Апелляционное определение № 33-3257/2026 от 13 апреля 2026 г.

Судья Шумавцова А.С. УИД 38RS0025-01-2025-000217-33

Судья-докладчик Герман М.А. № 33-3257/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 апреля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Герман М.А.,

судей Васильевой И.Л. и Игнатьевой Н.А.,

при секретаре Николушенко В.В.,

с участием прокурора Комаровой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-379/2025 по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным в части, взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, расходов на лечение, судебных расходов,

по апелляционной жалобе истца ФИО1, апелляционному представлению помощника прокурора г. Усть-Кута Бардаханова С.Г.

на решение Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 24 декабря 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском, указав в обоснование требований, что в период с 12.01.2023 по 07.04.2025 он осуществлял трудовую деятельность в должности водителя грузового автомобиля у ИП ФИО2, что следует из копий приказов о приеме работника на работу от 12.01.2023 № 1 и увольнении от 07.04.205 №2.

02.07.2024 с истцом произошел несчастный случай на производстве. Из акта о несчастном случае на производстве от 04.09.2024 № 1 следует, что 01.07.2024 в соответствии с путевым листом он выехал в рейс на грузовом седельном тягаче MAN TGS 33.430 6x6 BBS-W государственный регистрационный знак Номер изъят с прицепом марки (данные изъяты) государственный регистрационный знак Номер изъят из г. Усть-Кут на Ярактинское нефтегазовое месторождение. Утром 02.07.2024 в 8 час. 00 мин. он выехал обратно в г. Усть-Кут. В 21 час. 00 мин. возле д. Казарки, не доезжая 45 км до г. Усть-Кут, он в очередной раз остановился, чтобы проверить исправность автомобиля. В момент осмотра левого заднего внутреннего колеса шина взорвалась, и ФИО1 в лицо полетели чисти резины, щебень от колес, он почувствовал боль, отошел в сторону. ФИО2 привез ФИО1 в ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница» в г. Усть-Кут, там ему оказали помощь, 03.07.2024 ФИО1 отправился в клинику микрохирургии глаза ООО «МедГрафт» в г. Братск, после этого его направили в ГБУЗ Иркутская Ордена «Знак почета» Областная клиническая больница, там ФИО1 сделали операцию на глаз.

Согласно п. 10 акта о несчастном случае на производстве от 04.09.2024 № 1 основной причиной несчастного случая стал взрыв автошины в результате перегрева из-за аномальной жары в день несчастного случая (код 2.15).

Пунктом 11 акта о несчастном случае на производстве от 04.09.2024 № 1 лица, ответственные за нарушения требований законодательных, иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, предусматривающих обязанности по соблюдению требований по охране труда и их ответственность за нарушения, явившиеся причиной несчастного случая, не установлены.

В связи с происшедшим несчастным случаем, ФИО1 получил травмы в виде открытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга, рвано-ушибленной раны верхнего и нижнего века справа, ушиба, контузии, рваной раны глазного яблока, множественных ссадин тканей лица и передней поверхности грудной клетки. В настоящее время (временно до установления окончательной степени тяжести) установлено 30% утраты трудоспособности. В результате несчастного случая истец лишился глаза. Имеется искажение лица.

С учетом уточнений исковых требований, ФИО1 просил суд признать недействительным акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве от 04 ноября 2024 года в части не установления вины работодателя (п. 10 «причины несчастного случая», п. 11 «лица, допустившие нарушения требований охраны труда»), в части установления легкой степени вреда здоровью (п. 9.2 «характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья»); взыскать с ИП ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб., материальные расходы на лечение после несчастного случая на производстве в размере 74429,78 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 60000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО1 – ФИО3 исковые требования поддержали в полном объеме. Ответчик ИП ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Представитель ответчика ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела. Представители третьих лиц ОСФР по Иркутской области, ОСФР по Красноярскому краю, Государственной инспекции труда в Иркутской области, Государственной инспекции труда в Красноярском крае в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Решением Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 24.12.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Признаны недействительными пункты 9.2, 10 и 11 акта формы Н-1 от 04.09.2024 о несчастном случае на производстве в части установления легкой степени тяжести повреждения здоровья, установления причин несчастного случая, не установления лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, при обстоятельствах несчастного случая от 02.07.2024.

С ИП ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 400 000 руб., расходы на лечение в размере 21247, 99 руб., расходы по оказанию юридических услуг в размере 32000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании расходов на лечение и расходов по оказанию юридических услуг в большем размере отказано.

С ИП ФИО2 в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 7000 рублей.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение. В обоснование жалобы указывает, что взысканный размер компенсации морального вреда необоснованно занижен, не соответствует характеру полученных травм, принципам разумности и справедливости. Обращает внимание, что в достаточно молодом возрасте он лишился глаза, в связи с чем испытывает постоянный дискомфорт, боль по настоящее время. Указывает, что ответчик не оспорил акт по форме Н-1 от 04.09.2024 № 1, вину в произошедшем несчастном случае не отрицал, обстоятельства произошедшего несчастного случая полностью признал.

