Решение № 2-2866/2025 2-516/2026 2-516/2026(2-2866/2025;)~М-2096/2025 М-2096/2025 от 19 апреля 2026 г. по делу № 2-2866/2025

Копия

УИД: 62RS0003-01-2025-003598-59

Дело № 2-516/2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 апреля 2026 года г. Рязань

Октябрьский районный суд г. Рязани в составе:

председательствующего судьи Макаровой Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Мурнаевой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ГУФСИН России по г. Москве к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса,

УСТАНОВИЛ:

ГУФСИН России по г. Москве обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса.

В обоснование заявленных требований истец указал, что решением Преображенского районного суда г. Москвы от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО3 к ГУФСИН России по г. Москве удовлетворены частично, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ решение районного суда в части изменено, в части отменено, определением судебной коллегией по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции апелляционное определение оставлено без изменения. На основании указанных судебных актов приказ начальника ГУФСИН России по г. Москве об увольнении ФИО3 признан незаконным, ФИО3 восстановлена на службе, с ГУФСИН России по <адрес> в пользу ФИО3 взыскана заработная плата за время вынужденного прогула в размере 618 601,70 руб., компенсация морального вреда в сумме 10 000 руб., судебные расходы на услуги представителя в размере 40 000 рублей. Решение суда в части восстановления на службе ФИО3 и взыскания заработной платы в размере 192 000 руб. обращено к немедленному исполнению. Согласно платежному поручению ответчик выплатил ФИО3 по исполнительному листу ФС № сумму в размере 192 000 руб.

Из иска следует, что ГУФСИН России по г. Москве проведена служебная проверка по факту поступления исполнительного листа, в ходе которой ФИО15 представил свои письменные объяснения. Согласно заключению служебной проверки, утвержденному ДД.ММ.ГГГГ начальником ГУФСИН, установлена вина ранее замещавшего должность старшего юрисконсульта юридической службы ГУФСИН ФИО15 Как указывает истец, вина выражена в осуществлении правовой экспертизы приказа УФСИН от ДД.ММ.ГГГГ №-лс «О прекращении контракта о службе в УИС РФ и увольнении со службы в УИС РФ ФИО3» в результате неверного применения норм права. Комиссией по проведению служебной проверки установлены нарушения сотрудником п. 1 ст. 12, п. 1 ст. 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ.

ДД.ММ.ГГГГ ГУФСИН России по г. Москве в адрес ФИО15 направлена претензия с требованием о возмещении ущерба в порядке регресса, ответ на которую не последовал.

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с ФИО15 в пользу ГУФСИН России по г. Москве сумму причиненного ущерба в размере 192 000 рублей в порядке регресса.

Представитель истца ГУФСИН России по г. Москве в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил суд о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Ответчик ФИО15 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил суд о рассмотрении дела в свое отсутствие. В материалы дела направил письменные возражения, в которых просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, майор внутренней службы, проходил службу в должности старшего юрисконсульта юридической службы Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по г. Москве с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик переведен ДД.ММ.ГГГГ для дальнейшего прохождения службы в распоряжение федерального казенного учреждения «Центральная нормативно-техническая лаборатория Федеральной службы исполнения наказаний», что подтверждается копиями приказов от ДД.ММ.ГГГГ №-лс о назначении ФИО15 и от ДД.ММ.ГГГГ №-лс о переводе ФИО15, справкой ГУФСИН России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела следует, что решением Преображенского районного суда г. Москвы от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом определения об исправлении описки от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования ФИО3 к УФСИН России по г. Москве удовлетворены частично, приказ начальника генерал-майора внутренней службы УФСИН России по г. Москве №-лс от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении контракта о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и увольнении со службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации ФИО2 признан незаконным, ФИО3 восстановлена на работе в должности инспектора отдела кадров и работы с личным составом федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № УФСИН России по г. Москве» с ДД.ММ.ГГГГ, с УФСИН России по г. Москве в пользу ФИО3 взыскана заработная плата за время вынужденного прогула в размере 841 752 руб. 54 коп., компенсация морального вреда в сумме 10 000 руб., судебные расходы на услуги представителя в размере 40 000 рублей. Решение суда в части восстановления ФИО3 на службе и взыскания заработной платы за три месяца в размере 192 000 руб. обращено к немедленному исполнению.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Преображенского районного суда г. Москвы от ДД.ММ.ГГГГ в части взыскания заработка за время вынужденного прогула изменено, с УФСИН России по г. Москве в пользу ФИО3 взыскана заработная плата за время вынужденного прогула в размере 618 601 руб. 70 коп., в части взыскания с УФСИН России по г. Москве государственной пошлины отменено.

