Решение № 2-1201/2021 2-1201/2021~М-699/2021 М-699/2021 от 15 июля 2021 г. по делу № 2А-854/2021~М-679/2021

Дело № 2-1201/2021
16 июля 2021 года
город Котлас
УИД 29RS0008-01-2021-001111-62


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Котласский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Кузнецовой О.Н.

при секретаре Соповой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области, Федеральной службе исполнения наказаний, Министерству финансов Российской Федерации о включении в трудовой и пенсионный стаж периода вынужденного не трудоустройства, выплате пособия по безработице, заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области» (далее - ФКУ ИК-4) Министерству финансов Российской Федерации об обжаловании дисциплинарных взысканий, о включении в трудовой и пенсионный стаж периода вынужденного не трудоустройства, взыскании пособия по безработице, заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и денежной компенсации морального вреда.

Определением судьи Котласского городского суда от 26 марта 2021 года требования ФИО1 о включении в трудовой и пенсионный стаж периода вынужденного не трудоустройства, взыскании пособия по безработице, заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и денежной компенсации морального вреда выделены в отдельное производство и приняты к рассмотрению по правилам гражданского судопроизводства.

В обоснование требований указано, что истец отбывал наказание в ФКУ ИК-4, однако в период с 4 апреля 2017 года по 13 июня 2018 года по независящим от него причинам не был трудоустроен. В период трудоустройства с 23 июня 2018 года администрацией учреждения нарушались его права, так как он был привлечен к труду в принудительном порядке, без заявления, без учета его состояния здоровья и возможности выполнять норму выработки. Полагает, что ему должно быть выплачено пособие по безработице в период вынужденного не трудоустройства с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года и данный период должен быть включен в трудовой и пенсионный стаж. Также полагает, что заработная плата ему должна выплачиваться не менее МРОТ с начислением районного коэффициента и северной надбавки. По мнению истца за период трудоустройства он по вине администрации учреждения получил заболевания. Все обращения истца к администрации учреждения о необходимости перевода на другую работу оставлены без рассмотрения. В связи с нарушением трудовых прав истец просит включить в трудовой и пенсионный стаж период с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года, взыскать пособие по безработице в размере, установленном законом «О занятости населения», исходя из МРОТ по Архангельской области, за период с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года; взыскать заработную плату за период с 23 июня 2018 года по 22 февраля 2019 года и компенсацию за отпуск в размере не ниже минимального размера оплаты труда с выплатой районного коэффициента и северной надбавки за каждый месяц. Кроме этого, просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержал по доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что пособие по безработице просит взыскать с ответчика ФКУ ИК-4, так как по вине учреждения он не был трудоустроен в спорный период. Включение в трудовой и пенсионный стаж периода с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года ему необходимо для учета данного периода при назначении пенсии.

В качестве соответчиков по делу привлечены Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области (далее УФСИН России по Архангельской области) и Федеральная служба исполнения наказаний (далее ФСИН России).

Представитель ответчиков ФКУ ИК-4, УФСИН России по Архангельской области, ФСИН России ФИО2, действующая по доверенности, возражала против удовлетворения иска. Из отзывов на иск следует, что нарушений трудовых прав со стороны Учреждения в отношении истца не допущено. В период с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года в учреждении отсутствовала возможность обеспечения трудоустройства осужденного ФИО1 Привлечение осужденных к труду осуществляется не на основании соглашения между работником и работодателем, в связи с чем не может расцениваться как принудительный или обязательный труд, поскольку он осуществляется вследствие приговора, вынесенного судом. Оплата труда истцу производилась не ниже МРОТ исходя из нормы выработки. Истец не обращался с заявлением о переводе его на другую работу по состоянию здоровья. Оснований для включения в трудовой и пенсионный стаж периода с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года не имеется, так как в трудовой стаж включается только фактически отработанное время. Оснований для выплаты истцу пособия по безработице не имеется, так как лицо, отбывающее наказание по приговору суда, не может быть признано безработным. Кроме этого, ответчиками заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд с требованиями о взыскании заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом. Из отзыва на иск следует, что по требованию о взыскании компенсации морального вреда надлежащим ответчиком по делу является ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации как главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности.

Представитель Государственного учреждения - Управление пенсионного фонда Российской Федерации в г.Котлас Архангельской области (межрайонное) (далее УПФР в г.Котлас Архангельской области (межрайонное), привлеченного по делу в качестве третьего лица, в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, просит рассмотреть дело в отсутствии представителя. Из отзыва на иск следует, что согласно выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица в отношении ФИО1, истец зарегистрирован в системе обязательного пенсионного страхования 10 декабря 1998 года и ФКУ ИК 4 представлены сведения о периоде работы истца с 23 июня 2018 года по 22 февраля 2019 года.