В апелляционном представлении помощник прокурора г. Усть-Кута Бардаханов С.Г. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение. В обоснование представления указывает на нарушение норм материального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. При рассмотрении дела не учтено Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», в соответствии с которым в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается утраченный потерпевшим заработок и расходы на лечение и иные дополнительные расходы. Обращает внимание, что при разрешении заявленных требований не разрешен вопрос о включении в объем возмещаемого вреда утраченного заработка. ФИО1 после произошедшего с ним несчастного случая вынужден был оставить работу, был лишен возможности трудиться. Процесс восстановления у истца продолжается до настоящего времени, т.е. более года он не имел возможности осуществлять трудовую деятельность, чтобы в том числе оплачивать медицинские услуги. Также судом не установлена нуждаемость ФИО1 в предоставляемых на платной основе медицинских услугах. В рамках рассмотрения дела не установлена нуждаемость истца в процедуре лазерной коррекции левого глаза в связи с полученной травмой правого глаза в результате произошедшего несчастного случая, а также не установлена возможность бесплатного получения указанной процедуры качественно и своевременно. Указывает, что, признавая акт от 04.09.2024 № 1 недействительным в части не установления виновных в произошедшем несчастном случае лиц, суд не принял во внимание наличие вины ответчика в случившимся при разрешении вопроса о компенсации морального вреда. Взысканный в пользу истца размер компенсации морального вреда является необоснованно заниженным.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу, апелляционное представление представитель ответчика ФИО5 выражает согласие с решением суда.

На основании ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассматривает дело в отсутствие третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Герман М.А., объяснения сторон, прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления в части несогласия с размером компенсации морального вреда, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу положений абз. 4 и абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый ч. 2 ст. 22 ТК РФ.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1 ст. 237 ТК РФ).

Частью 1 ст. 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. второй ч. 2 ст. 212абз. второй ч. 2 ст. 212 ТК РФ).

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период с 12.01.2023 по 07.04.2025 ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в должности водителя грузового автомобиля у ИП ФИО2, что следует из копий приказов о приеме работника на работу от 12.01.2023 № 1 и увольнении от 07.04.205 №2.

Как следует из копии паспорта транспортного средства серии Номер изъят, автомобиль MAN, государственный регистрационный знак Номер изъят, и копии паспорта транспортного средства серии Номер изъят, прицеп марки ГРАЗ, государственный регистрационный знак Номер изъят, принадлежат ФИО2

Из копии путевого листа автомобиля от 01.07.2025 № 007 следует, что ФИО1 был направлен на грузовом седельном тягаче MAN, государственный регистрационный знак Номер изъят, с прицепом марки ГРАЗ, государственный регистрационный знак Номер изъят, по маршруту Усть-Кут - Яракта.

01.07.2025 и 02.07.2025 (при возращении на обратном пути) ФИО1 пройден предрейсовый медицинский осмотр, а также имеется роспись механика - ИП ФИО2 о пройденном техническом осмотре ТС и разрешении выхода на линию.

02.07.2025 при возвращении с рейса с ФИО1 произошел несчастный случай.

Из акта о несчастном случае на производстве от 04.09.2024 № 1 следует, что 01.07.2024 водитель грузового автомобиля ИП ФИО2 - ФИО1 прибыл на работу по адресу <адрес изъят> в 7 час. 45, прошел предрейсовый медицинский осмотр, после чего они совместно с ФИО2 осмотрели грузовой седельный тягач (данные изъяты), государственный регистрационный знак Номер изъят, с прицепом марки (данные изъяты), государственный регистрационный знак Номер изъят. Сначала они осмотрели указанный автомобиль визуально снаружи на предмет подтеков ГСМ и технических жидкостей, механических повреждений, состояние шин. После этого они проверили работоспособность звуковых, световых сигналов, системы обогрева ветрового стекла и зоны работы водителя, исправность панели приборов, состояние рулевого управления, исправность тормозной системы. Также проверили наличие огнетушителя, аптечки, знака аварийной остановки и противооткатных упоров. В ходе осмотра никаких дефектов и неисправностей обнаружено не было, и ФИО2 выдал путевой лист ФИО1, после чего в 8 час. 00 мин. он выехал в рейс на грузовом седельном тягаче с прицепом из г. Усть-Кут на Ярактинское нефтегазовое месторождение. 01.07.2024 в пути каждые 2 часа ФИО1 делал остановки для отдыха, приема пищи и осмотра автомобиля. В 19 часов ФИО1 приехал на месторождение, разгрузился, остался там на ночевку, и утром 02.07.2024 в 8 час. 00 мин. он выехал обратно в г. Усть-Кут. По пути он также каждые 2 часа останавливался для отдыха, приема пищи и осмотра автомобиля. В 21 час. 00 мин. возле д. Казарки, не доезжая 45 км до г. Усть-Кут, он в очередной раз остановился, чтобы проверить исправность автомобиля. ФИО1 осматривал левое заднее внутреннее колесо, в этот момент шина взорвалась, и ФИО1 в лицо полетели чисти резины, щебень от колес, он почувствовал боль, отошел в сторону, присел на корточки, увидел, что у него кровь, после этого он залез в кабину автомобиля, посмотрел в зеркало, увидел, что на его лице множественные рассечения. ФИО1 сразу позвонил ФИО2, сообщил, что получил травму, и ФИО2 выехал на встречу его забирать. ФИО2 привез ФИО1 в ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница» в г. Усть-Кут, там ему оказали помощь, 03.07.2024 ФИО1 отправился в клинику микрохирургии глаза ООО «МедГрафт» в г. Братск, после этого его направили в ГБУЗ Иркутская Ордена «Знак почета» Областная клиническая больница, там ФИО1 сделали операцию на глаз.

