Апелляционное постановление № 22-861/2024 22К-861/2024 от 7 мая 2024 г. по делу № 3/10-12/2024

Судья Аверьянова З.Д.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№22-861/2024
г. Астрахань
8 мая 2024 г.
Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего Маревского Н.Э., при секретаре Рябовой О.Н. с участием прокурора отдела прокуратуры Астраханской области Шумиловой Л.А., обвиняемой ФИО1 и её защитника – адвоката Тюриной Л.М., рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Рабаева А.Н. на постановление Советского районного суда г.Астрахани от 25 апреля 2024г., которым в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>,

подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, избрана мера пересечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 25 суток, то есть до 19 июня 2024г., включительно, с установлением, в соответствии со ст.107 УПК РФ, соответствующих запретов и ограничений.

Выслушав мнения обвиняемой ФИО1 и её защитника – адвоката Тюрину Л.М., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Шумилову Л.А. о законности и обоснованности судебного решения, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Данное уголовное дело возбуждено 19 апреля 2024 г. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, в отношении ФИО1

ФИО1 в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ не задерживалась.

22 апреля 2024г. ФИО1 допрошена в качестве подозреваемой.

24 апреля 2024г. следователь с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении обвиняемой ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, обосновав ходатайство необходимостью проведения следственных действий, в то время как ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления и в этой связи, по мнению следователя, находясь на свободе, она может скрыться от органов следствия и суда, а также продолжить преступную деятельность и уничтожить доказательства.

Постановлением Советского районного суда г.Астрахани от 25 апреля 2024г. ходатайство следователя удовлетворено, а в отношении обвиняемой ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 25 суток, то есть до 19 июня 2024г., включительно, с установлением, в соответствии со ст.107 УПК РФ, соответствующих запретов и ограничений.

В апелляционной жалобе адвокат Рабаев А.Н., в защиту интересов обвиняемой ФИО1, считая судебное решение незаконным, необоснованным и не отвечающим разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», просит его отменить. Как отмечает защитник, следователем представлены суду копии материалов уголовного дела, из которых следует, что по делу допрошены свидетели преступления в лице сотрудников бухгалтерии и контрольно-ревизионного отдела УМВД России по Астраханской области, проводивших проверку потраченных во время нахождения ФИО2 в командировке денежных средств. Иные свидетели преступления находятся на территории Луганской народной республики, то есть другого субъекта Российской Федерации, в связи с чем, довод следователя и суда о возможности оказания ФИО1 какого-либо давления на данных свидетелей преступления несостоятелен. Как обращает внимание защитник, ФИО1 зарегистрирована, проживает и имеет постоянное место работы на территории Астраханской области, одна воспитывает двух малолетних детей и поэтому не может покинуть территорию области с целью оказания на кого-либо давления, в связи с чем, в данном случае, было возможно применение более мягкой меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, например подписки о невыезде и надлежащем поведении. Кроме того, ФИО1 проживает по месту регистрации без супруга с двумя малолетними детьми, которые нуждаются в постоянном уходе, воспитании и материальной поддержке, одна осуществляет ежедневное сопровождение детей в школу и дополнительные развивающие секции и, по мнению защитника, избрание ФИО1 меры пресечения, связанной с изоляцией от общества, негативно скажется на материальном обеспечении и воспитании находящихся на её иждивении детей. Также каких-либо фактов о продаже ФИО1 принадлежащего ей на праве собственности имущества на территории Российской Федерации, наличии у неё за рубежом источника дохода, финансовых (имущественных) ресурсов, наличии гражданства (подданства) иностранного государства, отсутствии у неё в Российской Федерации постоянного места жительства, а также наличие угроз со стороны подозреваемой, её родственников, иных лиц, предложение указанных лиц свидетелям, потерпевшим, специалистам, экспертам и иным участникам уголовного судопроизводства выгод материального и нематериального характера с целью фальсификации доказательств по делу, следствием в обоснование своего ходатайства не представлено, а судом надлежащая оценка этому не дана. Учитывая указанные обстоятельства, а также то, что ФИО1 по месту жительства характеризуется с удовлетворительной стороны, зарегистрирована и проживает по месту регистрации на территории Астраханской области, ранее не судима и имеет на иждивении двух малолетних детей, считает, что оснований для избрания ей меры пресечения в виде домашнего ареста, не имеется.