УПФР в г.Котлас Архангельской области (межрайонное) 18 июня 2021 года прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения, правопреемником является Государственное учреждение - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу.

Представитель Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № 29 Федеральной службы исполнения наказаний» (далее МСЧ-29), привлеченного по делу в качестве третьего лица, ФИО2, действующая по доверенности, в судебном заседании поддержала позицию ответчиков. Из возражений на иск, представленный суду, следует, что ФИО1 является инвалидом 3 группы с 12 января 1993 года бессрочно, по причине военной травмы. Согласно индивидуальной программе реабилитации и абилитации инвалида от 10 октября 2017 года ФИО1 установлена способность к трудовой деятельности первой степени, что дает право на привлечение осужденного к труду. Противопоказаний по состоянию здоровья для привлечения истца к труду в должности подсобного рабочего на швейном производстве не имеется. Наличие у истца заболевания 4 ни коем образом не связано с его трудоустройством на швейном производстве.

В соответствии со статьей 167 ГПК РФ, суд определил рассматривать дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, рассмотрев иск, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, ФИО1 отбывал наказание в ФКУ ИК-4 в период с 4 апреля 2017 года по 24 февраля 2019 года, в дальнейшем для отбытия наказания убыл в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Архангельской области.

В период нахождения в ФКУ ИК-4 ФИО1 привлекался к трудовому использованию на швейном производстве учреждения в период с 23 июня 2018 года по 22 февраля 2019 года.

Рассматривая довод ответчиков о пропуске истцом срока обращения в суд за защитой своего нарушенного права, по требованиям о взыскании заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 2 ст. 392 ТК РФ, действующей с 3 октября 2016 года, за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Согласно разъяснениям, данным в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

По смыслу данных разъяснений для признания нарушения трудовых прав длящимся, что свидетельствовало бы о том, что истцом срок обращения в суд не пропущен, необходимо соблюдение определенного условия: заработная плата работнику должна быть начислена, но не выплачена.

В этом случае, работник, зная, что работодатель исполнил свою обязанность по начислению соответствующей оплаты за труд, в период действия трудового договора вправе рассчитывать на выплату причитающейся ему суммы, в связи с чем, такие правоотношения и носят длящийся характер.

Таким образом, неисполнение работодателем обязанности по своевременной выплате работнику начисленной заработной платы относится к длящимся нарушениям и срок для обращения работника в суд за взысканием недоплаченных сумм сохраняется в течение всего периода действия трудового договора, то есть течение срока начинается после прекращения его действия (увольнения работника).

В том случае, если заработная плата работнику не начислялась, срок обращения в суд исчисляется с момента, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Судом установлено и следует из материалов дела, что оплата труда осужденным осуществляется 15 числа месяца, следующего за текущим, аванс осужденным не выдается. Указанное положение закреплено в Учетной политике ФКУ ИК-4 УФСИН России по Архангельской области.

Расчетные листы по заработной плате осужденным выдаются по их требованию.

Из искового заявления и пояснений истца в судебном заседании следует, что заработная плата за период его работы ему неправильно начислялась, так как заработная плата ниже МРОТ и не начислялись надбавки к заработной плате в виде районного коэффициента и процентной надбавки за стаж работы в районах, приравненных к районам Крайнего Севера, таким образом, истец просит взыскать не начисленную заработную плату.

Таким образом, истец должен был знать о величине начисленной заработной платы за июль 2018 года - 15 августа 2018 года …. за январь 2019 года - 15 февраля 2019 года, за февраль 2019 года - 15 марта 2019 года.

Таким образом, срок обращения в суд с требованиями о взыскании не начисленной заработной платы за июль 2018 года - 16 августа 2018 года …. за январь 2019 года - 16 февраля 2019 года, за февраль 2019 года - 16 марта 2019 года.

В суд с требованиями о взыскании не начисленной заработной платы истец обратился 19 марта 2021 года.

Анализируя указанные обстоятельства, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока обращения в суд с требованиями о взыскании не начисленной заработной платы за период с июля 2018 года по 22 февраля 2019 года и компенсации за неиспользованный отпуск.

В соответствии с частью 3 статьи 392 ТК РФ при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд в соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Истцом не представлены суду доказательства наличия уважительных причин пропуска срока обращения в суд.

Из пояснений истца установлено, что он ежемесячно получал заработную плату на лицевой счет, расчетные листы мог получить по требованию.

