Апелляционное определение № 33-1748/2026 от 16 февраля 2026 г.

Судья: Амеличкина Т.Л.

УИД 42RS0010-01-2024-002171-88

Докладчик: Чурсина Л.Ю.

Дело № 33-1748/2026; 2-161/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово

17 февраля 2026 год.

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего: Акининой Е.В.,

судей: Чурсиной Л.Ю., Бабушкиной Е.А.,

с участием прокурора Мотуз П.А.,

при секретаре: Клюевой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Чурсиной Л.Ю.

апелляционную жалобу представителя АО «СУЭК-Кузбасс» ФИО7

на решение Киселевского городского суда Кемеровской области от 7 октября 2025 года

по иску ФИО8 к Акционерному обществу «СУЭК-КУЗБАСС» о признании полученной травмы несчастным случаем на производстве, обязании составить акт о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО8 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «СУЭК-Кузбасс» о признании полученной травмы несчастным случаем на производстве, обязании составить акт о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что он осуществляет трудовую деятельность в АО «СУЭУ- Кузбасс» на <данные изъяты>.

<данные изъяты>

Спустя несколько дней после получения травмы истец устно обратился к работодателю с просьбой провести расследование несчастного случая и составить акт, однако, работнику было отказано.

13 июня 2024 г. истец обратился к ответчику с письменной претензией с требованием провести расследование несчастного случая, составить акт по форме Н-1, выплатить компенсацию морального вреда.

Работодатель, по требованию работника, произвел расследование, однако, комиссия не усмотрела случая производственной травмы, что подтверждается актом от 19 июля 2024 г.

Истец с решением ответчика не согласен, считает его незаконным.

С учетом уточнения требований просил признать полученную им 3 июня 2024 г. в шахте им.Ялевского травму несчастным случаем на производстве, признать недействительным акт о расследовании несчастного случая на производстве от 19 июля 2024 г. по форме 5 в отношении ФИО8, обязать АО «СУЭК-Кузбасс» составить акт о несчастном случае на производстве, взыскать с АО «СУЭК-Кузбасс» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Решением Киселевского городского суда Кемеровской области от 7 октября 2025 года постановлено:

Установить факт несчастного случая на производстве, произошедшего в ночь с 3 июня 2024 г. на 4 июня 2024 г. в шахте им. Ялевского с ФИО8.

Признать недействительным акт о расследовании несчастного случая на производстве от 19 июля 2024 г. по форме №5 в отношении ФИО8.

Обязать Акционерное обществе «СУЭК-КУЗБАСС» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 в связи с произошедшим с ФИО8 3 июня 2024 г. несчастном случаем на производстве, с указанием квалификации повреждения, причинившего вред здоровью в соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 2 июля 2024 г.

Взыскать с Акционерного общества «СУЭК-КУЗБАСС» в пользу ФИО8 в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «СУЭК-КУЗБАСС» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 рублей.

В апелляционной жалобе представитель АО «СУЭК-Кузбасс» ФИО7 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, отказать в удовлетворении требований истца, ссылаясь на то, что при вынесении решения суд первой инстанции приходит к выводу о том, что МахашКонстантин Васильевич получил травму 03.06.2024 при выполнении своих трудовых обязанностей в том числе на основании заключения ГБУЗ ОТ Кузбасское клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы № 71 от 06.05.2025.

При этом, судом не учтен тот факт, что выводы экспертизы носят вероятностный характер и не позволяют однозначно установить причинно-следственную связь между полученной истцом травмой <данные изъяты> и предполагаемыми событиями.

Судом не дана оценка доводам ответчика о том, что при ответе на вопрос «Какова степени тяжести указанной травмы?» экспертная комиссия дает ответ не о степени тяжести травмы, а о степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

Вызванный в судебное заседание эксперт ГБУЗ ОТ Кузбасское клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы подтвердил выводы, изложенные в экспертизе, и подтвердил, что ответы на поставленные судом вопросы могут носить лишь вероятностный характер как ввиду отсутствия достаточного количества данных о способе получения травмы истца и введу возможных индивидуальных особенностей каждого организма.

При оценке доказательств, суд первой инстанции критически оценил показания свидетелей ФИО1 обосновывая данный факт тем, что вышеуказанные лиц являются работниками АО «СУЭК-Кузбасс» и, следовательно, находится в служебной (административной) зависимости от ответчика.

При этом суд не учел ошибочность данного суждения в отношении ФИО2 которая не является работником АО «СУЭК-Кузбасс», а является работником сторонней организации ООО МСЧ «Угольщик».

Помимо вышеизложенного, в соответствии со ст. 176 ГПК РФ, вышеуказанные свидетели перед допросом были предупреждены об уголовной ответственности по статьям УК РФ (ст. 307 УК РФ), а также им разъяснялись права и обязанности.