Определением судебной коллегией по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное определение от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

Согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по г. Москве и справке главного бухгалтера ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по г. Москве ФИО3 по исполнительному листу ФС № выплачена заработная плата в размере 192 000 руб.

На основании приказа ГУФСИН от ДД.ММ.ГГГГ №-сп (с учетом изменений, внесенных приказом ГУФСИН от ДД.ММ.ГГГГ №-сп, приказом ГУФСИН от ДД.ММ.ГГГГ №-сп, приказом ГУФСИН от ДД.ММ.ГГГГ №-сп) комиссией проведена служебная проверка по сведениям, изложенным в рапорте майора внутренней службы ФИО4, помощника начальника управления по правовой работе — начальника юридической службы ГУФСИН, по вопросу получения исполнительного листа в отношении ФИО3

Согласно заключению служебной проверки, утвержденному ДД.ММ.ГГГГ начальником ГУФСИН России по г. Москве, комиссия по результатам проведенной проверки пришла к выводу, что причинами вынесения судебного решения, не отвечающего интересам ГУФСИН в части признания приказа УФСИН от ДД.ММ.ГГГГ №-лс незаконным, и направление в ГУФСИН исполнительного листа по вопросу восстановления ФИО3 на службе, явилось: ненадлежащее исполнение должностных обязанностей ФИО13 на момент увольнения со службы ФИО3, замещавшей должность начальника отделения комплектования и прохождения службы отдела кадров УФСИН России по г. Москве, осуществлявшей подготовку материалов об увольнении ФИО3 и являвшейся исполнителем приказа от ДД.ММ.ГГГГ; ненадлежащее исполнение должностных обязанностей ФИО5 на момент увольнения со службы ФИО3, замещавшей должность начальника отдела кадров УФСИН Росси по г. Москве, осуществлявшей контроль за деятельностью подчиненного личного состава, в том числе согласование приказа от ДД.ММ.ГГГГ по направлению деятельности; ненадлежащее исполнение должностных обязанностей ФИО15 на момент увольнения со службы ФИО3, замещавшего должность старшего юрисконсульта юридической службы УФСИН Росси по г. Москве, осуществлявшего правовую экспертизу приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-лс

Из заключения служебной проверки следует, что ответчик ФИО15 осуществил правовую экспертизу приказа УФСИН №-лс от ДД.ММ.ГГГГ «О прекращении контракта о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и увольнении со службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации ФИО2», который был признан судом незаконным.

Как указывает истец, вина ответчика в причинении работодателю ущерба выражается в неверном применении ФИО15 при производстве правовой экспертизы приказа №-лс от ДД.ММ.ГГГГ норм права, в том числе ст. 91 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» и ст. 2 Федерального закона от 17.02.2021 № 13-ФЗ «О внесении изменений в статью 91 Федерального закона «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы».

В ходе служебной проверки ФИО15 представил свои письменные объяснения, в которых указал, что он осуществлял правовую экспертизу приказа УФСИН №-лс от ДД.ММ.ГГГГ, полагая его согласование правомерным.

Меры дисциплинарного воздействия к ответчику не применялись.

ДД.ММ.ГГГГ ГУФСИН России по г. Москве в адрес ФИО15 направлена претензия с требованием о возмещении ущерба в порядке регресса в размере 192 000 рублей. Ответ на указанную претензию в адрес ГУФСИН России по г. Москве не поступил.

Согласно части 2 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2018 года N 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 настоящей статьи, к правоотношениям, связанным со службой в уголовно-исполнительной системе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации.

Часть 5 статьи 15 Федерального закона от 19 июля 2018 года N 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» предусматривает, что за ущерб, причиненный учреждению и (или) органу уголовно-исполнительной системы, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством Российской Федерации.

В силу статьи 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что общие условия наступления материальной ответственности работника отражены в статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба; противоправности поведения работника; вины работника в причинении ущерба; причинной связи между противоправным поведением (действием или бездействием) и наступившим ущербом.

В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (статья 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Порядок взыскания ущерба урегулирован положениями статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд. Возмещение ущерба производится независимо от привлечения работника к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действия или бездействие, которыми причинен ущерб работодателю.