Следовательно, истцу было достоверно известно, либо могло быть известно, о величине начисляемой ему заработной платы в спорный период. Истец получал заработную плату и соответственно не мог не знать о ее размере и составляющих ее частях.

Пропуск срока обращения в суд в соответствии со ст. 152 ГПК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В связи с изложенным требования истца о перерасчете заработной платы и взыскании не начисленной заработной платы за период с июля 2018 года по 22 февраля 2019 года и компенсации за неиспользованный отпуск удовлетворению не подлежат в связи с пропуском срока обращения в суд.

Рассматривая требования истца о включении в трудовой и пенсионный стаж периода с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года, суд исходит из следующего.

В указанный период истец не привлекался администрацией ФКУ ИК-4 к труду.

Из пояснений представителя следует, что в указанный период у учреждения не было возможности трудоустроить истца в связи с отсутствием рабочих мест.

Также из материалов дела следует, что истец в спорный период с 24 мая по 14 сентября 2017 года был этапирован в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области, а с 19 января по 9 февраля 2018 года - в ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области.

В соответствии с пунктом 15 части 1 статьи 14 Закон РФ от 21.07.1993 N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" (далее Закон РФ от 21.07.1993 N 5473-1), учреждениям, исполняющим наказания, предоставляется право привлекать осужденных к труду с учетом их трудоспособности и, по возможности, специальности.

В соответствии со статьей 17 Закона РФ от 21.07.1993 N 5473-1, учреждения, исполняющие наказания, с учетом трудоспособности и, по возможности, специальности привлекают осужденных к оплачиваемому труду, в том числе в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских учреждений, исполняющих наказания.

Статьей 18 указанного закона предусмотрено, что центры трудовой адаптации осужденных и производственные (трудовые) мастерские являются структурными подразделениями учреждений, исполняющих наказания, и реализуют требования уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации в части организации профессионального обучения осужденных, привлечения их к труду и закрепления у них трудовых навыков. Центры трудовой адаптации осужденных создаются в исправительных колониях.

Согласно ст. 103, 104 и 105 Уголовно-исполнительного кодекса РФ (далее УИК РФ) отбывающие наказание в виде лишения свободы могут привлекаться к трудовой деятельности, продолжительность рабочего времени осужденных к лишению свободы, правила охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде, время привлечения осужденных к оплачиваемому труду засчитывается им в общий трудовой стаж, осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде.

Указанием Минсоцзащиты РФ от 02.11.1992 N 1-94-У утверждена Инструкция "О порядке учета времени работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы, засчитываемого в общий трудовой стаж", которая действует по настоящее время.

В соответствии с Инструкцией время работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы засчитывается в общий трудовой стаж для назначения пенсий (п. 1.1 Инструкции), учет проработанного осужденным в местах лишения свободы времени возлагается на администрацию места отбывания наказания и производится по итогам календарного года (п. 1.2 Инструкции), в общий трудовой стаж включается фактически проработанное время при выполнении трудовых заданий и добросовестном отношении к труду (п. 1.3 Инструкции), общий трудовой стаж устанавливается по документам, выданным администрацией учреждения (п. 1.4 Инструкции).

Сведения о фактически проработанном осужденным в течение календарного месяца времени (сумма рабочих часов переводится в число рабочих дней), уровне выполнения им норм (заданий) и средней заработной плате отражаются по мере обработки его личной карточки с заполнением карты учета (п. 3.1 Инструкции).

Таким образом, согласно действующему законодательству только периоды привлечения осужденных к оплачиваемому труду засчитываются им в общий трудовой стаж. Включение в общий трудовой стаж периодов не привлечения осужденного к оплачиваемому труду законодательством не предусмотрено.

Истец, как следует из его иска и пояснений в суде, связывает нарушение своих прав с тем, что в его страховой стаж не включен период, в течение которого он не был обеспечен работой администрацией исправительного учреждения.

Порядок исчисления страхового стажа регулируется Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Положениями частей 1 статьи 11 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" предусмотрено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В период привлечения осужденных к трудовой занятости учреждения, исполняющие наказания, являются к застрахованному лицу страхователями, со всеми вытекающими обязанностями, в том числе и по предоставлению своевременной и достоверной отчетности.

Согласно выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица в отношении ФИО1 следует, что истец застрахован в системе обязательного пенсионного страхования 10 декабря 1998 года.

Ответчиком ФКУ ИК-4 в соответствии с требованиями Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» представлены в пенсионный орган сведения о периодах работы истца с 23 июня 2018 года по 22 февраля 2019 года.

Указанный период совпадает с периодом привлечения истца к оплачиваемому труду.