Согласно п. 9.2 акта о несчастном случае на производстве характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья: согласно медицинскому заключению ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница» от 06.08.2024 № 2051/424 диагноз и код диагноза травмы по МКБ-10: S-06.0.1; S-05.8.1 Производственная открытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Рвано-ушибленная рана верхнего и нижнего века справа. Ушиб, контузия, рваные раны глазного яблока. Множественные ссадины тканей лица и передней поверхности грудной клетки. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории легких (код 3.01.1).

В соответствии с п. 10 акта о несчастном случае на производстве основной причиной несчастного случая стал взрыв автошины в результате перегрева из-за аномальной жары в день несчастного случая (код 2.15).

Пунктом 11 акта о несчастном случае на производстве лица, ответственные за нарушения требований законодательных, иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, предусматривающих обязанности по соблюдению требований по охране труда и их ответственность за нарушения, явившиеся причиной несчастного случая, не установлены.

Из протокола осмотра места несчастного случая, произошедшего 02.07.2024, следует, что комиссией произведен осмотр места происшествия и установлено, что левая задняя внутренняя шина грузового седельного тягача MAN, государственный регистрационный знак Номер изъят, повреждена, около задней оси автомобиля на поверхности обочины расположены части шины. Автошина марки Copartner CP776 318/80/22.5 в исправном состоянии (п.п. 2, 3).

По ходатайству истца по делу проведена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено эксперту Усть-Кутского судебно-медицинского отделения ГБУЗ ИОБСМЭ.

Согласно заключению эксперта Усть-Кутского судебно-медицинского отделения ГБУЗ ИОБСМЭ от 11.11.2025 № 242 у ФИО1, Дата изъята года рождения, имелись телесные повреждения: (данные изъяты) Данные телесные повреждения причинены от воздействия тупых твердых предметов, не исключено при обстоятельствах, указанных в гражданском деле. Не исключено, что данные телесные повреждения причинены незадолго до поступления потерпевшего в ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» 02.07.2024 в 20-50 час., что подтверждается предоставленными медицинскими документами. В соответствии с действующим на момент завершения выполнения судебно-медицинской экспертизы нормативным правовым актом, действующим с 01.09.2025, данные телесные повреждения в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью, вызвавший значительную стойкую утрату обшей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30%) п. 5.1.11., п. 18а таблицы стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм, отравлений и других воздействий внешней среды)). Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Министерства России от 08.04.2025 № 172н, с изменениями, внесенными Приказом Минздрава России от 19.08.2025 № 490н «О внесении изменений в Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 8 апреля 2025г. № 172н; в соответствии с действующим на момент рассматриваемых событий (02.07.2024) нормативным правовым актом, действующим по 31.08.2025, и поэтому признаку данные телесные повреждения квалифицируются как повлекшие тяжкий вред здоровью, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30 процентов (основание – п. 6.11, п. 21а) таблицы стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм, отравлений и других воздействий внешней среды)), согласно Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н.

