО3 подтвердила, что при введении препарата возможно некоторое травмирование тканей, стенок сосудов (с ее полным проколом), в результате чего происходит излитие крови в окружающие ткани (возникновение синяка, гематомы). При инъекции возможны болевые ощущения в момент прокола, а также при введении препарата (от незначительных ощущений до выраженных). Пациенту разъяснено, что после введения препарата возможно кратковременное покраснение, припухлость, чувство распирания и болезненность в зоне введения, которые проходят через 2-3 недели, сообщено, что при коррекции, особенно в области губ, после процедуры возможно обострение герпес-вирусной инфекции, в этом случае необходимо использовать противовирусные препараты. ФИО3 разъяснено, что появлении высоких температур, пульсирующих болей, выраженной ассиметрии, увеличение отека тканей, появления гнойных элементов, а также при появлении каких-либо нежелательных явлений необходимо немедленно обратиться к врачу.

Кроме того, истец в информированном согласии ознакомлена с информацией о том, что проведение процедуры не дает 100% гарантии планируемого результата, согласна с тем, что конечный результат во многом зависит от особенностей организма, возраста, состояния здоровья, кожи, лица, а также с тем, что полученный результат может отличаться от желаемого. При этом разъяснено, что коррекция имеет обратимый характер и при нежелании сохранить полученный результат возможно рассасывание препарата ферментом. Также пациент понимает, что несоответствие полученного результата желаемому не свидетельствует о не качественности оказанного медицинского вмешательства. Понимает, что две половины человеческого лица всегда имеют различия в форме и размерах, и эти различия могут оставаться после процедуры. А также понимает, что форма губ зависит от многих факторов, и инъекции не всегда могут привести к созданию их идеальной формы.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оснований для возложения гражданско-правовой ответственности на ответчика не имеется, так как доказательств оказания ответчиком косметологической услуги ненадлежащего качества в материалах дела не имеется, а недостижение желаемого эстетического результата от процедуры контурной коррекции губ согласно субъективному мнению истца, не свидетельствует о некачественном оказании ответчиком услуги.

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на фактических обстоятельствах и нормах материального права, которым дана надлежащая оценка в соответствии с положениями ст. ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Мотивы, по которым суд пришел к вышеуказанным выводам, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, подробно приведены в мотивировочной части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии не имеется оснований.

Вопреки доводам апеллянта судом не нарушены правила распределения бремени доказывания, в связи с чем подлежат отклонению как необоснованные доводы жалобы о том, что истец ничего не обязан доказывать, а суд незаконно требовал от истца предоставления доказательств причинения вреда здоровью или недостатка оказанной услуги.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (пункт 6 статьи 18, пункты 5 и 6 статьи 19, пункты 4, 5 и 6 статьи 29 Закона).

Так как ответчиком гарантийный срок на оказанную услугу не устанавливался, то в силу п. 4 ст. 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» именно на истце лежала обязанность доказать, что недостатки оказанной услуги, указанные в претензии, такие как неравномерное введение препарата в контур губ, возникли до принятия оказанной услуги или по причинам, возникшим до этого момента, что повлекло за собой потерю подвижности, функциональности, ассиметричность губ. Между тем таких доказательств истцом не представлено.

В свою очередь ответчиком представлены доказательства, подтверждающие оказание косметологической услуги в соответствии с имеющейся лицензией и Порядком оказания медицинской помощи по профилю «косметология» в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития России от 18.04.2012 N 381н (ред. от 21.02.2020) «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «косметология» (зарегистрирован в Минюсте России 17.05.2012 N 24196).

В ходе апелляционного производства сторонам предложено представить дополнительны доказательства в обоснование своих требований и возражений, в порядке ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, однако стороны просили разрешить спор по имеющимся в деле доказательствам, от проведения дорогостоящей судебно-медицинской экспертизы отказались. Оснований для назначения экспертизы за счет средств федерального бюджета коллегия не находит.

Таким образом, из материалов дела следует, что истцом в качестве вреда здоровью указаны симптомы, которые могут возникать у пациента при проведении указанной процедуры по коррекции губ и о которых истец была проинформирована до проведения процедуры (припухлось, распирание,отек, гематомы, уплотнение в виде узелка, покраснение, покалывание, онемение, следы от игл, дискомфорт, раздражение, обострение герпесной инфекции и др.),однако дала свое добровольно согласие на ее проведение. Кроме того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции истец пояснила, что через 3 дня после процедуры у нее возник на губах герпес, который она лечила самостоятельно без обращения к врачу.

На приеме 07.02.2025 жалобы истца о нарушении подвижности губ не подтвердились, в медкарте (л.д.66) указано, что подвижность губ сохранена, состояние объективно удовлетворительное, наблюдаются постпроцедурные явления в виде отечности и небольших гематом красной каймы губ. Выписан крем «Имофераза» на кожу каймы губ 2 раза в день 4 недели, рекомендовано явиться на осмотр через месяц.

Неявки истца на повторный осмотр к ответчику через месяц свидетельствует о том, что временные постпроцедурные явления исчезли и более истца не беспокоят.

Причинение какого-либо вреда здоровью в качестве последствий проведенной косметологической услуги истцом также не доказано. После отказа ответчика в удовлетворении претензии истец в другие лечебные учреждения для оказания медицинской помощи либо для исправления эстетического состояния губ - не обращалась, какое-либо другое лечение, в связи с ненадлежащим оказанием услуги не проходила, обратного истцом доказано не было.

Доводы жалобы о том, что судья необъективно вела дело и оказывала на истца психологическое давление материалами дела и аудиозаписью протокола судебного заседания от 18.06.2025 не подтверждены, в противном случае суду мог быть заявлен отвод, который со стороны истца не последовал.

Доводы жалобы о том, что суд вынудил истца отказаться от иска в части возмещения вреда здоровью и необоснованно прекратил производство по делу в части, не могут повлиять на существо принятого решения, так как какого-либо конкретного требования о возмещении вреда здоровью истцом в иске изначально сформулировано не было, фактически иск был основан на отказе истца от договора оказания платных медицинских услуг от 24.01.2025, возврате уплаченной по договору суммы в связи с оказанием услуги ненадлежащего качества.

Доводы жалобы о том, что наличие у врача диплома о медицинском образовании и лицензии на проведение контурной пластики губ дает лишь доступ для оказания услуги, а не гарантирует результата, который одобрит потребитель, также не может повлечь отмену решения, поскольку не свидетельствует об оказании услуги с недостатком, кроме того, до начала процедуры до истца была доведена информация о том, что проведение процедуры не дает 100% гарантии планируемого результата и конечный результат во многом зависит от особенностей организма, возраста, состояния здоровья, кожи, лица пациента.

Таким образом, приведенные истцом в жалобе доводы основаны на ошибочном толковании норм действующего законодательства, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, направлены на переоценку установленных фактических обстоятельств и доказательств, выводы суда не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального или процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для отмены обжалуемого судебного акта в апелляционном порядке.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 16.07.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий: Калимуллина Е.Р.

Судьи: Пожарская Т.Р.

Юсупова Л.П.