В силу статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: 1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом <данные изъяты> (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами; в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Частью первой статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Согласно части 2 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, и типовая форма договора о полной индивидуальной материальной ответственности утверждены Постановлением Минтруда России от 31.12.2002 N 85.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что вред, причиненный незаконными действиями работника, подлежит возмещению только при наличии прямого действительного ущерба, наступлении вреда, противоправности (незаконности) действий причинителя вреда, прямой причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступлением вреда, а также установлении размера причиненного вреда. Бремя доказывания факта причинения сотрудником ущерба в результате ненадлежащего исполнения служебных обязанностей лежит на работодателе. При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

Необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

Давая оценку заключению служебной проверки, суд приходит к выводу, что служебная проверка проводилась в отношении нескольких сотрудников ГУФСИН по г. Москве, в том числе ФИО15, ФИО13, ФИО5, согласовавших приказ об увольнении ФИО3, который признан судом незаконным. При этом приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-лс подписан начальником УФСИН России по г. ФИО6 Мороз, согласование которого, помимо вышеуказанных сотрудников, производили также ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, объяснения у которых истцом не запрашивались.

В заключении отражено, что ФИО15, ФИО13, ФИО5 неверно оценили весь объем имеющихся документов и неверно применили нормы права при согласовании приказа, нарушив требования п. 1 ст. 12 и п. 1 ст. 13 Федерального закона № 197-ФЗ, вследствие чего приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-лс был признан судом незаконным. Однако конкретизация противоправности действий (бездействия) каждого сотрудника отсутствует (какие именно действия каждого из сотрудников привели к возникновению ущерба), при том, что ФИО15, ФИО13, ФИО5 занимали разные должности. Данные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о формальности проведенной служебной проверки.

Из заключения служебной проверки не следует, какие именно нарушения имели место быть со стороны ФИО15, помимо формального указания в заключении проверки на неверное применение норм права и нарушение требований пунктов 4.3 и 4.4 контракта о службе в уголовно-исполнительной системе, копия которого истцом в материалы дела предоставлена не была, при этом судом в качестве юридически значимого обстоятельства, подлежащего доказыванию в суде истцом, определен факт заключения с ответчиком служебного контракта и его условия.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заключение служебной проверки не содержит доказательств виновного поведения ответчика и, как следствие, причинения органу уголовно-исполнительной системы прямого действительного ущерба, находящегося в причинной связи между его поведением и наступившим ущербом.

Постановленные по гражданскому делу по иску ФИО3 к УФСИН России по г. Москве, ФКУ СИЗО № ЦФСИН России по г. Москве о признании незаконными увольнения, изменении формулировки основания увольнения, взыскании компенсации за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, судебные акты не содержат в себе выводов относительно противоправности действий (бездействия) ФИО15, повлекших вынесение незаконного приказа об увольнении сотрудника, не содержат оценки действий ответчика на предмет их соответствия требованиям закона, должностной инструкции, не устанавливают вину ответчика, а равно наличие причинной связи между его действиями и возникшим ущербом.

Более того, требование истца о взыскании ущерба связано с выплатой среднего заработка незаконно уволенному сотруднику ФИО3

Однако выплаченные ФИО3 на основании судебного постановления денежные средства не могут рассматриваться как прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, поскольку положения трудового законодательства и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации не позволяют отнести к основаниям материальной ответственности работника выплаты работодателем сумм среднего заработка за время вынужденного прогула восстановленному решением суда работнику, поскольку такие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством Российской Федерации и носящие компенсационный характер, не направлены на возмещение причиненного незаконно уволенному работнику как третьему лицу ущерба, что является обязательным условием наступления ответственности работника перед работодателем.

В рассматриваемом споре сумма произведенной истцом выплаты ФИО3 не относится к категории наличного имущества истца.

Таким образом, истцом не доказан как факт виновных противоправных действий ответчика, приведших к возникновению ущерба у истца, так и причинно-следственная связь между действиями ФИО15 и возникновением у истца ущерба.

Основания, с которыми закон связывает возможность привлечения ответчика к материальной ответственности, отсутствуют.

В этой связи суд приходит к выводу, что факт причинения вреда в результате действий (бездействия) непосредственно ответчика не установлен, противоправность поведения, как и вина в причинении ущерба в размере 192 000 руб., из представленных документов не усматривается, причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом не доказана, не определено, какие именно последствия наступили от его действий (бездействий).

Согласно справке главного бухгалтера ГУФСИН России по г. Москве от ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ №, однако данный договор в материалы дела истцом предоставлен не был.

Более того, сам факт заключения с ответчиком договора о полной материальной ответственности основанием для удовлетворения иска не является, поскольку условия наступления материальной ответственности не соблюдены.

Поскольку по настоящему делу все элементы состава, при которых у работника возникает материальная ответственность перед работодателем, не доказаны, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика ущерба в порядке регресса.

В связи с указанными обстоятельствами, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования о привлечении ответчика к полной материальной ответственности за причиненный ущерб, являются незаконными и необоснованными, в связи с чем удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ГУФСИН России по г. Москве к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Рязани.

Судья - подпись

Судья Ю.В. Макарова