В связи с изложенным, оснований для удовлетворения требований истца о включении в трудовой и пенсионный стаж периода вынужденного не трудоустройства с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года не имеется, в иске в данной части следует отказать.

Так же не подлежат удовлетворению требования истца о выплате ему за период вынужденного не трудоустройства с 4 апреля 2017 года по 22 июня 2018 года пособия по безработице.

Закон РФ от 19.04.1991 N 1032-1 "О занятости населения в Российской Федерации" (далее Закон РФ от 19.04.1991 N 1032-1) определяет правовые, экономические и организационные основы государственной политики содействия занятости населения, в том числе гарантии государства по реализации конституционных прав граждан Российской Федерации на труд и социальную защиту от безработицы.

Статьей 28 указанного закона предусмотрено, что государство гарантирует безработным выплату пособия по безработице.

В соответствии с положениями статьи 3 Закона РФ от 19.04.1991 N 1032-1 безработными признаются трудоспособные граждане, которые не имеют работы и заработка, зарегистрированы в органах службы занятости в целях поиска подходящей работы, ищут работу и готовы приступить к ней. Решение о признании гражданина, зарегистрированного в целях поиска подходящей работы, безработным принимается органами службы занятости по месту жительства гражданина

Пунктом 3 данной статьи предусмотрено, что безработными не могут быть признаны граждане, осужденные по решению суда к исправительным работам либо принудительным работам, а также к наказанию в виде лишения свободы, если данное наказание не назначено условно.

Таким образом, пособие по безработице может быть назначено только гражданам, признанным безработными по решению органа службы занятости по месту жительства гражданина.

Требования истца о выплате ему пособия по безработице заявлено к ФКУ ИК-4, т.е. учреждению, где он отбывает наказание по приговору суда, однако законодательством не предусмотрена обязанность учреждений, исполняющих наказание, признавать граждан безработными, назначать и выплачивать им пособие по безработице.

Более того, требования Закона РФ от 19.04.1991 N 1032-1 не распространяются на истца, так как в силу прямого указания закона, осужденные к лишению свободы не могут быть признаны безработными.

Таким образом, требования истца о выплате ему пособия по безработице удовлетворению не подлежат, в иске в данной части следует отказать.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации морального вреда за вред причиненный здоровью и за нарушение его трудовых прав, суд исходит из следующего.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) относит жизнь и здоровье человека к нематериальным благам.

Часть 2 статьи 189 ТК РФ предписывает работодателю создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда, путем исполнения возложенных на него трудовым законодательством обязанностей (ст. 22 ТК РФ).

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно положениям частей 1 и 2 статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Судом не установлено нарушений ни трудовых прав истца, ни виновного поведения ответчика за вред причиненный истцу.

Довод истца о том, что его трудовые права нарушены, так как он был трудоустроен без заявления основан на неправильном толковании норм материального права, так как согласно части первой статьи 43 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключающаяся в предусмотренных названным Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица.

Возможность установления сопряженных с наказанием и соразмерных тяжести совершенного преступления и личности виновного ограничений прав и свобод вытекает из положений статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, допускающей ограничение прав и свобод федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В силу части второй статьи 9 УИК РФ элементами наказания в виде лишения свободы и средствами исправления осужденных являются, в частности, установленный порядок исполнения и отбывания наказания, воспитательная работа и общественно полезный труд.

В соответствии с подпунктом "с" пункта 2 статьи 2 Конвенции Международной организации труда № 29 относительно принудительного или обязательного труда привлечение осужденных к общественно полезному труду не может расцениваться как принудительный или обязательный труд, поскольку он осуществляется вследствие приговора, вынесенного судом, который, назначая наказание в виде лишения свободы, предопределяет привлечение трудоспособных осужденных к общественно полезному труду как одному из средств воспитания и исправления.

Таким образом, правоотношения, возникающие в связи с осуществлением трудовой деятельности осужденными в местах отбытия наказания в виде лишения свободы, - это специфические отношения, которые регулируются нормами как уголовно-исполнительного, так и трудового законодательства.

В соответствии с частью 1 статьи 103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Из анализа норм действующего законодательства следует вывод о том, что трудоустройство осужденных в местах отбытия ими наказания по приговору суда не является результатом свободного волеизъявления осужденного и обусловлено его обязанностью трудиться в период отбытия наказания, является одной из составляющих процесса отбывания наказания, в связи с чем трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер, основанный на не договорных отношениях между работником и работодателем, в связи с чем волеизъявление осужденного, в виде заявления о приеме на работе, не требуется.