Судом первой инстанции не дана оценка практического эксперимента, проведенного 12.09.2025, который в совокупности с иными доказательствами подтверждает невозможность человека с повреждениями <данные изъяты>, передвигаться по шахте со скоростью 2,7 м/с (явно превышающую среднюю скорость движения человека) под углом подъема 8-16°.

В соответствии с уточненными исковыми требованиями, истец просил обязать АО «СУЭК-Кузбасс» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 с пострадавшим ФИО8 с указанием квалификации повреждения, причинившее вред здоровью средней тяжести. При этом, суд первой инстанции в данной части требований решил обязать АО «СУЭК-Кузбасс» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 в связи с произошедшим с ФИО8 03.06.2024 несчастным случаем на производстве, с указанием квалификации повреждения, причинившего вред здоровью в соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 02.07.2024.

Тем самым судом первой инстанции самостоятельно изменено требование истца, подлежащее удовлетворению, что выходит за пределы компетенции суда.

Полагает, что в данной части, суду надлежало отказать в удовлетворении требований истца, ввиду их несоответствия требованиям Трудового законодательства и законодательства, регулирующего расследование несчастных случаев на производстве.

Степени тяжести травмы определяются в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.02.2005 N 160 «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве», в соответствии с которым установлены две степени тяжести травмы: тяжелая и легкая. Средняя степень тяжести вышеуказанными нормами не предусмотрена.

На апелляционную жалобу прокурором, участвующим в деле, поданы возражения.

В суде апелляционной инстанции представитель АО «СУЭК-Кузбасс» по доверенности ФИО9 поддержала доводы апелляционной жалобы.

В судебное заседание иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени апелляционного рассмотрения дела в порядке ст. 113 ГПК РФ не явились, своих представителей не направили, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, заслушав явившихся лиц, заключение прокурора Мотуз П.А., полагавшей, что решение суда отмене не подлежит, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что 23 июля 2018 г. истец принят на работу к ответчику горнорабочим подземным 3 разряда (л.д.14 том1), 24 апреля 2023 г. ФИО8 был принят на работу на подготовительный участок №4 бр.ФИО10 «Суэк-Кузбасс» шахты им. В.Д. Ялевского на должность проходчика 4 разряда (л.д.9-11 том 1), в соответствии с дополнительным соглашением от 5 апреля 2023 г. переведен с 5 апреля 2023 г. на должность проходчика 5 разряда (л.д.12 том 1)

Согласно графику выходов участка №4 на июнь 2024г. ФИО8 3 июня 2024 г. у него был рабочий день (л.д.17).

Как следует из пояснений, <данные изъяты>

ФИО8 находился на больничном в период с 6 июня 2024 г. по 25 сентября 2024 г., (л.д.143 том 1).

11 июня 2024 г. ФИО8 обратился с претензий к АО «СУЭК-Кузбасс» о проведении расследования несчастного случая на производстве, составлении акта по форме Н-1 (л.д.18-19 том 1)

26 июня 2024 г. им получено уведомление из АО «СУЭК-Кузбасс» о том, что 28 июня 2024 г. состоится заседание комиссии по расследованию несчастного случая на производстве (л.д.22 том 1).

Согласно медицинскому заключению ВК №3981 от 2 июля 2024 г. ФИО8 установлено диагноз <данные изъяты>

19 июля 2024 г. АО «Суэк-Кузбасс» составлен акт о расследовании легкого несчастного случая по форме №5, согласно которому комиссия не усмотрела оснований для признания случая с ФИО8 как несчастного случая на производстве, в составлении акта формы Н-1 отказано (л.д.45-51 том 1).

В журнале учета производственного травматизма ш. им. Ялевского В.Д. отсутствуют сведения об обращении ФИО8 по факту травмирования в спорный период (л.д.147-149 том 1).

В журнале обращений на здравпункт шахты им. Ялевского В.Д. отсутствуют сведения об обращении ФИО8 по факту травмирования (л.д.150-152 том 1).

Кроме того, судом в ходе судебного разбирательства допрошены свидетели.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 пояснил, что <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Для разрешения вопроса о времени полученной травмы и механизма образования вышеуказанной травмы судом назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение экспертизы поручено экспертам ГБУЗ ОТ ККБСМЭ.

Согласно заключению ГБУЗ ОТ Кузбасское клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы №71 от 6 мая 2025 г., согласно которому учитывая характер, объем повреждений и их локализацию <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Заключение эксперта в силу положений статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является одним из доказательств по делу.