По итогам проведения МСЭ 26.12.204 ФИО1 с 17.12.2024 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в объеме 30% бессрочно на основании акта о несчастном случае (по форме Н-1) № 1 от 04.09.2024.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что в результате несчастного случая, произошедшего 02.07.2025 при исполнении своих должностных обязанностей в соответствии с трудовым договором от 12.01.2023 № 16, в рабочее время и в интересах работодателя, ФИО1 получил вред здоровью. Учитывая заключение эксперта Усть-Кутского судебно-медицинского отделения ГБУЗ ИОБСМЭ от 11.11.2025 № 242, а также справку МСЭ-2022 № 0044867 об установлении ФИО1 степени утраты профессиональной трудоспособности в объеме 30% бессрочно, полученные истцом при несчастном случае на производстве травмы относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью, травма вопреки акту о несчастном случае на производстве, является тяжелой. В связи с этим п. 10, 11 акта о несчастном случае на производстве от 04.09.2024 № 1 следует признать недействительными.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел обстоятельства несчастного случая, характер причиненной истцу травмы в результате несчастного случая на производстве, отсутствие какой-либо вины истца в произошедшем несчастном случае, длительность лечения, в ходе которого истец перенес операцию, последствия, наступившие в результате получения травмы в виду утраты трудоспособности, необходимость претерпевать соответствующие неудобства и ограничения, связанные со снижением зрительных функций, что исключает возможность ведения истцом прежнего образа жизни, а также возраст истца, его индивидуальные особенности, требования разумности и справедливости, добровольное перечисление денежных средств истцу от ответчика в размере 147500 руб., и определяет ко взысканию с ответчика ИП ФИО2 в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 400 000 руб.

Кроме того, суд признал обоснованным взыскание с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации расходов, связанных с прохождением лечения и получения медицинских консультаций в ООО «МедГрафт», ООО «Доктор», ФГАУ «НМИЦ «МНТК Микрохирургия глаза» им. Акад. ФИО6» Минздрава России, расходов, связанных с проездом из г. Усть-Кут в г. Иркутск для прохождения лечения, приобретения лекарственных препаратов левофлоксацин и дексаметазон на общую сумму 21 247,99 руб., расходы на оплату услуг представителя ФИО3 в размере 20000 руб., 2000 руб. за консультацию и 10000 руб. за составление искового заявления, а всего в размере 32000 рублей.

С выводами суда первой инстанции об обоснованности заявленных требований о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, судебная коллегия соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения. В иной части решение суда не обжалуется.

Вместе с тем с размером компенсации, определенной судом ко взысканию с ответчика в пользу истца, судебная коллегия согласиться не может, доводы апелляционной жалобы истца и апелляционной представления прокурора о несоответствии размера присужденной судом компенсации физическим и нравственным страданиям истца заслуживают внимания.

В соответствии п.25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

В соответствии с пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 30 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Присуждение чрезвычайно малой, незначительной и неадекватной компенсации может свидетельствовать о существенном нарушении судом положений материального закона, устанавливающего критерии определения размера компенсации морального вреда и (или) о существенном нарушении правил исследования и оценки доказательств.

В нарушение вышеприведенных требований закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, суд первой инстанции не привел мотивы относительно того, какие конкретно обстоятельства послужили основанием для столь значительного снижения суммы компенсации морального вреда по сравнению с заявленной истцом в иске.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции оставил без должного внимания, что производственную травму истец получил в отсутствие каких-либо своих виновных действий, при исполнении трудовых обязанностей в интересах работодателя, который в силу закона обязан обеспечить безопасность труда, а в случае его причинения работнику – возместить вред.

В результате тяжелой травмы на производстве истец лишился органа зрения (глаза), испытал сильную боль, проходит лечение и реабилитацию, которые не приведут к полному восстановлению здоровья. Истец нуждается в глазном протезировании.

В результате потери глаза изменен внешний вид истца, что с учетом его достаточно молодого возраста ((данные изъяты).) приносит, и будет приносить существенные нравственные страдания.

Утрачена общая и профессиональная трудоспособность истца, МСЭ бессрочно ему установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности, что предполагает ограничения в выборе профессиональной деятельности, как следствие, в возможностях материального обеспечения себя и своих несовершеннолетних детей, на которое истец мог рассчитывать до получения травмы.

С учетом характеристик ответчика, который является индивидуальным предпринимателем и несет риск предпринимательской деятельности, размер определенной судом первой инстанции компенсации морального вреда, и с учетом доводов ответчика о перечислении истцу денежных средств в общем размере 147 500 рублей, не отвечает принципам разумности и справедливости.

С учетом фактических обстоятельств причинения вреда и тяжких и необратимых последствий полученной травмы на производстве, разумным и справедливым будет размер компенсации морального вреда в сумме 800 000 рублей. При этом оснований для удовлетворения требований в заявленном размере не имеется, учитывая, что вред здоровью истца причинен не в результате умышленных или преступных действий работодателя, который является индивидуальным предпринимателем, а не большой коммерческой организацией.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 24 декабря 2025 года по данному гражданскому делу изменить в части размера компенсации морального вреда.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (данные изъяты) в пользу ФИО1 (данные изъяты) компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

В остальной части решение суда по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу, апелляционное представление – без удовлетворения.

Судья-председательствующий

М.А. Герман

Судьи

И.Л. Васильева Н.А. Игнатьева

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 апреля 2026 года.