Довод истца о том, что в связи с наличием инвалидности он не должен был быть привлечен к труду, что в результате отказа работодателя в переводе его на другую работу у истца возникли заболевания (7, 5, 2, 3) не нашел своего подтверждения в судебном заседании.

Из материалов дела следует, что истец с 23 июня 2018 года был привлечен к труду подсобным рабочим в бригаду № 21 цеха ЦТАО, со 2 июля 2018 года переведен подсобным рабочим в бригаду № 41 цеха ЦТАО, 22 февраля 2019 года трудовое использование истца было прекращено в связи с этапированием в другое учреждение.

12 января 1993 года истцу установлена третья группа инвалидности бессрочно. Согласно выписки из акта освидетельствования во ВТЭК от 3 февраля 1993 года «шофером работать может».

Индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида, выдаваемой федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы от октября 2017 года в отношении истца ограничений в трудовой деятельности не предусмотрено, способность к трудовой деятельности установлена первой степени.

Приказом Минтруда России от 27.08.2019 N 585н "О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы" определена способность к трудовой деятельности как способность осуществлять трудовую деятельность в соответствии с требованиями к содержанию, объему, качеству и условиям выполнения работы.

1 степень - способность к выполнению трудовой деятельности в обычных условиях труда при снижении квалификации, тяжести, напряженности и (или) уменьшении объема работы, неспособность продолжать работу по основной профессии (должности, специальности) при сохранении возможности в обычных условиях труда выполнять трудовую деятельность более низкой квалификации.

Таким образом, установленная истцу 1 степень способности к трудовой деятельности дает право на привлечение его к труду.

Из должностной инструкции подсобного рабочего и справки начальника цеха ЦТАО ФКУ ИК-4 следует, что подсобные рабочие в швейных бригадах без должных навыков выполняют ручные работы, такие как намеловка, настил, обрезка синтепона, обрезка ниток, нарезка тесьмы, шнура, лип, выворотка, очистка изделия от производственного мусора, сложить изделие передать в ОТК, повесить ярлыки, пристегнуть капюшон.

Таким образом, выполнение работ по должности подсобного рабочего в швейном цехе соответствует по квалификации, тяжести и напряженности 1 степени способности к трудовой деятельности.

Из медицинской карты истца следует, что истцу при его обращениях в здравпункт № 1 филиала «Медицинская часть № 3» ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России в октябре 2017 года поставлен диагноз «1», в ноябре 2017 года - «2» и «3», в октябре 2018 года и январе 2019 года поставлен диагноз «4». Истцу было назначено лечение и при убытии из ФКУ-ИК-4 в другое учреждение указанные заболевания у истца не диагностированы.

Указанные заболевания не связаны с трудоустройством истца, так как «5», «2» и «3» были поставлены истцу до его трудоустройства. Согласно медицинской документации на ФИО1, заболевание «4» не связано с трудоустройством истца в учреждении.

В отношении рабочего места подсобного рабочего швейного цеха учреждением проведена специальная оценка условий труда, по результатам которой не выявлены вредные производственные факторы, которые могли повлиять на появление у истца заболевания «4».

Иных доказательств, свидетельствующих о связи заболевания «4» с производственной деятельностью истца суду не представлено.

Также истец полагает, что он должен был быть переведен администрацией учреждения на легкий труд в соответствии с медицинским заключением по состоянию здоровья.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании приказа № № от 22 июня 2018 года истец был привлечен к трудовому использованию по должности подсобного рабочего цеха ЦТАО в бригаду № №.

Приказом № № от 3 июля 2018 года истец переведен со 2 июля подсобным рабочим в бригаду № №.

Обе бригады работают в дневное время с 8 часов до 17 часов.

Истец в качестве подсобного рабочего выполнял работы по очистке готовой продукции от производственного мусора. Указанные работы относятся к категории легких работ, для выполнения которых у истца отсутствуют противопоказания.

Таким образом, медицинские рекомендации о работе истца в дневное время в связи с наличием у него 6, а также на легких работах учреждением выполнены.

Таким образом, оснований для прекращения трудового использования истца или перевода его на другую работу не имеется.

В связи с изложенным, судом не установлено виновное поведение ответчика в отношении истца, послужившее причиной заболевания истца.

В связи с изложенным, оснований для удовлетворения требований истца о взыскании морального вреда не имеется, в иске в данной части следует отказать.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении иска ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области, Федеральной службе исполнения наказаний, Министерству финансов Российской Федерации о включении в трудовой и пенсионный стаж периода вынужденного не трудоустройства, выплате пособия по безработице, заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск и взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Котласский городской суд.

Председательствующий О.Н. Кузнецова

Мотивированное решение составлено 23 июля 2021 года