Указанное заключение судебно-медицинской экспертизы в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 86 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", допустимых и относимых доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, не представлено, ходатайств о назначении повторной экспертизы заявлено не было. Заключение составлено комиссией экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеющих специальное образование, достаточный уровень квалификации.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Вопросы расследования несчастных случаев на производстве определены положениями статей 227 - 231 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни; при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора; при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком; при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие); при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном, рыбопромысловом) в свободное от вахты и судовых работ время; при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая (часть 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного представительного органа работников (при наличии такого представительного органа), уполномоченный по охране труда (при наличии). Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

При расследовании несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области охраны труда или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов, а при расследовании указанных несчастных случаев с застрахованными - представители исполнительного органа страховщика по месту регистрации работодателя в качестве страхователя. Комиссию возглавляет, как правило, должностное лицо территориального органа федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права (часть 2 статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что материалы расследования несчастного случая включают в том числе документы, характеризующие состояние рабочего места, наличие опасных и вредных производственных факторов, экспертные заключения специалистов, медицинское заключение о причине смерти пострадавшего, другие документы по усмотрению комиссии.

Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая (часть четвертая статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью пятой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в частности, обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Абзац 3 части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возможность квалификации несчастного случая как не связанного с производством, если смерть застрахованного лица наступила вследствие смерти или повреждения здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества.

В абзаце 3 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: - относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть 2 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); - указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть 2 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); - соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; - произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний"); - имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Частью 1 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, исследовав фактические обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, показаний допрошенных свидетелей, тщательного анализа представленных письменных доказательств, правильно определив юридически значимые обстоятельства, установив их достаточно полно и объективно в ходе судебного разбирательства, дав им надлежащую правовую оценку и установив, что травма ФИО8 в ночь с 3 июня 2024 на 4 июня 2024 получена при обстоятельствах, связанных с производством, суд пришел к обоснованному выводу, что произошедшее событие необходимо квалифицировать как несчастный случай, связанный с производством, подлежащий оформлению актом формы Н-1, с указанием квалификации повреждения, причинившего вред здоровью в соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 2 июля 2024 г.

Кроме того, установив факт причинения вреда здоровью истца в результате несчастного случая на производстве, исходя из того, что действиями ответчика нарушены трудовые права истца об объективном расследовании несчастного случая на производстве, учитывая обстоятельства настоящего дела, характер причиненных работнику нравственных и физических страданий, тяжесть причиненного вреда здоровью истца в результате несчастного случая на производстве, последствия полученной травмы, принимая во внимание, что истец ФИО8 испытывал <данные изъяты>, степень вины ответчика, его последующее поведение, а также требования разумности и справедливости, суд определил ко взысканию с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, как отвечающим требованиям действующего законодательства и установленным фактическим обстоятельствам дела.

Ссылка в жалобе на то, что суд первой инстанции дал неверную правовую оценку показаниям свидетелей ФИО4 не влечет отмену судебного решения, а выражает лишь позицию представителя ответчика. Судебная коллегия признает указанные доводы направленными на переоценку доказательств, оценка которым была дана судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ.

Тот довод, что ФИО5 не является работником АО «СУЭК-Кузбасс» не может свидетельствовать об отсутствии служебной или административной зависимости, поскольку она работает в ООО МСЧ «Угольщик» на территории АО «СУЭК-Кузбасс» и по оказанию медицинской помощи работникам АО «СУЭК -Кузбасс».

Утверждение в жалобе о том, что экспертное заключение не соответствует предъявляемым к нему требованиям, является несостоятельным.

Какие-либо нарушения порядка назначения экспертизы, которые могли бы повлиять на обоснованность выводов экспертного исследования, судом допущены не были.

Полномочия и квалификация лиц, проводивших экспертное исследование, подтверждены данными, содержащимися в экспертном заключении, не оспаривались сторонами при рассмотрении спора и не опровергнуты в суде апелляционной инстанции.

Само экспертное заключение содержит выводы, которые в совокупности с имеющимися в материалах дела доказательствами позволили суду сделать правильный вывод о том, что событие, произошедшее с ФИО8 3 июня 2024 г., необходимо квалифицировать как несчастный случай, связанный с производством.

Доводы апелляционной жалобы АО «СУЭК-КУЗБАСС» о том, что суд положил в основу решения заключение эксперта, которое носит вероятностный характер, несостоятельны, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией как влекущие отмену обжалуемого судебного постановления, поскольку обстоятельства, связанные получением истцом травмы колена, помимо экспертного заключения, установлены совокупностью иных доказательств, исследованных судом.