Проверив представленные материалы и доводы жалобы защитника, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 107 УПК РФ, домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля и избирается на срок до двух месяцев.

Указанные требования уголовно-процессуального закона, а также иные, регламентирующие условия и порядок применения меры пресечения в виде домашнего ареста, по настоящему делу не нарушены.

Вопреки доводам жалобы защитника, судом первой инстанции исследовались все доводы и обстоятельства, которые в соответствии с требованиями ст.ст.99, 107 УПК РФ необходимы для принятия решения об избрании лицу меры пресечения в виде домашнего ареста, в том числе и те, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе.

Выводы суда о необходимости избрания в отношении подозреваемой ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста основаны на материалах дела, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения.

Исследовав поступившие материалы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что они с достаточной убедительностью свидетельствуют о причастности ФИО1 к инкриминируемому ей деянию и с учетом характера и общественной опасности преступления, в котором подозревается ФИО1, а также данных о её личности, в целях обеспечения, на данной стадии, задач уголовного судопроизводства, верно, избрал в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста.

Доводы же защиты, о полноте и ходе проведенного расследования, приведены без учета правовой позиции выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в ряде его решений (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 1998 года N 20-П и от 23 марта 1999 года N 5-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2019 года N 2253-О, от 20 июля 2021 года N 1444-О) из которых следует, что принимая решение на досудебной стадии производства по уголовному делу, суд не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, в частности находящиеся в прямой связи с подлежащими отражению в приговоре или ином итоговом решении выводами о фактических обстоятельствах дела, об оценке доказательств, о причастности к преступлению, о вине подозреваемого, обвиняемого, о квалификации деяния и др.

Согласно приведенной выше позиции Конституционного Суда Российской Федерации и, как вытекает из смысла, разъяснений, изложенных в абзаце 4 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. N 41, проверяя обоснованность подозрения в причастности лица к совершенному преступлению и избирая меру пресечения, суд не вправе входить в обсуждение выше приведенных вопросов.

Как видно из представленных материалов, судом, при избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, кроме тяжести и общественной опасности преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, что на начальном этапе сбора доказательств и закрепления в процессуальных документах конкретных фактов преступной деятельности, является оправданным, учитывались и подробно изложенные в постановлении сведения о её личности, которые с учетом приведенных выше оснований, не являются безусловными и достаточными для отказа в удовлетворении ходатайства следователя об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Указанные в апелляционной жалобе обстоятельства, с учетом установленных в судебном заседании и данных характеризующих личность ФИО1, как считает суд апелляционной инстанции, не свидетельствуют о том, что при избрании ФИО1 иной меры пресечения, она с учетом занимаемой должности, не сможет воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии с протоколом допроса ФИО1 от 22 апреля 2024 г. (л.д.18) указано её семейное положение, как замужем. Данное семейное положение подозреваемой ФИО1, подтверждено и свидетельством о заключении брака (л.д.49).

2 мая 2024 г. подозреваемой ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены постановления и отказа в удовлетворении ходатайства следователя об избрании обвиняемой ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, как об этом ставится вопрос в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции в настоящее время, не усматривает.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, с учетом принятого судом первой инстанции в отношении ФИО1 обжалуемого решения и положений ч.2 ст. 107, ч. 3 ст. 128 УПК РФ, в их взаимосвязи, приходит к выводу, что данное постановление подлежит изменению.

Как явствует из постановления, суд первой инстанции, в отношении ФИО1, избрав ей меру пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 25 суток, т.е. до 19 июня 2024 года, включительно, вместе с тем не верно исчислил срок окончания указанной меры пресечения, который исходя и избранного судом, заканчивается 18 июня 2024 г.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, не ухудшая положение ФИО1, считает необходимым резолютивную часть указанного постановления, изменить, считать избранным в отношении подозреваемой ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 25 суток, т.е. по 18 июня 2024 года.

В остальной части, постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Советского районного суда г.Астрахани от 25 апреля 2024г. в отношении ФИО1 изменить: считать избранным в отношении подозреваемой ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 25 суток, т.е. по 18 июня 2024 года.

В остальной части постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Рабаева А.Н. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев, а обвиняемой, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ей копии данного постановления. При этом, обвиняемая, в праве ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Н.Э. Маревский