Как правильно установил суд, обстоятельства получения травмы – при исполнении трудовых обязанностей в течение рабочего времени подтверждаются пояснениями истца, показаниями свидетелей ФИО6, пояснивших, что ФИО8 по окончании рабочей смены 3 июня 2024 говорил им о том, что во время работы <данные изъяты>, и после смены ФИО8 обращался в здравпункт по данному факту, при этом отсутствуют какие-либо данные о ранее полученных истцом травмах. Указание в экспертном заключении на то, что <данные изъяты> образовалась не позднее выполнения <данные изъяты> 4 июня 2024 г. также подтверждает факт травмирования истца во время рабочей смены, поскольку до начала смены он был осмотрен в медпункте фельдшером, жалоб на здоровье от него не поступало.

Кроме того, несмотря на доводы апелляционной жалобы о недостатках судебной экспертизы, ответчиком не было заявлено ходатайство о назначении дополнительной или повторной экспертизы ни в суде первой инстанции, ни в апелляционной жалобе, таким образом, в установленном законом процессуальном порядке данное доказательство не опровергнуто стороной ответчика.

Довод апелляционной жалобы о том, что суду надлежало отказать в удовлетворении требований истца об обязании АО «СУЭК-Кузбасс» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 с пострадавшим ФИО8 с указанием квалификации повреждения, причинившее вред здоровью средней тяжести, так как средняя степень тяжести травмы не предусмотрена Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.02.2005 N 160 «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве», не может быть принят во внимание, поскольку в указанной части решение суда не содержит противоречий.

Суд при разрешении спора обоснованно пришел к выводу об обязании ответчика составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 в связи с произошедшим с истцом 3 июня 2024 г. несчастном случаем на производстве, с указанием квалификации повреждения, причинившего вред здоровью в соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 2 июля 2024 г., согласно которому ФИО8 установлено диагноз: <данные изъяты>

Согласно медицинскому заключению от 02.07.2024 года, составленному по форме №315/у – степень тяжести повреждения здоровья установлена легкая. Иных медицинских заключений о степени тяжести повреждения здоровья в материалах дела не имеется.

Кроме того, согласно экспертному заключению в соответствии с «Правилами определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденными Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 №522, причиненная ФИО8 <данные изъяты> квалифицируется как повреждение, причинившее вред здоровью средней тяжести.

Наличие установленной степени тяжести повреждения здоровья у ФИО8 как «легкая» медицинским заключением по форме №315/у от 02.07.2024 (том 1 л.д. 144) и установление экспертным заключением вреда здоровью ФИО8 как «средней тяжести» (том 2 л.д. 71-72) не противоречат друг другу.

В связи с чем, доводы жалобы о том, что суд первой инстанции вышел за рамки заявленных требований подлежат отклонению в полном объеме.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что экспертным заключением даны ответы:

- … <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Однако, работодателем представлен Акт практического эксперимента от 12.09.2025 года (л.д. 168, 169), в котором установлена скорость передвижения пешком и скорость ленточного конвейера, то есть суть эксперимента заключалась в установлении времени, необходимого для прохождения определенного расстояния пешком и на ленточном конвейере ФИО8

Данный Акт не может служить основанием для отмены решения суда первой инстанции и не опровергает получение травмы ФИО8, находящегося на смене 03.06.2024 года.

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда указывает, что именно на работодателя в силу закона возложена обязанность создать комиссию, возглавить ее в предусмотренных законом случаях и установить все обстоятельства несчастного случая на производстве.

Содержание Акта практического эксперимента от 12.09.2025 на выводы суда не влияет, поскольку юридически значимые обстоятельства, подлежащие исследованию в целях правильной квалификации несчастного случая как происшедшего на производстве, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, является установление факта получения травмы работником непосредственно вследствие исполнения им своих трудовых обязанностей.

И установленная практическим экспериментом от 12.09.2025 скорость передвижения ФИО8 03.06.2024 на выводы суда первой инстанции о получении травмы работником непосредственно вследствие исполнения им своих трудовых обязанностей не влияет и не опровергает.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит, что суд первой инстанции, разрешив спор, правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, не допустил недоказанности установленных юридически значимых обстоятельств и несоответствия выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, правомерно учел положения подлежащих применению норм закона, и принял решение в пределах заявленных исковых требований.

По сути, все доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, повторяют позицию стороны ответчика, изложенную при рассмотрении дела судом первой инстанции, основаны на неверном толковании положений законодательства, направлены на переоценку доказательств, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали бы изложенные выводы, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены решения суда.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судебной коллегией не установлено.

При таком положении судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции является законным, обоснованным, оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Киселевского городского суда Кемеровской области от 7 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя АО «СУЭК-Кузбасс» ФИО7 - без удовлетворения.

Председательствующий: Судьи

Е.В. Акинина Е.А. Бабушкина Л.Ю. Чурсина

Мотивированное апелляционное определение составлено 24.02.2026